1082 фунтов над уровнем моря

"Ты так боишься принять неверное решение, что не принимаешь никакого." Грэм Мастертон.

00:00       – Тэ-Тэ. – Ласково и с кроличьей улыбкой обращается Чон.       – М? – Тэхен отрывает заинтересованный взгляд от телевизора, сразу замечая желание в глазах, Ким соврет, если скажет, что не знает, о чем сейчас попросит его Чонгук.       – Поцелуемся? – Хитрая опьянённая улыбка, в глазах сверкают огоньки, и отражается такой же желающий Тэхен.       – Серьезно? Снова? Гу, тебе утра не хватило? Почему ты разводишь своего хёна на такие вещи, еще и за бесплатно.       – Во-первых, я знаю, что ты тоже хочешь, Тэ-Тэ. – Чонгук прав, у Тэхена как всегда, все на лице написано, – во-вторых, не за бесплатно, я тут тебе, между прочим, поляну накрыл, любимый твой кинчик включил, который терпеть не могу.       "Но из-за любви к тебе я готов смотреть его сутками, лишь бы в объятиях с тобой, утыкаясь в твою серую макушку носом" – остается не озвученным.       – Ладно, – тяжело вздыхает Тэхен, что внутри сейчас седьмой раз умирает от сердечного приступа и воскресает, благодарит всех богов за происходящее.       Чон садится удобнее к спинке кровати, спиной вжимаясь в железные прутья, вновь невольно представляя, как красиво бы там смотрелись ладони Кима, которые он желает накрывать своими, в порыве страсти. После чего парень хлопает по своим накаченным бедрам, которые так любит Тэхен, но никогда не признается. Ким ловко седлает младшего, окольцовывая широкую татуированную шею; котенком льнет к горячему телу, желая согреться. Гук тщетно старается остановить свое сердце, что бьется так, будто бы он несколько километров бежал. Внутри дикий кайф, адреналин бьет по стенкам разума, как волны о причал. Такое можно испытать, находясь лишь над пропастью, свисая с очередной многоэтажки, или рядом с Тэхеном, – одно и другое опасны по-своему. Сильные руки окольцовывают тонкую талию, жадно прижимая старшего к накаченному телу. И на этот раз уже молится Чон, богу своему, дабы пепельноволосый не услышал, не почувствовал, как сейчас с ума сходит его сердце.       – Не пора ли найти девушку, Чон Чонгук? – В голосе Тэхена простота, как и в его душе. Он в очередной раз острый нож вонзает в свое хрупкое сердце.       – Я как раз в поисках. – Незамысловато отвечает брюнет.       – Тогда зачем же тебе мои губы?       – Чтобы тренироваться с тобой в поцелуях, ты же знаешь, я до этого видел лишь высотки и наш канал, ничего более. Отношения меня никогда не интересовали, сколько себя помню. Но кто же знал, что Ким чертов Тэхен, так хорошо целуется. – Гук издевательски усмехается, пока горящие глаза изучают квадратную улыбку, родинку на носу, что останутся в памяти навсегда, как самое прекрасное на свете.       "А еще, это твои сладкие губы, которые так были недосягаемы все это время, теперь не заменить, как и тебя всего, чертов Ким Тэхен" – вновь остается не озвученным.       – Да? Ладно, за то, что ты проставился, так уж и быть, перейдем к следующему уроку. – Тэхен снова дразнится, тихо смеясь, а смех этот у Чонгука в ушах самым ласковым звоном отдается.       Парни начинают нежно, их поцелуй сладкий, словно мед и такой же текучий, но уже спустя минуту Тэхен превращает его в более страстный и терпкий, проникнув в рот младшего своим языком. Первое, что почувствовал Чон, было пиво; горькое, хмельное и в то же время, придающее изюминку. А Ким в поцелуях оказался самым настоящим умельцем. Чонгуковы эмоции били через край, заставляя сжимать сочные ягодицы от нахлынувшего и накрывшего с головой кайфа. Их языки переплетались как две кобры, а затем расходились, но вновь сходились с еще большим удовольствием. Старший умело вел Гука за собой, показывал ему самые приятные приемы, попутно скользив ладонями по горячей шее и широким плечам. Чон ненастный, покусывает чужой язык, затем посасывает в качестве извинений, это даже удивило Кима, заставив желать младшего еще сильнее. Комнату заполняли звонкие и сладкие причмокивания, а также глухие стоны Тэхена, Гук желал ловить каждый его звук. Даже тогда, когда воздуха становилось, все меньше они оба не желали прекращать это. Чон прижимал своего хена лишь ближе, а Ким покусывал алые пухлые губы. Поцелуй был долгим и вязким, напоминая ириску, которую так сложно съесть, но все когда-либо заканчивается. Парням пришлось прекратить хоть и не хотелось.       Очередной вечер заканчивается в обнимку на старой кровати, что они когда-то стащили с мусорки, еле как, дотащив ее до квартиры Чона, а затем покрасили в черный, ибо розовый это как-то не по пацански. На губах легкий вкус крови, которую в порыве страсти случайно пустил Тэ, медового бальзама для губ, который перебивает очередная тяжка красного мальборо, пока пепельноволосая принцесса лежит под маскулинным и теплым боком. Ким вновь заглядывает в окно и любуется луной, в ожидании своей очереди, дабы пригубить сигарету для полного расслабления. Правда, когда рядом Чонгук, никакая сигарета и никакой алкоголь не нужны, не нужны и наркотики. С Чонгуком хорошо, комфортно и безопасно, только младший об этом, наверное, никогда и не узнает. Как не узнает и старший, как Чонгуку небесно хорошо вместе с ним, что земля из-под ног уплывает, а твердый матрас сменяется каким-то облаком где-то на седьмом небе.   12:00       – Вы снова целовались? – Тяжело вздыхая, спрашивает Мина.       – Да, снова...       – И инициатором был ты?       – Да, я... – Парень отвечает так, будто на допросе; свешивает голову вниз, пока в руке тлеет очередная сигарета, а глаза в каком-то расфокусе. Внутри чертовски паршиво и одиноко.       – Гук, ты понимаешь, что ты себя убиваешь чаще, чем ползаешь по своим тупым крышам?       Ответа не следует, лишь слабый кивок и мычание, сопровождающееся едким дымом. Когда Тэхена нет рядом, становится одиноко, это чувство, Чон тщетно пытается убить в себе никотином – заполнить легкие ядом. При Тэхене, он готов не дышать, воздух спирает так, как никогда раньше, словно он тонет в холодной воде, которой выступают морские мириады его хена. Настоящие, черные космические омуты он скрывает за линзами, не желая показывать их, ведь считает это некрасивым. Но Чонгук так не считает, Тэхен красив любой и с любыми глазами. Днем, Чон тонет в бескрайнем море, по вечерам, оставшись друг с другом наедине, он попадает в космическую невесомость, с множеством звезд внутри, чувствуя и ощущая душу любимого. Ему радостно, что Ким соизволил снимать линзы, когда они вдвоем, не обошлось без долгих упросов, Чону просто слишком любопытно было увидеть старшего без них. А когда лицезрел прекрасные омуты, утонул в них, так и не всплыв. Завалил Тэ всевозможными комплиментами и сделал пару фотографий, что теперь висят над его кроватью рядом с остальными, где они с Тэхеном или хен один пойман за чем-то занятным, такой сосредоточенный и милый.       Чонгук, без Тэхена не может.       Чонгук, без Тэхена пропадет.       Чонгук, без Тэхена, как Земля без Солнца, замерзнет и предастся смерти.       – Так ты собираешься рассказать ему? – Девушка настойчива, как и всегда, чего еще ожидать от лучшей подруги Чона.       – Нет. – Сказал так, будто отрезал.       – Чонгук! Почему?!       – Да потому. Братва не поймет, люди тоже. Где это видано, чтобы парни…       – Гу, сейчас двадцать первый век, это уже стало нормой, понимаешь? Ты так боишься принять неверное решение, что не принимаешь никакого. – Мина не дает парню договорить, да и не нужно, она прекрасно знает этот глупый заезженный монолог, который для Чона уже успел стать мантрой.       – Ты снова цитируешь свои ужастики?       – Вообще то, это уже из детектива, глупый Гук. – Дуется старшая, на что парень лишь коротко усмехается.       – Ага, конечно, я понял тебя сумасшедшая фанатка Грэма Мастертона.       – Я бы сейчас искренне порадовалась за то, что ты глупый мальчишка, наконец, то запомнил его имя, но так, мы съедем с темы. Даже не пытайся Гук, я все это уже столько раз проходила. – В самодовольной и победной улыбке расплываются алые губы, пока Чон лишь тихо бурчит. – Ты, правда, сейчас глупо поступаешь, понимаешь? Скорее да, чем нет. Поэтому Чонгук, тебе правда стоит подумать над тем, что я тебе сказала и принять уже какое-то решение. Сколько книг, сериалов, рассказов есть на эту тему и, я сейчас то же самое скажу тебе. Мы, люди, всегда боимся делать, что-то неизвестное, особенно, если ты знаешь, что ни к чему опасному это не приведет, оно же нас и губит, заставляет глотать боль, предаваться ей, дружить с сожалением, звать плохие воспоминания в гости, вину на чай, а затем пить вино со смертью в соседнем кресле.       – Да, но вдруг Тэхен не хочет этого, вдруг я спугну его, в конце концов, он перестанет со мной общаться и уйдёт, больше всего я боюсь что он уйдет от меня Мина...       – Для этого и существуют разговоры, Гу. Пока вы не поговорите с ним, проблема эта не разрешится, всегда нужно разговаривать. Еще одна проблема людей, это боязнь разговоров по душам, с теми в ком мы уверены, да и в принципе боязнь разговора с любыми людьми. Сам подумай, вы с Кимом дружите со времен средней школы, он явно не бросит тебя, а от разговора с ним ты не умрешь, и тебя, он не убьет. Из-за этих двух вещей, про которые люди чаще всего забывают, они и теряют огромные возможности. Ты не боишься ползать по этим своим высоткам, но боишься поговорить с Тэхеном. Который за все время вашей дружбы ничего тебе плохого не сделал и не сказал, ни разу не отпустил твою руку, думаешь, сейчас он тоже просто так откажется от тебя?       – Может быть, ты и права Мина...       – Не может быть, а права. Не нужно терять момент, не нужно бояться говорить о любви, о своих чувствах, от этого зависит твой комфорт, комфорт ваших отношений. Нельзя терять времени с этими разговорами, а иначе, в будущем, ты будешь жалеть, что так и не решился, когда у тебя была возможность. Нужно брать от жизни все, стараться жить так, как хочешь ты, делать для этого все, искать возможности, но делать это адекватно. Поэтому, Гу, прошу, поговори с ним, выясните, что между вами, чтобы вам стало легче и вы пришли к какому-то итогу. Время идет, оно вас ждать не будет, как и судьба тоже.   17:30       – В этот раз ставки повышаются, Чон Чонгук? – Дразнится старший, сидя рядом с парнем, что разбирал их рюкзаки с снаряжением.       – М, если только в том, что мы решили сделать себе аттракцион на жилом здании в тысячу восемьдесят два фунта сами. – Голос Гука возбужден, как и он, сам; глаза горят, сердце бьется вдвойне быстрее, адреналин бьет через край.       – Думаю, наши подписчики будут рады увидеть не только подъемы на самые высокие здания в Сеуле, но и тому, что мы решили устроить себе собственный аттракцион. Я никогда до этого не был на бандаж джампинге. – У Тэхена лицо заинтересованное, взгляд, правда, направлен лишь на Чона, что тяжело пыхтит, разбираясь со скреплением и карабинами. Парень сейчас чертовски красив, вены как лоза обвивают его руку, а от стараний вздулись и стали заметнее.       – Ну, сложно сказать, что это именно он, просто интерпретация полегче, но не менее безопасная. – Тихо усмехается парень.       У Чонгука сейчас миллион мыслей по поводу их с Тэхеном предстоящего разговора. Сделать это сейчас или лучше после того, как они запишут видео с прыжками, а может вовсе не делать и оставить все так? Столько вопросов и так мало ответов, от которых голова кругом идет и взрывается. Его переполняют адреналин и некий страх от того, как отреагирует Тэхен, что скажет, будет ли согласен с ним на отношения. Терять времени, правда не хотелось, ведь оно так драгоценно, а судьба так не предсказуема, поэтому, Чон берет себя в руки и, тяжело вздохнув, тихо начинает:       – Нам нужно поговорить Тэхен. – У Чонгука голос немного дрожит, выдавая его неуверенность и боязнь говорить, но парень через себя все же переступает.       – М? О чем же? – Тэхен лишь непонимающе смотрит в большие глаза напротив, а затем садится ближе, настолько близко, что колени их соприкасаются. Но Чонгук встает и принимается за установку оборудования, так будет спокойнее и он сможет сказать Тэхену все. Старший лишь кивает, понимая, что парню тяжело и разговор будет серьезным.       – Я хочу поговорить о наших отношениях, не думаешь, что они странные для друзей? Поцелуи, объятия, свидания и все в том же духе, что обычно делают возлюбленные, но, Тэхен, мы же не возлюбленные, понимаешь? – У Чона сейчас слезы на глазах выступят, голос его стал тихим, разочарованным и грустным, Ким немного напрягся. Ком в горле не дает Чону продолжить, и он замолкает.       Сейчас, у обоих где-то кошки скребутся в углах рассудка, орут о том, что Чон прав, что вещи эти до боли очевидные, но парни, в силу своей трусости и сомнений, никак не признают этого. Каждый из них на долю секунды задумался, правильно ли они поступают, нужен ли им этот разговор? Оба боятся потерять все из-за одного разговора, что до боли важен и нужен.       – Так ты об этом поговорить хотел, что ж, – Ким тяжело вздыхает, положив камеру на выступ, а затем подошел к Гуку, встав с ним рядом, – Думаю, ты прав, наши отношения совсем не похожи на дружеские. Прости меня, Чонгук, наверное, тебе это не понравилось, так? Я был слишком эгоистичен, когда подумал, что ты не против, но и ты тоже, тебе нужно было сказать, что ты против. Зачем просил тогда, чтобы я тебя целовал? Снова за свое, Гуки? Не нужно делать все ради других, нужно думать о себе, если мне нравится с тобой целоваться, не значит, что нужно забивать хрен на себя и свой комфорт, это неправильно.       Чонгук цепляет последний карабин на свой пояс, делая это звонко и со скрежетом зубов, тщетные попытки не заплакать, что в итоге не получается. Кристаллические капли катятся по розовым щекам, пока желваки продолжают играть. Вены у Чонгука взбухли от злости, которое родилось от отчаяния и сожаления. Значит, Тэхен хочет сказать, что это правда все игры, что Гук не слушает его и делает все вопреки своего комфорта. Почему этот глупый хен сейчас отчитывает его тут, с таким непринужденным видом, когда сам Чонгук пытается признаться ему в пылких и искренних чувствах, разве так все должно быть?       – Если тебе это не нравится, то давай забудем обо всем Чонгук, правда, забудь, что я делал тогда, мне искренне жаль, что я причинил тебе боль и ввел в какое-то заблуждение. – Тэхен виновато опускает свою голову, не желая показывать Гуку свои стыдливые глаза.       На этом все и закончится? Закончится их долгая дружба, канал с тысячами подписчиков, вечерние просмотры фильмов за пивом и сладкими поцелуями в конце, утренние объятия после этих вечеров, неловкие держания за руку, где-то под столом, пока они сидят с друзьями. Всему так внезапно пришел конец. На смену адреналину пришло сожаление, отчаяние и какая-то пустота, что постепенно заполнялась страхом того, что Чонгук сейчас отвергнет его.       – Дурак! я пытался сказать, что люблю тебя, выяснить, нравлюсь ли я тебе! А не это все! Нет, мне ужасно нравились твои поцелуи, твои глаза, твои медовые губы, твоя чертова улыбка, чертовы космические глаза и сам ты Ким чертов Тэхен! Безумно нравишься! Нравишься так, что уже в самых печенках сидишь, воздух заменяешь, сильнее любого наркотика, любого никотина.       Чонгук сейчас до ужаса злой, все внутри него перевернулось с ног на голову, к горлу пришло чувство тошноты, а на сердце какое-то облегчение. Лишь Тэхен стоит, опустив голову, продолжая отходить от сказанных слов Гука.       – Стой тут и подумай над тем, что я тебе сказал, хен, пока я сделаю первый прыжок.       Чонгук поступил, как ребенок, раз решил вот так сбежать от своего возлюбленного, дабы и самому перевести дыхание, прийти в трезвость, отдавшись экстриму. Он через пару секунд проклянет себя, когда услышит, как Тэхен кричит его имя. А затем они оба оказываются в невесомости. Чонгук оказался глупцом, когда не проверил все ли в порядке, когда решил начать серьезный разговор во время того пока собирал и устанавливал их самодельный аттракцион, разговоры сильно отвлекают, как и эмоции, которые ты испытываешь в это время, когда побоялся сказать Тэхену обо всем.       – Ты придурок, Чонгук! Придурок, которого я черт возьми, люблю еще с самого знакомства! – Со слезами на глазах и отчаянием кричит Ким.       Чонгук рад его словам, он улыбается своему любимому, улыбается смерти в лицо, ведь еще пару метров и они превратятся в кровавое месиво, так и не пожив как пара, не заведя толстого кота, не купив дом, не съездив на отдых и не сделав множество фото для их толстого альбома воспоминаний, теперь они уже никогда не сделают всего того, о чем мечтали кода то в школьное время.       – Прости, Тэхен, мне жаль, что так получилось. Но я чертовски тебя люблю, слышишь?       Чонгук мягко тянет парня к себе за руку, после чего целует нежно, с трепетом и огромной любовью. Это последний поцелуй в их истории. Оба сейчас надеются на то, что видятся они не в последний раз, а после смерти есть и загробная жизнь, может, хоть там они смогут быть вместе. Чон искренне жалеет сейчас, что не признался раньше, не сказал о чувствах Тэхену, что не сможет сделать с ним все, о чем они, когда-то вместе мечтали. В моменте все стало бессмысленным и сущим пустяком, ничего не изменишь. Оба летят с огромной высоты в объятия костлявых рук смерти, что радостно улыбается им в лицо. Теперь от них останутся лишь воспоминания в виде фотографий, записи на камере, воспоминания друзей. Может так, люди научатся принимать решения на примере их поступков, научатся говорить с другими и не терять время. Чонгук не успел, как и Тэхен тоже, но может, успеет кто-то другой?