"надёжный" план

С чего начинается утро Тетты? С нового заказа. Не успел он открыть глаза, как на его телефон пришло сообщение, содержавшее следующую информацию: "Приветствую Вас, Кисаки Тетта. До меня дошел слух, что Вы занимаетесь убийством за хорошую цену. Предлагаю сделку. Думаю, Вас обязательно заинтересует это дело: нужно убрать одного господина и желательно без лишнего шума, так как этот человек очень важная шишка. Остальную информацию я хочу обсудить с Вами лично." Прочитав это сообщение, он тут же отправил это Ханме – своей правой руке, добавив: "Найди людей. Чем больше, тем лучше.» Заряженный револьвер кладется в кобуру, которую полностью скрывает светлый пиджак, накинутый поверх такой же по цвету жилетки в полоску и белой рубашки. Разделенные набок волосы аккуратно приглажены. Однако это всего лишь обертка. Красивая. Идеальная. Без единой задоринки. А внутренняя сущность Тетты давно погрязла во тьме и крови, собственной и чужой. Типичный мафиози с нетипично недюжинным интеллектом. Быстро собравшись, Кисаки отправился на согласованное место встречи, предварительно очищая переписку с заказчиком. На губах мелькнула вкрадчивая улыбка: дело обещается быть интересным.

***

Ханма в это время спал, и сообщение для него стало приятной вестью, заставив Шуджи написать своим знакомым и принудить встретиться через час. С трудом он поднялся с кровати, взяв в руки любимый портсигар, который однажды подарил ему Тетта (после данного подарка он больше ничего не получал от дорогого друга, что, впрочем, вполне устраивало хитреца). Достав сигариллу, Шуджи ее сразу же прикурил, и, сделав долгожданную затяжку, он нацепил очки, принявшись выбирать в каком пиджаке пойти на встречу со старыми знакомыми. Выбор пал на черный костюм с тонкими полосками, к которому был сделан по заказу Шуджи галстук такого же фасона. Сделав последнюю затяжку, Ханма затушил сигарету, накинул на себя рубашку, затем брюки и завершил образ пиджаком с галстуком. Он взглянул на себя в зеркало, где отражался высокий, статный мужчина с (чего уж врать?) довольно привлекательной внешностью. Для Шуджи образ имел немалое значение, поэтому ему придавалось особое внимание, от чего создавался притягательный и манящий эффект. Хотя скорее заманивающий, а не манящий… Вызвав машину, Ханма кинул взгляд на панорамное окно, из которого был прекраснейший вид на Токио с 48 этажа. Подходящая высота, чтобы чувствовать себя королем… нет – Богом. Богом смерти. Покинул Шуджи квартиру с приподнятым настроением.

***

Тишину в кабинете нарушало лишь тиканье настенных часов и щелканье клавиш, иногда сочетающихся с компьютерной мышью. Коко как раз доделывал отсчет за текущий месяц, который выдался весьма прибыльным по сравнению с прошлым. Ненадолго оторвавшись от монитора, дабы дать глазам отдохнуть, Хаджиме посмотрел на своего заместителя – Инуи Сейшу или, как называл сам Коконой, Инупи. Такое мягкое, такое теплое и такое далекое прозвище, от которого веет особым ностальгическим вайбом… Оно напоминало о прошлом, пусть и не самом светлом, но родном. И это воспоминание было дорого обоим. Прикрыв глаза, Хаджиме устало вздохнул: не в кайф все-таки работать с раннего утра. «Кофе бы…» - думает брюнет, массируя переносицу. И Сейшу словно мысли читает и приносит другу пластиковый стаканчик с горячим латте. Любимым кофе Коко. Инуи хорошо его знает, даже слишком. Впрочем, они оба знают друг друга как облупленных, они оба пережили вместе многое, они оба потеряли близкого человека и чуть не потеряли друг друга, и они оба до сих пор не признались себе, что не могут прожить друг без друга. Инупи – не Инупи без Коко, а Коко – не Коко без Инупи. Все предельно просто и ясно, но зачем-то эти двое постоянно добавляют новые переменные, усложняя уравнение их отношений. И получается спутанная паутина, состоящая из множества узлов или местами вообще порванная. Им обоим есть, о чем поговорить, но оба не признаются в этом, продолжая заботиться друг о друге и полностью забивая на себя и свои чувства. Два упрямых барана: всегда при своем мнении и всегда «знают, как лучше будет». Упрутся своими рогами, и чёрта с два их сдвинешь. Хаджиме улыбается и берет с руки Сейшу кофе. Блондин отзеркаливает эту улыбку и присаживается за свое рабочее место, находящееся у окна. У Коко все внутри вздрагивает от такой улыбки. Она искренняя и чистая, но самая главное – до дури нежная. Ею Инуи согревает брюнета, не дает ему полностью погрязнуть в криминале и тьме. И только ради нее одной Хаджиме хочет преподнести к его ногам весь мир. Но Сейшу никогда ничего не возьмет у Коко без надобности; блондину не нужны деньги, ему нужно лишь знать, что его друг счастлив. Этого более чем достаточно. Коко смотрит на своего заместителя и уже не может оторваться. Бледная кожа, волосы светлые-светлые, словно солнце, и глаза… темно-изумрудные. Они больше всего нравятся Хаджиме, потому что через них можно увидеть душу Сейшу, его настоящие эмоции, тщательно прикрытые маской полнейшего безразличия, его свет, который не затухает, сколько бы плохого не происходило в жизни блондина. И кажется, что они будут всегда так светить. И Коко верит в это. Внезапный звук входящего уведомления заставил прерваться брюнета от разглядывания работающего коллеги. Несколько раздосадовавшись, Хаджиме берет в руку телефон и видит сообщение от Ханмы, что сразу же заинтриговало, ведь Шуджи не станет просто так писать финансовому гению. Быстро пробежав глазами по короткому тексту с предложением присоединиться к делу и встретиться через час, Коконой азартно улыбнулся: давненько он не брался за «грязные заказы», но они, как правило, приносили нехилый такой доход. - Инупи, собираемся. У нас незапланированная встреча со старыми приятелями, - последние два слова брюнет подчеркнул голосом с легкой иронией. - И с кем именно нам предстоит встретиться? - Оо~ нас почтили своим вниманием сами Кисаки Тетта и Ханма Шуджи. Помнишь? Мы раньше частенько работали с ними. Сейшу промолчал, кивая головой. Кого-кого, но этих двоих он точно никогда не забудет. Слишком яркие личности. Даже с годами их образы всплывут в памяти при одном только упоминании. И теперь снова… они снова пересеклись. От чего-то в груди появилось неясное чувство тревоги. Инуи догадывался, что в этот раз они столкнутся на одной дорожке, и кому-то точно не поздоровится, но предпочел проигнорировать свою интуицию. Накинув на себя пальто, мужчины вышли из многоэтажного здания – фирмы Коко – и сели в такси, называя водителю адрес. Совсем скоро они будут на месте.

***

Отношения между королем и слугой обреченные. Знаете почему? Потому что король не снизойдет до простых смертных и не влюбится в слугу. Хотя в сказках такое весьма возможно, но… это не сказка. Это реальная жизнь. ...Изана стоял на балконе, всматриваясь вдаль. Нет, он смотрел не на утреннее небо, затянутое серыми тучами. Он смотрел на город и людей. «Муравейник… - мелькнуло в голове Курокавы. - Постоянно куда-то спешат, торопятся, мельтешат. Жалкие существа, но до чертиков интересные… Что будет, если заложить бомбу в здании? Кто-то определенно умрет, будут раненные. Люди в панике побегут с места взрыва. О ком они будут думать? О своей шкурке или, быть может, найдется человек, которому они захотят завещать все свои ценности?» - от такой мысли беловолосый даже усмехнулся, продолжая дальше всматриваться в проходящих на улице людей. - Простудишься ведь. – произнес чей-то голос совсем рядом. Обернувшись, Изана увидел Какучо. Король удивленно моргнул, не ожидав увидеть своего слугу в столь ранний час у себя дома. У Хитто были ключи от квартиры Курокавы (излишняя осторожность или полное доверие последнего к подчиненному), поэтому Изану интересовала только причина его пребывания здесь. Какучо снял с себя куртку, бережно накрывая ей плечи босса, которые были холодными ведь Курокава довольно долго стоял на балконе, опираясь на перила, и смотрел за «муравейником» людей, что даже не заметил, как замерз. Но это не ускользнуло от внимания Хитто, который всегда следил за здоровьем Изаны. - Осталось полчаса до встречи. – напомнил Какучо. - Встреча? – удивленно изогнул бровь беловолосый. – Ах, точно, сделка. Как думаешь, стоит соглашаться? Брюнет немного опешил. Обычно Курокава спрашивал его тогда, когда был полностью не уверен в своем решении. Подробности дела Хитто знал смутно, поэтому принимать решение сейчас было бы глупо. - Сначала стоит посетить встречу, разузнать о сделке поподробнее. – ответил Какучо. Однако вопрос Изаны продолжал волновать его. Чем же обернется это дело? Может, действительно, не стоит соглашаться? Кисаки Тетта и Ханма Шуджи – подозрительные личности. К ним Хитто не испытывал ни негатива, ни симпатии – ничего. Но остерегался. - Тогда поехали. Нехорошо все-таки заставлять других ждать, - улыбнувшись, сказал Курокава и, сняв куртку брюнета, повесил на его плечо. Какучо надел её на себя, ожидая главу, ушедшего в спальню. Изана не заставил долго себя ждать, являясь в длинном пальто и шарфике – подарке Хитто. Тот едва заметно улыбнулся – мужчине было приятно, что беловолосый пользовался этим шарфом, прекрасно зная, что у Изаны их минимум 3 (один -повседневный, второй – очень теплый и мягкий, а третий просто сочетался с цветом пальто). Когда двое друзей детства сидели в машине, Какучо все-таки решил спросить: - Почему ты спросил соглашаться или нет? - Не знаю. – пожал плечами Изана. – Вдруг что-нибудь случится? Я хочу дать тебе выбор, прежде чем втягивать в очередную авантюру. И, кто знает, может один из нас или мы оба погибнем. Никто не вечен, а мафиози тем более, - тихий смешок. Кивнув, Какучо завел машину, предварительно пристегиваясь. Слова Изаны продолжали висеть в воздухе, нагнетая атмосферу. - Надеюсь, пробок не будет. – как бы невзначай говорит Хитто, дабы нарушить затянувшееся молчание, и нажимает на педаль газа.

***

Удар по тумбе и крик Санзу, у которого проблемы со сном. Такая реакция была от сообщения. Но, увидев его содержание, губы Харучие растянулись в хитрой улыбке. Открыв очередную банку энергетика, мужчина протянул: - День сегодня обещает быть преинтереснейшим). Сделав глоток, он вытер губы тыльной стороной ладони и, подойдя к шкафу, взял первый попавшийся костюм. Надев его, Санзу прихватил банку недопитого энергетика и таблетки. Без них у Хару начиналась невыносимая ломка. Как-то он пытался даже прекратить принимать наркотики (да, он головой ударился), но обернулось это, как вы уже поняли, полным провалом. Однако стоит отдать розоволоске должное: держался мужчина долго. Три дня, если быть точным. Для наркомана время растягивается, открыто издеваясь и мучая. Нервное напряжение, бессонница, потеря аппетита, слабость, рвота, агрессия, озноб – и это только цветочки… В последний третий день Санзу бился в судорогах, уже не думая – мечтая о смерти. Напряжение, физическое и моральное, давило на Харучие, забивая в угол, словно охотник дичь, а потом, обнажая косу смерти, медленно уродовало тело и душу, растягивая пытку до последней минуты, вздоха и последнего стука сердца. Мужчина, уже готовый умереть, неожиданно был спасен. Хотя эта новость будет не настолько шокирующей, по сравнению с тем, что «спасителем» Санзу был Ханма. Удивлены? Я тоже. Однако Шуджи сделал так не из великодушия или какого-то особого отношения к Хару, а ради выгоды. Согласитесь, довольно умный ход: спасти человека, чтобы он был должен тебе по гроб, и, воспользовавшись этим, сделать из него верного пса. Впрочем, этот «спасенный» и не был против. Напротив, у него появился смысл жить – следовать за Ханмой. Сомнительно, рискованно, но интересно, интересно каждый раз вылазить из дерьма, в которое он попадает вместе с Шуджи, играть в догонялки со смертью и жить сегодняшним днем. Вот и сейчас, спеша на место встречи, Санзу с нетерпением и азартом ждал подробностей о деле, уже заранее соглашаясь вновь следовать за Ханмой в самое пекло. Для него Шуджи был единственной нитью, не позволяющей отправиться в мир иной. Но именно нитью, ибо оборваться она могла порваться в любой не подходящий момент. Но Харучие все равно шел, прям как мотылек, летящий на огонь. Наивный... На стоянке уже стояло несколько машин. Припарковавшись, Санзу допил остатки энергетика, швыряя пустую банку в ближайшую урну. Но она упала из-за кучи мусора, полностью заполняющего железный ящик. Со звоном банка упала на асфальт, оставляя на нем несколько капель. Этот звук совпал с закрытием дверей здания, где скрылся Харучие.