Маковый принц

Ничего. Это все, что осталось у Элиота после того злополучного вечера. Он потратил все внутренние ресурсы, стараясь не сойти с ума, когда его руки окрасились чужой кровью, собрал последние силы, чтобы не умереть от страха, глядя в черные глаза Мэддока. Но теперь, когда все позади и есть время поддаться эмоциям, не осталось ничего. Зияющая пустота, размером с сердце, прорастала в груди. С каждой минутой она становилась реальнее, питаясь эмоциями, которые должен был пережить Элиот. И чем больше времени проходило, тем сильнее она становилась. Пустота плавно пускала корни, сплетая их с венами, вытягивала жизненные силы, шипами притворного безразличия вгрызалась в разум. Сон. Никогда прежде Элиот не мечтал ни о чем сильнее. Поддаться забвению и слиться с ничего не знающей пустотой воедино — истинное блаженство. Но стоило юноше закрыть глаза, как перед ним оказывался Морис. Веселый. Улыбающийся. С раной на горле, блюющей кровью. Морис смеялся. Нет, истерично хохотал. Он не помнил, что его трахею и связки перерезал острый нож, и теперь слышался лишь сиплый, лающий звук. Иногда в голове появлялась страшная мысль — вдруг Элиот, как и Морис, тоже забыл, что ему перерезали горло. В такие минуты парень хватался за шею, тщательно проверяя на наличие повреждений, и произносил свое имя вслух. Сегодня в темноте оно звучало иначе, чем прежде. Будто имя не его, а убийцы. Тогда Элиот повторял его снова. И снова. И снова. Пока имя не станет родным. Но этого так и не происходило. Элиот не боялся быть услышанным. Ту ночь он провел в гостевой, возложив все проблемы на несокрушимые плечи Стефано. Тот застал мальчишку и Арона, когда они пытались свернуть вечеринку. Одного взгляда на Элиота, по чьей щеке все еще была размазана кровь, хватило, чтобы понять — случилось что-то совсем не хорошее. Стефано схватил парня за грудки, оттаскивая в самый тихий уголок. К слову, мужчина впервые позволил себе подобное поведение, но не со зла, а скорее от бессилия. Он продолжал допрос, снова и снова задавая одни и те же вопросы, до тех пор, пока мальчишка не разрыдался. — Ладно, парень, я все решу, — сменив гнев на сочувствие, произнес Стефано. И он действительно взял ситуацию под контроль. С такой легкостью, словно у него была волшебная палочка. По одному лишь негромкому приказу, студенты свернули вечеринку. Даже Арон отправился домой, хоть и беспокоился о Каре, что все еще была наверху с накаченной наркотой Тис. Потом приехала группа людей. Одни прибирались в доме, другие сворачивали тело в ковер, украшенный маками из кровавых пятен. Сам Элиот спрятался в гостевой, так как его собственная комната к тому времени была занята уже уснувшими девушками. Кристиан появился под утро. Тихие шаги лишь ненадолго остановились возле гостевой, а через полминуты скрипнула дверь его спальни. Если бы Элиот не заставил себя закрыться от эмоций, наверняка бы в тот момент испытал грусть. Ему необъяснимо хотелось увидеть Кристиана. Сказать спасибо за помощь. Да хотя бы просто перекинуться язвительными фразами. Но он не зашел. Зато к полудню явился Стефано. К тому времени Элиоту не удалось ни на минуту сомкнуть глаз, но он продолжал лежать на кровати, уставившись в стену. Мужчина зашел несмело, предварительно робко постучав в дверь. За собой он принес шлейф кофейного аромата. По всей видимости, ему тоже не удалось поспать. Элиот ощутил, как кровать немного прогнулась под весом Стефано. Юноша решил не реагировать на его присутствие, притвориться спящим. Ему просто не хватало сил подняться и взглянуть в глаза наставнику. Элиот от чего-то чувствовал себя виноватым; будто в очередной раз не оправдал ожиданий. Для себя он решил, что хочет выйти из бизнеса. Сбежать куда-нибудь на рыболовном судне и больше никогда не видеть Мэддока или Стефано, или Кристиана. Особенно Кристиана. Вот только произнести свои желания вслух он пока не решался. — Хватит притворяться, парень. Я знаю, что ты не спишь. Элиот не двинулся. Пусть Стефано и знает, взглянуть ему в глаза все-равно не хватает духу. — Знаешь, Элиот, тебе повезло выбраться из трейлерного парка и стать одним из самых богатых людей страны. Не все подарки судьбы — хорошие. Но ты вправе использовать их, как пожелаешь. И, возможно, тебе удастся обернуть все в свою пользу. — Это не подарок. Это проклятье, — безжизненным голосом произнес Элиот. — Можешь считать как угодно, но ты должен взять себя в руки. Голдуотер выходит из-под контроля. Если не приструнить его сейчас, тогда ты действительно узнаешь, что такое проклятье. Внутри зародился страх, но пустота, пожирающее все эмоции, поглотила и его. Остался только холодный рассудок. Им и руководствовался Элиот, продолжая разговор. — Мне нечего противопоставить Мэддоку. Я никогда с ним не справлюсь. Заскрипела кровать — Стефано поднялся на ноги. — Продержись до конца апреля. Не сдохни и не напортачь, и тогда Кристиану исполнится восемнадцать, и он займет твое место. — Ты ведь сказал, что никто не уходит живым из этого бизнеса, — парень вскочил с кровати, хватаясь за надежду убраться отсюда подальше. Элиот ссылался к разговору в лаборатории, который состоялся в тот день, когда он узнал каким на самом деле бизнесом ему предстоит руководить. — Только если у него нет денег, — подмигнул Стефано. — Мы выведем тебя из бизнеса, если сделаешь все как надо и будешь держать язык за зубами. Даю слово. Восемь месяцев. За это время Мэддок успеет перерезать ему горло, в случае необходимости. Но все же есть маленькая вероятность, что Элиот выживет и сможет сбежать. Главное, чтобы впредь Стефано всегда был рядом. — Ладно, — неуверенно закивал Элиот. Стефано вымучено улыбнулся. Помятое лицо и пыльные пятна на дорогом костюме громче слов говорили об его усталости. — Отлично, парень. Но держи пока рот на замке. Ни сам Кристиан, ни кто-либо еще не должен знать, что бизнес вскоре перейдет ему. Я подумаю, что делать с Голдуотером, а пока проверь почту. У нас появилась еще одна проблема, которую нужно решить.