Оригинальная профессия

Саске чуть попятился назад, все же закрывая за собой дверь. Теперь он хорошо осознал, насколько на самом деле влип. Он понятия не имел, что задумал Итачи, но ему определенно непоздоровится. Все вокруг перемешалось и затянулось в непонятную историю, конец которой все дальше ускользал. Понятие "осмысленность" постепенно тонуло в отчаянных попытках разобраться в происходящем. - Вот ты где! Куда ты пропал, ты мне нужен… Девушка появилась словно из ниоткуда, но этот факт совсем не усвоился мозгом. Саске опустил взгляд, в голове прокручивая все сказанное Учихой мгновенье назад. «Я не стою этого». Понять можно было все, но задействовать невинных людей в играх? На что еще способен Учиха ради собственных развлечений? Почему-то сильно тошнило, и только сейчас Саске понял, что это поцелуй горел на губах. Он сильно отличался от того, что подарил когда-то сам Сенджу. Он бы, наверное, смог об этом подумать, если бы голова хоть немного работала. Все перемешалось в один сплошной неподъемный бред! Еку у Итачи? Он с ней что-то сделал? Но он же не какой-то там якудза! - Блеф… - прошептали губы Саске, хотя он и понимал, что Итачи действительно как-то с этим связан. Но не мог же он действительно что-то с ней сделать? Неужели возможно такое? - Саске! – окликнула Карин парня, и тот запоздало обернулся. – Мы зал украшаем, если ты еще не забыл. Ты вроде на перекур отошел? Где тебя черти носят? Я ухожу, а ты там нужен. Впервые ему захотелось послать ее куда подальше, но он мог просто проявить полномочия, которыми наделил его Учиха. - Я - личная прислуга Учихи Итачи, и в мои обязанности не входит украшение зала. Не ты ли учила знать свое дело? Сейчас я занят. Девушка изогнула бровь, быстро сокращая расстояние. - Вот ты как заговорил? Ну-ка быстро спустился вниз! - Карин, - позвала Сакура поднимаясь следом. – Там тебя Суйгецу хочет видеть. Девушка зло закатила глаза, разворачиваясь на каблуках. Кому-то явно сейчас не поздоровится. - Все нормально? - Да, отлично. - На тебе лица нет. Опять Итачи что-то? - Нет, все в порядке, просто… чувствую себя не очень хорошо. Я сильно там нужен? Сакура подошла, приложив ладонь ко лбу Саске. «Еще поцелуй», - скорее на автомате мелькнула колкость. Он бы правда озвучил, но сейчас как-то вообще не до того было. Казалось, что в мысли напустили дыму, и соображать было крайне сложно. - Ладно, иди, я придумаю что-нибудь. Саске сделал последнюю запись, захлопнув конспект и закинув обе тетради в сумку. Все-таки Карин его достала, и ему пришлось со всеми заканчивать всю рабочую часть приема, пока не началось само торжество. Сейчас же добрая половина слуг была свободна, в том числе и Саске. Физически работа была нетрудной, но от постоянного жужжания над ухом начинала болеть голова. Эти дамочки, вечно всем недовольные, основательно насели на парня, глядя, насколько он рассеян. А ведь в действительности Саске был совсем не там, он уже придумал тысячу слов, которые можно было бы сказать Итачи, но вряд ли это хорошо отразится на Еку. Действительно ли он это сделал? Он ее похитил? Она у него? Он знает, что происходит? Ведь явно же он к этому причастен, потому как даже если Еку просто решила оборвать с Саске любую связь, Итачи этого бы знать не мог. Да и с чего Еку вдруг бросать столь обожаемого молодого человека, а то, что это так, ни для кого не секрет. Еще один звонок, и снова вместо приветливого «Йо!» равнодушный голос сообщает, что абонент временно недоступен. Сперва сбрасывала, теперь вообще телефон отключила. За окном уже смеркалось, и это еще больше давило на психику. Какой еще к черту подарочек? Ничем хорошим это не закончится… Саске понимал, что услышь он такое раньше, у него нервы бы сдали и он послал бы Учиху ко всем чертям собачьим, забил бы на университет, хоть и жалко было бы. Но теперь жизнь невинного человека… «Живыми? Уверен?». … зависит от него? Он не был влюблен в Еку, просто нашел смазливую девчонку, которая была весьма не глупа, да и в постели горяча, но определенно их отношения не стоили для Саске ничего. Однако бросить так девушку, позволяя Итачи срывать на нее злость, было выше его сил. Саске подошел к зеркалу, чуть наклоняя голову. Разве он действительно настолько может привлекать мужчину? Он же ни капельки не похож на девчонку, да и особо красивым его назвать вряд ли можно. Хотя… Впервые самолюбие позорно капитулировало перед страхом. Не трудно догадаться, чего от него хочет Итачи, но вера в чудо все равно была. Какой подарок? Может, это очередная шутка? Что-то, что снова будет весьма унизительно, но хотя бы… Стук в дверь, и словно сердце остановилось. - Саске? - послышался голос Карин. Что-то внутри отпустило, и даже дышать стало легче. Приоткрыв дверь, Саске выглянул в коридор. Не Карин первое, что попалось на глаза, не ее смущенный вид, а предмет, что был в руках. Девушка явно мялась, но все-таки произнесла. - Извини меня, я, наверное, погорячилась сегодня. Как и всегда, впрочем. Сакура сказала, что ты себя не очень хорошо чувствовал. Прости, в общем, и вот. Передать просили. Приличного размера черная коробка. Ничем не похожая на подарок, но в том, что это и есть он, Саске не сомневался. - Что это? - Понятия не имею. Сай сказал, велели тебе отдать. Я бы заглянула, да не знаю, как открыть, не порвав. Каюсь. В общем, держи, завтра у тебя выходной? - Да. - Ну, ты же понимаешь, какая нас всех уборка ждет? Саске усмехнулся, представляя, что будет на самом деле после такой вечеринки. А ведь этот прием и вправду через пару часов превратится в тусовку элитной жизни. - Спасибо, - словно севшим голосом произнес Саске, закрывая дверь и тут же роняя коробку на пол, отходя от нее на несколько метров. Что в ней? Что за подарок? «Покажи мне его во всей красе». Куда делась хоть какая-то уверенность в себе, хоть какие-то силы? Итачи выиграл, ведь Саске даже не пытался бороться. Любопытство все же взяло верх над страхом, и Саске, опустившись на пол, подполз к коробке, разрывая темную матовую упаковку. «YSM» - гласила серебристая надпись, но что это значит, парень понятия не имел. Пальцы не желали гнуться, но Саске все же уверенно снял крышку, недоверчиво глядя на кружево. Много черного кружева. Сверху лежал небольшой свернутый листок, который так и притягивал к себе все внимание. «Обладателю оригинальной профессии», - косой несколько резковатый почерк. Саске опустил руки, глядя на гребаное кружево. Он помнил, как Еку заценивала свое платье Учихе и что она тогда говорила. «Кружево. Он помешан на нем». - Еку, - простонал Саске, все-таки беря себя в руки и вынимая все из коробки. Брови Саске медленно поползли вверх, когда он понял, что находится в его руках. Юбка? Невероятно короткая, пышная, с атласными вставками, там же в коробке имелся корсет, в точно таком же стиле. Саске дрогнувшей рукой достал белый кружевной передничек и манжеты. Белье, чулки, белая лента для волос. Это шутка? Это же не может быть на самом деле? Действительно, одежда великовата для стройного женского тела, но Саске, судя по всему, будет в самый раз. Быстро покидав все обратно, он закрыл крышкой все это безобразие, поднимаясь на ноги и отходя от коробки, глядя на нее так, словно в ней было какое-то оружие. Какие глупости. Он не наденет это, даже находясь в совсем критическом положении. Вот только сейчас оно разве не таковое? Горло сдавило, только как оказалось это был смех. Сперва несколько тихий, но набирающий темп, и в итоге на грани истеричности. Это просто смешно. Ну смешно же! Что за фантазия должна быть у человека, чтобы заставить парня нарядиться в дорогой прикид из секс-шопа?! Ведь так же? - Черт! – не сдерживая эмоций, выкрикнул Саске, падая на кровать и сильно зажмуриваясь, словно реальность могла измениться. Это все настолько достало! Вся эта гребаная жизнь по чужой схеме. Какого хрена он вообще пошел учиться? Ему бы не пришлось работать здесь! Какого хрена Еку пришла сюда?! «Он хочет меня». Осознание этой мысли упорно не желало усваиваться в голове. Этого же просто не может быть. Хотя это и очевидно, просто слишком сложно. Зачем Итачи нужен именно Саске? Очевидно же, что он не из этих. Не сказать, что красотой блистает! Что в нем такого, что смогло заинтересовать такого человека, как Учиха!? Дышать нечем, наверное, плакать от безысходности хочется. Сейчас он, как последняя шлюха, должен нарядиться в бабские шмотки и прийти к Итачи, чтобы тот его поимел, иначе возможно, кто-то может сильно пострадать. Кто-то, кто очень любит Саске. Как же тошно, как же все противно выворачивает изнутри. Он не дурак и понимает, где придется спать этой ночью. Все-таки часть сознания верила, что все может обойтись. Он правда бы отказался, ушел, бросил универ, но так подставить Еку… Станет ли Итачи слушать уговоры Саске не трогать его, не делать этого? Вряд ли. Все-таки Саске всегда любил кружево. Как судьба оказалась жестока. Сжимая в руках столь любимый материал, Сенджу проводил пальцами по атласным вставкам и прочной ткани корсета. Ему просто нужно сделать это и попытаться забыть, как страшный сон. Сбежать потом, сразу же, и не возвращаться. Руки работали сами, причем достаточно быстро. Распаковать упаковку с ажурными чулками, натянуть их на ноги. И уже плохо становится. Юбка, застежки… Много крошечных застежек, с которыми трясущиеся руки справлялись, мягко говоря, хреново. Корсет застегивался сбоку. Спина при этом оставалась полностью открытой, лишь пересеченной несколько раз темными ленточками. По бледной коже пробежались мурашки, возможно от холода, а может все же от осознания, что одежды-то на теле практически нет. Манжеты, воротничок, передник, туфли, лента - тысяча мелких деталей. Удивительно, но это не ощущалось так нелепо, как представлял себе Саске. Ничего не давило, ничего нигде не торчало. Все-таки одежда особенная, словно и не на женскую фигуру рассчитанная. Неприятно, неуютно, холодно, хотя в комнате нормальная температура. Саске было страшно глянуть в зеркало, казалось, что стоит увидеть себя, и он просто умрет на месте. Хотя, скорее всего, в нем просто умрет нечто, что зовет себя мужчиной. Зеркало не поспешило успокоить. Теперь уже сомнений не было, костюм пошит специально. Совсем не смешно, совсем не глупо. Короткая юбка, выразительная талия, которой в теории не должно было быть, длинные прямые ноги, напряженные из-за каблука, затянутые черным узором, который позади превращался в шнуровку. Как себя после этого назвать? Какое-то жалкое ничтожество, не способное решить свои проблемы, готовое стать подстилкой, если нужно. Конечно, он может побиться за честь и бросить Еку в надежде, что Итачи не такая сука и ничего ей не сделает. Но если бы это было так, Учиха не делал бы столько акцентов на собственную власть. Опустившись на кровать, Саске все никак не мог перестать глазеть на себя. Он просто не верил, что видел себя. Как он мог до такого докатиться? Стрелка часов неспешно перешла за единицу. Однако все это время Саске не сводил с нее взгляда, желая, чтобы она двигалась еще медленнее. Но именно сейчас Саске мог незаметно добраться до второго этажа. Сейчас? Нет, он не готов. Он не сможет. Руки не слушаются, все нутро сопротивляется. Он не чувствовал ног, тело само поднялось с кровати, пальцы сдернули халат с вешалки, чтобы прикрыть это безобразие. Тихо. Главное тихо. Медленными, неуверенными шагами Саске вышел за дверь, выглядывая в коридор. Пусто. На улице играла музыка, ведь гости явно еще нескоро разойдутся. В руках туфли, вторая рука придерживала полы халата. И, отключив какие-либо эмоции, Саске направился к лестнице, достаточно быстро, но тихо. Еще не хватало, чтобы его увидели в таком виде. Сложнее всего было открыть дверь. Еще раз оглянувшись, обувшись и стянув с плеч халат, Саске дрогнувшей рукой коснулся гладкой поверхности двери, толкая от себя. В комнате было почти темно, лишь лампа горела за столом, где сидел Итачи, что-то записывая. Он даже не обернулся, хотя точно слышал ночного гостя. Перелистнув страницу, он продолжил писать. Это почему-то взбесило, ведь Саске уже представлял эту нахальную, но по-детски счастливую морду. Откинув халат, Саске сделал пару шагов ближе. - Я здесь, что еще? – слова дались с трудом, прозвучало совершенно неуверенно. - Я слышу. Погоди немного, - этот тихий и такой усталый голос вселил надежду мирового масштаба. – Присядь пока там. Саске слабо улыбнулся, опускаясь на мягкий диванчик. Спать действительно хочется сильно. Но его взгляд замер на спине Итачи. К прочему, на обнаженной спине. Эти же серые легкие брюки, и больше ничего. Он следит за собой, занимается своим телом - это сразу видно. Интересно, сколько часов он убивает в спортзалах? Много мужчин бы хотели быть обладателями такой фигуры. Тошнит от собственного восхищения. Шуршание листов, и Итачи обернулся на вращающемся кресле, закидывая ногу на ногу. - Вот теперь я полностью в твоем распоряжении. «Точнее наоборот», - фыркнул про себя Саске, не желая смотреть в эти темные глаза. - Что ты хотел? – вскинул брови Итачи, скользя взглядом по так неприлично одетому телу. - Я? - Ну не я же? – усмехнулся он. - Может, хватит!? Не смешно. Что с Еку? - С кем? - Еку. Моя девушка. - Подойди ко мне. «Ну, вот… начинается», - Саске поднялся с места. - Скажи сразу, чего ты хочешь, - произнёс Саске приближаясь. Итачи молчал, рассматривая мельчайшие детали. - Если говорить буду я, то выйдет сухой и неинтересный разговор. Твоя девушка горячая штучка, не отрицаю. Только вот… а ты уверен, что я к этому причастен? Я же вижу, на что ты готов пойти ради нее, а ты уверен, что тебя просто не кинули? Или собственная ослепительность не позволила рассмотреть такой вариант? Ближе, Саске. Куда же еще ближе? Парень замялся, в целом понимая, чего от него хотят. Губы Учихи растянулись в улыбке, когда он перехватил неуверенный взгляд. Внутри Сенджу что-то оборвалось и с грохотом разбилось. Прикрыв глаза, он протянул руку, плавно положил ее на плечо Итачи и опустился к нему на колени, придвигаясь максимально близко. - Откуда бы тебе было знать об этом, если бы ты тут был ни при чем? - Ты так сильно ее любишь? Я вообще сомневался, что ты придешь. - Во мне есть то, чего, увы, нет в тебе. Понимание подобного рода вещей тоже важная черта человека. Я не могу ее бросить, потому что я в этом виноват. И я знаю, что если с ней что-то случится, совесть будет есть меня до конца, - приобнимая одной рукой за шею, произнес Саске. – Чего ты хочешь? Она же ни в чем не виновата, ничего не сделала. Тишина в ответ. Видимо, его слова нужно покупать. Мало того, что Саске одет как последняя шлюха, мало того, что он добровольно сидит на его коленях? Но молчал Учиха явно не из принципа. Такой завороженный взгляд, ведь Саске так близко, а ведь он, Итачи, еще и слова не сказал. - Мне нужно что-то делать, чтобы ты не молчал? - Попытайся. - Я хочу знать, что с моей девушкой, и когда я смогу ее увидеть. Разве так трудно ответить? Саске как мог боролся с дрожью. Он первый раз задумался над тем, как женщины носят короткие юбки? Ты же совершенно беззащитен, полностью открыт и это ужасно напрягающее ощущение. Неужели с этого можно поймать кайф? Руки Итачи плавно прошлись по коленям, вверх по ажурным чулкам, под юбку. Пальцы Саске сильнее сдавили плечо Итачи, а на напряженном бедре прорисовался рельеф. - Еку не та, кто тебе нужен, - наконец произнес Итачи. - Быть может, ты позволишь мне самому решить? - Я даю тебе шанс поверить мне на слово и просто уйти. Потому что мы оба знаем, чего я хочу и чем все закончится. Саске закусил губу, в очередной раз ощущая, как же дьявольски сильно напряжено все его тело. - А тебя вообще ни капельки не смущает, что этого не хочу я? Это насилие, Итачи. - Разве? - Учиха поднял ладони. - Ты можешь встать и уйти. Прямо сейчас. А можешь остаться, чтобы получить то, что тебе нужно. Предварительно наградив меня тем, что необходимо уже мне. Это больше похоже на бизнес, чем на насилие. Так решают свои проблемы люди, перешагнувшие порог песочницы. - Я не могу встать и уйти. - Я не вижу ничего, что физически тебе бы мешало. А то, что творится в твоей голове меня не интересует. - Зачем ты это делаешь? Пожалуйста, Итачи. Моя жизнь и так на ад похожа. Ты посмотри на меня, на что я иду, чтобы угодить тебе. Не опускай меня еще ниже. - Ниже? Все не так плохо, как ты себе это представляешь, – Итачи прикрыл глаза, прикасаясь губами к бледной шее. По спине пробежали мурашки от этого легкого прикосновения. Саске отчетливо помнил ощущения, которые испытывал в прошлый раз, когда его чем-то накачали. Сложно сказать, что было хуже. Реальность резала острыми краями по сознанию. Лучше бы он, Саске, был действительно связан физически. - Остановись. Боже, ты же можешь просто отказаться от этой затеи, зачем тебе это нужно? - едва не слезно запричитал Саске, неловко то ли пытаясь слезть с колен, то ли придвигаясь ближе. - Зачем ты пришел, если настолько отрицательно настроен? - Ты не оставил мне выбора! - Знаешь, а ведь выбор есть всегда, видимо для тебя он являлся очевидным. Никто не заставит меня сделать то, что делаешь ты, потому что мой выбор будет не менее очевидным. В таком случае, я не оставляю его и сейчас, зачем ты просишь? Веришь в мою чистоту и добродушие? Ты настолько наивен? - Я знаю, что в тебе нет этих качеств, но все-таки я хочу верить, что ты понимаешь, о чем я говорю. - Скажи девушке, которая собралась съесть пирожное, что оно калорийное. Она откажет себе в удовольствии, раз уж взяла его? - Я не пирожное, а ты не девушка. Речь о человеческих чувствах. Хватит, правда. Итачи усмехнулся, чуть наклоняя парня ближе к себе, заглядывая в глаза. - Саске… Вот теперь уже нет смысла бороться. Позиция Итачи более чем ясна, и в этой истории парню по имени Саске уделили роль пирожного. Сенджу давно уже не испытывал это чувство, когда просто хочется плакать, когда у тебя нет ни малейшей возможности быть хозяином собственной судьбы. Как же так? Саске обреченно расслабился, и это оказалось более чем ощутимо. Уткнувшись лбом в плечо Учихи он закусил губу и закрыл глаза. Будь что будет. Утро все равно придет, разбираться с проблемами придется уже потом. Итачи попытался приподнять лицо Саске, но тот не позволил посмотреть себе в глаза. - Саске. Любой вопрос можно решить финансово, нравится тебе это или нет. - Если я найду деньги, ты отпустишь Еку и меня прямо сейчас? - искренне усмехнулся Саске. - Нет. Тебя не отпущу. Я не хочу подкидывать тебе варианты работы со мной на подобной основе. Я говорю совершенно о другом. Люди вокруг тебя намного хуже, чем ты думаешь. Романтизировать действительность - плохая затея. Ты легко доверяешься тем, кто доверия не заслуживает. - Я тебе и не доверял. - Я говорю не о себе. В следующую секунду, Итачи легко поднял его с собственных колен. Мгновение, и Саске оказался на кровати, так же, как и сегодня утром. Бессмысленный взгляд в потолок, который на самом деле был таким красивым и необычным. Странно, почему Саске раньше не замечал этого? - Ты подаешь себя как человека, полностью открытого для любых манипуляций. Ты открываешь свои слабые места так же просто, как незапертые двери. Соблазн воспользоваться этим слишком велик, так что твои обвинения на самом деле звучат глупо. Тем не менее, успокойся. Человеком движет страх и это приоритетно. Довольно сексуально, если честно, особенно в данном контексте, но я не хочу, чтобы сейчас ты меня боялся. Что бы я не сделал, все только для того, чтобы тебе это понравилось, и чисто физически я могу это сделать. Другой вопрос как к этому отнесешься ты. Травить свою голову мыслями о том, что все это ужасно, что это насилие и тебе хочется свалить - можно, но нужно ли? Секс есть секс, меньше думай и анализируй. Закрой глаза и чувствуй. Больше от тебя не требуется. - Стой, пожалуйста, я не могу. - Ты не знаешь о чем говоришь. Ты уже сделал так много, поверь, нацепить это все, - напряженная рука прошлась по изгибу талии, сжимая кружево, - намного менее приятно, чем то, что я тебе гарантирую. Весь этот маскарад просто показатель того, что ты все еще в моем подчинении. Не стоит из-за этого грузиться и уничтожать свое мужское Я. Саске действительно затих, не понимая, почему так внимательно слушает. Меньше всего ему хотелось сейчас быть здесь, но слова Итачи звучали чертовски правильно. Сенджу в любом случае обречен, осталось вдолбить в напуганное тело мысль, что расслабиться сейчас и вправду хороший вариант. Парень медленно кивнул, не понимая, как вообще жизнь привела его сюда. Как сложно заставлять себя же двигаться, это тело вообще когда-нибудь было в подчинении хозяина? Сейчас Саске ощущал себя куклой, его руки и ноги были обмотаны лентами страха, за концы которых дергал никто иной как Учиха. - Это сильно больно? – тихо спросил Саске, не веря своим ушам. Он не думал об этом, губы сами задали столь глупый и неуместный вопрос, возможно даже для того, чтобы хоть что-то сказать, хоть как-то отсрочить неизбежное. Губы Итачи чуть изогнулись в улыбке победителя. Наверное, после этой ночи Саске не сможет смириться с этой мыслью и покончит жизнь самоубийством, но он верил, что все равно сегодня Итачи получит свое. Так, наверное, лучше довериться, чем сопротивляться и в итоге только усилить степень боли и унижения. Хотя про второе, еще не факт, как хуже. - А ты хочешь, чтобы было больно? - Нет… - Значит мой ответ таков же, - пробормотал Итачи, прикасаясь губами к приоткрытым губам Саске. Поцелуй - это всегда граница личного. Особенно, если он не насильственный, а такой как сейчас, мягкий и практически желанный Все ненастоящее, нереальное, просто сон. Как же Саске хотелось убедить себя в этом. Но это выше возможного. Руки прошлись по тонкому кружеву чулок и наконец добрались до ажурной резинки, прикасаясь к коже выше. - Стой. Пожалуйста, стой, - вновь остановил Учиху Саске. Итачи устало вздохнул, снова глядя на парня. – Как хочешь. Делай что хочешь. Только… дай мне выпить. - Что? - Что неясно? Дай мне выпить. Итачи отстранился, отпуская Саске, который тут же принял сидячее положение. Как же он мил в таком виде. Тонкие пальцы Учихи легко стянули белую ленточку с волос Сенджу. - Можно. Только мне казалось, ты против алкоголя. - Интересно, почему бы это? – ядовито бросил Саске. - Понятия не имею, - сделал невинные глазки Итачи, поднимаясь с кровати. Где-то в столах еще осталось виски, после их с Деем последней посиделки. Предварительно попробовав алкоголь сам, Итачи протянул бутылку Саске, который смело приложился к ней. Опьянеть сейчас было бы очень кстати, но вряд ли у него есть на это время. А потому, не жалея себя, Саске сделал три больших глотка. Правда, его сразу же чуть не вывернуло, и горло обожгло до слез. Итачи отобрал бутылку с сочувствием глядя, как Саске пытался прокашляться и стереть с глаз проступившие слезы. - Кто ж так пьет? – фыркнул Итачи, делая небольшой глоток. – Идиот… Притянув к себе парня, Учиха стер со щек слезы. Губы мокрые, немного алкоголя попало на подбородок. Слизнув горькую жидкость, Итачи усмехнулся скорее самому себе. - Мило. Что ж, если правда так будет лучше, можешь напиться, я не против. Только не так… агрессивно. Еще глоток. Саске стянул с ноги вторую туфлю. И все-таки, как Еку на них ходит? Жесть… Пока пальцы сжимали холодное стекло, Сенджу чувствовал себя в относительной безопасности, а потому даже объятия его не смутили. Итачи уткнулся лицом ему в плечо, и это правда было мило, и совсем не отталкивало. - Ты ублюдок, - констатировал Саске, чувствуя, что виски основательно въелся в мозг. Комната потеряла резкость, и самым эпицентром стало плечо, опаляемое горячим дыханием. - Я знаю, - не стал отрицать Итачи. – Это все, на что у тебя фантазии хватило? И похуже бывало. - Можно вопрос? - Дерзай. - Ты пытался трахнуть Наруто? Итачи засмеялся, откидываясь на кровать. - Как тебе сказать… - снова смех. – Несколько неожиданно. - А все-таки? - Ха, нет. - Почему? Он же привлекательнее меня, - фыркнул Саске, делая еще один небольшой глоток. - Тем более, ты затащил меня к себе в койку в первый мой рабочий день, решив, что я это он. Да и он рассказывал забавные вещи. - Он просто скучный, неинтересный и похож на зверька. В нем не хватает жесткости характера. Человек, который совершенно на все согласен не особо интересен. - А, так вот как мне нужно было себя повести. - Ну так вперед. Итачи изогнул бровь, резко дергая Саске на себя. - Подари мне капельку своей инициативы. Ну же, я знаю, что сейчас ты можешь это сделать. Сенджу усмехнулся, поражаясь запросам Учихи, чуть запоздало понимая, что это самый лучший вариант. Не быть прижатым, напуганным, а хоть как-то получить от этого удовольствие. Секс есть секс, как бы жутко сейчас это не выглядело. В конце концов, если бы все было настолько ужасно, все были бы натуралами. Саске склонился, прикасаясь губами к губам Учихи. Черт с ним, целоваться с Итачи и вправду довольно приятно. Нет, врать себе Саске не научился. Ему страшно, он не хотел, но ему намного лучше, чем час назад, когда он дрожащими руками рвал упаковки одежды. Сейчас все просто и понятно. Касаясь сперва почти невесомо, а после, словно сорвавшись серьезно и напористо, желая получить от Учихи все. Хватит играться. Пальцы Итачи сжали темные волосы Саске на затылке, а вторая рука нахально прижала тело к себе, крепко и властно, не давая больше и шанса вырваться. Дурманящее чувство играющего алкоголя в крови впервые совсем не раздражало, оно смазывало мысли и позволяло не задумываться о таких вещах, как рациональность и правильность. Хотя все и настоящее, никто его не обвинит в слабости. Он сломался, он здесь, в самом безобразном виде, но он знает, что завтра все будет иначе. Только это позволяло не сойти с ума. Он сделает это, а потом скроется, он отплатит за нелюбимую девушку, потому что это по-человечески, и больше никогда здесь не появится. Итачи совсем голову снесло от внезапного желания парня, который как только мог избавлялся малейшего контакта. Нагло целуя податливые губы, грубо сжимая волосы, с удовольствием отмечая, что кислород-то заканчивается, Итачи приоткрыл глаза, чтобы увидеть дрожащие темные ресницы. И ничего больше не нужно. Толчок в грудь, и вот Саске уже снова оказался снизу, не смущаясь этого. Позорно выглядеть, словно пятнадцатилетняя девственница, уж лучше так. Он - подарочек для Итачи, и, похоже, Учиха вдоволь наслаждается оберткой. Вновь целуя шею, Итачи сорвал воротничок, полностью обнажая плечи, проводя по груди пальцами, с придыханием касаясь губами бледной кожи. Вдох, выдох… Смелые руки снова прошлись по ногам. О да, Саске останется в чулках, но остальная одежда ему не нужна, а потому Итачи смело расстегнул замочек, стягивая с парня ненужный корсет и короткую юбочку. Губы исследовали вновь открывшиеся участки тела, что действительно нравилось Сенджу. Да, похоже Итачи был прав. Опыта у него много, он знает где и как... Какая разница кто? Это действительно разбивает все принципы в щепки! Тело… только тело, и физическое удовольствие сейчас перекрывало моральное недовольство. Прерывистое, шумное, непослушное дыхание, раскрывающее его как нельзя лучше. Когда он остался без белья? Алкоголь все больше играл в крови, хотя Саске и не сомневался, что так будет. Ему нельзя пить. - Ммх… Этого было достаточно, чтобы губы Итачи растянулись в плотоядной улыбке, и, больно прикусив розовый сосок, Учиха с удовольствием вслушался в полноценный стон. Саске весь в его распоряжении, и сейчас это чувство пьянило еще больше, чем выпитый виски. Но Учиха знал, что завтра все это выльется в отвращение, только сейчас это не имело никакого значения, потому что это тело полностью принадлежало ему. Ночью он готов любить, но утром тело рядом его больше не интересовало. Только отчего-то эта информация совсем стерлась из головы. И только полуоткрытые влажные губы пьянили, даря странное, восхитительное наслаждение, намного выше физического. Итачи отстранился, по-кошачьи вытягиваясь, пытаясь достать до прикроватной тумбочки. Саске приоткрыл глаза, кончики волос Учихи щекотали нос. Усмехнувшись, Сенджу нагло дернул за ленту, которая сразу развязываться не пожелала. Итачи недовольно опустил взгляд. - Больно, - произнес он, но все же выполнил неозвученное желание, распустив волосы. Наконец обнаружив в завалах все возможной ерунды требуемые атрибуты, Итачи снова вернулся в более устойчивое положение, прихватив зубами кончик квадратной серебристой упаковочки презервативов. В другой руке был маленький стеклянный бутылек с бледно-фиолетовой жидкостью и красивой крышкой. Саске опираясь на руки, принял полусидячее положение. Пятнадцатилетняя девственница прорывалась сквозь пелену алкоголя и возбуждения. - Это... что? – уточнил Саске, глядя на бутылек, а после послушно принимая его в руки. Открутив крышечку, Сенджу сразу же учуял невероятно приятный запах. – Зачем? Итачи опустил два пальца в жидкость, промокнув в маслянистом растворе. - Знал бы ты, сколько эта вещица стоит, - усмехнулся Итачи, убирая пальцы, проводя ими по животу, вниз, пока до Саске не дошло, что это и зачем. Сперва ему захотелось сказать, что он может и сам, но мысль о том, как Итачи будет за этим наблюдать, заставила его заткнуться. И почему он раньше об этом не подумал? - Мх… не надо… - Тсс… без паники, тебе понравится, - словно заученную фразу произнес Итачи, толкая парня обратно и проникая в тело пальцами. Саске приоткрыл рот, но сразу же прижал ладонь к губам, закрывая глаза. Неожиданное, странное чувство, и, мать его женщина, как же стыдно! Прикосновение в столь сокровенных местах не просто смущало. Какого-то черта это еще и заводило. Да, слушать только тело. Прищурив глаза, Саске поднял взгляд на Учиху. Зачем он так смотрит? Какой же он необычный… Почему вместо положенного ему отвращения, внутри все сводит от желания. Позволить обладать собой самым наглым образом. А еще чулки на этом развратном теле смотрелись невероятно привлекательно. Вдох, выдох… - Не кусай губы, следы будут долго сходить. Итачи поймал руку, пытающуюся прикрыть рот, и прижал ее к подушке, глубже проникая пальцами. Ломаное дыхание в перемешку с тихими постанываниями. И так ровно до тех пор, пока Итачи не замер, с улыбкой вслушиваясь в пока что самый громкий стон. - А если… кто-то… - Не страшно. Не думай об этом, - снова поцелуи. Так даже лучше, вернее тише. Сенджу был согласен отдать губы на растерзания, лишь бы его не было так явно слышно. Учиха закончил так же резко, как и начал. Ощущения мягко говоря необычные, мозг пытающийся прокомментировать это просто поломался и Саске тихо засмеялся, что было хорошим знаком. Пожалуй потому, что самая адекватная формулировка этого бреда - продолжай. Но вслух, разумеется, никто ничего не сказал. Итачи протянул презерватив Сенджу, который с легкой заминкой принял его, а после, немного поколебавшись, разорвал упаковку. Снова усмешка на губах Учихи, ему явно нравилась эта покорность. Нравилось глядеть, как Саске протягивает руку, стягивает с него серые брюки, не надеясь на помощь в этом непростом деле. «Охренеть», - пронеслось в голове. Не сказать, что он сильно был поражен размерами, но… это действительно ни хрена не мало для него. Он же не девушка и ему не положено пищать от восторга, если предлагают хороший агрегат. - В чем дело? Саске покачал головой, справляясь, наконец, с резинкой и тут же оказываясь снова на лопатках. Руки Итачи прошлись по внутренней стороне бедер, шире раздвигая ножки. Саске сложил руки на плечи Итачи, скорее интуитивно, а может, вспомнил, что так делала Еку. Как же страшно, мать вашу! Учиха склонился, целуя ушко и тихо шепча: - А сейчас все будет зависеть от того, насколько ты расслабишься… Саске осознал, как напряжены ноги, да и все тело, в ожидании не самых приятных ощущений. Да… просто расслабиться. Громко охнув, Саске зажмурился, забывая про чистосердечный совет. Вот это, мать вашу, не больно! Он бы мог попытаться что-то сказать, но кусал губы, пытаясь сдержаться. Ему не особо дали время привыкнуть, рука, придерживающая талию, сильнее прижала парня к груди. И Саске сорвался, не выдерживая напора. На губах осталась кровь, но сохранять тишину уже было выше возможного. Это еще юношеское тело, взмокшее и такое податливое. Его голос, такой звонкий и такой громкий. Именно это Учиха хотел услышать с той самой секунды, как услышал, как парень неприветливо произнес свое имя. А сейчас он здесь и стонет, как заведенный, не в силах даже дышать. - Итачи… не.. я не кххааа... Состояние упоительного счастья и полной власти! Слышать свое имя… впрочем, как всегда, но словно в первый раз. Сильнее вжимая в кровать, не жалея ни капли, удовлетворяя себя! А он вновь стонет, еще громче… Челка прилипла к лицу, ресницы дрожали, и выглядело это неописуемо. Все-таки Саске самый красивый из всех, кто когда-либо был на этой кровати. Но все ровно до того момента, пока белесые капли спермы не перемазали живот. Он прекрасен, словно и не человек вовсе. А следом накрыло Учиху, и до синяков сжимая бедра Сенджу, Итачи кончил, кажется, царапая бледную кожу до крови. Саске издал тихий звук, словно промурлыкал, а может, что-то сказал, но Итачи не расслышал. Прижав к себе парня, он поцеловал его в губы, собственнически и в последний раз. Сенджу не верил в то, что ему понравилось, не верил в то, что проявлял активное участие во всем этом безумии. Он ощущал теплую руку на своей талии, понимал, что остается тут до утра, но все это осознание было поверхностным, мозг не пускал мысли глубже. Но все же был один важный момент. - Еку, - тихо прошептал Саске, ответ все еще был необходим. - Я не знаю, где она, - пробормотал Итачи, кажется он планирует спать. Хотя да, скоро два часа ночи, не удивительно. - Как не знаешь? - Сенджу перевернулся, недоверчиво глядя на Учиху. - Этого не может быть, ты же сам сказал... - Тихо. Она просто ушла, оценив тебя в тысячу долларов. Я дал бы и больше, просто, чтобы посмотреть, насколько ты будешь метаться и насколько сам ценишь ее. Я говорил, все решается очень просто. Забавно было смотреть как ты ее защищаешь. Саске медленно сел в кровати, ощущая как холодок прошел по спине. Все смешанные, но довольно позитивные эмоции сошли на нет. Снова вернулось чувство омерзения, но уже скорее от ситуации в целом. - Это же шутка? Она бы не стала. - Более вероятно, что я жестокий мафиози, который запер девушку в подвале, чтобы получить плату натурой? Ты же не серьезно? - Учиха удовлетворенно потянулся. - Забудь ее. Просто забудь. Саске вдруг ощутил, что хотел бы в душ. Намыливать свою кожу часами в попытке стереть все эти прикосновения. Попытка вылезти из кровати не увенчалась успехом, его сгребли в охапку и прижали к себе, а сил для сопротивления осталось не много. Ни физических, ни моральных. Такого предательства он не ждал. К черту все, Саске не стал ругаться или вырываться, просто перевернулся на другой бок и уставился пустым взглядом в стену. Отвратительно. Его трахнули, потому что захотели. Кинули, потому что выгода с неба упала. С ним вообще как с человеком хоть кто-то обращаться способен? Его заботу и волнение втоптали в грязь, его личное мнение ни гроша не стоит. Из него же действительно сделали какую-то подстилку. И пару минут назад он еще чему-то улыбался? Кажется алкоголь только еще больше обострил внимание на проблеме. Саске закрыл глаза, умоляя свое тело уснуть прямо сейчас. Хреново. Глаза жжет, дышать трудно, но, господи, как не хочется плакать при ком-то. Больно закусив губу, Сенджу принялся считать, не открывая глаз. Когда он досчитает до тысячи, все станет хорошо.