Охотник

– Что сказал Наму? – Намджун-хен, во первых, – Пак сквозь сон слышит хриплый голос Юнги. – Он недоволен, естественно. Все идет не по плану. – Ты не виноват, Юнги. Ты же понимаешь это? Пак моргает несколько раз и окончательно открывает глаза. Закутанный в плед, он лежит на неразложенном диване, замерев, и прислушиваясь к голосам с кухни. Его темно-каштановые волосы вспотели и прилипли ко лбу. Судя по свету, сейчас ранее утро, а это значит Юнги только вернулся. – Виноват или нет - решать не мне, но задание мы так и не выполнили. Он сильнее чем другие. – Юнги… Пак задерживает дыхание и пытается слиться с диваном, продолжая вслушиваться в разговор, но вдруг слышит шаги. Только он зажмуривает глаза,активно притворяясь спящим, как над его ухом раздаётся голос: – Эй! Мы тебя разбудили, да? Пак распахивает глаза и встречается с серыми глазами Тэхена, который нависает над ним, облокотившись на спинку дивана. – Я только проснулся, – выпаливает Чимин, стягивая с себя махровый плед, садится и потирает лицо. – Ага, – Тэ ему подмигивает и отходит обратно на кухню. Умывшись, он присоединяется к парням, которые молча жуют бутерброды, явно сделанные заботливыми руками Тэхена. Пак подходит к холодильнику, достает оттуда минералку и, открыв бутылку, делает большие глотки. Берет один из самодельных сэндвичей, аккуратно придерживая куски хлеба из которых торчит огромный кусок ветчины. Лица парней подозрительно спокойные, но под глазами у Юнги синяки от недосыпа, а его спина напряжена больше чем обычно. – Все в порядке? - закидывает Чимин удочку. Тэ хмыкает, а Юн не отлипает от своего телефона. – Ты уже слышал, – Ким ему улыбается, – так что понимаешь, что не очень. – Тэ! - возмущается охотник. – Да он и так узнает, скажи ему сейчас! – Что он должен мне сказать? – Пак встревает в разговор, присаживаясь за кухонный островок. Юнги и Тэхен смиряют друг друга взглядами, и если Мин выглядит раздраженным и усталым, то Ким спокоен как удав: он сидит развалившись на стуле и чуть вскинув подбородок. Искры, пролетающие между ними, видно невооруженным взглядом. Они словно два оголенных провода, и коротят так, что Пак жалеет, что вообще вмешался. – Парни? Мин отводит взглядит и шепчет ругательство себе под нос, в котором отчетливо слышатся “ебучий” и “щенок”. – Не забывай, что это я тебя! – парирует Тэ и сразу же вскакивает со стула, улыбаясь своей фирменной квадратной улыбкой. – Пошел вон! - чуть ли не рычит Юн, стремительно краснея. Ким проходит мимо Чимина, проводя рукой по волосам и бросает: – Вернусь через час! Входная дверь хлопает и Пак тихо выдыхает, боясь даже смотреть на Юнги. Последний, уткнувшись лбом в стол, размеренно дышит и мысленно проклинает своего невыносимого парня. Неловкая тишина повисает на несколько минут, пока Чимин размеренно пьет воду из бутылки, делая вид что стена в гостинной - новое произведение искусства, а Юнги упражняется в дыхательной гимнастике. – Чимин… - наконец произносит охотник. – Да? - сразу же откликается юноша. – Тебе нужно посидеть дома еще некоторое время. Охота сегодня не удалась. Пока мы решаем сложившуюся проблему, нужно чтобы ты был в безопасности, – Юнги произносит каждое слово очень тихо, наблюдая за тем, как птицы кружатся за окном. Чимин разочарованно выдыхает. – Юнги хен, если бы ты рассказал мне про вампиров больше… – Что ещё ты хочешь знать? Мин смотрит на него, замечая как тот устал, и в его взгляде плещется сожаление. – Как ты стал охотником? – Пак зевает в кулак. Юн чешет затылок и поджимает губы. – Меня нашли. Я думаю, я просто родился таким. – Родился? Нашли? Юнги стонет и хрустит шеей. Утреннее солнце пробирается в окно, освещая кухонные тумбочки и отражаясь от зеркальных поверхностей. Больше всего в своем доме Пак любил именно это место. Бабушка часто готовила для него перекус в школу и университет, здесь же учила вместе с ним домашку и рассказывала о своей профессии, так много, что и Чимин загорелся поступить в научно-медицинский университет на ту же самую кафедру. Серые фасады кухонных тумб, которые они подкрашивали раз в пять лет. Дубовая лакированная столешница, на которой можно обнаружить царапины, оставшиеся от его первых кулинарных опытов. – Понимаешь, я не могу рассказать тебе всего, не потому что не хочу, – Юнги заглядывает Чимину в глаза, – а потому что я правда не могу. Тэхен может иметь свое мнение и поступать так, как считает нужным. Но я дал слово, которое не могу нарушить. Чимин понимающе кивает, он так же давал обещания госпоже Сумин, которые выполняет и по сей день. – Тогда может расскажешь как появились вампиры и оборотни? – Это легенда. На самом деле мало кто знает как это произошло на самом деле, – Юнги трет подбородок. – Намджун убьет меня... Ладно. Чимин смотрит на охотника во все глаза, готовясь впитывать информацию. Он не знает кто такой Намджун, но сейчас самое важное - разобраться, во всем что с ним произошло за эти два дня. Юнги, вздохнув, начинает свой рассказ: Эта легенда гласит о событиях, произошедших через тысячу лет после того, как на земле появились первые люди. В одном из поселений жил мужчина и звали его Аликсар. Он был своего рода ученым. Уже тогда начинали поговаривать о камне, что может подарить вечную жизнь, сейчас его называют “философский камень”. Пытаясь обрести источник вечной жизни, Аликсар начал создавать зелья. В начале он использовал кровь животных, мешая её с разными травами. Эти эликсиры давали испившим их недюжинную силу и крепкое здоровье. Аликсар был вдовцом и имел трех дочерей, которых заставлял пить его снадобья вместе с ним. Однако одна из них всегда отказывалась, считая, что боги отмерили каждому человеку свой срок. Каждый её отказ делал Аликсара всё более озлобленным и он всё менее походил на того человека, которым когда-то являлся. И однажды, он убил свою дочь, замахнувшись на неё чем-то тяжелым. Запах её крови свел его с ума окончательно. Пак хватается за горло, подавляя тошнотворный порыв. – Он ее… – Да, выпил. Полностью. И остальных своих дочерей тоже. После этого он скрылся в лесах, а жители деревни, видя что с ним произошло, сожгли его дом и тела дочерей. Тело Аликсара стало меняться: в нём появилась нечеловеческая сила, а его зрение, слух и обоняние уподобились звериному. Однако его стала мучить невыносимая жажда. И всё же он добился того, чего желал больше всего - бессмертия, а бесконечная жажда стала ценой этого бессмертия. Вечно злой, голодный и обреченный на одиночество, Аликсар скитался по лесам, истребляя всех животных и людей на своём пути. Однажды ему наскучило прятаться в тени и быть ночным ужасом. Он решил обратить для себя семью, взамен дочерей, которых он убил. Так появился клан Первородных. – Ты говоришь "клан". Значит есть еще кланы? – Да, они разбросаны по всему миру. Есть одиночки, но это чаще всего новообращенные. В одиночку вампир просто не выживет. – Почему? – Потому что мы придем и убьем его, – Юнги довольно ухмыляется и подмигивает Паку. – А оборотни, они тоже кого-то убили? Юнги посмеивается и бросает на Чимина дразнящий взгляд. – А что, Тэхен сразу стал выглядеть опаснее? Пак молчит, не выдавая свои эмоции. – Не бойся. Вервольфы не опасны для людей. Но про их появление известно еще меньше. Скорее всего это просто эволюция: на каждого хищника должен быть свой. Это просто ген. Он может быть приобретенным, а может быть врожденным. – Приобретенным? – Да. Раньше вервольфы пару раз обращали себе в семью людей, потому что еще не знали как бороться с вампирами. Но этого не делают уже целую вечность. Да и запрещено им вмешиваться в жизнь простых смертных. – Охотники это тоже ген? - продолжает сыпать вопросами Мин. Юн достает клинки и вертит между пальцами. Его взгляд меняется и он бросает взгляд в окно. – Это навык. Ему можно обучится, а можно с ним родиться. Это своего рода...- он внимательно смотрит Паку в глаза, – то, кем ты себя чувствуешь. Жертвой или охотником. – Ты думаешь это можно понять? – Чимин выпрямляет спину. Внутри что-то звонко отзывается на эти слова, а в груди вновь пульсирует желание выбраться из дома и решить проблему самому. – Ты мне это скажи. Тэхен возвращается к тому моменту, когда Чимин рассказывает о том, как он учится в магистратуре и подрабатывает в лаборатории. Парни болтают, сидя на диване и попивая газировку, а Юнги поедает вкусную закуску, которую для него приготовил Пак. Готовка - его маленькое хобби, которое появилось после смерти бабушки. Ему часто приходилось оставаться в этом доме одному и юноша повторял нехитрые рецепты, чтобы как-то отвлечься от грустных мыслей. Второй причиной появления хобби являлся Чонгук, который ни на миг не оставлял своего парня, стоило ему узнать печальные новости. Хотя Пак и просил о личном пространстве, Чон словно превратился в жвачку. И поскольку все попытки и увещевания Чимина были тщетны, он просто смирился. А после смирения появилось осознание того, что готовить теперь нужно на двоих, а как выяснилось позже, лучше даже на троих - Чон Чонгук тратил много энергии и также много её потреблял. – Все чисто, – Тэ скидывает черную толстовку на стул, к куртке Юнги, и прыгает на диван к своему парню, прижимаясь со спины и кладя голову ему на плечо. Чимин хочет прокомментировать их привычку - бросать вещи на предметы интерьера - но решает промолчать, пока пара молча примиряется. Юнги треплет Кима по волосам и позволяет поцеловать себя в щеку. – Надеюсь так и будет до вечера, - Юн выдыхает. – Ночью ты снова отправишься на охоту? - задает вопрос Мин. Пак и Тэхен внимательно смотрят на Юнги, ожидая какого-то плана.Тэ выглядит напряженным и усталым. Чимин считает в уме и понимает, что оба парня не спят уже двое суток, охраняя его. – Может я с тобой? – закидывает удочку Мин, внутренне скрещивая пальцы. Он и сам не знает что будет делать на этой охоте, но он уверен на тысячу процентов, что просто не может и дальше сидеть дома. А еще, чем быстрее он разберется с этой ситуацией, тем быстрее сможет встретиться с Чонгуком и наконец-то спокойно поговорить с ним, убрав груз вины с души. – Это даже не обсуждается! – Юнги вскакивает с дивана и грозно смотрит на обоих парней, которые уже собираются одновременно выпалить свои возражения. – Вы оба, ни слова об этом. Мин хватает куртку и достает оттуда сигареты. – Я покурить, – коротко бросает охотник и выходит в прихожую. Хлопает входная дверь. Тэ и Чимин переглядываются. Видно, что Ким хочет пойти следом, но беспокойство за Пака заставляет его находится рядом с ним. – Он злится не на тебя, – быстро поясняет Тэ, доставая телефон и открывая вкладку на ютубе. – Он злится на ситуацию, которую не может решить как обычно. Все было бы конечно проще, если бы ты пошел с нами. Но это огромный риск. – Но почему мы не можем рискнуть? Я, между прочим, его ранил! – Пак теребит край пледа, смотря на свои руки. Он все еще помнит, как импровизационный кол вошел в тело вампира. Тогда ему было страшно. Но сейчас - нет, сейчас он больше зол от бессилия. Тэ отрывается от телефона. – Почему ты выбрал фармацевтику? – Откуда ты… – Так твоя бабушка захотела? Чимин перестает перебирать ворсинки ткани и резко поднимает голову. Для обычного незнакомого волка Тэхен знает слишком много. Или это Чимин ничего не знает? До вчерашнего дня он, например, и не подозревал, что существуют такие как Ким. – Я всегда интересовался медициной, – бормочет Мин, пытаясь разглядеть что именно вспыхивает в глазах напротив. – Вот как. Тогда я рад, что ты учишься по своему желанию. – А чем ты занимаешься вне охоты? – Чимин ерзает на диване, глупое предчувствие закручивается изнутри. Он пытается зацепиться за обычные темы, которые бы отвлекли его от всего мистического вокруг. – Машины чиню. У Намджуна своя мастерская. Чимин усмехается, представляя как по утрам они перебирают карбюратор, а по ночам бегают по лесам, охотясь за монстрами из сказок. – Романтично однако. Тэ вдруг резко вскакивает с дивана, его телефон с глухим звуком падает на паркет, в дверях появляется озабоченный Юнги, у которого в руках ножи. – Вот сука... - бормочет Тэ, срывая со своего тела майку, внезапно показывая свой оголенный торс. Мин бросается к сумке и достает оттуда склянки и небольшой мешочек, чертыхаясь себе под нос. Пак медленно поднимается с дивана, удивленно смотря на обоих, не имея ни малейшего понятия что произошло. Сердце бьется где-то в глотке, а пальцы рук вмиг потеют. Его немного тошнит. – Я убью твоего парня! – чуть ли не рычит Юнги, вплотную подходя к Чимину и вешая на его шею тот самый мешочек, который он только что достал. – Если они конечно не убьют его быстрее меня, – во влажные ладони Пака вкладывают два клинка, а от строгого взгляда чёрных глаз не укрыться. – От меня ни на шаг. Как только твой глупый бойфренд будет рядом, ты затаскиваешь его в дом и поджигаешь этот мешочек. Понятно? – Что происходит? – Понятно? - повторяет Юн, слегка повышая голос. – Да. Но при чем здесь Чонгук? – Чимина начинает трясти. – Он решил таки поговорить с тобой очно, – рядом появляется Ким, сверкая своими кубиками пресса. Вервольф треплет перепуганного парня по волосам. – Все хорошо будет. – Он здесь?! - Пак повышает голос и бросает быстрый взгляд в окно. – Да. Едет на своем мотоцикле, – Тэ останавливается посреди комнаты и прикладывает пальцы к вискам. – Будет через две минуты за поворотом. Они тоже уже здесь. Ким кладет руку Чимину на плечо и заглядывает в глаза: – Ты главное его в дом уведи и сидите тихо. – И если все таки вампир доберется до тебя, – Мин замолкает на секунду, перехватывая взгляд Чимина, – перережь горло и сожги. Пак крепко сжимает кинжалы и пытается сосредоточится на пульсе, громко выдыхая. Беспокойство за Чонгука накрывает волнами, мешая собраться. Юнги первый выходит на улицу, за ним неуверенно следует Чимин, оглядываясь по сторонам. – Они здесь, – шепчет охотник и ладонью делает знак остановиться. Пак замирает и в тот же миг слышит шум мотора байка Чона. Тот заходит на поворот, не снижая скорости и резко тормозит у ворот Чимина. Юноша снимает шлем, и будто в замедленной съемке трясет своими черными как смоль пушистыми волосами. Его брови взлетают вверх и застывают в немом вопросе, когда рядом со своим парнем он замечает Юнги. – Гуки, - вырывается у Пака и он делает шаг вперед, выходя из-за спины Мина, который напряжен как струна и выпускает кинжалы из рукавов, перехватывая их своими длинными пальцами. – Что происходит? - Чон перекидывает ногу через мотоцикл и делает первый шаг по направлению к Чимину. Пак облегченно выдыхает, когда между ними остается чуть больше метра, внутри он весь сжался в комок нервов, ему главное схватить Чона за рукав. Но они вырастают словно из земли, как и тогда ночью.Чимину просто стоило моргнуть на мгновение, как монстр из его сна, оказался за спиной Гука, так близко. Грозный рык раздается за спиной, Чон что-то кричит, а через голову Пака прыгает полутораметровый черный волк. Он прижимает голову к земле и низко утробно рычит. На поляне перед домом появляются другие вампиры и рычат в ответ. Пак успевает ухватиться за рукав черной кожанки Чона и притянуть того к себе, отступая маленькими шагами. Кинжалы норовят выскользнуть из пальцев, но Чимину плевать, когда он утыкается носом в грудь Гука и слышит его сердцебиение. Очень быстрое. – Чимин! Чимин! Что происходит? Кто это? - глаза Чонгука широко распахнуты и, прижимая Пака одной рукой, он поворачивается чтобы посмотреть, как Юнги за спиной большого чёрного зверя крутит кинжалы в пальцах и ухмыляется. – Нам нужно уйти, пойдем! - громко шепчет Пак. Паника и страх захлестывают парней с головой. Вампиров так много. Около пяти. – Кто это, Чимин? Пак не успевает ответить, так как его отбрасывает к ограде и кажется, он задыхается. Где-то со стороны он слышит надрывное “Чимин!” и не менее громкий грозный рык. Бок разрывает от боли, юноша жмурится и скручивается в комок, но тут же чувствует как его за горло хватает крепкая ладонь и он распахивает веки. Над ним нависает лицо с горящими красными глазами, а его самого обдает холодным дыханием. Чимина протаскивают по мокрой от росы земле, спиной он ощущает как рвется футболка в которой он выскочил из дома. Кожа горит. Одной рукой он хватается за холодную костлявую кисть, пытаясь отодрать её от своего горла. – Эй, малыш, - Пак ощущает как его вдавливают в землю, упираясь коленом в грудную клетку. Тело окаменело и словно не слушается, а боль пульсирует в каждой клеточке. - Сейчас ты умрешь. Невероятная по красоте женщина склонилась над ним, и хотя ее засаленные волосы спадают Паку на лицо, черты её лица настолько прекрасны, что на секунду ему даже не хочется отрывать от них взгляд. Кислорода поступает все меньше, на фоне он слышит чьи-то вопли и звуки возни. Кто-то кричит, так громко, что вампирша отворачивается на секунду и шипя, скалит зубы, а потом с рыком поворачивается к Чимину. Она склоняет голову к его шее и проводит одним острым клыком по коже. В эту секунду мир в голове Пака переворачивается, он чувствует как адреналин растекается в его крови. Пальцами ощущает холод металла, а в голове звучит голос Юнги: “Перережь горло и сожги”. Вновь ощущая клыки возле своей шеи, Чимин понимает, что он не жертва, а охотник. Пальцы сильнее обхватывают рукоятку клинка и его острие входит в бок вампирши со всей силы. Она рычит громко и надрывно. Пак ногой пинает ее в грудь и отползает назад, упираясь спиной в дерево. Вампирша корчится, держась одной рукой за рану, прихрамывая, она вновь быстро движется к нему. Всё происходит как вспышка, но Чимину кажется, будто он научился замедлять время. За одно мгновение юноша замечает как она появляется очень близко к нему, взмахивает рукой и перерезает ей глотку. Вампирша валится у его ног, рыча и хватаясь свободной рукой за его лодыжку. Черная лапа ударяет её по груди, вонзая когти в плоть и оттаскивает от Пака. Волк издает грозный рык. Юнги появляется внезапно, как и его бойфренд, кидая в визжащее тело зажигалку. Вспыхивает вампирша так же быстро, как дрова облитые бензином. Чимин сползает по стволу дерева, раздирая кожу еще больше. В голове вата и где-то на фоне он слышит как его зовут, но мир вновь переворачивается, а в глазах стремительно темнеет. *** – Он будет впорядке? - Мин слышит знакомый и родной голос, словно через толщу воды. Ему на секунду кажется что он реально утонул. Легкие горят при каждом вздохе, а боль по всему телу вернулась, стоило ему прийти в сознание. – Да. Он легко отделался, - бархатный, слегка шепелявый голос Юнги вступает в диалог. – Почему тогда без сознания? Руку Чимина крепко сжимают, а кончик указательного пальца проводит по щеке. Такое знакомое и родное ощущение, и Пак чувствует, что ему пора просыпаться. “Вот бы все это было сном”, – мысленно просит он. – Тебя бы так потаскали, я бы посмотрел, как быстро бы ты проснулся, - басит кто-то над его ухом. – И да. Он проснулся, – Чимина щелкают по носу. – Хватит подслушивать. Это плохая привычка. –Чимин! - зовет Гук и Пак нехотя открывает глаза. – Я не подслушивал, – он хрипит, моргая несколько раз. – Все в порядке? Он с сожалением смотрит на поцарапанное лицо Чонгука, у которого сбита скула. –Да! – раздается голос Тэ с кухни. – Один ты, как принцесса, отключился. Мин хочет рассмеяться, но острая боль простреливает его ребра. – Пошел ты, – хрипит он в ответ, прикрывая глаза. Пальцами он крепко сжимает пальцы Чона, нежно массируя его ладонь. Чон в ответ гладит его по голове, едва задевая кожу кончиками пальцев свободной руки. Мин присаживается на корточки перед лицом Пака. –У тебя скорее всего треснуты ребра, в остальном небольшие царапины на спине. Ободрал кожу, пока тебя картино тащили. Вот, держи, – он сует ему в рот таблетку. Чимин проглатывает ее со слюной, морщась от горечи и с надеждой в голосе спрашивает: – Они все мертвы? Юнги хмурится, качая головой. – Он ушел. И он вернется. Пак понимает о ком говорит Мин и страх со злостью перемешиваются внутри. – Я не буду больше сидеть и ждать. Не буду, – он приподнимается над подушкой, принимая воинственный вид и морщась от боли. Тэ появляется рядом и треплет его по волосам, ласково улыбаясь. – Не будешь, – бросает Юнги. – Но для начала, восстановись, хорошо? – просит Тэхен и Пак ему кивает, возвращаясь обратно в лежачее положение. Он больше не жертва. Он охотник