Виновны без вины

— Прогуляемся? — спросил я, забирая рюкзак с плеч Тины. — У нас почти сутки свободного времени, поэтому я не против пройтись по окрестностям Нью Йорка, — улыбнулась она. Мы вышли на известную во всем мире площадь, в самом центре Манхэттена — Таймс Сквер. Здесь сосредоточена вся бурная жизнь этого шумного мегаполиса. Нас окружили небоскребы, устремлённые высоко в небо, в них расположено большое количество офисов крупных финансовых, издательских и медийных корпораций, вокруг неоновые рекламные банеры. Повсюду туристы, рабочие, и просто жители этого города. Я взял Тину за руку, чтобы она не потерялась во всей этой суете, и длинные изящные пальцы крепко сжали мою ладонь. Мы зашли в ближайшее небольшое кафе, чтобы перекусить и согреться. Наш выбор пал на тосты с авокадо и, конечно, кофе, невероятный запах которого разлетался далеко за пределы этого места. — Вы перестанете бояться доверять, — прочла Тина из местной газеты, которую нашла на небольшой полочке для гостей. — А вот твой гороскоп, — вскрикнула блондинка, развернув страницу полностью, — вас ожидает приятная неожиданная встреча, — она посмотрела на меня сияющим взглядом, подперев голову руками. — Она уже случилась, — сажусь также, опершись на стол, сталкиваюсь с ее невероятными глазами, цвета морской бездны Между нами повисает напряжение. Ее дыхание ускоряется, а легкая улыбка сменяется на серьезное и смущенное выражение лица. Я плавно перевожу взгляд на ее губы, и неспешно наклоняюсь вперёд к ней. — Так, а какой у нас дальнейший план? — она резко отрывает от меня свой взор и переводит его в окно, отстраняясь от меня подальше. — Я покажу тебе город, — отвечаю, допивая одним глотком свой кофе. Нью-Йорк — это город, на который нужно смотреть с высоты. Здесь несметное множество вышек, панорам, смотровых площадок. Как только мы вышли из одного переулка, глазам открылся отличный вид на мосты и Манхеттен. В эту же секунду Тина ахнула с восторгом от увиденного и принялась записывать сторис в свой инстаграм, которые, вероятнее всего, останутся в архиве. Моим глазам открылось весьма забавное зрелище, как девочка с абсолютно детским энтузиазмом пытается снять красивое видео на свой телефон. — Видишь этот небоскреб? — показал я в даль, вставая позади нее и кладя одну руку к ней на плечо, — Это Empire state building, «сердце» города — одна из самых высоких точек Нью Йорка, — Тина навела камеру на башню, внимательно слушая меня. — Если подняться на 86 этаж этого здания, выше тебе не предлагаю, то весь Нью-Йорк будет у наших ног. Идем туда? — Нет, — девушка судорожно покрутила головой из стороны в сторону, — ты издеваешься? — Доверься мне, — развернул ее к себе, повторяя знаменитый жалостливый взгляд кота в сапогах из «Шрека», — пожалуйста! Там лифты закрыты, ни одного окошка, — уговаривал я. — Ах ты кот, — она взъерошила мои кудри, — говоришь красиво там? — посмотрела на меня игривым взглядом и закусила губу. — Очень! POV Тина. Мы вышли на Пятую авеню и оказались у стоэтажного здания. Перед нами — гигантская башня, которая накрывает тебя своей тенью, будто поглощая, от чего захватывает дух. Мы заходим в лифт, похожий на временную капсулу, внутри находится графика, как выглядел Манхэттен с момента основания до сегодняшнего дня. Поднимаясь вверх мне не страшно. Рядом Дан. Несколько секунд пока мы летим на 86 этаж, он не отпускает меня, крепко держит в своих объятиях. Всё его внимание направлено только ко мне. Его невесомые прикосновения возбуждают, отчего мне хочется приподнять голову и коснуться его губ, теряясь в этом мгновении. Но я выбрасываю эти мысли из своего сознания, опускаю голову, опираясь на его грудь. Выйдя на панораму, глазам открывается изумительный вид не только на весь город, но и за его пределы. Все будто растворяется под тобой… Я шаг за шагом, медленно, подхожу к самому краю. От большой высоты чувствую легкое головокружения, но Дан не дает мне пошатнуться, крепко сжимая мою ладонь. Когда я остановливаюсь, завороженно глядя на мир, мужчина обнимает меня со спины, обхватывая за талию. — Ты так же неподражаема, как и Нью-Йорк, — обжигает горячим дыханием мою нежную кожу, утыкаясь в мои волосы. — Чувствуешь свободу? — спрашивает, разводя мои руки в стороны. Я молча киваю. — Выбрасывай из своей головы кирпичи здесь и сейчас. Позволь себе освободиться от тяжкого бремени, которое ты несёшь за собой уже долгие-долгие годы. Почувствуй себя наконец-то вольной птицей. Вдохни полной грудью запах свободы, легкости и счастья. Из моих глаз начинают бежать слезы. Я чувствую, как с каждой каплей начинаю отпускать свои страхи, обиды, переживания, накопленные за все это время. Вдыхаю полной грудью, как говорил Дан, «запах свободы», и чувствую, как он бежит по всему моему хрупкому телу, заполняя собой каждую клеточку. От такого неожиданного всплеска всевозможных эмоций, меня начинает трясти. Дан видит это, и только крепче прижимает к себе, не отпускает. Он знает о моем прошлом. И понимает, что с каждым ударом, я загоняю себя в более острые углы. Лишаю себя каких бы то не было чувств, лишаю себя той самой непринуждённости и детской наивности… Это оправдано. Если бы я не стала «железной леди», то меня бы уже давно не было. Не было бы Тины Кароль.

***

Спустя время мы спустились в центральный парк, который находится в этом же квартале. Прекрасное завершение дня. Прогуливаясь, в поисках хорошего места, чтобы присесть, Дан рассказал, что этот парк часто называют «легкими»Манхэттена. Вот такой зеленый рай среди шумного мегаполиса. Создается впечатление, что все эти небоскребы на горизонте за деревьями — только декорации, построенные для того, чтобы было чем любоваться на заднем плане. Возле озера, Дан вынимает из рюкзака плед и мы садимся на него, подобрав под себя ноги. Открывает бутылку красного и нарезает пармезан походным ножом. Вокруг тишина. Зимнее солнце, яркое и красное, садится за горизонт. Мы пьем вино, наслаждаясь пейзажем и свежим воздухом. Я кладу голову ему на плечо, расслабляясь. Это даже как-то странно, я уже давно не позволяла себе не о чем не думать и просто наслаждаться моментом. — Сегодня был прекрасный день, — нарушил тишину Балан и сделал несколько глотков из бутылки. — Угу, — сонно соглашаюсь, — что ты будешь вспоминать о сегодняшнем дне? — спрашиваю я, утыкаясь ему в шею — Я буду вспоминать, как твоя голова лежала на моем плече, — он осторожно кладёт руку на талию, — вкус терпкого вина и запах твоих волос и то, как мне было хорошо рядом с тобой… Градус наших тел повышается, я сталкиваюсь с двумя чёрными омутами, в которых утопаю. Несколько неловких секунд молчания и, на этот раз, первая тянусь к его губам. Дан незамедлительно отвечает на поцелуй, углубляя его, и притягивает меня к себе. Этот поцелуй особенный, смешанный с длинной разлукой, обидой, любовью и нежностью. Прошло уже много лет, но чувства все равно обостряются, душа помнит то тепло в котором я когда-то купалась. Его ласки и любви было не меньше, чем боли, которую он причинил мне. Но снова подпуская его так близко, я боюсь вновь обжечься. Чувствую, что дыхание в легких заканчивается и отстраняюсь, смущенно опуская глаза вниз. — Я так скучал, — шепчет мужчина, спускаясь влажной дорожкой на мою шею. — Дан, — поднимаюсь и делаю несколько шагов к воде, чтобы немного сбавить обороты, — достаточно, — дрожу, то ли от эмоций, то ли от прохладного вечернего воздуха. — Тина, — он подходит ко мне, разворачивая меня к себе, — не закрывайся — Однажды я тебе доверилась и пожалела об этом, — смотрю в его карие. — Ты сегодня сказал, чтобы я тебе доверилась, но ты уверен, что я могу тебе доверять? Я многое пережила, у меня тяжелая жизнь, и если ты ещё раз разобьёшь моё сердце на мельчайшие осколки, боюсь, их я уже не соберу и вместе не скреплю. Поэтому не нужно громких слов. — В этот раз я тебя не подведу, обещаю. — Не зарекайся, Дан. — Люди меняются. Я все делаю искренне, — выделяет каждое слово, обнимая меня, не желая отпускать. — Но я не понимаю, зачем я тебе? — хлюпаю носом. — Такая неуклюжая, трусливая, с кучей проблем? Есть много других, с которыми все проще… — Мне не нужно проще, мне нужна только ты. Ты меня очаровала, ты притягиваешь меня к себе с какой-то неземной силой, и это не только на физическом уровне. Меня мурашит, когда мы соприкасаемся взглядами, понимаешь? — Я замерзла, — поднимаю стеклянные от слез глаза на него. — Тогда идем домой, — грустно улыбается, потирая мои предплечи.

***

Мы заходим в квартиру уже после полуночи. Дан закрывает дверь на защелку и помогает мне снять мою куртку. — В спальне ляжешь ты, — показывает на комнату, которая находится немного правее, — а я в гостиной. — Хорошо, — киваю, рассматривая интерьер квартиры, исполненный в современном стиле. Первое, что цепляет мое внимание — большие панорамные окна от потолка до пола. Подхожу поближе и заворожённо смотрю на сияющие огоньки Нью-Йорка, пока Дан ищет, чем можно было бы перекусить. — Тина, чай будешь? — Да, черный, если можно, — подхожу поближе и сажусь за барную стойку, которая разделяет гостиную и кухню.— А у тебя уютно, — замечаю я, еще раз обводя взглядом пространство вокруг. Уставшие эмоциональным днем, мы ужинаем в приятной тишине. И в конце, обменявшись искренней улыбкой, расходимся по своим комнатам. Полночи я не могу уснуть. Все насыщенные события за сегодняшний день прокручиваю в голове: его слова, взгляд, поцелуй… — Господи Тина, забудь! Я просыпаюсь от нежных прикосновений по щеке. Открываю глаза и расплываюсь в улыбке, досматривая прекрасный сон. Все окружающее передо мной плывет… Но уже через несколько секунд я понимаю, что передо мной Дан и тут же подрываюсь, как ошпаренная, прикрывая себя одеялом. — Ты что здесь делаешь? — говорю достаточно громким голосом с оттенками страха и раздражения, оглядывая его. — Прости, — опускает голову, бросая смешок. — Ты чего смеешься? Выйди! — чуть ли не лопаюсь от злости, заливаясь красной краской. — Я просто пришел тебя разбудить, соня. У нас мало времени, — указывает пальцем на часы, напоминая, что время поджимает. — Черт! — накрываю себя одеялом с головой и падаю обратно на кровать, когда Дан скрывается за дверью.

***

Под дождливым Нью-Йорком мы добрались до аэропорта и вместе прошли регистрацию на посадку. Но в самолете нам пришлось разойтись, потому что у нас были разные места. Рядом с Даном, уселся занудный американец, который не захотел поменяться местом, а мой сосед еще не пришел. — Мое место немного дальше, ты же не боишься летать? — забеспокоился Дан, оставляя меня на моем ряду. — Нет, к этому я привыкла, — кладу свою руку на его, — мне Пашка провел пятичасовую лекцию о безопасности самолетов. Поэтому не переживай, — улыбнулась я, заверяя его, что все в порядке. — Я рядом, — оставляя поцелуй в уголке моих губ, Дан ушел на свое место. Я села и приготовилась к полету, пристегнула пояс безопасности и уставилась в окно. Рядом, уже перед самым отлетом, села девушка. Я заметила краем глаза, что она высокого роста, худощава, с прямыми длинными волосами, цвета темного каштана. Уместившись на кресле, она сняла свои затемненные черные очки и взглянула на меня, — мне кажется мы знакомы, — протянула она, расплываясь в улыбке.