Вендетта

      Для каждого жизнь имеет свой интерес, у кого-то под этим подразумевается абсолютное спокойствие и мирное бытие, а у других приключения с интересным развитием событий. Кто-то предпочитает семейную рутину, а некоторые наоборот такое терпеть не могут. В районе, где жил Томас, в основном преобладал первый вариант, местечко всё же тихое. Это учитывая тот факт, что парень жил в большом и шумном городе, где, казалось бы, подобного вообще не существует. Он умиротворенно рос до восемнадцати лет, учился в школе и готовился к поступлению в университет. Многие соседи о Томасе были хорошего мнения, парень он добрый, всем старается помочь и в конфликты особо не лезет. О его семье были точно такого же мнения, хорошая семейка с трудоголиком-отцом и заботливой матерью.       Не так давно кануло в небытие первое сентября, началась школа и многие дети, подростки, да юноши начали возвращаться к учебе. Томас не исключение. Учился он вполне неплохо, в особенности обожал математику и физику, но терпеть не мог биологию. Зато его верный товарищ Кевин Уолкер, по совместительству лучший друг, источал огромную любовь к этому предмету и к медицине, в частности. Связь этих двух очень сильная, их крепкая дружба длится уже много лет, начиная с самого детства. К тому же, Кевин единственный друг Томаса, ибо парень был избирательным в этом плане и на это место брал лишь тех, кому он полностью мог довериться, и кто ему действительно нравился.       Семья у Томаса среднестатистическая – отец Говард, который был полицейским; Мать Эрика, работавшая учительницей начальных классов; и наконец младшая сестра Нэнси. Разница в возрасте у детей малая, всего лишь какие-то там четыре года. То есть, Томасу восемнадцать, а Нэнси четырнадцать лет. Родители в этих двух души не чаяли, они постоянно приносили им хорошие результаты, сильно дружили между собой и первый в общем-то был ориентиром для Нэнси, ведь у той начинался сложный период – переходный возраст. Старший, прошедший его, помогал девочке, давая различные советы по тому или иному поводу.       Томас является высоким парнем с подтянутым телосложением, так уж вышло, что в детстве и подростковом возрасте он постоянно ходил на гимнастику и акробатику, хоть и после решил заняться другими видами спорта. У парня были средней длины пушистые каштановые волосы и добрые карие глаза, в которых не читалась злость вовсе. Такой внешностью он пошёл в отца, только тот ниже парня на пару сантиметров и обладал красивыми усами и улыбчивым выражением лица. Что мать, что дочь являлись рыжими. Более заботливого взгляда, чем у своей матери, сын не видел никогда, его мама казалась самым добрейшим человеком на Земле. Нэнси же пошла в неё, но в силу возраста была довольно низкой, и волосы у неё были не длинные, а каре.       Жизнь Томаса Ривервуда – настоящая сказка, если можно её так назвать. Спокойная и счастливая, с большими амбициями и мечтами. Казалось бы, что может пойти не так, если всё хорошо? Как оказывается, такое вполне возможно. Тот злосчастный сентябрьский день Томас прозвал чёрным, ведь он круто изменил жизнь парня далеко не в лучшую сторону. Ривервуд с хорошим настроением возвращался домой, собираясь порадовать мать хорошими отметками, а также погулять с сестренкой в парке, ибо он это уже давно обещал. Подходя уже к дому, Томас заметил кое-что странное. Дверь приоткрыта, хотя раньше родители или Нэнси никогда так не делали. Томас напрягся, вдруг грабители или наркоман какой зашёл внутрь?       Аккуратно взявшись за ручку, Томас тихонько открыл дверь и зашёл внутрь. Быстро сняв кроссовки с ног, чтобы не воспроизводить много шума, а также положив рюкзак у стенки, он медленно начал ходить по дому, пытаясь что-то или кого-то найти. Внутри было очень тихо, такое сразу же не понравилось Ривервуду. В это время вся семья была дома, отец на обеде, а мать скоро должна была уйти. Нэнси же училась во вторую смену, и ей также скоро бы пришлось уходить. Вдруг послышались шаги на втором этаже, Томас тут же прижался к стенке и начал вслушиваться в разговор неизвестного мужского голоса с кем-то по рации.       — Босс, Говард Ривервуд убит, как и его жена, — Томас расширил глаза от удивления, пока убийца и дальше говорил. — Старший сын не обнаружен, его нет дома, а вот младшая дочь где-то прячется. Что с ней делать? Убить или оставить?       — Убивай, нам не нужны свидетели, — тут же ответили ему.       Ноги начали предательски подкашиваться. Пришлось закрыть рот рукой, дабы не издать ни звука, чтобы нежданный гость не услышал его. На глаза медленно начали накатываться жгучие слёзы от одного лишь понимания того факта, что мать и отец парня мертвы. Хотелось рухнуть на колени и разрыдаться, даже кричать, надрывая глотку, лишь бы только полегчало. Вдруг в голове воспроизвелись слова убийцы: «А вот младшая дочь где-то прячется». Нэнси всё ещё жива! И Томасу просто необходимо ей помочь, иначе этот подонок и её жизнь прервет. Дрожащими руками достав телефон, Ривервуд тихонько набрал сообщение контакту «Дядя Хайпер», где просил его приехать с полицией. Так уж вышло, что Хайпер являлся лучшим другом отца Томаса и они вместе служили долгие годы бок о бок.       Молившись, что Нэнси хорошо спряталась, Томас тихо прошёл на кухню, где тут же достал большой нож. В лезвии отразился сам Ривервуд, лицо которого было уже больше яростным, чем печальным. Парень был уверен, что как только всё это закончится, он будет рыдать несколько дней без передышки. Столько вопросов сейчас крутилось в голове у Томаса – «Кто этот Босс?» и «Что сделал мой отец, раз на него наняли киллера?». Сжав рукоять ножа, Ривервуд вернулся к лестнице. Он начал слушать, шаги то приближались, то отдалялись. Также неизвестный постоянно открывал то двери, то что-то срывал, активно пытаясь найти Нэнси. Немного поднявшись, Томас сел так, чтобы урод не мог увидеть его, но также так, чтобы он мог быстро и внезапно напасть на киллера. Ривервуд начал выжидать, когда подвернется удобный момент, чтобы атаковать.       Немного выглянув, Томас увидел, как неизвестный мужчина в черном одеянии и балаклаве на голове, вооруженный пистолетом, шёл по коридору. Киллер приблизился к просторному шкафу, где висит много одежды, а также находятся коробки с старой или новой обувью. Ривервуд приготовился, он напряг каждую мышцу своего тела и готовился прямо сейчас атаковать, пока мужчина открывал дверцу. Как вдруг парень застыл от ужаса из-за следующей фразы, которую произнёс противник:       — Вот ты где, сопля, — говорил он это точно Нэнси.       Нельзя медлить, быстро встав во весь рост, Томас с воинственным криком побежал на киллера, явно не ожидавшего увидеть здесь старшего сына. Ривервуд быстро вонзил нож в живот врага и продолжил бежать дальше, хоть уже было труднее, пока не прижал убийцу родителей к стене. Он углубил лезвие, с неколебимой ненавистью смотря в глаза такого же злого киллера. Томас тут же увидел, как противник собирался выстрелить в бок Ривервуда, поэтому он быстро, приложив все силы, откинул в сторонку врага. Тот всё равно выстрелил, свистящая пуля пролетела прямо у головы Томаса, всего пара сантиметров, и он уже был бы мёртв. Стремглав перепрыгнув за кровать, парень прижался к ней и начал думать, что делать дальше.       — Все вы такие, Ривервуды, — киллер постарался удерживать нож одной рукой, чтобы не нанести себе больше повреждений. — Только и делаете, что под ногами мешаетесь! А ну выходи, если не трус!       В руку убийцы прилетела коробка, из-за чего он опешил и повернулся в сторону коридора, где уже стояла Нэнси, вылезшая из шкафа. Воспользовавшись моментом, Томас тут же выскочил из укрытия и подбежав к киллеру, схватился за его пистолет и попытался вырвать. Киллер был не пальцем деланный, поэтому тут же заехал кулаком прямо по лицу парня. Ривервуд не хотел так просто сдаваться в лапы смерти, поэтому одной ногой пнул нож, находящийся все ещё в теле врага. Это причинило ему большую боль, из-за чего он зашипел и зажмурил глаза. Теперь Томас ответил ему тем же, только вместо кулака он выбрал локоть, которым и ударил прямо в лицо противника. Наконец, пистолет оказался в руках Томаса, который парень без задней мысли навёл прямо на голову киллера.       — Э-эй! Погоди! Ты ведь не будешь стрелять, не будешь? — тараторил паникующий, загнанный в угол наемник. — Ты ведь не убийца! Ты не должен уподобляться таким, как я!       — Не ты мне будешь мораль читать, — холодно произнёс Томас, дергая затвор пистолета, чем ещё сильнее напугал киллера.       — Стой! Я… я расскажу тебе всё! Кто меня нанял и зачем! Только не стреляй, прошу, у меня жена и дети!       Томас застыл на мгновенье. Ему действительно не хотелось уподобляться какому-то маньяку, но желание отомстить за своих любимых родителей, что растили Ривервуда в заботе и ласке, было больше. К-сожалению для самого себя, Томас не мог его убить. Правда, этому послужила другая причина – не жена и дети, если этот человек отнял его семью, то что помешает ответить ему тем же? Главная причина, по которой Томас не нажал на спусковой крючок являлись ответы, ему необходимо узнать, за что их хотели убить, и кто стоит за этим.       Нэнси стояла позади, смотря сейчас не на своего брата, словно прежний Томас где-то исчез. Она боялась что-либо произнести, ибо прежде в таком состоянии старшего она никогда не видела. Девочка даже не знала, кого она сейчас больше боится – этого невооруженного киллера или собственного родного человека. Вскоре, к дому начали приближаться полицейские машины, своей сиреной и мигающими огоньками разгоняющие других водителей. Томас ничего не слышал, он был сосредоточен на киллере, дабы тот ничего не выкинул. Вдруг кто-то схватил его за плечо и начал отводить в сторону, пока крепкие мужики в форме начали приближаться к маньяку.       — Томас, Нэнси, всё в порядке? — спросил тот самый дядя Хайпер, обеспокоенно смотря на них.       Дяде Хайперу было лет за сорок, он примерно одного возраста с Говардом. Мужчина был довольно высокий, немного ниже Томаса, с крупной комплекцией тела. У него также чёрные короткие волосы с некоторой сединой из-за многих ночных вызовов и небольшая, слегка плешивая борода. Хайпер сейчас обнимал младшую, которая всё ещё не могла прийти в себя, одновременно с этим смотря на растерянного Томаса, чьи глаза становились всё влажнее и влажнее.       — Всё закончилось, — тихо произнёс дядя.

***

ТРИ ДНЯ СПУСТЯ

      Погода словно хотела ещё сильнее настучать по сердцу Томаса, ибо всё это время дождь лил, словно из ведра. За три прошедших дня ни старший сын, ни младшая дочь не ходили в школу, оно и понятно, им попросту было трудно это сделать. Они сидели каждый в своей комнате, выходя лишь пару раз на кухню, да в туалет. Было бы легче справиться с нахлынувшей болью вместе, но если Нэнси чувствовала безразличие и сильную печаль, то Томас вместе с этим ощущал непреодолимую ненависть. Он хотел отомстить людям, виновных в смерти его родителей, хоть у него это и вряд ли получится.       Сегодня должны были состояться похороны, и Томас с сестрой на них явились. Всё как подобает – все в чёрных костюмах с зонтиками из-за дождя. Старший держал руку на плече младшей, находясь за спиной и смотря на то, как гробы с их родителями несут к могилам. За это время они ни слова не проронили, лишь молчали, как утопленники. В конце концов Нэнси не смогла сдержать слёз и ринулась к брату, обняв парня и упершись ему в грудь. Он продолжал смотреть отрешенно на два надгробия с вырезанными надписями:

ГОВАРД РИВЕРВУД

1970-2010

ПОКОЙСЯ С МИРОМ

ЭРИКА РИВЕРВУД

1972-2010

ПОКОЙСЯ С МИРОМ

      Томас виновато опустил голову и дрожащими губами сам себе произнёс: «Простите, что меня не было рядом». Казалось, он проплакал столько в эти дни, что воды в организме уже нет, но холодные капельки продолжали стекать с глаз по щекам вниз. И вот, гробы с родителями уже кладут в ямы и принимаются закапывать. Томас продолжал смотреть на это, толком не двигаясь. Ему столько приятных и теплых воспоминаний, связанных с родителями, пришло в голову, от чего становилось лишь больнее.       Вскоре все начали расходиться, у надгробий остались лишь Томас, Нэнси, да Хайпер. Все трое были подавлены, всё казалось страшным сном и каждый из них надеялся проснуться. Хайпер медленно подошёл к их надгробиям и положил цветы каждому, после чего повернулся к выжившим детям. Некогда такие улыбчивые и радостные, каким же надо быть уродом, чтобы так поступить?       Простояли они так минут двадцать ещё, не говоря ни слова и ничего не делая, лишь смотря на надгробия. Хайпер наконец предложил подвезти детей домой и те с неохотой согласились, после чего все вместе они пошли к чёрной машине мужчины. Но только Нэнси села, как вдруг дядя почувствовал на своем плече руку, и повернувшись назад, он увидел Томаса. Тот сказал девушке подождать, после чего немного отошёл в сторонку с Хайпером.       — Что случилось? — обеспокоенно спросил полицейский.       — Я хочу знать, кто и за что нанял киллера, — лицо Томаса менялось словно флюгер на ветру, с опустошенного и опечаленного оно изменилось на холодное и нахмуренное. — Мой отец кому-то переступил дорогу, раз его решили прикончить? И если это так, то кому?       — Томас, я не думаю, что тебе, — Хайпер не успел договорить, как Ривервуд злобно закричал.       — Говори! Скажи, кто этот уебок! — парень схватил дядю за плечи и начал трясти. — Кто за этим стоит?!       — Приди в себя! — мужчина тут же отвесил племяннику мощную пощечину, чем привёл его в чувства. — Зачем тебе эта информация? Неужели ты решил попытаться отомстить? Томас, не будь сказочником, тебя там просто убьют! А ты подумал о Нэнси? Сейчас ты единственный, что у неё осталось, так что будь мужиком, в конце то концов! Она нуждается в твоей поддержке, так поддержи её!       Хайпер был прав, с этим нельзя не согласиться. Томас не боец, у него нет никакого оборудования, даже материалов для его создания. Но будто парень собирается сдаваться?       — Просто скажи, я не буду против них бороться… я просто хочу знать.       — Боже, — полицейский отвернулся и выдохнул пар изо рта. — Хорошо! Я скажу тебе кто это! Только пообещай, не лезь никуда, мы с этим сами справимся! — Томас медленно кивнул. — Так… В этом замешана мафия, которая крышует всё в нашем городе, а конкретно её босс по имени Бенджамин Кэйтен. Только прошу ещё раз, Томас, не лезь!       — Да, дядя, — повторил он.       — Ну вот и хорошо, — ещё раз выдохнув, он продолжил, — теперь идём в машину, Нэнси наверняка уже заждалась.       Ехали в машине они всё также в абсолютном молчании, Томас иногда через плечо поглядывал на свою опечаленную сестру, смотрящую куда-то вниз, что делало парню ещё больнее. Доехали они быстро, и остановившись у дома Ривервудов, Хайпер обнял племянников напоследок и напомнив старшему об обещании, уехал прочь. Когда дети зашли внутрь, Нэнси всё же решила заговорить. Томас подобного не ожидал, он думал, что девочка сейчас пойдёт наверх в свою комнату, но всё оказалось совершенно не так.       — Томас, — тихо произнесла Нэнси, медленно повернувшись к нему. — Что мы… будем делать?       — Я не знаю, — честно ответил Томас, прижавшись спиной к двери. — Думаю, родители не хотели бы, чтобы мы сдались. Наоборот они б настояли на движении вперёд.       — Но сейчас их нет вместе с нами, разве играет их мнение сейчас какую-то роль?       — Не говори так! — злобно бросил старший, после чего перешёл на спокойный тон. — Я уверен, мы со всем справимся, время ведь лечит. Да, будет тяжко, но разве мы слабаки, чтобы сдавать позиции в самом начале? Мы обязательно всё это переживём.       — А что касается денежного вопроса? Мы ведь не работаем, откуда нам деньги взять? На продукты, оплату счетов, да на всё! — мысли она озвучивала правильные, подобные дела нужно решать первым же делом.       — Дядя Хайпер нам поможет… ну и я устроюсь на работу какую-нибудь. В мире ведь нет ничего невозможного, верно?       — Томас, ты точно в этом всём уверен? — со стороны парня выдался глубокий вдох и выдох.       — На все сто процентов, — старший выставил руки по бокам, готовясь принять в свои объятия младшую сестренку. Девочка мигом кинулась на шею брату, упершись лицом ему в плечо. — Всё будет хорошо.

***

      Стемнело. Нэнси, которую мама немного учила готовить, сделала простецкий ужин. Брат, конечно, не наелся в полной мере, но не время сейчас возмущаться. Уложив сестренку спать, парень тихо зашёл в родительскую комнату и включил там свет. От одного лишь осознания, что здесь некогда жили люди было трудно, а от того факта, что этими людьми были твои родители, ещё больнее. Спальня небольшая и обставлена простыми вещами: двуспальная кровать, два ящика, шкаф, рабочий стол. Томас хотел порыться в ящиках, может он сможет там что-то найти? Прежде парень никогда таким не занимался, отец категорически запрещал. А кто сейчас ему не позволит?       Долго он рылся, зато нашёл пару семейных фотографий, какой-то мусор и бумаги. Был лишь единственный предмет, заинтересовавший Томаса в полной мере – старая записка, где был указан четырехзначный код: 2402. У Ривервуда это вызвало улыбку, его отец написал здесь дату рождения своего сына. Лицо вдруг тут же приняло прежнее выражение. Опечаленное. От чего мог быть этот код? Немного поразмыслив, Томас вспомнил, что в подвале был какой-то сейф, возможно он от него.       Тихонько прокравшись к двери, ведущей на нижний этаж, Ривервуд зашёл туда. Тут было очень темно и пыльно, давно здесь не происходила уборка. Включив свет, Томас спешно подошёл к сейфу и прокрутив его рукоятку к нужным цифрам четыре раза, тут же отворил дверцу. И сильно удивился. Внутри лежали какие-то приборы, причем их было достаточно. Он не понимал значение всего этого, но осознание начинало приходить постепенно. Возможно, это поможет ему в мести. На кой черт это понадобилось отцу, неясно, да и разбираться как-то пока не хотелось.       — Свою внутреннюю боль я погашу непоколебимой яростью, — Томас обманул Хайпера, он будет нести правосудие против тех, кто убил его семью, чего бы ему это не стоило.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ