Молния, ударившая в багряные листья

~~~

Скарамучча провёл больше половины дня в своей комнате за документами, которые не требовали отлагательств, а некоторые из них необходимо было отправить в Снежную. Юноша разобрал многие бумаги, вкладывая их в подобие папки с крепкой обложкой. Сама корочка была сделана из бамбука, привезённого из Ли Юэ благодаря некоторым кораблям, что смогли прорваться сквозь бурю и грозы, что охраняли запретную территорию Тейвата. Основа бамбуковой обложки была обтянута льняной тканью, так как этот вид слабо загрязнялся, выделялся особой прочностью, износостойкостью и долговечностью. Льняные ткани были постельных тонов и сильно мялись, образуя складки, что очень трудно разглаживались. Чтобы избежать подобного, материал, после сглаживания паром, натягивают на бамбуковую досточку, прибивая очень маленькими и тонкими гвоздями, дабы избежать проблем в дальнейшем. Сказитель не любил искусственность, поэтому мог отличить настоящую вещь от поддельной. Альфа всегда мог выделить нужный ему материал по оттенку. Подобных папок было довольно много на одной из полок стеллажа. Они все были разных оттенков и расставлены в определённой последовательности, а точнее по цветовой палитре. Благодаря тому, что у Сказителя безупречный порядок, то и путаницы никакой не было. Все материалы были распределены по оттенкам, но в тоже время цветовая палитра служила хронологией документов, что было важными для предвесника. На столе осталось очень мало бумаг. Нет, все документы не были разложены по папкам, иначе бы места категорически не хватало. Большая часть, после изучения утилизировалась. Каким образом? Сжигалась. Эти документы нельзя было хранить долго по той причине, что ими могли воспользоваться. Предвестник был предусмотрителен, поэтому вся документация уничтожалась под его надзором.

~~~

Время, проведённое в заточении было слишком утомительным для самурая. Казалось, что вошедший Сказитель даже скрасил нахождение омеги в камере. Спокойствие Кадзухи было на грани, он почти показывал своё волнение, а вторичный пол только уничтожал его морально, возвышая альфу в глазах Каэдэхары. Сказитель неторопливо и гордо подошёл к электрическим прутьям, опуская холодный взгляд на юношу, что находился в заточении. — Смотрю тебе здесь очень весело… — с надменной и наглой усмешкой произнёс Предвестник, сверкнув сапфировыми глазами, что слабо поблёскивали от холодного освещения в комнате, которая превратилась для Кадзухи в настоящую темницу. — Зачем я тебе? — сдержанно спросил омега, явно ожидая ответа, которого Скарамучча определённо давать не собирался. Куникудзуши нравилось играться с новой жертвой. Симпатичный мальчишка со страхом в глазах… Что может быть лучше для шестого Предвестника Фатуи. — Какой нетерпеливый… — послышался красивый смех, что разбился о стены комнаты и пропал через несколько секунд после его появления. — Поиграться хочу, а ты… Хм~мх. Идеальный кандидат. — «Это… это даже не человек… это существо… Он такой наглый… но голос… он завораживает…» — мысли Каэдэхары путались из-за того, что альфа перед ним был таким необыкновенным в каком-то плане, сдержанным и хитрым. Это не было чем-то обыденным для нормального и идеального типажа Кадзухи, но это полностью вливалось в личность Скарамуччи и казалось неотъемлемой его частью. — Что за бред?! — сорвалось с губ молодого омеги, что не смог сдерживать больше холода и спокойствия, поэтому наружу выбились несколько иные эмоции, которых ранее никто никогда не видел на лице самурая, сохраняющий спокойствие в любой ситуации. — Какие яркие эмоции на твоём прекрасном личике, малыш… — съязвил доминант, смотря на беловолосого юношу, который соскочил с места, ударив рукой по прутьям, отчего предплечье полностью обожглось об электричество, оставляя на коже неприятно жгучий и заметный ожог, который заставил омегу отпрянуть назад и прикрыть другой рукой появившуюся рану. — Тц… — тихо цокнул юноша, поднимая рубиновые глаза на альфу, что слабо блеснули от слабого света электричества. — Поторопился и получил неприятности на свою голову. Стоит быть осторожнее, когда импульсивно поступаешь, глупый малыш… — альфа намеренно издевался над новой игрушкой, которую нахально забрал посреди битвы, но ещё пока не зная, что юношу начнут искать остальные. А может и вовсе не начнут? Ведь он являлся преступником на территории Инадзумы. Альфа ничего и не знал про своего «малыша», который готов был порвать Предвестника на куски, дай только выбраться из этой «тюрьмы». — Какой ты милый… Прямо в моём вкусе. Подождём ещё немного, согласен? Не бойся, котёнок, пока я не собираюсь тебя трогать. — Скар показал красивую ухмылку, что появилась на губах, приподнимая лицо, от чего мог полностью рассмотреть свою новую жертву. — «Красивое личико, алые глазки, пылающие ненавистью и скрывающие страх… Юное тело… Без этой одежды было бы куда лучше, но это будет позже… Даже представить не могу, когда наконец смогу сорвать её… Я словил идеальную игрушку!» — ухмылка медленно перетекла в оскал, склонный к безумию, что заметил Каэдэхара, от чего гнев смерился, меняясь на страх и отчаяние. — «Он настоящий псих! Я не могу понять то, о чём он думает, но навряд ли это что-то адекватное… он даже не похож на нормального человека…» — самурай слабо потух, делая шаг назад, но Сказитель заметил это, приподнимая слабо руку и пальцами двинул к себе электрические прутья, что были за спиной омеги. Кадзуха не сразу заметил жест куклы, но зато ярко ощутил это на своём теле, а точнее на спине, что получила очередную порцию боли. Почувствовав адскую и резкую боль в спине, самурай опешил. По телу пробежалась волна электричества, заставляя осесть на окаменелую поверхность коленями. Дрожь пробежалась по всему телу, заставляя полностью упасть на прохладную поверхность, наблюдая лишь чужие ноги за пределами «золотой клетки». — «Это… так больно…» — Каэдэхару будто бы парализовало, ведь подняться было невозможно из-за боли во всём теле. — Придётся воспитать в тебе послушание, чтобы ты больше не дерзил, милый мой. — ухмылка вновь появилась на лице, когда альфа присел и посмотрел целенаправленно в чужие алые глаза. — Я усмирю в тебе эту твою черту неповиновения. Юноша даже вздохнуть нормально не мог, а выслушать было несколько проблематично, из-за резкого звона в ушах. Скарамучча поднялся, уходя из комнаты, оставляя за собой прекрасный смех, что разнёсся по стенам комнаты и пропал так же резко, как появился. — «Он… он сумасшедший…»

~~~

Прогулявшись по острову Рито и главному городу Инадзумы, Итэр заметил девушку, с которой прибыл. Бэй Доу искала Кадзуху, чтобы вернуться в Ли Юэ, ведь приезжим запрещено надолго задерживаться в Инадзуме, если на это нет определённых причин, а их, к сожалению, не было. — Бэй Доу! — послышался голос злотовласого юноши, подошедшего через пару мгновений к капитану корабля, что находилась в некой растерянности. — Итэр, Паймон… Добрый день. Как вам в Инадзуме? — послышался доброжелательный, но низковатый голос альфы, по-доброму поприветствовавшая старых друзей. — Паймон очень нравится! — ответила девчонка, а путешественник решил перейти сразу к делу, так как до этого видел растерянное лицо двуручницы. — Что-то случилось? — Ах… Это… Ну да, немного. Я нигде не могу найти Кадзуху. Обычно он бывает в тихих и немноголюдных местах, но сейчас… Я нигде найти его не могу. Нам уже скоро пора отчаливать, но он так и не объявился, хотя знает о моём расписании. Боюсь, что он попал в неприятности… — девушка явно была обеспокоена тем, что её спутника нигде нет, а путешественнику пришлось задуматься, ведь его не было на поле битвы, куда успел примчаться юный самурай, не ожидая дальнейшей участи. — Может нам стоит спросить у Кудзё Сары? — предложил юноша, а Паймон сразу закивала, поддерживая Итэра, но мечница дала твёрдый отказ. — Нельзя. Он является преступником для них, поэтому нам лучше не просить у них помощи в его поисках. Если они нам и помогут, то заберут его к Сёгун. Боюсь даже предположить, что там может произойти, если она увидит его… — Итэр вздохнул, посмотрев на свою маленькую спутницу. — Тогда ничего не остаётся, как обратиться к Сангономии Кокоми и Горо… Думаю, они точно нам помогут его найти. — с лёгкой улыбкой, внушающей уверенность, произнёс юноша, а девушка приняла это решение, но пойти не смогла, так как ей нужно было возвращаться к команде, поэтому через несколько минут разговора девушка ушла в порт.