Соудам воскрешает

Темень неторопливо сменяет солнечный свет.Небо меняется: неспеша прогуливающиеся порозовевшие облака намекают на наступления вечера. Свободное время. Не так давно прошла вечерняя трапеза, оставалось покормить Дев Разрушения: подкрепить их земную оболочку , давая внутреннему духу разрушителей окрепнуть. Танака выполняет свои обязанности перед Девами Разрушения, те благодарно пищат в ответ, спускаясь с шарфа к корму. Он пусть и устало, но наслажденно выдыхает,любуясь. Сегодняшний день в меру вымотал, свободное время однозначно должно было быть потрачено на сон, окутанный непроглядной тьмой.на то он и Лорд Тьмы?Гандам ложится на кровать.Руки под головой, нога чуть согнута в колене.Он поворачивает голову в сторону Дев Разрушения, что до сих пор заняты трапезой. Тело вздрогнуло от неожиданности, быстро принимая сидячее положение. Звонок в дверь. Промелькнула мимолётная мысль: не открывать. Да, правда, вдруг это убийца, вдруг пришли по его душу? Само собой, никто не может нанести вред самому Танаке Запретному,но мало ли кто решил попытать счастье? И когда после недолгого затишья звонок повторился, Гандам кажется начал понимать, что к чему. Усталость сменилась неожиданной бодростью. Животновод второпях подошёл к двери, присматриваясь в глазок. Да, он был прав. Ключ проворачивается в нужную сторону, дверь приветливо открывается и без помощи хозяина дома. Будто знает, кто пришел - Слушай.. я это..- неосознанно жданный гость замялся, отрывая взгляд от пола и приковывая его к Запретному. Гандам старается сохранить свое грозно-серьезное выражение лица. -Проходи, Казуичи.- все еще не открывая взгляд, он рукой указывает на комнату. Танака заметил, как румянец проступил на лице напротив, но механик всё же вошел к комнату. Пройдя пару шагов, тот сел на край кровати, упираясь в нее руками. Казуичи поднял взгляд на животновода, наконец улыбаясь тому. А Гандам наверное и может, но не хочет сдерживать едва заметную улыбку, присаживаясь рядом с механиком. Сода пропускает пару смешков,когда Гандам ложит свою руку на его. Танака знает, что нужно делать. -знаю я, зачем ты вторгся в мой обитель, Казуичи С ощутимой заботой он убирает руку от Казуичи, ложится на кровать, чуть ниже подушки. -Еще б ты не знал! - Сода улыбается Ему и говорить не нужно. Он знал зачем шел.. .. Утыкаясь в шарф Гандама, пока тот обхватывает механика забинтованной и украшенной кольцами руками, запечатывая в обьятиях, гораздо трепетнее , чем какую-либо печать. Оба ждали этого. Так долго и трепетно, что возможно пролежат даже дольше, чем в прошлый раз. Гандам уже не краснеет, Сода уже не стесняется. Оба ведут разговор. Иногда Казуичи что-то невнятно бубнит в шарф животновода, от чего Гандам чуть приулыбается, , но все же разбирает сказанное. периодами просто лежат в тишине - наслаждаются взаимной близостью. Танака запускает руку в волосы механика, в свою очередь Казуичи осознает, что перебинтованная рука животновода приятнее любой другой, не покрытой бинтами. Сода уже не цепляется волосами за кольца Гандама , как это было в первые разы, уже не приносит тысячу извинений.а Гандам в свою очередь ложит эту руку ему на спину, поглаживая. Кто бы мог подумать, что отталкивающе яркий комбинезон Казуичи станет так уютен для животновода, а пугающе расписанный шарф станет так приятен для механика.