Вернуть Крылья.

Где-то далеко, где кончается мир людей, или, точнее сказать, кончается людское виденье, начинается новая вселенная. Мир этот значительно отличается от нашего. Там всё подругому. Казалось, что это огромный, другой мирок не имеет изьяна. Всё, что там находилось, было особенно прекрасно. Начиная от сказочной природы, заканчивая существами, которые там обитали. Они по иному смотрят на наш мир, ведь они его создатели. Феи и эльфы, рождающиеся из прекрасных мелочей, как: душистые цветы, утренняя роса, плоский камень и даже цвета радуги,– создают это же после своего рождения. Феи, рождённые из цветов и полос радуги, украшают небо и поля; эльфы, появившиеся из камней и росы, это небо и поля питают. Помимо них, конечно, есть и другие волшебные существа, такие как экстерманты, анималимы и элементы. Экстерманты были создателями насекомых, поддерживали их жизнь и процветание; анималимы были созидателями животных, а элементы обуздали себе стихии. Все расы жили в гармонии и мире, а самое главное, были балансом друг для друга. Каждый год, четыре правителя, управляющие временами года, устраивали праздник Посвящения. На цветочной поляне звучала симфония голосов. Трёхлетние\* феи, эльфы, анималимы, элементы и экстреманты стояли поодаль друг от друга. Они все заговорчески перешептывались, глядя друг на друга. Молодёжь ждала, когда же правители начнут свою речь просвещения и начнётся всеми любимый Праздник Весны. – Ооо-о,- недовольно пропищала одна фея, нервно двигаясь на ровном месте,- Арника! Когда же они начнут?! –Не знаю! Ромашка, угомонись уже!- недовольно бурчала златовласая девочка,хватая подругу за руку. – Арника, я не могу!!! Мне уже не терпится!!!- так же неугомонно продолжала бледноликая, чуть ли не прыгая на ровном месте. Все голоса слились в один, когда на большом триумфальном балконе, окутанном ползучими цветами ипомея и девичьего винограда, над которыми кружились бабочки в своём грациозно танце, появились фигуры магических существ. Впереди своих братьев и сестры, стояла Весна. Нежная девушка с кожей цвета персика и длинными зелёными волосами, напоминающие ветви изящной ивы. Её платье, схожее с лепестками подснежников, приятно переливалось на свету солнца. На лице у нее был красивый, цвета красной глины, узорчатый окрас. Она нежно смотрела на толпу детей, что вот-вот пройдут в ряда посвящённых. – Приветствую новые лица!- торжественно начала Весна, всё так же пуская глазами трепет и любовь.- Сегодня, самый важный день в Вашей жизни. Вы — становитесь в ряды страших Фей, Эльфов, Экстермантов, Анималимов и Элементов! Ранее Вам лишь доводилось видеть, как ваши родители творят чудеса природы, но сегодня и Вы получите полное право творить! В начале весны, все новобранцы приходят сюда и, в начало нового природного цикла, обретают свои собственные магические способности. Вы можете выращивать растения или красить небо, помогать животным или почве, но всё мы — единый баланс существования! Когда Весна закончила свой монолог, который длится ещё десять минут о том, что маленькому элементу или фее рассказывают с детства, расцвели первые подснежники и защебетали птицы. Толпа радостно кричала и лишь одна из них, встремголов бросилась бежать куда-то через лес. Крики и вой толпы медленно стихал за спиной у девочки, а влажная трава под ногами приятно щекотала пальцы. Она во всю грудь дышала слегка холодным ветром, от чего её щёчки начали краснеть. Одно дерево сменилось другим, один куст следующим, цветок за цветком. Иногда белоликая что-то радостно кричала, подпрыгивая на бегу. Вдруг, не заметив высунувшееся коренье сосны, девочка полетела куда-то вниз. Теперь росистая трава не щекотала, а больно била по мягкой коже лица. Девчушка кувырком скатилась куда-то вниз, прямо на поляну. Уткнувшись лицом во влажную почву, Ромашка звонко засмеялась. Она одним махом перевернулась на спину, устремляя взор на чистое, кристально-голубое небо. Облака медленно ползли друг за другом. Причудливые пушистые комочки. – Эй!- вдруг откуда то невозьмись послышался мужской голос,- ты жива там? Ромашка медленно подвелась, вытягивая лицо в удивлении. Обычно эта полянка совсем пустует, а сейчас, похоже, кто-то опередил её. Средь травы показалась чёрная макушка, а следом за ней большие карие глаза и чудесатыее веснушки. Парень, который до этого мирно отдыхал в траве, теперь буравил девчонку взглядом. Недовольно цокнув, он снова лёг на землю,прикрывая глаза. Ромашка резво села на коленки, вглядываясь в нежданного гостя. – Алмаз,- послышался девичьий писк,- ты что-ли? – Нет!- недовольно рявкнул парень, хмуря густые брови,- Злобный Орк! Который любит есть маленьких фей. – Не похож ты на орка,- задорно ответила Ромашка, кидая в него камушек,- а вот на Вечно недовольного Эльфа — да! – Ай, ты чего!?- злобно крикнул Алмаз, поднимаясь на локтях. Парень нахмурился, уставившись на уже сидящую рядом Ромашку. Девчонка мило улыбалась ему, глядя большими синими глазами, как два океана, с будущими волнами белой пены – радужку глаз.  – Ничего.- задорно ответила темноволосая, сдувая прядь волнистых волос в сторону. Она мило улыбалась, разглядывая красивые веснушки на носу и щеках парня. Ромашка любила смотреть на Алмаза, ей нравилась каждая эмоция, что мелькала на его лице. – Вместо прощания, кидаешь камнями?- поднимаясь на ноги, эльф холодно смотрел вокруг. Он что-то бурчал себе под нос, аккуратно убирая с лица, прямые чёрные пряди волос.  – Прощания?!- теперь уже девчонка взмахнула крылышками, чтоб заглянуть в черные глаза молодого юноши. Сердечко Ромашки забилось сильнее, а глаза округлились от ужаса и грусти.  – Сегодня ночью, я ухожу к Обрывам Миров.- тихо ответил Алмаз, в непонятках разглядывая лицо феи.  – Я с тобой!- твёрдо ответила Ромашка, сжимая маленькие кулачки. Она глубоко дышала, грозно прожигая Алмаза. Со стороны это выглядело очень мило, но девчонке так не казалось. – Ни за что.- Алмаз пошёл вперёд, что-то подсвистывая себе под нос.  – Алмаз!- фея легко приземлилась на влажную траву, бросаясь следом за юношей. Она прыгала вокруг него, поговаривая,- Я с тобой! Я тоже хочу к Обрыву Миров!  – А тебе это зачем?- с интересом спросил парень, совая руки в карманы интересного пошива шорт. Он с забавой следил за девчонкой, что гассала вокруг него.  – Я не знаю, но я хочу с тобой!- ее голос был всё так же твёрд и требователен, как и ранее. Она серьезным видом смотрела на парня, хмурясь больше от того, что он потешается над ней. Девчонка, словно юла, вертелась вокруг Алмаза, ни грамма не уступая ему в скорости.  – Какая же ты глупая, Ромашка.- холодно ответил парень, останавливаясь. Он тяжело посмотрел на неё, поднимая брови вверх. Ромашка резво стала напротив, глубоко дыша. Один из кучерявых завитков её волос смешно торчал, как проросток травы, утыкаясь в небо. Алмаз довольно хмыкнул, продолжая свой путь. – Сам ты глупый!- обиженно крикнула белоликая, топнув ногой. Она осталась на своём месте, сжимая маленькие ладошки в кулачки. Девчонка смотрела в землю, тихо спросив:- Когда уходишь Хоть?.. – В час лунного озарения\*.- эльф продолжил свой путь, не обращая особого внимание на фею, что осталась где-то позади. Ромашка с тоской смотрела на удаляющуюся фигуру эльфа, который скоро скрылся в тени высоких деревьев. Девушка присела на тропинку, рассматривая мелкие цветные камушки. Ромашка подтянула к себе белые ноги, опуская голову на коленки. В её голове крутилась много мыслей и она не знала, какую из них фея должна воплотить в жизнь.  Ромашка никогда не понимала желания Алмаза пройти через границу Миров и окунуться в иной, совсем чужой для них мир. Ей нравилась её жизнь, друзья и в их Маленькой Сказочной Стране, а Большого Мира маленькая фея боялась. Но Алмаз никогда не был доволен жизнью среди эльфов. В особенности он не любил своего происхождения. На его плечах было слишком много ответственности, которую молодой и амбициозный парнишка не хотел брать.  Ромашка понимала это, но никогда до конца не верила, что он решится отправится в это далёкое и опасное путешествие. Миловидная считала, что это все импульсивный и временный порыв Алмаза. Так было всегда: сначала он говорил или делал что-то, пребывая в состоянии эффекта; а потом отходил, даже, иногда, просил у неё прощения, если малышка попадала под взрыв его дандериона\* эмоций.  Никто не знал, как уживаются эти два существа, у которых, как казалось, нет ничего общего. Ромашке не хотелось терять друга. Фея понимала, что Алмаз не отступит от своих амбициозных затей, и если отступит она — больше они друг друга не увидят. Пиная камушки, она упорно размышляла о том, как поступить. Вечерело. Солнце слишком быстро на сей раз клонилось к горизонту, загоняя маленькое крылатое существо в угол. Пнув последний раз цветной камень аметиста, Ромашка горько вздохнула.  С тоской посмотрела туда, куда давно ушёл Алмаз, поспешила встать.  – Надеюсь, что ничего не решит съесть тебя по пути, Мой Друг. – поднялась на ноги, на сей раз не применяя крыльев. Ночное небо было по-волшебному украшено большими звёздами. Словно каждая из них кружилась в завораживающем манúле\*. Они сменяли друг друга, сияли с каждым разом ярче, словно, чем сильнее их эмоции, тем яснее они освещают. Яркие огни в далеке показались. Кончики пальцев покалывали в предвкушении скорого будущего, что свалится на голову юноши. В их городишке наступила ночь, значит скоро, когда все уляжутся спать, он осуществит свой план. Да, жизнь в скале приносила свои достатки: он может видеть, кто из горожан не будет спать и обойдёт их дома, чтоб улизнуть без свидетелей. Погоня за ним ни к чему хорошему не приведёт, а лишь отсечёт повторную попытку к побегу. Юноша смотрел в окно, которое было единственной живой вещью в каменной комнате, размышляя о том, всё ли он собрал в свой шальтиф\**. Главное: карту и Книгу Семи Миров —* Алмаз сложил в первую очередь, затем пару сменной одежды, если в дороге станет холодно; несколько Игнисовых шкатулок\*, чтоб освещали ему тёмный путь; немного еды и воды.  Когда первые огни в домах селения стали гаснуть, кровь в жилах стала течь быстрее. Задумчивый юноша оторвался от окна, подходя к своей кровати. Он готовился ко сну, хотя спать сегодня вовсе не собирался. С минуты на минуту в комнату должна зайти Мать Алмаза, которая ничего не обязана заподозрить. Парень поглядывал на дверь, надевая одежды для сна. – Алмаз, я могу войти?– послышался голос Матери и три равномерных, мелодичных стука. Каменная дверь с глухим звуком открылась, за ней показалась изящная фигура высокой эльфийки. Русые волосы были собраны в красивую косу изумрудной нитью, а глаза, цвета переливающегося топаза, с добротой глядели на юношу, который уже лежал в кровати. Она шагнула в комнату, а дверь за ней с таким же шумом затворилась.  – Хотела убедится, что ты больше не злишься на нас с отцом.– аккуратно начав диалог, женщина поправила свои одежды, которые напоминали утреннее небо.  – Я не злюсь на тебя, Мам.– Алмаз подвелся на локтях, усаживаясь у изголовья ложе. Он нервно поправил назад шелковистые волосы, опустив взгляд на свои длинные пальцы, что рисовали незамысловатые узоры.  – Мы хотели как лучше, Алмаз.– говоря это, в её голосе звучала вина, которую эльфийке не хотелось скрывать от сына. С его дозволения она села на край кровати, касаясь тёплой рукой его пальцев. – Ты хотела, Мам. Если  и Самадан этого хотел, то позволил бы мне заниматься тем, что мне по-душе.– Алмаз беспристрастно смотрел на мать, касаясь головой изголовья кровати.  – Я понимаю, что ты чувствуешь, сынок.– она так же аккуратно держала его за руку, но теперь уже обеими своими ладонями.– Я попробую поговорить с ним ещё раз. – Хорошо.– Алмаз согласился с матерью, чтоб не огорчать её лишний раз, хотя оба эльфа знали о бесперспективности этой идеи.  – Я люблю тебя, Сынок. Доброй тебе ночи.– женщина оставила краткий поцелуй на волосах юноши прежде, чем намеревалась покинуть его комнату. – Я тоже тебя люблю.- он смотрел на фигуру матери в дверях, искренне сожалея лишь перед ней за то, что собирается совершить.  После того, как Мать ушла, оставив парня одного. Он ещё немного посидел на кровати, оглядывая свою комнату. Около часа должно пройти до того момента, как все уснут. За это время Алмаз ещё раз проверит намеченный им маршрут, разведает обстановку вокруг и рассчитает возможные риски, которым  придумал всевозможные пути решения.  Встал с кровати, опускаясь на колени. Протянув руку под кровать, Алмаз вытащил большой шальтиф, извлекая от туда карту Королевства Статэры–Ксалаф.