Ужин, вино и пуля

      — И к этому ещё и Зелёное вино Готао. Ну а что насчёт тебя? — обратился мужчина к своему другу. — Что будешь?       За столиком в уединённом участке зала сидело двое мужчин, один из которых был постоянным клиентом этого места, а второй… Что на счёт второго, то этот мужчина появился тут впервые и, официант обслуживающий их, был уверен, что если бы не господин Циллер, то и лучше бы не появлялся никогда.       Мужчина горбился и близоруко вглядывался в меню, но было впечатление, что он скорее за ним неловко прячется. Вздрогнув, когда к нему обратились, отстранил от себя меню пытаясь вести себя более непринуждённо.       — Мне, пожалуйста, — вежливо начал он постоянно поглядывая в меню, — куриные крылышки в медовой глазури, греческий салат с сыром Фета и рис с шафраном.       — Напиток, закуску? — любезно уточнил официант. — Нет, спасибо. Отложив меню мужчины переглянулись       — Ну чего ты настолько зажат, я же сказал, что приглашаю, — улыбчиво обратился к другу господин Циллер. — Или ты меня не услышал, а Саш?       В ответ лишь послышался неловкий смех. Знает же, что для него финансы сложная тема, даже сейчас. Но что же, в таком дорогом ресторане он был явно впервые. Убранство, идеально чистая белая скатерть, которую боишься испачкать даже крохотным пятнышком, такие же белые стены и просто гигантские окна. Тяжёлые белые шторы отделяли их от основного зала. Сами белые полотна увесистой ткани были украшены еле заметными тонкими серебряными спиралями, что соединялись друг с другом вертикальными плавными стежками такой же серебряной нити. Из-за штор казалось, что это была не часть зала, а совершенно другая, отдельная по атмосфере и комфорту комната.       В этой всей белизне и богатстве Александр чувствовал себя лишним и каким-то чужим. Одёрнув под столом немного коротковатые рукава ближе к запястьям парень выдавил улыбку наконец-то собравшись с мыслями:       — Миша, ну я же сразу говорил, что не комфортно мне в таких местах. Не по мне они… Циллер на этот счёт лишь посмеялся откидываясь спиной на чёрное сиденье и поправляя чёрный галстук на достаточно массивной шее.       — Не по тебе пока не достигнешь успеха, а ты к этому довольно-таки близок. Или ты забыл, почему мы тут?       Нет, он не забыл! А как забыть собственный успех, что был всего пару дней назад? Его и его картины наконец-то начинают признавать и даже имеют успех в продажах! Уже в этот четверг в галерее, что была размещена недалеко от центра города открылась выставка современных художников-абстракционистов, в которых участвовал и он! Мало того, пару его картин ещё и купили и ещё и оформили несколько заказов по вполне замечательной цене! Именно из-за этого чудесного события Михаил Циллер и уговорил его отпраздновать эту небольшую, по словам Миши, победу тут, в «Белом павлине».       — Ладно, хорошо, сдаюсь. Но всё же мне было больше по душе, когда мы собирались с тобой в более простых, что-ли, местах…       Пожав плечами Александр посмотрел в окно. Второй этаж, буйный город кишел муравейником совсем рядом и словно совершенно не затрагивал их двоих.       Вскоре всё тот же официант принёс приборы, начиная сервировку стола. На фоне играл тихий блюз, который Александр заметил только сейчас. Взглянув на тонкие чёрные, словно из дерева, подставки под тарелки художник улыбнулся — всё же милая муза могла найти его где угодно и даже сейчас, когда он всё ещё испытывает неловкость.       — Ну а как дела у Люды? — поправляя бокал на столе спросил Саша.       — А вот она, кстати, передавала тебе, что ждёт тебя к нам на ужин, — отвечая мужчина кивнул официанту, пододвигая бокал.       С тихим характерным чпоком пробка вышла из горлышка. Убрав её вместе со штопором за спину официант другой рукой начал аккуратно наливать вино в бокалы. То струилось, переливаясь в свете ламп совершенно разными цветами: от янтарного до белесого и бледно-жёлтого. Форма самого бокала художнику напомнила большой тюльпан на крайне тонкой ножке. Сам «бутон» был широким ближе к низу и стягивался в более узкий круг вверху. В мыслях возникла сюрреалистическая картинка, которую моментально развеяла протянутая через пол стола массивная рука друга. Она слегка странно смотрелась на контрасте с теперь кажущейся хрупкой ножкой бокала.       — За твой успех, дружище!       — За мой успех — улыбнулся он.       Все следующие события запомнились как в тумане, а скорее так, словно парень смотрел какой-то сон или фильм, совсем не связанный с ним.       Дребезг стекла, боль, громкая разрывающая время и пространство сирена, крики, какие-то люди и паника. Нашёл себя парень смотрящего в угасающие слишком быстро глаза своего друга. По виску стекала кровь того, какие-то люди бегали вокруг, кто-то звал скорую и полицию, а за тем, что когда-то было окном слышалась жизнь человеческого муравейника. Дальше в памяти художника была одна большая пропасть, что уже потом заполнят новостные заголовки по типу: «Михаил Циллер — ужин, вино и пуля» и множество прочего, а уже завтра прозвучит по телевидению короткая фраза в разделе новостей «Владельца крупной сети отелей Михаила Циллера убили в ресторане Белый павлин». Всего один момент повлияет на жизнь тридцатилетнего Александра, жены Миши — Людочки и ресторана в котором не так давно спокойно обедал уже покойный Миша Циллер.