Когда увижу тебя вновь

Белый плащ, освещенный мягкими лучами солнца, плавно колыхался от лёгкого ветерка. Асока терпеливо ждала пока её подруга-мандалорка закончит фреску с «героями Лотала». Внезапное спокойствие в Силе нарушило что-то, а точнее это был кто-то. Асока сразу поняла, чьё присутствие она ощутила. Эту сильную и столь родную энергетику она не спутает ни с чьей другой. Также как и он не спутает ни с чьей её светлую ауру. Перед ней стоял Энакин Скайуокер собственной персоной. И в голове у Асоки пронеслась грустная мысль — в этом мире, мире живых, его больше нет… Тишина, что окружала их могла продолжаться вечно, кто-то должен был её прервать. — Здравствуй, Асока… У тогруты по всему телу побежали мурашки, вовсе не из-за ветра. Как же она любила этот голос, сколько приятных воспоминаний связано с его обладателем. Но в последний раз, когда она слышала его, пусть и мельком, он был для неё чужд…

***

Он позвал её. Назвал её имя. Тано не могла поверить тому, что слышала. Всё тело как будто ударило током, а зрачки сузились от ужаса и удивления. Маска Вейдера была разбита, она была готова услышать что угодно. Но этот голос, который был словно триггер, она менее всего ожидала услышать. Девушка резко повернулась, чтобы посмотреть на Вейдера. Но на неё смотрел Энакин… — Асока… — прошептал он, уже менее властно и с меньшей ненавистью. — Энакин, — выдавила она из себя дрожащим голосом. Всё же это оказался он. Ещё тогда, на Лотале, в храме она с горечью осознала, что Мол был прав. Всё это время она винила себя в предполагаемой гибели Скайуокера, а как оказалось позже, в падении во тьму. Узнавать правду — больно, принимать её — ещё больнее. Было понятно, что сейчас тот самый момент, которого тогрута так долго ждала. Ещё во время Осады Мандалора она пообещала себе, что обязательно скажет Энакину, когда увидит его снова. Малакор — не лучшее место для этих слов, но другого шанса у неё не будет. Слишком долго ждала Тано. — Я не брошу тебя, не в этот раз! Она знала, что смотрит на неё и слышит её сейчас не Вейдер, а Энакин. В Силе повисло напряжение. Её жизнь сейчас зависела от того, что он скажет. Увидев смятение и нерешительность в его глазах, она почувствовала прилив надежды и тепла, подумала, что он вернётся. Вернётся к ней. — Тогда ты умрёшь! — прозвучал приговор. Она могла бы бросить всё и улететь вместе с Кэнаном и Эзрой. Но Энакин превыше всего. Она дала обещание остаться — она останется, даже если ей суждено умереть от рук собственного учителя. Он ненавидит её всей душой из-за своей тьмы, Асока стала часть прошлого, от которого нужно избавиться и забыть. Заботливого Энакина Скайрокера больше нет. И это ранит больше всего. Удар идёт за ударом, блок за блоком, уворот за уворотом. В этой дуэли судеб её не победить, но ради проигрыша на риск идти придётся. Но было уже поздно: красный световой меч задел её плечо, а после пронзил грудь. Вся жизнь, все счастливые воспоминания пролетели перед глазами. Он убил её. Учитель убил ученика. Вейдер не чувствует ни скорби, ни сочувствия. У него нет никаких чувств к бывшей ученице, кроме чувства реванша. Это была месть за то, что она предала его, покинув Орден. Убив её, он пытался убить в себе последний свет…

***

Она еле успела выбежать из междумирья. Печально посмотрев на то место, где был портал, она развернулась и пошла искать выход из ситского храма. Морай улетела ввысь, поближе к свету. Казалось бы, Асока тоже должна стремиться к нему и улететь с этой проклятой планеты, но что-то было не так… Храм был разрушен. Было так тихо, что эта тишина контрастировала с тем, что пару минут назад тут вершилась судьба тогруты. Тишина давит и пугает. Асока делает шаг во тьму Малакорских пещер и тут же чувствует холод. Так же было холодно у Энакина на сердце, когда он был готов убить ее? На полу средь пыли можно найти световые мечи падших джедаев. Сегодня она могла присоединиться к ним, умерев от рук когда-то дорогого и любимого человека. Не такого конца тогрута себе желала. Асока не чувствует чужого присутствия в Силе, значит Вейдера здесь нет. Ей бы не хотелось снова с ним пересекаться. СИД-истребители инквизиторов никуда не делись. Инквизиторам они уже точно не пригодятся, поэтому Асока решила позаимствовать один. Вылетев в космос, она не торопилась. Слишком много событий произошло за последнее время: поездка на Малакор, дуэль с инквизиторами, а позже Молом и Вейдером. Энакин. Она не могла не думать о нём. Раньше она винила себя в его гибели, а теперь будет винить себя в его падении, и в том, что не смогла вернуть его к свету. «Что же с тобой стало», — эта мысль промелькнула у неё в голове. Она уже не могла сдерживать слёзы, виня себя во всём. Может, не уйди она из Ордена, не случилось бы всего этого кошмара?

***

Белый плащ развевается на ветру. Асока не может смотреть куда-либо ещё, она смотрит лишь на Энакина. Черты его лица мягкие, до боли знакомые. Чувства иные, чем тогда на Малакоре. Нет больше ненависти, есть покой. Тано не знала, что чувствовать: радоваться воссоединению с давним другом и любимым мастером или плакать, зная какие тёмные дела он сделал. Одно тогрута знала наверняка: она не держит на него зла, она не винит его в падении во тьму, она не винит его за свою смерть. Всё это уже не имеет значения. На глазах у Тано наворачиваются слезы. Ей больно от того, что он погиб, но она безмерно рада их встрече. Она даёт волю своим чувствам — бежит к нему навстречу и крепко обнимает. Несмотря на то, что он призрак, ей он казался вполне осязаемым. Она даже не пытается себя сдержать, слёзы катятся во всю. — Я тоже очень рад тебя видеть, Шпилька, — говорит он. Его голос звучит как эхо, — Мне так жаль. Обо всем. — Все что было уже не имеет значения. Не важно кем ты был, важно… — …важно кем ты стал, — закончил он за неё, — Важно кем мы стали. Он осмотрел её тщательнее, тогда на Малакоре он не мог себе такого позволить. — Ты так выросла и похорошела, Шпилька. Ты не представляешь, как я горжусь тобой, девочка моя. Ты лучшее, что я мог после себя оставить. Ты — моё наследие, ты — мой свет. Его мягкие еле осязаемые губы коснулись её лба, а после он прижал к нему свою щёку. Асока закрыла глаза, ей хотелось, чтобы этот момент никогда не прекращался. Они оба вновь обрели друг друга. Их связь в Силе разлилась теплом и светом. — Когда я смогу снова увидеть тебя? — спокойно спросила она. — Когда наступит время, — прошептал он, его голос разнёсся эхом. Он тут же подмигнул, — Или когда захочешь. Я всегда здесь и всегда буду следить и оберегать тебя. Асока не хотела открывать глаза, она знала, что его там уже не будет. Призрак Силы растворился в воздухе. Этот момент сохранится в памяти девушки надолго и будет греть душу, разливая тепло по сердцу. Белый плащ развевается на ветру. Сабин заканчивает роспись.