9 кругов соукоку

Свадьба — одно из самых волнующих и будоражащих кровь событий в жизни человека. Люди сначала знакомятся, при разных обстоятельствах, кто-то специально искал встречи, а кого-то «судьба» свела. Они начинают узнавать друг друга лучше, подмечать, что считают привлекательным, а что им не особо нравится. После наступает конфетно-букетный период — чудесное время, когда не нужно задумываться о проблемах в отношениях, потому что это только самое начало. Подобно младенцу, который только появился на свет, люди, начавшие встречаться, обычно не думают о проблемах или сложностях. Конечно, так не у всех, но у многих. Когда отношения становятся более серьёзными люди начинают задумываться: а стоит ли вообще? Даже у самой счастливой пары возникают такие вопросы, потому что партнёр, который будет идти рука об руку с тобой всю жизнь — это не пустяк. В отношениях появляются какие-то трудности, ссоры: значительные и не очень значительные. Кто-то разбегается, не выдержав груза ответственности, ведь теперь приходится волноваться не только о себе, но и о другом человеке. Приходится разделять с ним радость, грусть, хорошие и плохие дни. Люди, которые проходят период «сложных» отношений, которые остаются вместе задумываются об официальном подтверждении своей любви — браке. Эта церемония важна просто потому что эмоции, обстановка. Бракосочетание не необходимость, а то, что может удовлетворить внутренне «я». Нельзя отрицать, что если люди состоят в гражданском браке, то у них «облегчается» жизнь, потому что если твой любимый попадёт в аварию, то вряд ли парня или девушку будут уведомлять о состоянии пациента. Но вот если это муж или жена, то дело приобретает совсем иной оборот. Но не для всех свадьба — прекрасное событие. Есть много разных случаев, когда брак — необходимость. Ты связываешь свою жизнь с человеком, только потому что «надо», а не потому что «хочу». Люди чувствуют в этот момент различные эмоции — парень, выходя за старую, но очень богатую деву не по любви рад, пусть он и не может считать эту женщину любимой, но его жизнь будет в достатке, а значит горевать особых причин нет, конечно, если у этого юноши первоначально не было каких-то проблем, которые, допустим, можно решить только деньгами. Нет, он просто облегчил себе жизнь. Парень и девушка, которые не любят друг друга, но у них есть общий ребёнок — вряд ли они счастливы в день бракосочетания. Тут ситуация уже совсем не такая как в первом примере. Они связывают себя узами брака не потому что хотят, а потому что это будет «правильно». Чуя, до недавнего времени Накахара, ничего не смог поделать, когда на церемонии его спросили, готов ли он взять Дазая в законные мужья. Он не мог ответить «нет», даже если очень хотелось. Хотелось сбежать, наплевать на критику и осуждающие взгляды со стороны гостей, просто уйти. Но юноша прекрасно понимал, что не может. Не может по многим причинам: ему нельзя подводить родителей, ему нельзя подводить семью, он не может убежать от своих проблем. Он живёт в новом доме уже около месяца. Большой и просторный, в современном стиле, с несколькими горничными и слугами, с надоедливым дворецким. Чуя спит в тёплой и мягкой кровати с бельём тёмного цвета и все ему кажется противным. Ему кажется, будто он спит на твёрдом матрасе и в абсолютной мерзлоте, потому что ощущает себя максимально паршиво. Темно-синий цвет спальни давит на голову и кажется совсем неподходящим для комнаты, в которой люди должны отдыхать. Его предыдущая была в зелёных тонах, в светлых таких, привычных. Чуя ест вкусную еду: утром, днём и вечером. Качество продуктов хорошее, даже отличное, а сделаны они квалифицированным шеф-поваром. Но все не то. Яйцо на завтрак прожарено не так, как он любит, сок апельсиновый, любимый, но тот, что приносят ему по утрам кажется противным и пустым. Горничная в его доме готовила всяко вкуснее, лично для парня, несмотря на то, что она не имела должного образования. Задний дворик дома тоже кажется неуютным. Чуя больше не может сидеть и витать книги в своём любимом гамаке, не может пугать уток в пруду, не может часам сидеть на качелях и думать обо всем на свете, не может посидеть у камина, выполненного в стиле костра. На заднем дворе этого дома располагался столик на четверых, небольшой бассейн и дорога, которая вела вниз, к месту для игры в гольф. Это было любимым занятием его мужа, поэтому для него была отдельная зона. Первый и последний раз Чуя лично встречался и разговаривал с Дазаем на их свадьбе — сразу после церемонии последний улетел по работе в Китай, поэтому весь месяц рыжий паренёк жил один и молил Бога, чтобы его муж никогда не возвращался домой. Чуя даже допускал мысль, что если Дазай умрет, то особо грустить не будет, единственная проблема которая перед ним возникнет в таком случае — придётся вливаться в должность Генерального Директора компании «Osamu Corporation». Ну и пришлось бы конечно немного пособачиться с роднёй мужа, но это так, пустяк. Бывший Накахара замечает за собой апатию весь последний месяц. Желание что-то делать пропало, все, что он может каждый день — есть, спать и скорбить. Скорбь — ужасное чувство. Она невыносима, потому что ты ничего с ней не можешь поделать, ты не можешь это контролировать. Ты просто сидишь, читаешь какую-то очередную статью, связанную со сферой, которая тебе интересна и начинаешь плакать. Тихо плакать, так, чтобы никто не слышал. Ты не можешь остановить слёзы и особо даже не понимаешь почему они идут. Все равно уже ничего не изменить. Чуя скорбит по многим вещам: по своей свободе, по жизни в общем и целом. Теперь он может только плакать — Дазай-чертов-осаму запретил ему работать, это был один из пунктов сделки его семьи с семьей Накахары. — Мне не нужен муж, который будет превосходить меня, — что-то такое сказал Дазай при обсуждении контракта. Конечно, он согласился на эту свадьба только со своими условиями, поэтому ослушаться его было нельзя. Потому что если бы не этот брак, компанию семьи Чую ждал бы крах. Как же это жалко выглядит со стороны. Рыжий парень вовсе не зол на своих родителей, нет. Он понимает, что это был самый легкий вариант. Он понимает, что родители тоже приняли это решение с большим трудом. Помимо юноши, у них есть ещё три ребёнка, если бы единственный приличный заработок прогорел — всей семье пришлось бы несладко. Пожертвовать своими младшими сёстрами и братьями Чуя не мог, да и не хотел этого, поэтому сейчас он сидит на кровати в своей синей спальне и плачет, закрыв лицо руками и опустив голову. Он скорбит и будет скорбить ещё долгое время -пока организм не упадёт в обморок от обезвоживания. В комнату стучат, а после того как Чуя, приведя себя в порядок, разрешает войти, на пороге появляется дворецкий. Мужчина в возрасте, с темными волосами и зелёными, пронзительными глазами. Парню кажется, что эти глаза смеются над ним, прекрасно замечая состояние рыжего юноши. В доме не было никого, кто бы не знал об апатии хозяина. — Господин Осаму прибудет на днях домой, — голос у мужчины был спокойным, возможно он даже подрабатывал нянькой у какой-нибудь семьи, не исключение и семья мужа. Дворецкий, будто одёргивая себя, покашлял в кулак, а после улыбнулся. — извините, я ещё не привык. Господин Дазай Осаму скоро прибудет, вы ведь теперь тоже Осаму. У Чуи сжались кулаки и напряглись мышцы по всему телу. На лице выступили вены, показывая раздражение парня. Ему хотелось рвать и метать, ударить этого мужчину с отвратительно спокойным голосом, сломать ему пару костей и не оставить живого места на лице. Но Чуя мог лишь яростно сжимать края кровати, отворачивая лицо, чтобы дворецкий не видел его сейчас. Потому что оно ему бы явно понравилось — это лицо полное ненависти к этому дому, к этой семье, к людям, что работают на Осаму. — Прочь. Я все понял, теперь убирайся, — Чуя сначала испугался своего голоса, давно его не слышал, поэтому вздрогнул. Он звучал совсем не так, как раньше. Звонкий, немного грубоватый, но такой живой — он был хорош. Но сейчас этот голос слаб, низок и абсолютно высохший. Слегка хрипловатый из-за постоянных рыданий, парню даже сначала хотелось откашляться, но он понял, что все будет напрасно. Даже подумать сложно, что голос который он имеет сейчас и тот, что был раньше — голос одного человека. Дворецкий поклонился и ушёл, запирая за собой дверь. По мере того, как шаги удалялись, Чуя начинал все сильнее и сильнее плакать. Скорбь сжирала его изнутри и ему хотелось… ему ничего не хотелось. Настолько паршиво он себя чувствовал. Его муж прилетает на днях, а значит им все-таки придётся столкнуться. Им придётся жить под одной крышей, спать в одной кровати и Чуя без понятия, как этого избежать. Ему даже не страшно — он вообще ничего кроме отвращения и скорби не чувствует. Чуя ощущал себя в аду. И если это его первый круг из 9, то ему была ужасна мысль, что осталось ещё 8. Спасало только одно — если это ад, то после его прохождения будет рай. Светлая и дивная жизнь. В любом случае, он хотя бы надеялся на это, поэтому продолжал жить.