one will go down

Лиам. Утром перед уроками я стоял на парковке и ждал Зои. На сообщения и звонки она не отвечала, а я должен был объясниться. В наушниках тихо играла музыка. Моросил дождь и до звонка оставалось пара минут. Я решил пойти в школу, потому что ни Дилана, ни Зои я так и не дождался. Но как только я развернулся, за моей спиной шумно подъехала машина. Это был Дилан. Он припарковался, вышел и, пикнув сигнализацией, поплелся в мою сторону, даже не подняв голову. Он выглядел уставшим с самого утра, будто не спал всю ночь. Под глазами залегли темные круги, а на лице не было и тени эмоций. Только безразличный взгляд зеленых глаз из-под опущенных ресниц. Я понимал, что в этом, возможно, виноват я. Интересно, устроила ли Зои ему скандал или промолчала. — Дилан, — я поймал его за рукав ветровки и только тогда он обратил внимание на меня и мир в целом. — Что ты творишь? Нас не должны видеть вместе, забыл? Зои ничего не сказала. — Да плевать мне на них. У тебя такой вид, что плакать хочется. Пошли. Я повел его за собой в школу, так и не выпуская его рукав из пальцев. Мы зашли в коридор, ведущий в бассейн. Перед первым уроком в ту сторону может пройти только Давид, но от него прятаться уже нет смысла. — Что ты делаешь? — прошипел Дилан, вырывая свою руку из моей хватки и поправляя лямку рюкзака на плече. — Нам нужно поговорить, — повторил я вчерашнюю фразу. Дилан нахмурился, опираясь спиной о стену. В коридоре было мрачно. Горела только лампа на входе в бассейн и едва доносились чужие голоса из основного коридора. Я не знал с чего начать. Дилан был настроен агрессивно и кажется, это все из-за проклятой фразы про бассейн и спектакль. ПРОДОЛЖЕНИЕ ИСТОРИИ НИЖЕ 30 опасных пород собак, которых нельзя держать The Travel Breeze — Ну, — выжидающе кивнул парень, складывая руки на груди. Он стоял передо мной такой гордый и серьезный, но я слабо верил, что сейчас он ничего не чувствует. Мы нервничаем оба и это видно. — Я нравлюсь тебе? Дилан испуганно посмотрел на меня. Он молчал, но даже не услышав ни слова в ответ, я понял, что попал в цель. Я тяжело вздохнул, взъерошивая волосы. — Но вместе мы никогда не будем, ты же понимаешь? Я с надеждой заглянул в зеленые глаза, мгновенно наполнившееся болью. Дилан горько усмехнулся, отворачивая от меня лицо. — Никто и не говорил, что я хочу, — ответил он, все еще пытаясь держаться стержнем, но голос предательски дрогнул. — С чего ты взял, что нравишься мне? Это вопрос не звучал как вызов или оскорбление, скорее, он хотел услышать мою версию. — С того, что было вчера в бассейне, например? — Это просто травка и виски, — пожал он плечами. Я невольно улыбнулся. Он даже не скрывал, что врет и это было забавно. — Зои видела нас вчера, — выдохнул я. Ашер закрыл на мгновение глаза, качая головой. — И она злится. Сказала, что мы мудаки… слушай, ты тоже мне нравишься, но рядом с тобой я теряю всякий контроль над собой. Я не могу позволить себе это. У меня больше нет права на ошибку, а мой отец уже знает о том поцелуе в кабинете химии. С тобой я начинаю творить то, что мне, как бы это не звучало, нравится. Но это не нравится больше никому. Настоящий Лиам отвратительный и ему не место в этой жизни. — Нравлюсь? — пропустив мимо ушей все, что я сказал после, переспросил парень, снова заглядывая в мои глаза. — Да. Дилан закусил внутреннюю сторону щеки, о чём- то думая. Он был очень глубоко в своих мыслях несколько секунд, а потом сказал: —Яневерю. — Почему? — Потому что ты бы не отказался от меня, если бы я был тебе нужен. Я не смог сдержать грустной улыбки. Он торговался со мной, пытаясь выпытать еще что- нибудь. — Ты вообще меня слушал? — Мне нравится настоящий Лиам, — пожал парень плечами. — Ты просто не знаешь, на что он способен. Зачем тебе это? Вместо ответа Дилан протянул ладонь к моей щеке, аккуратно прикасаясь. Он нежно погладил кожу большим пальцем, блуждая взглядом по моему лицу. Он был обеспокоен, будто собирался с мыслями. ПРОДОЛЖЕНИЕ ИСТОРИИ НИЖЕ Дома для престарелых уже не те, что были раньше Дома престарелых — Я не знаю, как это произошло и зачем мне все это я тоже не знаю. Но ебаное чувство тоски и влюбленности, когда я не вижу тебя, съедает последние остатки разума, — сказал Дилан, склоняясь ближе к моим губам. — Последние дни я не могу спать, я не могу есть, я не общаюсь с семьей и перестал общаться с друзьями. Из-за тебя я все потерял, но тебя потерять это уже слишком. Я знаю что у тебя нет шанса на ошибку, знаю, что ты стараешься быть хорошим, но разве быть хорошим не значит не причинять людям боль? — Значит, — согласился я, — но иногда необходимо пожертвовать одним во благо многих. — И оставить его погибать? — еще тише спросил Дилан, прикасаясь к моим губам мимолетным поцелуем. Я и не заметил, как он обнял меня. Не заметил что оказался в кольце его рук. Противостоять не было сил. Я откликнулся на его поцелуй и слова, и теперь не смогу выбраться из этого плена. — Ты не погибнешь, ты найдёшь кого-нибудь, кто будет менее проблемный и очень в тебя влюбленный. Тогда все будет хорошо. — Не смей, — едва слышно произнёс парень, снова оставляя поцелуй на моих губах. — Говорить, — поцелуй. — Мне, — поцелуй. — О других. Дилан вновь прикасается к моим губам, но не отстраняется, а углубляет поцелуй, проникая языком в мой рот. Поцелуй на столько медленный, на столько нежный, невозможно просто. Он забирается руками под мою ветровку и исследует кожу, пробегаясь по ней пальцами. А у меня сердце разрывается на части. Барабанит так, что кажется грудную клетку разнесет к черту. Его поцелуй не сравнишь с другими. Его прикосновения не спутаешь. Он первый в моей жизни, от которого я не могу отказаться, как бы не старался, как бы не заставлял себя, в какой-то миг мы снова оказываемся рядом. — Не бросай меня, — отстраняясь, просит Дилан. — Все сложнее, чем кажется, — выдыхаю я, утыкаясь лбом в его грудь. — Я не хочу причинить боль тебе или другим людям и именно поэтому я должен быть один. — Знаю. Но от того что мы не общаемся, мне в сто раз больнее. Даже когда мы ругались на ровном месте, было лучше, чем это одиночество сейчас. Вокруг меня разрушено все. Зои теперь меня ненавидит, авторитет гниет на дне бассейн. Мне не важно что ты сделал. Я хочу быть с тобой. Он улыбнулся. — Ладно, — ответил я, заглядывая ему в глаза, — дай мне немного времени, хорошо? Я постараюсь во всем разобраться. ПРОДОЛЖЕНИЕ ИСТОРИИ НИЖЕ 30 опасных пород собак, которых нельзя держать The Travel Breeze Дилан кивнул, мягко улыбаясь, и выпустил меня из кольца своих рук. Я собрался уходить, но Ашер снова поймал меня за руку, целуя напоследок. Дилан. Я дошел до кабинета на ватных ногах. Как только я повернулся к Лиаму спиной, моя улыбка тут же исказилась гримасой страха. Если он если все-таки не решится? Если оставит меня? Я вошел в кабинет под недовольный взгляд биолога и сел рядом с Коди. Все были заняты какой-то таблицей, но друга она уже не интересовала. Он вопросительно смотрел на меня. — Где был? — тихо спросил он. — Проспал, — отмахнулся я, открывая тетрадь. Спроус усмехнулся. — А с губами что? — Что? — я принялся рассматривать свое лицо в экран телефона. — Да какие-то припухшие, — по прежнему улыбаясь, намекнул Коди. Я ничего не ответил. Не за чем. Он сам все понимает прекрасно, и от чего-то, кажется, даже рад. — Вы вместе теперь? Адам сказал, что Зои видела вас в бассейне. Я покачал головой. Были бы, но «бы»мешает. Прошло пять минут и по классу пронеслась трель телефонов. Все заинтересованно начали смотреть уведомление, подпитанные желанием узнать новую сплетню. А еще через минуту все смотрели на меня. Парни с удивлением, девчонки с грустью. Только вот их взгляды, их шепот больше не пугал и не злил. Весь этот треп по поводу ориентации заменила тревога о решении Лиама. Важен теперь он, которого я могу потерять в эту минуту, день или неделю. Я не знаю, когда ждать ответа и от этого острыми иглами пронзает каждую клеточку тела. — С кем ты говоришь проспал сегодня? Коди мечтательно развалился на парте, поддерживая голову правой рукой, и смотрел на меня, так и не засунув свою улыбку куда подальше. Я нехотя взял его телефон, чтобы посмотреть твит. «Просыпайтесь, мои воробышки. Надеюсь ваше утро такое же приятное, как у них». И наше фото. Фото где мы с Лиамом целуемся в мрачном коридоре. Даже будучи уверенным, что там-то нас точно никто не увидит, нашелся такой. Но по утрам в сторону бассейна даже не смотрит никто, кроме… — Давид, сука. Я его убью. Но улыбка все равно не сходила с моих губ, потому что мне нравится. Нравится фото, нравится воспоминание от этого поцелуя. То как Лиам возбужденно выдыхал, цепляясь за меня. Он давал мне понять, что его чувства реальны, давал веру на положительное решение. ПРОДОЛЖЕНИЕ ИСТОРИИ НИЖЕ Как супружеская пара сделала лучшее вложение? Kingdom of Men — А я рад, — серьезно сказал друг. — Ты улыбаешься. Не сидишь с бледным лицом, глядя в стену. Ты снова живой, Коди склонился ко мне ближе. — И Адам, кажется, тоже. Вон как лыбится, что ты украл у Зои Лиама. Я покачал головой на слова друга. С Зои теперь проблем не оберёшься. Не знаю, как с ней поговорить. Утром она ушла раньше меня и даже слова не сказала. Мы с мамой подумали, что она просто не выспалась, но все намного хуже. На мой телефон снова пришло сообщение. Луи Фишер: Я смотрю, у тебя все хорошо? Ме: Ну, он обещал подумать над этим. Луи Фишер: Я же говорил, все будет нормально) Ме: Спасибо, за помощь) Зои. На гребанный час я подумала: «Может я погорячилась, согласившись отомстить», а потом увидела твит и взбесилась снова. Лиам только фыркнул недовольно на оповещение и чужие взгляды. Ему, кажется, совсем наплевать. Да он и раньше не особо парился, разве что за Дилана. Интересно как брат отреагировал на это. Когда я пришла на урок, я подсела к Кайли. Она удивленно окинула меня взглядом. Наша последняя перепалка, где я бросалась оскорблениями, все еще не забылась, но теперь я понимаю — она была чертовски права, а я виновата. — Прости, — только и сказала я. — Я же говорила тебе, — выдохнула подруга, впервые заговорив. — Как ты? — Все нормально. Я не хочу вечно страдать по парню, которому на меня наплевать. Так что я забываю. Подруга демонстративно включила галерею и удалила папку с названием «Когда ты уже станешь моим?». Она удаляла его фотографии, словно удаляла все воспоминания о нем, а я одобрительно кивнула, наблюдая за действиями, пока на верху экрана не всплыло уведомление о сообщении. Давид Гольшнейн: Прости за вчерашнее, наверное, было лишним. Что это еще за новости? Вокруг все стали такими скрытными, у всех свои скелеты в шкафу. Мы все жили в своих мирах и больше не делились сплетнями, весело смеясь на переменах. Больше не рассказывали друг другу тайны. Потому что то, что происходит теперь — рассказывать нельзя, до добра не доведет. С появлением Лиама все перевернулось вверх дном, чертов Антихрист. ПРОДОЛЖЕНИЕ ИСТОРИИ НИЖЕ Ð¢Ð3⁄4п 10 СаÐ1⁄4Ñ​Ñ​ Ð​Ð3⁄4Ñ​Ð3⁄4Ð3Ð ̧Ñ​ СаÐ1⁄4Ð3⁄4лÐμÑ​Ð3⁄4Ð2 Ð​ Ð​Ð ̧Ñ​Ðμ Мой телефон завибрировал тоже, оповещая о сообщении и я с улыбкой цокнула языком. Вас-то я больше всех ждала, мистер Луи. Вчера мы немного переписывались. Он предложил сыграть пару, чтобы побесить Лиама и Дилана. Не объяснил почему они должны отреагировать на это, но я беспечно согласилась, получив лишь обещание, что он объяснит мне чуть позже почему хочет их тоже проучить. Луи Фишер: Мило, правда? Ме: Да, очень мило видеть как сосутся твой брат и парень который тебе нравился. Луи Фишер: Нравился? Как быстро проходит твоя любовь. 􏰃 Луи Фишер: Тогда я рад, что ты на моей стороне. Теперь важно, чтобы тебе не понравился я. Кто знает, что тогда со мной будет. Ме: Ну, уж точно нет. Когда две тучи встречаются, может произойти молния. Луи Фишер: Главное, чтобы льдинками внутри этих туч, не поранило сами тучи. Ме: А с остальными что? Многие попадут под грозу. Луи Фишер: Думать о других — последнее дело. Они о тебе не думаю никогда. 􏰅 1 􏰅 3 􏰅 3 􏰅 5 􏰅 Я покачала головой, откладывая телефон. В наших философских переписках была правда. Кайли нервно кусала губу, глядя в телефон. Она пробегалась глазами по каким-то строчкам, но я не видела, потому что отсвечивала лампа над нами. Подруга что-то напечатала и отложила от себя телефон, будто он может причинить ей боль. — У тебя что-то случилось? — прошептала я. Девушка вздрогнула, поворачивая ко мне голову. Прежнего огонька в серых глазах я больше не видела. Кто-то смог сделать ей больнее, чем Дилан? — Нет, все хорошо. Хорошо. Только почему Давид пишет по утрам такие сообщения и почему в глазах такой страх? *** После урока Лиам быстро собрался и поймал меня раньше, чем я успела выйти из кабинета. — Зои, то что ты видела ничего не значило, — сказал он. — Боже мой, — всплеснула я руками, — а то, что было утром в твиттере? А то, что писали до этого? Ты продолжаешь делать из меня дуру. Я тяжело вздохнула, гордо отбрасывая волосы с плеч. — Зои, — парень покачал головой, — ты мне о своих чувствах тоже не рассказывала. Потому что иногда не так просто взять и выложить все карты на стол. Я не хочу терять тебя как подругу. Ты дорога мне. — Дорога, — усмехнулась я. — Так, что ты даже не попытался рассказать о ваших отношениях. Только открыто врал мне в лицо, что ненавидишь его и никогда друзьями с ним не станешь. Вы оба мне врали. — Они и не друзья, — послышалось за моей спиной, а после теплая рука обвила мою талию. Луи стоял позади, обнимая меня, и я чувствовала как он улыбается от шокированного взгляда Лиама. Что-то между ними тоже не так. — Фишер, ты серьезно? — задохнулся от ужаса парень. Луи тихо засмеялся в мою макушку. Он был немного выше меня. — Идем, Зои, — парень потянул меня за руку на выход. — Tu hora ha llegado*, — махнул он на прощание Лиаму и судя по выражению его лица, испанский они знали оба, в отличии от меня. Когда мы вышли в коридор, я тут же высвободила свою руку и отошла подальше. Его близость не нравилась мне. Я не хотела сближаться. Не хотела снова привыкнуть к кому-то, потому что знала, что в очередной раз рано или поздно это причинит мне боль. — Так что между вами за проблемы? — спросила я, когда мы шли к шкафчикам. — Мы знакомы. Учились в одной школе в Роли и мне есть за что ненавидеть его. Не могу рассказать, но, — улыбнулся Луи, — рад, что ты поможешь мне. Я кивнула. Когда-нибудь я все равно узнаю правду, а пока что это не так важно, как маленькая месть за мое в очередной раз разбитое сердце. *Tu hora ha llegado — [пер. с испанского] — твое время пришло.