Withering Away

На Землю они возвращались в полной тишине. В лагере Мстителей их встретил Тони, и Стив едва смог объяснить их провал. Тони молча выслушал, а потом не выдержал и закричал: — О чём вы только думали?! Всё могло быть ещё хуже! — Это как? — с вызовом отозвалась Наташа. — Тони, как? Все и так уже мертвы. Что ещё он мог сделать? Тор до боли прикусил губу, пытаясь подавить острое чувство вины, которое вновь захватило его. Это он виноват. Виноват, виноват! — Это не игрушки, Нат, — ответил Тони, сжимая кулаки. — Он мог убить всех вас, это могла быть ловушка, а ещё он мог вновь щелкнуть пальцами… — Там не было Камней Бесконечности, — возразил Роудс. — Успокойся, Тони. — Я спокоен! — Тони, мне очень жаль, — проговорил Стив. По его тону было понятно, что он страшно нуждается в поддержке. — Но мы сделали всё, что могли. Тони сжал губы, и Тор видел, что он очень старается, но никак не может справиться с эмоциями. Он скрипнул зубами и помотал головой. — Нет, не всё. Вы же не вернули моего ма… — голос Тони сорвался, и он резко отвернулся. — Вы не смогли вернуть моего пацана. В душе Тора всё скрутило ещё сильнее. Тони потерял ребёнка. Тор был эгоистичным идиотом, раз думал только о себе и о том, что потерял он сам. Если бы он понимал это, когда шёл на Таноса со своей идиотской Громсекирой, то не стремился бы подольше помучить Титана. Он бы просто убил его. И триллионы живых существ были бы живы. Вселенная не была бы приведена к балансу. Ничего из этого бы не произошло. Голова. Почему он не снёс голову?! — Мы все кого-то потеряли, — очень мягко и осторожно проговорил Стив, но Тони замахнулся и ударил его по лицу. Капитан отшатнулся, а Тор неуверенно переступил с ноги на ногу. — Даже не начинай, — потребовал Тони. — Ты нихрена не знаешь о том, через что я прошёл, Роджерс. Это… Это… — он тяжело дышал, но, вместо того чтобы обвинить во всём Стива, как вчера вечером, он повернулся к Тору. — Почему ты не снёс ему голову, Златовласка? — тут его голос совсем сорвался. Тор открыл было рот, но не смог ничего произнести. Его вина. Его. Только его. Груз всех этих смертей упал на его плечи. Брюс сверлил взглядом его спину. — Он снёс, — хрипло выпалил он и убежал внутрь лагеря. Тони казался растерянным, но в то же время обиженным и очень злым. Он медленно покачал головой и сказал: — Ты мог всё остановить. Питер бы не… — тут он запнулся, захлопнул рот и сжал кулаки. Из-за всего этого ему точно станет плохо. Очень, очень плохо. — Тебе нужно прилечь, — проговорил Стив, беря Тони за плечо. Он был прав. Тор видел, что Тони едва стоит на ногах, а руки то и дело прикасаются к тому месту, где была рана, нанесённая Таносом. Он был бледным, мокрым от пота, и его заметно потряхивало. Тони пытался спорить, но в итоге Роудсу удалось увести его в лагерь. Кэрол ещё раз смерила Тора раздражённым взглядом, потом объявила Стиву, что её помощь требуется и в других местах тоже, после чего скрылась где-то в небесах. Из-за тяжёлого груза всеобщего разочарования в душе Тора всё окончательно перевернулось. Весь этот вечер он провёл рядом с унитазом, борясь с тошнотой. *** С этого момента не происходило никаких улучшений. Небула и Ракета забрали корабль, чтобы завершить дела, начатые Стражами Галактики, а Мстители пытались ужиться все вместе. Сильно чувствовалось отсутствие Клинта, особенно с тех пор, как вернулся Тони. Но никто не знал, где сейчас бывший агент, так что они старались как-то справляться без него. По крайней мере, Тор надеялся, что они стараются. Он по-прежнему говорил мало и редко, и горе грозило уничтожить его изнутри. Пока происходили все эти события на Сакааре и в Асгарде, у Тора толком не было времени по-настоящему погоревать. Асгард мёртв. Отец мёртв. Его отец мёртв. Он больше не сможет беседовать с ним даже в своих видениях. Тор остался один. Он старался справиться с этим, правда старался, потому что все ругали его в те моменты, когда он не мог ничего делать. А он совсем не хотел быть бесполезным. Ему нужно было прийти в себя и заняться чем-то, потому что пока он был лишь помехой. Идиотская голова. Он знал, что все очень стараются не обвинять его в произошедшем, но было очевидно, что сдерживаться им очень трудно. Танос вообще не должен был одержать победу. Он должен был проиграть, и эта угроза бы ушла так, как ушли многие другие до неё. Как Альтрон. Как атака на Нью… нет, нет, об этом он не должен думать. Они Мстители. Величайшие герои Земли. Ха. Герои? Больше похоже на величайших подставщиков Земли. Хотя нет, это не так, потому что единственным, кто не сделал свою работу как положено, был он. Тор всегда был помехой для команды, он только сейчас это понял. Было больно осознавать, что он вовсе не научился за последние несколько лет намного лучше понимать жизнь. Оказалось, что в своём невежестве он не замечал, какой хаос он создаёт вокруг себя. Он был идиотом, он больше не мог разговаривать, и он не снёс вовремя голову. Валькирия при встрече с явным облегчением крепко обняла его. Она, как и все остальные, страшно похудела, и Тор понял, что у них было слишком мало провизии, чтобы выдержать перелёт на Землю. Ни один из кораблей Грандмастера не был оснащён гипердрайвом, так что они не могли перемещаться через точки коротких переходов. Использование технологий, которым было не меньше четырёх веков, говорило о возрасте их хозяина намного больше, чем всё остальное. Брунгильда отстранилась и внимательно на него посмотрела, всё больше хмурясь. Тор постарался сделать вид, что всё нормально, но это было очень сложно. Он знал, что мало ел. Также он пытался вновь отрастить волосы, но получилась лишь проплешина на макушке, и это выглядело глупо. Она немного склонила голову. Тор попытался открыть рот и что-то сказать, но уже знакомое чувство, как кто-то вцепился в его связки, совершенно не спешило исчезать. Тогда он закрыл рот и посмотрел на свой народ, отмечая, насколько они устали. Его народ. Эта мысль ужасала его. Как кто-то может доверить ему свою жизнь после той величайшей глупости, что он сделал? Локи был прав. Он не готов править. Даже сейчас. С момента сорванной коронации прошло шесть лет, а казалось, что целые столетия. А он всё ещё не готов. Как… Почему он не снёс тупую голову?! Брунгильда положила руки ему на плечи и сжала губы. — А где Локи? Физическая боль пронзила его грудь, сердце заныло. Это было мучительно больно. Тор посмотрел на девушку, и теперь он не мог ничего произнести от горя. Локи мёртв. Локи мёртв вот уже шесть месяцев, а Тор даже не смог предать огню его тело. Танос даже это отнял у него. Он смог издать лишь тихий сдавленный звук. Глаза Брунгильды распахнулись и увлажнились. — Ох, Тор, — прошептала она и прислонилась своим лбом к его так, что скоро он почувствовал её слёзы на своих щеках. Это было глупо, потому что она не должна страдать, ведь это он во всём виноват, и все это прекрасно понимают. Он не отрубил голову, или чёртову руку, он не остановил Камни Бесконечности. Кто-нибудь обязательно объяснит всё Брунгильде, и тогда она его тоже возненавидит. Но она… обняла его. Опять. Она обняла его, и Тор замер. Прошло очень много времени с тех пор, как кто-то проявлял к нему такую нежность. Такое понимание. Все остальные были очень злы. Отчаяние отравляло их всех, точно вирус. — Мне очень жаль, — прошептала Брунгильда. — Мне очень жаль. Тор знал, что скоро она перестанет его жалеть, но пока он просто наслаждался моментом, хоть ему и было за это очень стыдно. *** Новый Асгард — это… хорошо. В какой-то степени. Он помог ему отвлечься. Никто не стремился помочь, когда он отправился в ООН, а затем в Норвегию, чтобы попросить землю для постройки нового города. Спустя несколько недель проб и ошибок он наконец достиг своей цели, после чего с головой погрузился в работу, стараясь как можно больше помогать другим. И это ему удавалось. Он мог приносить добро. На постройку города ушёл год, ведь им приходилось довольствоваться только своими силами, малым количеством инструментов и довольно жалкими остатками магии. Большинство чародеев осталось на «Властителе», чтобы помочь сражаться с Таносом, так что никто кроме Тора не спасся. (Почему именно он? Спасение любого другого было бы намного лучшим вариантом). Он пытался записать истории их жизней, создать что-то вроде книги, чтобы сохранить о них память, но быстро понял, что это безнадёжное начинание. Это ведь были их ненастоящие истории. Не те, в которых участвовала его старшая сестра. И никто не мог ему помочь, потому что никого из тех, кто что-то знал, уже не было в живых. Никто не помнил её. Так что он бросил эту затею и постарался отвлечься на что-то другое, но ничего не помогало. — Ты слишком себя изводишь, — недовольно сказала Брунгильда как-то раз после очередной ссоры. — Отдохни, пока совсем не загнал себя в гроб. Тор лишь нахмурился. Он уже умер. Почти два года назад. С того момента, как сломалась шея Локи. С того момента, как он не снёс голову. Валькирия уходит разозлённая, как всегда бывало в последнее время. Тор пытался утопить себя в эле и крепком алкоголе, в чём угодно, лишь бы затуманить разум. Но ему удавалось добиться лишь страшного похмелья на следующее утро после пьянки. Когда-то давно он не любил алкоголь, он пил его лишь когда этого требовали традиции. В какой-то момент он вдруг совсем перестал чувствовать его вкус. Но напитки Мидгарда были другими, и Тор ненавидел это. Он пытался избавиться от этого запаха, но он так крепко впитался в дёсны, что ощущался при каждой попытке глубоко вдохнуть. Тогда Тор перестал пить. Корг пытался развлекать его, но после нескольких грубых жестов в свой адрес (с момента битвы с Таносом Тор так и не стал нормально разговаривать, ограничиваясь лишь парой слов в месяц) всё понял. Он почти перестал его дёргать. И Тора это полностью устраивало. Если Тор сдохнет, кто станет горевать? Он ведь только всё портил. (Голова. Почему он не ударил по голове?) Он погрузился в работу и управление городом, чтобы занять себя ролью короля Асгарда, а о Торе забыть навсегда. Всё равно по нему никто не будет скучать. *** Побережье пахло ровно так, как помнил Брюс: гниющей рыбой. Ему это не сильно нравилось, но он знал, что через какое-то время перестанет чувствовать этот запах. Он всегда недолюбливал океан. Его отец был рыбаком, и после того, что случилось с его матерью, он не мог спокойно смотреть на волны. Брюс захлопнул дверь автомобиля и посмотрел на Ракету, который стоял с другой стороны и встревоженно хмурился. Брюс чувствовал себя примерно так же. Он не был в Новом Асгарде уже более трёх лет, и, честно говоря, Тора он не видел столько же. Они все старались приспособиться. Выжить. Но он знал, что это не оправдание. Наташа пять лет умудрялась поддерживать связь практически со всеми, и у Тора был сотовый. Брюс поджимает губы и тихо умоляет кого-то, чтобы всё не пошло наперекосяк слишком быстро. А лучше, чтобы всё не пошло наперекосяк вообще. — Да уж, это будет попроще, чем золотой город, — резко вздыхает Ракета. Брюс кивнул и пожал плечами, шагая по пристани. — Мне кажется, после всего, что случилось во время Рагнарёка, они рады иметь хоть какой-то дом. Беннер точно был бы рад. Он был безумно благодарен, когда после Нью-Йорка Тони уломал его поселиться с ним в Башне Старка. Было здорово впервые за много лет обрести чистое и мягкое место для ночлега. Ракета с сомнением покачал головой. Брюс сунул руки в карманы и плечом поправил очки на носу. Первым асгардцем, кого он узнал, была Брунгильда, которая распутывала рыболовную сеть и тихо ругалась. Брюс обрадованно расправил плечи. — Злючка! — позвал он, и девушка подняла голову, узнавая гостей. Брюс знал, что это прозвище было слишком личным обращением Халка к Валькирии, но это первое, что пришло ему в голову при виде неё, хоть Халк и был мёртв вот уже пять лет. Брунгильда глянула на Ракету, а потом посмотрела ему прямо в глаза. — Брюс? — спокойно проговорила она. — Ты зачем пришёл? Улыбка Беннера немного увяла. Стоит признать, что с Брунгильдой он общался больше, чем с Тором, и обычно она была чуть более дружелюбной. Хотя это не совсем точное определение, ведь слова «Брунгильда» и «дружелюбие» не могли использоваться в одном параграфе, не то что в одном предложении. — Нам нужен Тор, — ответил Ракета, когда Брюс замешкался. — Ты знаешь, где он? — Что вам от него нужно? — жестко спросила девушка. Беннер растерянно моргал, пораженный её неприветливостью. — Мы просто хотим поговорить, — ответил он, примиряюще вскидывая руки. Им нужно было управиться здесь поскорее. Наташа уже летела в Японию, чтобы вытащить Клинта из ямы, в которую он сам себя загнал после отъезда из лагеря. Они должны были встретиться завтра, обговорить последние детали и провести пробный запуск установки. Брунгильда поджала губы и указала на большое здание позади неё. — Он в Большом Зале, скорее всего обсуждает с curia regis финансирование новой школы. Брюс благодарно кивнул и пошёл было в указанном направлении, но Валькирия схватила его за плечо и проговорила, прищурившись: — Не упоминай при нём Таноса, или будешь иметь дело со мной. Беннер обменялся взглядами с Ракетой. Они… они не могли этого не делать, если хотели добиться того, за чем приехали. Он знал, что Брунгильда не пропустит их, пока они не согласятся с ней, так что он кивнул. Эта ложь заставила его сжать кулаки, но им был нужен Тор, так что пришлось на это пойти. — Не будем, — соврал Брюс. Брунгильда какое-то время сверлила его взглядом, потом наконец отпустила, пробормотав что-то на языке Асгарда. Он не стал обращать на это внимание, так как был уверен, что она не сказала ничего хорошего. Он просто двинулся туда, куда она указала. Им пришлось идти почти двадцать минут, и даже немного подняться в гору. Местность была более холмистой, чем показалась Брюсу на первый взгляд. Честно говоря, он вообще думал, что тут есть только луга, но ошибся. Наконец они оказались перед зданием, которое Брунгильда назвала Большим Залом. Брюс глубоко вздохнул. Это Тор. Он знает Тора. Он легко сможет побеседовать с ним. Тогда почему же он так нервничает? Брюс постарался успокоиться и прислушался к своим эмоциям. Дело было не в Торе. Дело было в том, что, если их проект… если они не добьются своей цели, то получится, что он вовлёк своего друга в смертельную ловушку. Путешествие во времени было чем-то призрачным, чем-то, чему лучше оставаться научной фантастикой. Сама возможность, что это реально, была ошеломляющей, в неё было сложно поверить. Они могут всё исправить. Они сделают всё как надо. Надо только убедить в этом Тора. Ракета распахнул дверь и первым зашёл внутрь здания, Брюс тихо проследовал за ним. Помещение было очень большим, но не отличалось от остального Нового Асгарда. Тут было мало декора, на потолке виднелись стропила и свисали незакреплённые лампы. Чувствовался сильный запах свежесрубленной сосны, что немного удивило Брюса, ведь здание построили не меньше трёх лет назад. В зале в разных местах стояло три длинных стола, но занят был только один. Там тихо беседовала группа асгардцев, а во главе сидел Тор. На Брюса нахлынула волна облегчения. Хорошо. Он тут. Они с Ракетой приблизились. Женщина, которая в этот момент что-то говорила, запнулась и замолчала. Все головы повернулись к ним. Брюс посмотрел на Тора, и его глаза невольно распахнулись, а в груди перехватило дыхание. Тор выглядел… Он выглядел ужасно. Он вновь отрастил волосы до плеч, и сейчас они были собраны на затылке, хотя некоторые пряди спадали на худое лицо и отсутствующий глаз. Брюс знал, что он потерял глаз по вине сестры, но этот факт не так поражал его, пока сейчас он не увидел повязку. Он мимолётно задумался о том, куда делся электронный глаз, что дал ему Ракета, но быстро понял, что сейчас это не важно. На лице Тора совершенно не было растительности, а его рукава были столь длинными, что почти закрывали кончики пальцев. Первой закономерной реакцией Брюса была мысль, что Тору нужно отдохнуть, а то он свалится. Но потом разум подсказал, что это подождёт. Тор им нужен сейчас, а о естественных потребностях вроде сна можно подумать и позже. Брюс смущённо прочистил горло и тут же понял, что не знает, что сказать. Должен ли он попросить Тора поговорить наедине? Он никогда… никогда раньше не имел дело с ним как с королём. Был короткий период на «Властителе», но потом… ничего. Ни после Нью-Йорка, ни после Альтрона, ни после атаки Малекита. Тор всегда был просто Тором, только и всего. Асгардцы выжидательно смотрели на них. Ракета взобрался на стол и заявил: — Слушайте, стрёмный народ Асгарда, нам надо поговорить с Тором. Без свидетелей. На кону несколько триллионов жизней. Асгардские советники (как там их Брунгильда назвала? Куриный хаггис? Нет, глупость какая-то, это даже не по-асгардски) посмотрели на своего короля (король, Тор — король). Тот заметно колебался, но потом медленно кивнул. — Я так полагаю, мы закончим с этим позже? — спросил кто-то. Тор вновь молча кивнул, и асгардцы начали подниматься и выходить из зала. Когда все ушли и двери закрылись, Брюс подошёл ближе, чтобы не пришлось слишком громко говорить. Ракета пошёл прямо по столу. Тор поднял на них безжизненный взгляд и вопросительно поднял брови. Почему он вообще не заговорил с ними? Брюс знал, что Тор не из молчунов. По крайней мере, именно таким он его обычно видел. — Слушай, Тор, — тихо проговорил Брюс, — мы… ох… Кажется, мы нашли решение, как победить Таноса. Тор заметно напрягся. Лишь тогда Брюс осознал, какими тонкими стали его пальцы. Он вообще заботился о себе все эти годы? Так, стоп. Сейчас придётся поволноваться о других вещах. Тор опустил взгляд. Ракета постарался заглянуть ему в глаз: — Эй, Златовласка, мы не шутим. Мы правда нашли решение. Плечи Тора так напряглись, что ему наверняка стало больно. Он посмотрел на них, приоткрыв рот. Потом он дважды сглотнул, раздражённо поднял глаза на потолок и наконец прохрипел так тихо, что Брюс с трудом его услышал: — Нет. Я… я уничтожил это решение. Что? Когда? Брюс удивлённо нахмурился. — Нет, — фыркнул Ракета, — если только ты не умудрился остановить ход времени. — Ч-чего? — Тор поднял на них глаза, удивлённо нахмурившись. Беннер слабо улыбнулся и объяснил: — Тони решил загадку путешествий во времени, и мы хотим попробовать собрать Камни в прошлом и вернуть всех. Как планировали несколько лет назад. Тор потрясённо распахнул глаз. — Но нам нужна помощь, — тихо признался Брюс. — Мы хотим собрать всех наших перед тем, как пробовать. Что скажешь? Ты с нами? — Я-я-я не испорчу всё в этот раз, я клянусь, — нервно кивнул Тор. — Ты и первый раз не испортил, — хмуро отозвался Беннер, поправляя очки на носу. Тор на это лишь скривился. *** Тестовый запуск был потрясающе успешен, и Клинт радостно размахивал перед Тони принесённой бейсбольной перчаткой. — Работает, — с восторгом повторял он. — Работает. Они собрались в комнате для совещаний, и Брюс приземлился на диван рядом с Наташей, слушая, как Тони объясняет свою теорию о Камнях Бесконечности. Четыре из шести Камней побывали на Земле ещё до того, как Танос вообще до неё добрался. А Брюс и не догадывался. Да, он знал про Тессеракт, Камень Разума и Камень Времени, но как-то не осознавал, что Эфир — это Камень Реальности. Поэтому Камни… Это было почти личное. Сначала они появились на Земле, и лишь потом она стала эпицентром массового геноцида Таноса. Но решение, откуда именно их забрать, вызвало нешуточные дебаты, и, чем больше возникало идей, тем сложнее становилось договориться. — Тор, если ты найдёшь Камень Реальности… — начал Стив, и Брюс увидел, что Тор покачал головой, потирая большим пальцем противоположную ладонь. До этого он не высказывал никаких возражений, хотя он вообще почти не говорил, пока они летели сюда. Брюс старался относиться к этому с пониманием. Все справляются с горем по-разному, наверное, Тору было легче так. (Хотя прошло уже пять лет, и самая страшная боль уже должна была пройти) Стив немного нахмурился, но не стал давить. Они ещё минут десять выдвигали разные идеи и ходили с места на место, потом Тони резко сел и объявил: — Слушайте, а ведь если всё правильно рассчитать, три Камня окажутся в Нью-Йорке одновременно. В две тысячи двенадцатом. После атаки Локи. Да… Ох, да, это верно. Легче лёгкого. Три камня. Драгоценный момент. Если бы им удалось собрать все Камни до того, как придёт Танос, это было бы оптимально, но так вряд ли выйдет. — Да, — Брюс щёлкнул пальцами и кивнул. — Камень Разума был в скипетре, Камень Времени был у Стрэнджа, Тессеракт был у «Щ.И.Т.а», так что… — Нет, — сказал Тор, и все обернулись к нему. Он с самого начала не произнёс ни слова, и его глубокий голос с лёгким акцентом было странно слышать после столь долгого молчания. Когда все посмотрели на него, он немного заёрзал и сгорбился. Он помотал головой, прочистил горло и добавил: — Нет. Я… я помогу вам, только если вы отправите меня за Тессерактом, и не в две тысячи двенадцатый. Брюс нахмурился и разочарованно стиснул кулаки. Их вариант удобнее, а упрямство Тора приведёт к пустой трате драгоценного времени и энергии. Только не сейчас. Тони издал странный горловой звук и поинтересовался: — А что же ты предлагаешь, Златовласка? Мы стараемся не расходовать наши ресурсы понапрасну. Пальцы Тора вцепились в колени, и он дважды облизал губы, прежде чем ответить: — Отправьте только меня. — Чего? — спросил Стив, сильно нахмурившись. — Отправьте меня. Только меня, — повторил Тор, перебирая пальцами. — Я могу его достать. — Ты…? — с сомнением начал Тони. — Я знаю, вы не хотите доверить мне что-то важное, — проговорил Тор, и его голос становился всё более резким, — но я могу принести Тессеракт. Повисла напряжённая тишина, и Брюс ощутил вину из-за того, что никто не торопился возразить Тору. Дело не в том, что они ему не доверяют, они доверяют, и он это знает, просто… разум Тора иногда слишком застилают эмоции. Если бы он смог убить Таноса в первый раз, ничего бы не случилось. Им не пришлось бы пять лет пробираться сквозь пепел мертвецов. В нью-йоркском здании, посвящённом погибшим при вторжении Локи, не появилось бы нового памятника. Тор… они доверяли ему, но он всё усложняет, правда же? — Где находился Камень Пространства, когда ты хочешь его забрать? — поинтересовалась Небула сквозь стиснутые зубы. Тор передёрнул плечами и опустил взгляд на руки. — Я просто хотел… — он поднял взгляд. — На «Властителе». В момент атаки. Брюс чуть не зарычал. Какого хрена он выбрал именно этот момент? — Ты обалдел? — хриплым от потрясения голосом поинтересовался Тони, склоняясь к нему. — В тот момент там был сам Танос во плоти. — Как и Локи, — буркнул Тор, и Брюс поник. Ох. Все молчали. Никто не знал, как на это реагировать. Что они могли сделать? Тор всегда любил Локи странной любовью, которую они не совсем понимали. Он ведь был кровожадным, страдающим манией величия и безнадёжно эгоистичным маньяком. Да, Брюс слышал о том, как Локи помог спасти Асгард, но не видел этого. Зато он знал, что Асгард в своих историях любит преувеличивать. Он не понимал, почему Тор хотел повидаться с братом. Тем более в такой момент. Брунгильда говорила, что Локи погиб именно тогда, но больше Брюс не знал никаких деталей. Тор этим с ним не делился… и всё же, зачем ему вновь видеть его смерть? Стив покачал головой, и Брюс поднял на него взгляд. — Нет. Мне очень жаль, Тор, но мы не можем ставить на кон триллионы жизней за тем, чтобы ты взглянул на Локи… — Не за этим, — тихо ответил Тор, и в воздухе неожиданно запахло озоном. — Я хочу вернуться и забрать Локи с собой. Стоп. Чего? Он с ума сошёл? Нет. Он не может этого сделать. Нет. В комнате повисла гробовая тишина. Брюс сжал зубы. Нет… Он не будет… Тор говорит глупости, его опять ослепляет горе, и в прошлый раз это сыграло на руку Таносу… — Я… — начал Тор, беспокойно сжимая руки. — Нет. — Тор, мы не можем связываться с ним, а Танос… — Златовласка, это же… — Не надо… Тор поднялся на ноги, сжав худые руки в кулаки. — Я помогу вам только в том случае, если вы дадите мне забрать моего брата. Брюс сжал зубы так, что заболели дёсны. Это безумие. Нельзя даже думать об этом. Локи не настолько ценен. Почти минуту царила тишина. Стив скрипнул зубами и выдохнул: — Ладно. Ладно. Тор заберёт Тессеракт, остальные разобьются на три группы. Тор сел на место с явным облегчением, и в его глазу что-то блеснуло. Надежда. Брюс почувствовал вину, когда осознал, насколько сильно он полагался на эту возможность. Но не только Тор кого-то потерял, не стоит забывать об этом. Никто больше не поднимал этот вопрос, но оставалась проблема, как раздобыть Эфир. Только Тор знал, как он вообще выглядит и где находится, в асгардском дворце или ещё где-то. Но Тор был непреклонен, и бороться с ним было бесполезно. — Хорошо. Тогда Тор сделает два захода, — заключил Тони. Тор не выглядел обрадованным по этому поводу, но не спорил. — У нас недостаточно частиц Пима, — возразил Скотт. — Раздобудем их в Нью-Йорке, — отозвался Тони, взлохмачивая волосы. — Всё равно нам никак иначе не раздобыть этот несчастный Эфир. Они немного успокоились, хотя и недостаточно. Это всё глупости. Почему Тор этого не понимает? Возвращение Локи только принесёт ещё больше проблем, а им нужно сосредоточиться на другом. На триллионах людей, не на одном. Тем более на таком. Это очень глупо. Тем не менее, когда прошло шесть часов и Стив произнёс небольшую речь, Брюс стоял за клавиатурой и вбивал координаты. Затем Мстители исчезли.