Грань

Дом оказался не так уж и плох. Шестьдесят восемь квадратных метров, две спальни, большая гостиная, три полуживых кактуса на столике и большая кухня. Но больше всего меня обрадовала огромная веранда и небольшая кладовая, в которой стояли закатки и соленья. Видимо бывший жилец в перерывах между вскрытием трупов выращивал и мариновал огурчики и помидорчики. Проведя весь вечер за уборкой, я настроила телевизор, плюхнулась на большую кровать, и поняла, что дико хочу есть. Разбив на сковороде два яйца, я без зазрения совести наметила свой путь туда, где стояли закатки. Осмотрев внимательно банки и протерев их от пыли, я поняла, что мне очень повезло, что бывший жилец этого дома был очень скрупулёзный и запасливый. Каждая баночка имела маркировку с датой изготовления и описанием содержимого. И так… Хлеба нет, зато есть грибочки. Вот и будет у меня омлет с грибами. Довольно потирая ручки я потащила баночку опят на кухню. Уже через 15 минут по дому распространился запах вкусной еды и впереди меня ждал уютный вечер. Десять минут любви, десять минут тепла, Вот и какой-то пустяк. Били по тормозам, я по твоим глазам Видела, что-то не так. Подпевая под Земфиру, я пританцовывала на кухне. Я была уверена, что этот год пройдет быстро и хорошо. Уже сидя за столом и со страшной скоростью поглощая омлет, я услышала какие-то звуки на улице. С сожалением отставив свой гастрономический  шедевр, закинула в рот грибочек и, жуя его на ходу, пошла открывать двери. Распахнув дверь, я никого не увидела. — Да, замечательно, теперь у меня слуховые галлюцинации. Уже собираясь захлопнуть дверь, я присмотрелась к темному углу веранды, где я заметила какое-то движение. Нагнувшись, я отодвинула в сторону старое ведро и увидела два горящих глаза, которые не мигая смотрели на меня. Красивая чёрная шерсть, большой пушистый хвост. Животное забилось в угол и пригнув спину следило за моими движениями. Я присела на корточки: — И кто тут у меня такой незваный гость? Протянуть руку я не успела, потому что на меня просто — напросто зарычали и сверкнули ярко-синими глазами. -Таааак… Это мы такие своенравные или …? Веранда была выполнена из сосны, очень светлая, видно было, что бывший владелец ей не пользовался вообще. Почти сразу я увидела капельки крови на дереве. — Ясно, значит мы с характером и ещё ранены вдобавок? Машинально проговаривая это все вслух я думала, что делать. Животное упорно не давалось в руки, но и в дом не намеревалось идти. — Так, сиди здесь, никуда не уходи… Пожалуйста, — зачем-то добавила я. Набирая на ходу номер Ромы, я направилась в спальню. Сегодня мне на глаза попалась простынь, которую я собиралась выбросить просто за нежно- розовый цвет. — Алло, Роман, здравствуйте, это Наталья. Извините, что отвлекаю вас в такое позднее время, подскажите, пожалуйста, у вас в городе есть круглосуточная клиника для животных? На том конце провода заржали. — А что, в первый день у вас проблемы … с киской? Понимая, что я начинаю злиться, я просто повесила трубку. Тупой урод с несмешными шутками. Искать в интернете не было смысла, неизвестно, работает что-то или нет. Я вспомнила, что когда выходила из автобуса, меня пытался подвезти «совсем почти бесплатно» какой-то армянин на старенькой тойоте. Я полезла в куртку искать его визитку. Достав помятый кусочек картона, я набрала номер. — Арсен слушает. — Здравствуйте, вы мне сегодня дали свою визитку на вокзале. Скажите, у вас в городе есть круглосуточная ветклиника? — Дээээвушка, вы же звоните в такси, а не в справочную, — ответил мне с ужасным акцентом мужчина. Закипая от тупости и всей ситуации, я глубоко вздохнула. — Если у вас такая клиника есть, то мне нужно такси, чтобы до неё доехать. — Да, есть круглосуточная. Диктуй адрес, красавица, сейчас приеду. — Бирюзовый переулок, дом 3. Я скинула звонок, сунула телефон в карман домашних штанов и, взяв простынь, вышла на улицу. Неожиданный гость сидел на том же месте, мне показалось, что он даже не сдвинулся с места. — Так, мой хороший. Сейчас мы поедем к доброму доктору, который осмотрит тебя, может, укольчик поставит — зато будешь красивым, сильным, здоровым. Бубня это себе под нос, я незаметно расправляла простынь, обходя его со стороны. Не знаю, почему я вообще решила, что это он, а не она, но мне так показалось, и я решила себя не разубеждать. — Подлечим тебя, жить у себя оставим, самку тебе найдём, а может, самца, если ты по мальчикам. Чёрт возьми, совсем с этой Сашкиной толерантностью поехала. Резко выкинув руки вперёд, я свернула клубок и прижала аккуратно к себе. С дороги посигналили. Как во время. Садясь в машину, я почувствовала, как, раздвигая простынь, высовывается морда, которая издавала недовольное урчание. — Вах, какие глаза, синие как небо. Как маленькое облачко. — Облака вообще-то белые, — я придерживала края простыни, не давая зверю высунуться наружу. — Хах, насмешила. Белые, синие — не важно, главное — красиво. И все это нараспев, с армянским акцентом, ухмыляясь сквозь пышные усы. Арсен был ярким представителем своей нации: очень разговорчивый, очень любопытный и шумный. До клиники мы доехали за минут пятнадцать. Неся свёрток, прижав его к себе, я надеялась, что мы быстро справимся. Часы показывали почти полночь, а на работу мне нужно было вставать через пять часов. В коридоре не было очереди, девушка на ресепшн, мирно покачивая ногой, листала что-то в телефоне. — Девушка, помогите, пожалуйста. Нам нужен дежурный врач. У нас кровь идёт, он рычит и не даёт себя трогать. Девушка, встав с кресла, кинула взгляд на мою импровизированную переноску, протянула мне бланк первичного приёма и сказала заполнить, а сама пошла за доктором. Уже через пять минут нас позвали в процедурную. По прошествии часа мы выяснили, что это действительно полуторагодовалый мальчик, помесь пород. Весит это чудо девять килограмм и триста граммов, общая длина с хвостом — 107 сантиметров. Диагноз поставили: растяжение связок, повреждение передней лапы. Прописали лекарство, наложили повязку, сказали менять её два раза в день, обработали раны и отправили на кассу оплачивать. В час ночи мы с моим новым другом ехали домой. Теперь зверь вёл себя очень спокойно. Он больше не вырывался, не рычал. Иногда только начинал шипеть, когда на очередной кочке колымага Арсена подскакивала вверх. Домой мы приехали очень уставшие. Гордо назвав его Тимофеем, я скормила ему остатки остывшего омлета, достав из него грибы, расстелила кровать и уснула с мыслью о том, что всегда хотела завести кота, а тут, похоже, кот завёл меня.