Мой свет

      Лето 1998 года              Гермиона Грейнджер вышла из автомобиля и осмотрелась. Она находилась на территории Кенсингтонского дворца, расположенного в округе Кенсингтон и Челси в западной части магловского Лондона. Замок был, относительно скромный, по сравнению с другими замками Королевской семьи.               Гермиона вошла в автоматически открывающиеся ворота, и прошла дальше по дороге, осыпанной мелким гравием бежевого цвета и перед ней предстал прекрасный замок в три этажа из красного кирпича. Миновав дорожку и войдя внутрь, как и каждый раз тихонечко охнула от восторга. Как и всякий раз Гермиона восхищалась внутренним убранством замка. Еще будучи девочкой, во время каникул она, часто бывая здесь, задавалась вопросом: похож ли этот прекрасный светлый замок на мэноры чистокровных волшебников, с которыми она училась на одном курсе.              Продолжая свой путь в сторону Приемного зала, и не удержавшись, остановила свой взгляд на королевской лестнице. Поднимаясь по лестнице, можно было насладится великолепными произведениями искусства на стенах. Это была ее любимая часть этого замка, ну кроме библиотеки, пожалуй.              Множество прекрасных личных апартаментов королевских особ, приемный зал и во всей обстановке чувствовалась роскошь. Гермиона любила этот замок и каждое лето гостила здесь с удовольствием у своих родственников.              Сейчас ее родители находись здесь. Здесь они проживали последний год.              Замок находился под множеством сильнейших защитных чар, которые Гермиона самолично накладывала еще летом 1997 года. Родители об этом конечно не знали. Используя заклинание, Гермиона внушила родителям оставаться в этом замке под охраной не только королевской стражи и прислуги, но и под защитой ее чар. По легенде, которую Гермиона придумала для своих родителей – магглов, она и еще несколько студентов, в том числе ее близкие друзья Гарри Поттер и Рональд Уизли, и она сама, отправляются в волшебную школу Ильвермони в Соединенных Штатах Америки по обмену как лучшие ученики своего курса. Капля зелья доверия и вот уже Генри Грейнджер и Джин Грейнджер свято верят, что со связью через океан тяжеловато, поэтому смиряются с тем, что весточки от единственного ребенка могут быть редкими и не особенно содержательными.              Гермиона заколдовала небольшой мамин ларец для драгоценностей, и вложила туда несколько листов пергамента, на которые были наложены Протеевы чары, для передачи небольших весточек, чтобы ее родителя знали, что она в порядке. Хотя бы жива.              Итак, после целого лета планирования смертельного похода за крестражами, накладывания чар на замок, на родителей, сбор необходимых вещей в свою бисерную сумочку Гермиона покинула родителей и отправилась на встречу войне.              Конечно, мама с папой не знали.              Она жестоко их обманула и просто надеялась, что вернется к ним живой и вновь сможет крепко обнять.              И вот она здесь, жутко нервничает перед встречей со своей семьей.              Она вошла в Приемный зал дворца и стала нервно мяться на месте, постоянно отдергивая рукава своего пиджака.              Двери позади открылись и Гермиона оглянулась, наблюдая как ее родители.              Граф Генри Грейнджер, был одет в элегантный, сшитый на заказ костюм в коричневых тонах. Папа для Гермионы всегда был прекрасным сказочным принцем, хоть и носил титул Графа и управляет замком Арундел в Сассексе.              Мама Гермионы Джин Грейнджер была очень светлой и утонченной женщиной с добрым сердцем. Она привила Гермионе любовь к чтению, научила всем домашним делам, вышивке и всему прочему «что должна знать настоящая леди», так говорила Джин, когда обучала дочь правилам этикета и хорошим манерам.              Несмотря на титулы, замки, воспитание, Гермиона так и не стала истиной леди, а вырвавшись в школу была просто девчонкой с густыми смешными кудряшками, любопытным и любознательным веснушчатым носом.               - Гермиона, детка! – Джин просто налетела на дочь с объятьями, напрочь забыв про манеры и прочую ерунду. Ведь единственная дочь вернулась домой! И скоро они смогут отправится домой, в Арундел, но перед этим ее малышку ждут кое – какие новости.              – Какая ты стала красивая, дочка! – пробасил Генри и также бросился к своей малышке, немного поднял в воздух и легонько покружил вокруг своей оси под веселый смех дочери и супруги.              Для Генри Грейнджера его дочь – самое великое сокровище и он готов был сделать все для ее счастья. И последнее его решение, как он надеялся, принесет лишь счастье его крошке и честь всей семье.              За разговорами пролетел весь день. Семья пила ароматный чай, ела пирожные и легкие сэндвичи, искренне наслаждаясь обществом друг друга и приятной теплой семейной атмосферой. Генри не хотел убивать это чудесное настроение, ведь был уверен организованный брак его своевольная девочка совсем не одобрит.              - Гермиона, милая – начал Генри, привлекая внимание женской половины своей семьи – Кхм. Кхм – от волнения Генри пришлось прочистить горло. – Гермиона, милая ты же помнишь принца Уильяма?              - Ну конечно – недоуменно ответила Гермиона. Она помнила Уильяма. Он был младше ее на три года, и они часто проводили время вместе пока были детьми, а потом и летом, в период каникул, когда Гермиона возвращалась из «Закрытого лицея для девочек во Франции». Она усмехнулась, вспоминая как они бегали втроем, она сама Уильям и его младший Братишка, который был младше Гермионы на 5 лет, по парку на территории дворца. Она видела их обоих пару лет назад, сейчас уже Уильяму должно быть уже шестнадцать, а рыжему сорванцу принцу Гарри около четырнадцать. Она вспомнила, последнее письмо, которое она написала – было письмо с соболезнованиями, ведь мальчики в конце лета потеряли свою маму. А после в ее жизни началась война и все, кроме нее ушло на второй план. – Надеюсь они здоровы и у них все в порядке.              - Конечно, дорогая. – нервно ответил Генри, сглотнул и продолжил. – Видишь ли, Гермиона, королевская семья настаивает на Вашем бракосочетании через несколько лет. Когда Уильям станет совершеннолетним. Сама Ее Величество, да и принц пожелали этого. Надеюсь ты знаешь, что можешь отказаться, Гермиона, но также и должна понимать последствия отказа. Мы примем любой твой выбор, милая. Ты ведь знаешь, Гермиона что наш премьер – министр знает о магии, конечно, как ты догадалась, Королевская семья знает о существовании магии, и они хотят наследников с волшебной кровью, а наша семья близка знатна и родовита и у нас родилась волшебница! Я люблю тебя детка, подумай об этом. Между нашими семьями заключен договор о помолвке, это договор чести, милая. Я сделаю все чтобы ты была счастлива, ты будешь учиться, как и хотела и тебе не нужно покидать волшебный мир, все – таки статус невесты наследного Принца имеет значение и для волшебников тоже.              Гермиона просто не знала, что сказать. Брак по расчету? У нее на уме сейчас была карьера, учеба и как бы перестать мучится кошмарами после пытки круцатусом, да что угодно. Но брак.              Отец сказал, что был заключен договор чести, и она не могла так подвести родителей. Ее решение исходило из сердца, ведь внутри она чувствовала вину за свой обман, за то, что она дурманила разум собственных родителей зельями и чарами.              Гермиона не влюблялась никогда, кроме короткой симпатии к Виктору Краму на четвертом курсе, поэтому, включив рациональную часть мозга сделала вывод, что возможно все не так плохо, она сможет учится и возможно менять мир к лучшему, хоть и немагический, помогать нуждающимся возможно в обоих мирах.              Грейнджер запихнула подальше в глубину свою Я, которая кричала что-то о феминизме и эмансипации женщин в двадцатом веке.              Ладно. Уильям был неплохим парнем, веселым и умным и несмотря на разницу в возрасте был очень умен, сообразителен и им всегда было интересно вместе. Не так все плохо. Наверное.              Все равно она не особо верила в то, что встретит того самого, который принял бы ее со всеми тараканами и небольшим занудством.              Ну что ж, так выходит она скоро станет принцессой?