Don't hate me, please

— Он меня ненавидит, — печально сделал вывод Эрен, увидев жирную тройку напротив своей фамилии. — Он на самом деле, по-настоящему, действительно меня ненавидит! Жан наконец-то пропихнулся через небольшую толпу студентов возле стенда с итоговыми оценками по английской литературе и, закинув руку на плечо Эрена, принялся изучать список. — Чув-а-а-а-к, — сочувственно протянул он. — Даже Конни дотянул до четвёрки, а ему до твоих способностей, как до луны. Вероятно, он и правда тебя ненавидит. — Утешил, блять. — Я знаю, что ты отлично написал то эссе, ты же гений. Пойдём, разберемся с коротышкой? — предложил Жан воинственно, уводя друга в сторону. — Скорее, это он разберётся с нами, — Эрен сглотнул. — Видел его глаза? Я уверен, они могут стрелять огнём. Несправедливо. Это так несправедливо. А он это гребаное эссе всю ночь писал. И троек у него со школы не было. — Подойди к нему. Я уверен, это чья-то ошибка. — Ты вообще видел, как он на меня смотрит? — Эрен нервно засмеялся. Преподаватель действительно часто окидывал его совершенно нечитаемым взглядом, из-за которого Эрену казалось, что он несёт откровенный бред вместо ответа. Это отвлекало и пугало одновременно. — Он точно ненавидит меня. Может, у меня лицо такое… Леви Аккерман недавно перевелся к ним из другого штата и занял должность преподавателя по английской литературе. До этого момента с литературой у Эрена было всё в полном порядке, но вот. Приплыли. Леви Аккерман действительно наводил ужас на всех студентов, но никогда ещё так очевидно не занижал баллы. К тому же, Эрен всегда исправно посещал его пары и действительно хорошо разбирался в предмете. И, хотя преподаватель никогда его не хвалил, он был абсолютно уверен, что тот вполне доволен его знаниями. — Все же, я думаю, стоит разобраться. Нельзя просто так ставить тройки прилежным студентам вроде тебя. Даже если ты просто не нравишься ему, это непрофессионально! — Не вопи, — одернул друга Эрен, когда заметил, что другие студенты заинтересованно оглядываются. — Пойдём попьем кофе, я должен утешиться. — Я утешу тебя, мой бедный ребёнок, иди ко мне! — завопил Жан ещё громче. — Господи, Жан, нет! Но было поздно. Кирштайн уже вцепился в друга мёртвой хваткой, прижав его голову к своей груди, и скорее растрепывая, чем поглаживая чужие волосы. Воркуя над ним, словно курица-наседка, он оставил на лбу Эрена три довольно слюнявых поцелуя, не обращая внимания на отчаянные попытки освободиться. И на десятки взглядов, направленных на них. Обычная поддержка в стиле Жана Кирштайна. — Пусти, Жан! Ты меня всего обслюнявил! — Можешь поплакать, если хочешь. Я буду рядом! — громко заверил друг. — И куплю тебе столько кофе, что у тебя сердце остановится! Только не расстраивайся из-за этого стрёмного, жуткого коротышки. Вероятно, он настолько низкий, что кроме гадливости, там больше ничего не помещается. — Очаровательное предположение. В коридоре внезапно стало слишком тихо. Эрен почувствовал, как сердце в ужасе замерло, когда он услышал знакомый голос и этот самый тон, от которого у Эрена непроизвольно мурашки разносятся по всему телу. Жан тут же отпустил его и выпрямился, автоматически приглаживая беспорядок на голове. — Добрый день, мистер Аккерман, — бесстрашно поздоровался он. — Как вам погодка? Леви Аккерман стоял в нескольких метрах от них, и не было никаких шансов, что он не слышал фразу про «жуткого коротышку». И если Жану было откровенно наплевать, то Эрен готовился к неминуемой гибели. — Устроили тут чёрт знает что, — процедил Аккерман сквозь зубы. — Кирштайн, молись всем богам, чтобы в следующем семестре у тебя не было моего предмета. А ты, Йегер, за мной. Эрен машинально вцепился в руку Жана, прижавшись ещё ближе. — Своего любовника можешь оставить здесь, — добавил Аккерман спокойно. Кирштайн на это громко хмыкнул и, наклонившись к Эрену, что-то прошептал ему на ухо, после чего наконец-то убрал руки в карманы джинс, сверкнув напоследок холодным взглядом. — Живее. — Иду, мистер Аккерман, — жалобно пробормотал Эрен и поплелся за преподавателем, еле переставляя ноги. Плохое предчувствие сковало грудь. Теперь Аккерман точно его убьёт. Заведет куда-нибудь в безлюдное место и прирежет канцелярским ножичком. Или, что более вероятно, листом бумаги. Погрузившись в мысли о скорой смерти, Эрен не заметил, как они подошли к кафедре литературы, и, не успев затормозить, впечатался в спину преподавателя. Нос уткнулся в чужую макушку. Дыхание сбилось в ту же секунду. Хорошо, что не в дверь, думал Эрен отстранённо, по инерции продолжая дышать в чужой затылок. Хотя дверь, по крайней мере, не даст сдачи, чего не скажешь о мистере Аккермане, от которого Эрен ожидал чего угодно. — В каких облаках ты постоянно витаешь? — недовольно цикнул на него мужчина, окинув нечитаемым взглядом перепуганного студента. Он открыл дверь пустого кабинета, приглашая Эрена внутрь. — Прошу прощения, но зачем мы сюда пришли? — вдруг растормозился Эрен. — Соскучился по твоей роже сильно, — ответил Аккерман совершенно безэмоционально. И добавил, обречённо вздохнув: — Заходи, Йегер. Убивать тебя не буду. — А? — У тебя такой вид, будто на смерть пришёл. Успокойся. Не дождавшись никакой реакции, мужчина первый зашёл в кабинет, пробормотав что-то похожее на «тормоз». Эрен зашёл следом и, неловко встав у стены, стал наблюдать, как преподаватель что-то ищет на стеллаже, ругаясь себе под нос. Он с трудом дотягивался до верхней полки, и Эрен размышлял, как бы так предложить свою помощь, чтобы это не выглядело насмешкой. Наконец поиски увенчались успехом, и Аккерман жестом подозвал Эрена к себе, перелистывая бумаги в здоровой папке. — Вот, — он нашёл нужный файл и впихнул его в руки студенту. — Твоё эссе. Эрен ошеломленно уставился на бумагу, не понимая, что вообще происходит. — Не понимаю… Внизу ровным аккерманским почерком было выведено «Отлично». — Это лучшее эссе на потоке, — пояснил Леви. — Видимо, мой ассистент что-то напутал, когда делал списки. Я хотел, чтобы ты знал. — Ох, — Эрен широко распахнул глаза. — Ты выглядел очень расстроенным, поэтому я подумал… — Спасибо, сэр! Это так здорово, я думал, я провалился! — радостно затараторил Эрен, пока не понял, что преподаватель, очевидно, слышал весь разговор в коридоре. Он отчаянно покраснел и опустил голову. — Мне жаль, что Жан… — Не бери в голову, Йегер. Меня не волнует твой бестолковый друг. — Чёрт, мне правда очень жаль, — расстроенно пробормотал Эрен, зарываясь рукой в волосы. Леви жадно проследил за этим движением и тут же отвёл взгляд, когда Эрен поднял голову. — Могу я угостить Вас кофе как-нибудь? Здесь есть хорошая кофейня, очень близко… — Я не пью кофе, — оборвал его Леви.— Иди уже отсюда, Йегер. — Да, сэр. Иду. Парень сделал несколько неуверенных шагов в сторону двери, ощущая себя иррационально несчастным. — Эрен, — голос преподавателя заставил его оглянуться. — Сэр? — Я не ненавижу тебя, понял? Перестань так думать, — строго произнёс Леви и добавил, немного понизив голос: — Пожалуйста. Эрен на мгновение замер, пытаясь понять, не послышалось ли ему. Леви Аккерман пронизывал его внимательным взглядом, практически не моргая, и Эрену показалось, что в чужих холодных глазах на миг проскользнуло сожаление. — Да, сэр, — ответил он тихо и, прервав зрительный контакт, вышел в коридор. Сердце всё ещё беспокойно колотилось, когда он встретил скучающего Жана, и отправился с ним в кофейню. Гораздо позже, допивая свой приторно-сладкий напиток он понял, что Аккерман впервые назвал его по имени.