Тетушка Мария

            Неудачные попытки заснуть сопровождались странным предчувствием. Мари устала, голова продолжала раскалываться на части, даже холодный компресс не помог, а тело было сильно расслаблено, так что не хватало сил даже, что бы подняться. Гонсалес лишь шумно вздыхала, уткнувшись взглядом в потолок.             С ним он не казался таким серым и гнусным. Всё в этом доме отдавало горечью воспоминаний, серостью и никчемностью, в которую погрязла сейчас Мари. Слёзы наворачивались на глаза от очередного осознания всей своей слабости и зависимости от него. Даже в мыслях она старается не произносить его имя, стараясь избежать это гнетущее изнутри чувство, но получается довольно плохо.             Раздумья прерываются шумом. Будто что-то рушится, хруст трескающегося бетона и тряска проходящая по всей деревне. Мари резко поднимается. В глазах темнеет, голова начинает кружиться, но женщина доходит до окна. Дом семьи Мадригаль хрустит и трещит, заставляет всю деревню вскочить и испуганно выглянуть на улицы. Дверь в спальню со скрипом отворяется, к Мари подходит Саул и так же смотрит в окно. Он долго молчит, поджимает губы и шумно дышит, утыкаясь взглядом в дом, некогда бывший ему вторым убежищем. Мальчик сильно испуган, но отчаянно старается делать вид, что спокоен. - Э-Это из-за нас? - Саул не смотрит в глаза матери, как и она старается избежать зрительного контакта. - Нет, - Мари кладёт руку на его плечо и слабо сжимает, поглаживая большим пальцем. - Мы можем им помочь? - дом будто сходит с ума: весь в трещинах, но брыкается, пытаясь отсрочить кончину. - Именно мы не можем.., - по деревне идёт трещина, ударная волна проходит по земле, заставляя всё пошатнуться и Мари резко прижимает сына к себе, зажмурившись. Всё продолжает трястись, из-за окна слышатся крики.             В голове женщины проносятся все молитвы, что она только знает. Она беспорядочно целует макушку Саула, почти что падая на колени. Мальчик сжимает платье Мари, жмурится, утыкаясь в неё носом, и крупно дрожит. Пара минут проходят для них словно мгновение. Тряска успокоилась, небо начало избавляться от темных туч, а Саул медленно выныривает из объятий матери, выглядывая в окно. - Мам.., - мальчик оглядывается, что бы посмотреть на Мари и тыкает пальцем в окно. Остались только развалины. Пыль и бетон от всего что было раньше. - О Господи.., - Гонсалес прижимает сына к себе и закрывает рот рукой. Мари сводит брови, широко распахнутыми глазами уткнувшись в обломки. На глаза наворачиваются слёзы, - Подожди здесь. Не выходи из дома, пока я не вернусь.             Гонсалес выбегает на улицу. Чуть ли не падает, вечно спотыкается из-за замыленного слезами взгляда. Голоса слышатся сквозь слой ваты, но, прибежав, Мари смогла хоть немного успокоиться и подойти к Пеппе. Вторая стояла рядом с мужем: она была изумлена не меньше Гонсалес, прижималась к Феликсу и придерживала Антонио за руку. Камило и Долорес стояли неподалёку, вечно оглядывались и прислушивались. - Все живы? Вы как? - Мари подбирается ближе к подруге. Колени отдают болью после такой пробежки и женщина поджимает губы, пытаясь стоять ровно, терпит. Сначала Мадригальцы молчат, смотрят обеспокоенным, запутанным взглядом. - Мирабель куда-то делась, - Пеппа говорит дрожащим голосом, сильнее сжимая маленькую ладошку Антонио. - Мам, мы пойдем поищем там, хорошо? - Камило аккуратно кладёт руку на плечо матери, стараясь говорить спокойно и тихо. Женщина кивает и старшие дети быстро удаляются на поиски кузины. - Джульетта и Августин уже ушли искать в лес, - Феликс успокаивающе поглаживает жену по плечу и прижимает к себе боком. - Боже.., - Пеппа закрывает рот рукой, прижимаясь ближе к мужу. Антонио обнимает мать, пытается помочь и сжимает её ладонь в своей.             Следующие несколько часов Мари провела дома с Антонио и Саулом. Пеппа с Феликсом ушли искать Мирабель, а Гонсалес решила не лезть, понимая, что будет полезнее если она присмотрит за детьми, чем если будет шататься по окрестностям. Но вот по городу бежит мальчишка. - Нашли! Нашли! - парниша бежит от обломков дома Мадригаль и пропадает где-то в глубине деревни. - Мирабель! - Антонио подскакивает с дивана и широко улыбается. Мальчик тянет Мари и Саула за руки к выходу, зазывая с собой, - Пойдёмте! Я хочу её обнять! - Пойдём-пойдём.., - Мари устало вздыхает, открывает дверь и пропускает мальчиков вперёд. Они сразу же убегают в сторону развалин, пока старшая Гонсалес медленно идёт за ними. Она не поднимает взгляда, шумно вздыхая, и уже по привычке движется в нужную сторону.             Наконец голоса Мадригальцев слышатся совсем рядом и Мари поднимает голову. Удивление охватывает всё тело, заставляя застыть и широко распахнуть глаза. Гонсалес прикрывает рот рукой, по щекам скатываются небольшие слезинки счастья. Она не верит. Вот он стоит перед ней. Стоит, изумленно и виновато смотрит на неё. Будто это всё галлюцинация, жалкое видение, попытка утешить свои страдания по нему. Но нет. Это не галлюцинация. Бруно молча подходит и обнимает Мари. Прижимает так крепко и утыкается носом в рыжую макушку, расцеловывает и даже кажется, что тихо шепчет какие-то слова. - Я... Я думала, что не увижу тебя больше, - Гонсалес прижимается ближе, закидывает руки на его плечи и утыкается носом в шею, тихо шмыгая. - Прости меня, - Бруно говорит тихо, будто они наедине. Как раньше. От его шепота пробегает стадо мурашек, слишком давно она его уже не слышала, - Я тебя очень люблю, прости, что ушёл. Прости, что оставил тебя с Саулом. Прости, что не помогал. - Откуда... Где ты был? - Мари аккуратно отстраняется, смотрит заплаканными глазами в его и вытирает щёки и нос от неприятной сырости слёз. - Я... Я всё это время был рядом. В стенах дома. Мне очень стыдно перед тобой. Я видел, как Саул рос. Я... Я тебя люблю, - Бруно сначала смотрит в счастливые глаза Мари, не отрываясь, ещё пару секунд, а потом медленно пригибается к её губам. Он боится - это чувствуется по его дрожащим рукам и неровному дыханию. Гонсалес отвечает. Прижимается так сильно, как только может, будто хочет ещё раз удостовериться, что он не галлюцинация. - Я тебя тоже, - Мари широко улыбается, запутываясь рукой в его волосах и целуя в нос, - Очень люблю.