Целеустремленный

Кая звали Скорпиусом. К тому времени, когда они познакомились, Альбус думать забыл о своей Снежной королеве. По счастливому стечению обстоятельств он оказался в одном купе с мальчиком, которого встретил когда-то в кафе-мороженом. По счастливому же стечению обстоятельств новый друг пригласил его к себе на Рождество, а тетя Гермиона была у них в гостях, когда сова принесла приглашение. – На такие приглашения не отвечают отказом, – сказала она назидательно, и папа, как обычно, прислушался к совету мудрой подруги. На праздновании Ал снова увидел Ее. Увидел и вспомнил, как затрепетало его детское сердце четыре года назад. Она была по-прежнему прекрасна, нет – стала еще краше. Миссис Малфой будто сияла изнутри, а когда она улыбнулась ему – именно ему… – Вы такая красивая! – высказал Альбус свое искреннее восхищение. – Вы так галантны, мистер Поттер, – кокетливо улыбнулась хозяйка праздника и подмигнула. Знала бы она, как расценит это юный кавалер! Альбус снова обрел цель в жизни, ведь Прекрасная Дама дала зеленый свет ухаживаниям. Он покорит сердце Нарциссы Малфой, плевать на ее мужа! Как вообще этот хромой старый хрыч может быть рядом с такой великолепной леди?! Начал Альбус довольно робко: посылал цветы или конфеты на праздники, между прочим вызнав у Скорпиуса и про ее день рождения. Через год таких неназойливых знаков внимания, увидев любовь всей своей жизни снова в обществе старого мужа, юный Поттер осознал, что его намеки остались непонятыми, и стал действовать более нахраписто. Позаимствованная у дяди Рона книга «Двенадцать безотказных способов, позволяющих зачаровывать волшебниц» была отложена в сторону и признана бесполезной, а настольная, о популярных стратегиях в квиддиче – совсем наоборот. К цели он устремился словно бладжер, запущенный твердой рукой звездного загонщика Маркуса Флинта, от которого фанател втайне от отца и дядьев. Теперь практически все карманные деньги уходили на подарки, каждое подношение сопровождалось письмом, в котором он признавался в чувствах и рассказывал своей Прекрасной Даме, как она будет счастлива с ним. Во время каникул, неприметно выяснив через Скорпиуса всё, что мог, о привычках своей пассии, он подкарауливал ее у любимых магазинчиков и кофеен, пока она совсем не перестала появляться в Косом переулке. Сначала с ним пыталась говорить мама, но разговора не вышло. На ее заявление, что он слишком мал для серьезных чувств, Альбус расхохотался: история влюбленности Джинни Уизли в Гарри Поттера была в их доме притчей во языцех. В ответ на возражение «Это другое» он фыркнул и вышел из комнаты. Затем была попытка отца в стиле «ты позоришь меня перед магическим миром». Алу было плевать на магический мир, когда перед ним стояла цель. Тетя Гермиона оказалась более красноречивой, но и она свела все к банальному: «Скоро ты сам будешь стыдиться того, что творишь». Альбус был уверен в обратном. Когда добьется взаимности от самой обворожительной леди в мире, он станет гордиться собой. А на третьем курсе его не пригласили на традиционный малфоевский прием в канун Рождества: пригласили Джеймса, Розу, даже Лили, а его нет. Это было хуже пощечины – любимая женщина не желает его видеть. Но… Альбус был сыном своих отца и матери, поэтому мало считался с чужим мнением. Он стащил отцовскую мантию и переместился по каминной сети вместе с братом и сестрой, чтобы хотя бы посмотреть на Нарциссу. Его возлюбленная сидела в гостиной напротив своего уродливого полулысого мужа (которому стоит еще крепче связывать остатки тонких патл в крысиный хвостик, чтобы быстрее повылазили!) и цедила что-то из широкого бокала. – Твой поклонник не почтил нас своим присутствием? – как же Альбус ненавидел этот голос и эту манеру говорить! – Прекрати, Люц, – а ее голос боготворил: в нем всё так же музыкально перекатывались льдинки. – Мальчик вот-вот перерастет это увлечение, если еще не перерос. Все проходят через подобное. Я когда-то была влюблена в Дамблдора. – Не повезло тебе, – хохотнул в ответ один из самых неприятных для Альбуса людей в мире. Даже неприятнее профессора Голдштейна. – Да, я страдала целую неделю, когда узнала, что он гей, – мечтательно промурлыкала Нарцисса и погладила ладонь мужа своей изящной рукой. Альбус едва не взвыл. – Не понимаю, почему вы с Драко так беситесь. Это мило. – Это преследование, – помянутый Малфой-средний возник рядом, словно гном из-под земли. – Не воспринимай серьезно, – снисходительно посмотрела на своего сына прекрасная леди. – Он ребенок. Такой же, как Скорпиус. – Мне ревновать? – картинно вскинул руку к груди Малфой – самый старый. – Фи, папа. Он Поттер, мамой мог бы увлечься кто-то поумнее и поинтереснее, – хмыкнул бывший однокурсник отца, дяди и тети, и Альбусу очень захотелось наколдовать ему павлиний хвост. На голове. Дядя Рон одобрил бы. Видит Мерлин, Ал был очень близок к реализации этой идеи. Очень! Или другой: скинуть мантию, сообщить Нарциссе, что никто и никогда не полюбит ее так, как он, и кинуть в себя Аваду. Еще можно было бы организовать старому Малфою несводимые угри на лице и сделать условием отмены заклинания любовь его супруги к Альбусу Северусу Поттеру. Но колдовство такого уровня было неподвластно Альбусу, первая идея показалась слишком детской, вторая – глупой, и поступил он гораздо рациональнее. Даже в неполных четырнадцать Поттер был разумным малым. Он неслышно ретировался с праздника, прокручивая в голове слова мистера Белобрысого Среднего: «Мамой мог бы увлечься кто-то поумнее и поинтереснее». Поумнее и поинтереснее. Конечно, прекрасной Нарциссе Малфой нужен равный по интеллекту партнер! И он должен стать таким, чтобы любовь всей жизни восприняла его чувства всерьез. Это было похоже на новый план. Альбус Поттер станет равным, нет – он превзойдет Нарциссу Малфой, заставит ее забыть, что был когда-то назойливым подростком, научится держаться так, как держатся павлинообразные ближайшие родственники его любимой, нет – естественнее. А недурной внешностью его одарила природа, впрочем, и здесь он согласен был на корректировку. В конце концов, волшебник он или кто?