Восемь
11 февраля 2022 г., 09:00
— Андрюш, мне нужно заехать в Зималетто ненадолго, там Колька сильно просит один отчет посмотреть, а потом можем забрать Настю и пойти куда-то, погулять? Ты как?
— Хорошо, да, конечно, — улыбнулся Андрей.
Они уже ехали в машине, когда его накрыло какое-то странное волнение. Он смотрел в окно и пытался осмыслить все то, что с ним произошло за эти несколько дней.
Во-первых, он понял, что Ромка был абсолютно прав и мысленно поблагодарил своего друга за то, что тот не позволил натворить ему глупостей.
Их с Катей связывало что-то огромное и необъятное, и очень-очень сильное. Правда он совершенно не понимал, как они пришли к этому. Если бы несколько дней назад… Нет, не так. Если бы пять лет назад ему сказали, что так и будет, он бы ни за что не поверил. Но это было.
Только как бы он хотел все вспомнить! Почему у него не получается? Почему он видит лишь какие-то фрагменты и сны? Нужно будет рассказать Кате, может она поможет ему разобраться.
Во-вторых, он понимал, что за эти несколько дней сильно изменился. Точнее… Видимо он изменился уже очень давно, но сейчас вспоминал как это. Да и Катя уже смотрела на него совершенно по-другому. Она больше не смотрела на него со злостью и холодом. Она искренне пыталась помочь ему, рассказывала детали их семейной жизни. Но только то, что было после свадьбы и незадолго до нее. Их роман она отказывалась обсуждать категорически.
Что же между ними произошло? Что могло быть такого невообразимо страшного? Может он действительно убил кого-то, ну сбил на машине или вроде того… Андрей искреннее надеялся, что все же нет.
И еще Настя. Его дочь, ребенок, которого он напугал, который слышал, как он кричал на ее мать. Андрей поморщился, неудивительно что Катя тогда набросилась на него. Он не был экспертом в воспитании детей, но точно знал, что его реакция была неправильной. Настя ведь действительно ничего не понимала, а он повел себя как обиженный мальчик.
***
Когда они наконец забрали Настю и отправились в парк, Андрей очень старался себя вести как образцовый отец. Он выуживал из памяти собственные прогулки с родителями и старался вести себя также. Настя, поначалу, относилась к нему с насторожённостью. Но затем, словно почувствовав, что папа больше не злится, начала таскать его по детской площадке: то на качелях покатай, то на горку помоги залезть. «А посмотри какая большая лягушка в траве сидит, папа, папа, папа!» — весело кричала девочка. Жданов инстинктивно взял ее на руки, Настя обвила ручками его шею и чмокнула в щеку. Сердце Андрея окончательно растаяло… Ему невыносимо захотелось плакать и еще вспомнить! Он хотел вспомнить свою семью, всю свою жизнь! Не ту, которой он жил раньше в окружении моделей, весельчака Малиновского и отношений без чувств. А эту, в которой он был любимым мужем и отцом, в которой Малиновский не дал ему уйти в загул, в которой он был по-настоящему счастлив.***
Катя укладывала Настю, а Андрей, словно бешеный зверь, бегал по их спальне. Ему нужно было вспомнить! Нужно было за что-то зацепиться, чем-то заставить свою голову работать! Что там говорило его отражение во сне? Если он сильно чего-то хочет, он всегда этого добивается! А он хочет! Хочет! Больше всего на свете! Андрей открыл шкаф, ничего. Только вещи, его и Катины. Рубашки, платья… Бесполезно. Он начал осматривать комнату, что? Что могло ему помочь? На прикроватных столиках были всякие безделушки: очки, какая-то книга, лампа. Опять порожняк! На Катином трюмо стояли лаки, косметика, духи и большая старая резная шкатулка. От нечего делать Андрей открыл ее: украшения. Опять ничего. Хотя… На дне шкатулки что-то виднелось, похоже на картон. Какие-то открытки… Жданов нахмурился. Вряд ли бы Катя хранила их в таком месте, если бы хотела скрыть. Отчаянно надеясь, что это не были послания от тайного любовника жены, Андрей открыл первую открытку и увидел свой собственный почерк. Он писал ей любовные письма?! Ничего себе! Хотя, это было лишь всего малая часть того, что он узнал за эти несколько дней. Каждая открытка была пропитанная такой искренней болью и любовью, что Андрей все еще не мог до конца поверить, что именно он все это ей писал. Ведь он был не способен на это! Точнее тот Андрей не был способен, которым он был несколько дней назад. Докатились, теперь он и сам себя разделил на две части! Он дочитал открытки и снова поборол дикое желание разрыдаться. Или разбить окно, а лучше все сразу. Он аккуратно положил послания обратно, закрыл шкатулку и вдруг в его голове зазвучал голос. Ясно и четко, это был голос Кати: «…ты появился и опять медленно схожу с ума! Зорькин прав, это не излечивается. Это как наваждение. Это чувство… это чувство великое благо данное нам свыше и мы не в силах ничего изменить. Наверное, я не забуду тебя никогда, моего нежного, единственного и удивительного...» Андрея будто ударило молнией, и он побежал в комнату к дочери, он что-то искал! Он не знал, что, но знал, что как только найдет это, поймет! — Андрей? — встревожено прошептала Катя. Настя уже уснула, а она укладывала ее вещи. — Ты чего? Все хорошо? — Я… Я должен найти! Катюш, я должен… — он наконец увидел то, что искал. Небольшого белого зайчика с длинными ушами, который сидел у изголовья кровати его дочери. Андрей схватил игрушку и начал вертеть в руке. Катя отложила вещи, посмотрела на мужа и поняла. Что-то происходит, Андрей вспоминает! Из десятка мягких игрушек, он выбрал ту самую, ту которую когда-то дарил ей! Которую они оставили на память о сумасшедших событиях пятилетней давности. — Андрей? — позвала его Катя. — Ты… ты знаешь, что значит эта игрушка? — Я видел открытки, — прошептал Жданов, все еще не выпуская плюшевое создание из рук. — Я прочитал их, а потом… Я знал, что должен найти это! Катя, что это? Почему эта дурацкая игрушка так много значит? — Давай оставим ее здесь, чтобы не разбудить Настю и поговорим, — попыталась улыбнуться Катя. — Да, конечно, хорошо, — до Андрея только начало доходить, что он чуть не разбудил ребенка. — Прости, просто я… — Я понимаю, пошли, — она взяла его руку, они вышли в коридор, их пальцы были все еще переплетены. Андрей остановился и не мог оторвать взгляд от их рук. Перед ним встала картинка: Катя и он на показе, он протягивает ей руку и она медленно, словно опасаясь его прикосновения, кладет свою ладонь в его. Они стоят так близко и так далеко друг от друга! Не замечая вокруг ничего, ни людей, ни журналистов, ни бешеных Милко и Воропаева! Ничего! — Андрей? Что с тобой? — Катя вновь позвала его, и Жданов пулей помчался вниз, все еще не выпуская Катину руку из своей. — Андрей, что ты ищешь?! — Инструкцию! Мне нужна какая-то инструкция! Я не понимаю почему, также как не понимал, почему я должен был найти того зайца, но мне нужна инструкция! Я видел, ты хранишь всякие талоны, бумажки от техники тут в гостиной! Катя побледнела. Андрей все-таки выпустил ее и теперь рылся в ящике с инструкциями от стиральной машины, посудомойки, чеках на пылесос и свой новый спиннинг, который он купил всего месяц назад… — Андрюша, ее там нет, — Катя смогла взять себя в руки и присела рядом с ним. Жданов перестал рыться и безумным взглядом посмотрел на Катю. — Та инструкция что ты ищешь, ее там нету. Мы ее давным-давно уничтожили. — Я не… — Что ты вспомнил? — Я не знаю! Я не могу понять! Как-будто мой мозг выдает задания к квесту! Найти то и это, чтобы вспомнить! Черт, а если я без нее не смогу вспомнить? Что это была за инструкция Катя, к чему?! Катя закрыла глаза и попыталась взять себя в руки. Это было давно, давно! Она не должна так реагировать, но слова Малиновского снова закричали у нее в голове. Если это поможет Андрею… Что же, может быть, эта бумажка наконец-то принесет что-то хорошее.
