сенполия.

      после тёплого душа и чашки крепкого чая шелли полностью успокаивается и даже немного смеется из-за сложившейся ситуации. правда, признание она все же решила отложить до того момента, когда убедится, что чувства взаимны. а пока пусть все будет так, как есть. а цветы... ну что же, у розы теперь есть подарок.       ее размышления прерывает звонок в дверь. девушка недоуменно вскидывает бровь, выходя с кухни. кого там принесло? или тоже кто-то признаваться пришёл?       от этой мысли шелли грустно улыбается, но все же идёт к двери, и, даже не взглянув в глазок, открывает её.       но как только у перед глазами предстаёт нарушитель покоя шелли, появляется желание захлопнуть дверь и сбежать в другую страну. — ох, роза, привет, — сглатывая, улыбается шелли. кажется, трясутся коленки. что же так волнительно? все хорошо...       от холодного спокойствия не остаётся и следа. шелли вновь чувствует себя смущённо, неловко, становится стыдно и щеки наливаются румянцем, а сердце стучит быстро-быстро, готовое в один момент выпрыгнуть из груди. — привет, дорогуша, — роза широко улыбается и, кажется, озаряет своей улыбкой весь мир.       шелли не может сдержать тихого восхищённого вздоха, но тут же одергивает себя за это. недавно мысленно корила кольта за его дурацкую реакцию на свою влюблённость, а сама не лучше!       они проходят на кухню, где шелли наливает чай с клубникой. любимый вкус чая у розы. она точно знает, сколько сахара ей положить, знает, что не она не пьёт разбавленный, только горячий. казалось бы, мелочи, но не для шелли, что дорожит розой больше, чем кем-либо ещё. — рассказывай, — она садится напротив возлюбленной, протягивая чай.       роза лёгким движением поправляет очки, принимая кружку. некоторое время она просто задумчиво пила чай, находясь мыслями явно не тут, словно вспоминая, зачем она вообще сюда пришла.       шелли не прерывает своеобразный астрал розы. вероятно, она пришла говорит не о подброшенных цветах, а о чем-то более... — представляешь, мне сегодня кто-то подкинул сенполии на порог, ещё и валентинку оставил, — вдруг говорит роза, поднимая глаза на шелли, — я когда вышла, увидела только следы на снегу... они такие смазанные, будто человек бежал.       шелли едва сдерживает улыбку. не о цветах, не о цветах... конечно она пришла поделиться столь странным явлением в жизни. — а ещё я заметила кое-что, — роза достаёт из из кармана кофты знакомое сердечко, — этот почерк мне очень знаком, и я догадываюсь, кто это написал...       внутри шелли все холодеет. она нервно сжимает чашку и немного отпивает, стараясь скрыть свою тревогу. — может, это эль примо? — неестественно жмёт плечами шелли. — хах, он не так красиво пишет, уж поверь, — смеётся роза, но тут же становится серьёзной, — скажи мне, это ты написала? блять.       в голове, кажется, произошёл взрыв. колени трясутся, уже конкретно трясутся, и шелли бы упала, если бы не сидела. она чувствует, как краска подходит к лицу. никогда её ещё так не ловили с поличным. — э-э... — только и смогла выдавить шелли. слов нет, одни эмоции. и маты.       роза, заметив состояние девушки, мягко берет её холодную ладонь в свою. шелли едва ощутимо дёргается от физического контакта, которого давно не испытывала, но, как ни странно, тёплые и сильные руки розы успокаивают. шелли, спустя некоторые минуты, неуверенно кивает, не в силах сказать "да". — а зачем убежала? неужели боялась, что отвергну? — удивлённо спрашивает роза.       шелли снова кивает. способность говорить покинула девушку на неопределённое время, по крайней мере, до того момента, когда она поверит во все происходящее. как же хорошо, что роза читает её, как раскрытую книгу. — все ясно, — девушка мягко смеется, и этот смех заставляет чувствовать некое умиротворение, — шелли, раз у нас все взаимно, то... ох, а это сложнее, чем я думала. мы можем... начать встречаться?       шелли не верит своим ушам. все кажется дремой, не этой реальностью, какой-то выдумкой или той мечтой перед сном. но тёплая рука розы, сжимающая её ладонь даёт поверить, что это все – правда. внутри скапливается счастье, тугим комком свернувшимся где-то в животе. бабочки ожили, и, взлетев, защекотали её изнутри. ужасно хотелось смеяться. и плакать.       на этот вопрос раз шелли не кивает, а громко говорит слова согласия, а после чего сильно краснеет из-за нахлынувших эмоций. но это уже и не важно, ведь её любят, и она любит. и теперь это не секрет для них двоих. ну, и может ещё для кольта.