Гарри Поттер и Сумасшедший Жнец

— Кто скажет мне, чем отличается Высшая Магия от всего остального, что можно произвести на свет с помощью палочки? — нестандартно начал занятие Чар для пятого курса Флитвик. Но класс молчал, бегая жалеющими глазами по привычно закрытым учебникам. — Ну же, смелее! Любое предположения, или мы не сможем перейти дальше. Да, мистер Диггори? — Высшая Магия сильнее. — пуффендуец поступил умно, просто бросив предложение, мало общего имеющее с правильным ответом, чтобы расшевелить класс. Преподаватель легонько кивнул, принимая его помощь: — Один балл Пуффендую за готовность к диалогу. Кто-нибудь ещё хочет высказаться? Наконец, какая-то девочка (а для Филиуса они все были девочками и мальчиками, просто он не демонстрировал это, как Альбус) смогла дойти до верной догадки: — Высшая Магия — магия законов! — Пять баллов, мисс Филата. Действительно, если вы сейчас откроете учебники на второй главе, вы сможете найти официальную формулировку Министерства, обобщённо высказанную только что. Она жутко скучная, поэтому отложите, пожалуйста, книги. Итак, тема текущего курса. Высшая Магия. Законы. — мелок был подхвачен телекинезом и выписал на доске сказанные слова не хуже Самопишущего Пера. Наблюдая за тем, как ученики заскрипели перьями, Филиус начал, немного помогая себе жестикуляцией. — Говорят, творить магию — изменять мир, гнуть реальность по усмотрению, но на самом деле магия — просто ещё одна энергия. Маглорожденным или тем, кто прочитал хотя бы половину рекомендованных мной книг, — он быстро пробежался взглядом по рядам, отмечая тех, кто самоуверенно ухмыльнулся и тех, кто спрятал взгляд, — это очевидно. Левиоса, Конфринго, Экспеллиармус, Эванеско, заклинание для укладки волос, даже Трансфигурация, если она времененная — всего лишь управление энергией и добавление собственной маны, переводящейся в кинетическую энергию. Коэффициент Гампа вы изучали на уроках Трансфигурации. Все, что вы изучали ранее — Магия Энергий, она же Низшая Магия, Простейшая Магия, Обычная Магия, Лживая Магия… Перечисляя, Флитвик охватил аудиторию взглядом, выхватывая детали, указывающие на согласие учеников. А ещё те, что показывали учеников, стесняющихся своего незнания. Возражений не было — авторитет декана среди своего собственного факультета был слишком высок, а Халффпафф был слишком добрым, чтобы возражать. — Но пятый курс о Высшей Магией, о Магии Законов. С ней вы уже сталкивались на уроках ЗОТИ на примере Патронуса или уроках Трансфигурации на примере Вечной Трансфигурации, на уроках Зелий на примере Феликс Филициса. Как надо приложить силу, чтобы привлечь к себе удачу? Именно поэтому эта Магия называется Высшей. Иногда ещё Истинной… Да, мистер Уотсон? — Я слышал, что Высшей Магией владели фэйри, чуть позже подарившие её людям за их спасение. — утверждающе заявил русый и долговязый парень, с интересом уставившийся на преподавателя. Полугоблин позволил себе на секунду прикрыть глаза, сетуя на слишком высокую скорость распространения слухов в Хогвартсе. Откуда взялась такая идея? Ну, в общем, причин было много. Уединение, красота (совсем, кстати, не русская), очень серьезные магические умения, «игры со смертными», косметическое на ногтях… Дошло уже до того, что поведавший с едкой насмешкой этот слух в учительской Снейп впоследствии не смог его опровергнуть, а сам Флитвик раскопал ещё несколько фактов, как то: дом был подарен Сергею от Малфоев с формулировкой «благодарность Рода». Вспомнили старые байки о родстве Малфоев с дивными все, даже те, кто подобным не увлекался от слова «совсем». Против этой теории не играло ничего, кроме совершенно нормальных документов на имя Сергея Сахаренко и того, что фейри бы не впустил в свой дом никого, да и обычная бы магия там не работала. Снитчи же спокойно там летали. Ну и, конечно, если спросить любого исторически подкованного мага, тот бы сказал, что фэйри давно уже покинули этот мир. Как бы то ни было, слухи надо было прекращать. — Вижу, вы внимательно изучили… сказки Барда Бидля. — на первой части паренёк гордо надулся, а затем сдулся под смешки. — Как и все магики, фэйри владели Высшей Магией. Так, их знаменитое заклинание — Час Хлада создавал область мира, в которой абсолютный ноль наступал при трёх градусах по Цельсию. Но насчёт обучения ей кого-либо никакой информации не существует. Раз любопытство мистера Уотсона удовлетворено, предлагаю вам сыграть в игру. Я буду называть заклинание, вы — к какой ступени Магии оно принадлежит и пояснять, почему. За правильный ответ буду давать балл. Начнем. Мисс Вамея, Патронус? — Высшее. — твердо ответила красивая девушка и замолчала. Да, все знают, что Патронус относится к Высшей Магии, но объяснить почему мало кто способен. Из пятикурсников. — Простите, профессор, не знаю. — Потому что он имеет псевдоразум. Далее, мисс Кристал, трансфигурация неживого в живое… *** — Итак, юноши, вы хотите узнать о фейри. И хотите узнать, как их опознать? — Да, профессор Бинс. — хором отозвались близнецы. — Никак, считаете, что нашли одного из чудного народа? — призрак обвел взглядом стоящих перед ним подростков и хмыкнул, вызвав настоящий шок у Уизли, привыкших к полному отсутствию эмоций у учителя Истории Магии. — Бросьте, в последний раз фейри появлялись перед волшебниками во время заключения Статута. А последнее упоминание относится к середине девятнадцатого века, когда некий Артикул Наземникус, исследователь, нашел на своем рабочем столе пергамент с обращением от всего чудного народа. В нем сообщалось о том, что фейри уходят в другой мир. Артикул посчитал это шуткой, но все же отдал пергамент в Министерство. Сейчас он где-то в Отделе Тайн. Закончив эту тираду, призрак отвернулся, чтобы нырнуть в доску. — Подождите, профессор! А как, чисто теоретически, распознать знатного гоблина в толпе простых? — Во-первых, по цвету кожи… Через двадцать минут лекции по давно изученному материалу Уизли со вздохом осознали, что обед им придётся пропустить. Принеся ту жертву своей цели, они попытались снова: — Профессор Бинс, а как можно опознать фейри? Призрак, давно не различающий время, застыл в ступоре, пытаясь понять, почему вопрос звучит так знакомо, но ожидавшие его ответа ученики не дали Бинсу погрузиться в размышления, поэтому он немного сомневаясь, протянул: — Вода. Движущаяся масса воды смывает львиную долю волшебства фейри, в том числе и их фальшивый облик. А в истинном у них острые уши. — Спасибо, профессор! — воскликнули близнецы и живо смотались в надежде ухватить несколько булочек с обеда. Бинс все равно не вспомнит о таком хамстве даже через полчаса. Призрак меланхолично посмотрел вслед подросткам и, взяв мел, написал на обратной стороне доски: «Гриффиндор — неуважение. Не забыть». Методика, посоветованная Локхартом, медленно давала свои плоды… *** С двойным щелчком на поляну вышли одетые по последнему слову техники и магии бойцы. Второй щелчок возникал из-за привычек боевиков уходить из-под кинутых на звук трансгрессии заклинаний вторым перемещениям. Возникший наравне с остальными Глава поморщился, оглядев представший перед ним вид. Будто сам мир поиздевался над этим местом, перебив корни могучих деревьев, превратив страшнейших хищников леса в месиво, разорвав паутину на лоскутки и раздавив яйца в воняющую пасту. Свисающие полосы отсыревшей от магии коры чередовались с обгорелыми трупами магических арахнидов. В воздухе повисла вонь заброшенного на середине работы мясокомбината, разбавляемая ядовитым запахом смерти… — Что по информации, Блип? — спросил демонолог у стоящего рядом мужчины через несколько секунд. Пожевав сухие губы, похожие на жирных бледных червей, главный аналитик с лицом камбалы принял информацию от своих подопечных, рассеявшихся по близлежащей территории, и соизволил ответить: — Под нами на глубине метр находятся десятки, если не сотни некроконструктов… — Это я понял, давай полную картину. — Наш пришелец пришел сюда и разорил колонию акромантулов, используя простейшие стихийные воздействия, неизвестный артефакт и мощную магию смерти, подняв умертвений из убитых им же акромантулов, после чего ушел. Две самых крупных особи колонии смогли сбежать, но это не существенно. Более важна сила вторженца… — Что с ней? — незамедлительно отреагировал Фантомхайв. Демоны уже рассказали ему о даже большем, чем поведал Блип, но понятия о силе у демонов разнились, поэтому спрашивать об этом у них было пустым делом. — Его основная стихия — смерть, ей перенасыщен воздух. Это не боевой маг, а некромант, при этом высочайшего класса. Взгляните на эти конструкции, — он поднял из-под земли зарывшегося туда паука, — они полностью соответствует природным, что считается идеальной, но недостижимой целью любого некроманта при поднятии подчинённого. Судя по фону, сила ворвалась одним пучком и вырвала всю жизнь из тела акромантула. Учитывая магическую природу арахнида, я прошу присвоить угрозе ранг Чумы. Как и всякий Фантомхайв, глава Отдела Тайн был демонологом и графом, а как всякий демонолог, он прекрасно разбирался в ритуалах, тем более именно этим направлением он оправдывал свои познания в далеко не самых светлых областях магии. А как всякий ритуалист, он был немного некромантом, малефиком, друидом, шаманом, йогом, зельеваром, ведьмаком… В общем, разбирался во многом. То, что сделал неизвестный, считается невозможным. Ещё в детстве Фантомхайв изучал основы некромантии и знал, что костяная гончая для некроманта — серьезная заявка на мастерство. У неё просто другая система связей и снять кальку движений с себя, как делают для гуманоидов, нельзя. Обычно именно поэтому большая часть поднимаемых — гуманоиды. А тут приходится выборочно поддерживать мозг твари для её движения. И что же делает Пришедший-С-Той-Стороны, как таких называют духи? В считанные секунды создаёт жизнь из смерти, да ещё привязывает творения к себе! А у акромантулов между прочим восемь конечностей! Так что опасения подчинённого Фантомхайв разделял. — У него уже есть этот ранг. Можно его как-либо отследить по связи с заклинаниями? — Нет. Но если его… питомцу будет нанесен вред, он это поймет. — главные аналитик сухо констатировал факты, не глядя на начальника. На душе у него было тяжело. Ситуация далеко не рядовая. Лишь во второй раз за более чем вековую историю они упустили вторженца в мир, так ещё и такой силы. — Патрик, подготовь материалы по схожим случаям и желаниям некромантов. Поищи путь мирного решения вопроса. — кинул граф плотному мужчине с массивной бульдожьей челюстью. Никто не говорил этого вслух, но сам Фантомхайв с остальными ритуалистами Отделения Мировых Возмущений планировал гораздо более жёсткий путь «переговоров». *** Сергей выглянул в окно с чердака, хмыкнул и поочередно обошёл все обозревательные отверстия дома. Ну и где? Где те милые детишки, планирующие ворваться в его дом? Повторно обойдя дом, жнец рухнул в кресло и достал верного друга — книгу по Зельеварению. На описании зелья, помогающего отключить вкусовые рецепторы, Сахаренко в голову пришла страшная мысль. А вдруг детей больше нет, так как он показал свою внешность во время боя с Локхартом? Они же раньше хотели увидеть его, а тут он так легко подставился… И что теперь делать? Как-то без постоянного доказывания на школьниках своего могущества Сергею было сложно представить свою жизнь. Как же, такой подъем самооценки каждый день! Хотя с другой стороны, это можно делать и не на детях… Вступить в дуэльный клуб какой-то, аврором стать, охотником на чудовищ… В момент наибольших и наитяжелейших терзаний жнец уловил, как разом лопнули невесомые ниточки, тянущиеся от него к оставленным в Запретном трупиках акромантулов. Удивлённо вскинул брови и улыбнулся: пауки были уничтожены, но вместе с сигналом о прекращении боеспособности пришел какой-то клубок ментальных нитей. С удивлением жнец смог опознать в этом информацию, которая расшифровывалась как «давай поговорим». — Ну что ж, поговорим. Сергей исчез из дома, даже не выключив свет. *** По сведениям аналитиков, маги смерти имели два типа психологической деформации. Первый — свойственный всем магам темных направленностей, ненормальное, болезненное стремление к силе. Просто так, сила ради силы, без цели и мотивации. Они превращаются в зверей, пытающихся сожрать как можно больше, и жрут, пока их не останавливают. Нет, они даже хуже зверей, в их мозгах не остаётся ни капли сознания, мышления и фантазии… Жалкое зрелище. Второй — свойственный только магам смерти, желание покоя, стагнации. Смерть — вечный сон, и маги примеряют на себя эту истину. Но думать, что некроманты просто умирают, глупо, нет, они продолжают цепляться за свой образ жизни до самого конца, и даже после него. Невероятно, но именно они чаще всего поднимаются личами. И именно они обретают больше всего силы, ведь найти такого отшельника бывает очень трудно. Но вот если ты нарушил его покой, то тебе будет очень тяжело… Хотя нет, ты просто умрёшь, а маг продолжит вести свою спокойную жизнь. Радовало, что пришелец, скорее всего, принадлежит второму типу, ведь иначе действия, творимые им, уже бы потрясли мир. Скорее всего, в буквальном смысле. Информация дана, разобрана. Все маги вокруг могут дать отпор даже нунду, обладая лишь палочкой, а сейчас они вооружены искуснейшими артефактами, защищены лучшей броней и находятся под наблюдением опытнейших целителей. Практически любая плоскость на двести метров вокруг покрыта скрытыми фигурами и знаками, мерцающими в магическом зрении таинственным золотистым цветом. На самой же поляне совершенно без каких либо маскировочных средств сияет титаническая конструкция из утопленной в почву гранитной плиты, расписанной мириадами символов. В выемках этих знаков подрагивает ртуть, а в специально отведенных местах лежат кучки материалов, за которые любой зельевар, алхимик или артефактор отдал руки и ноги. Даётся отмашка на действие. Штатный маг смерти (клятв на нем, как личинок в неделе лежащем на солнышке мясе) качнул небольшим кошачьим черепом, засасывая в него смерть из определенных акромантулов. Сигнал подан. Огненные нити крепко обвили руки Фантомхайва. Невидимые для кого-то иного, они вели прямо за грань этого мира к слугам Рода, и демонолог был готов устроить локальный прорыв, если что-то пойдет не так. Конечно, это был не единственный его аргумент, просто лишний козырь в руках. Но Фантомхайвы издавна славились умом и способностью вывернуться из любой ловушки. Не зря же они служили Королеве? Жаль, что это в прошлом. Не было нарастающего давления, усиливающегося ветра или каких-то звуков. Некромант пришел резко. Каблуки отчётливо стукнули по плите, плащ опустился, на дюйм не дотягиваясь до трепещущей в хищном нетерпении ртути, седые волосы мягко легли на покрытые черной тканью плечи. Сверкнули в темноте, создаваемой тенями огромных деревьев, изумрудные глаза. Их хозяин прошёлся взглядом по всем приготовлениям, задержался на скрытых заклинаниями магах и остановил глаза на маге, стоящем прямо перед ним. Стянутые незримым огнем пальцы дёрнулись, отвечая шоку хозяина. Впрочем, большей реакции он не показал, лишь отключил артефакт, позволяющий общаться с любым разумным существом. — Здравствуйте, мистер Кривин. Упавший луч света на миг показал лицо с проходящем через него шрамом. Лицо величайшего Темного Лорда прошлого века. Тонкие губы растянулись в широкой усмешке, и пришелец протянул: — Какая неожиданность… Я могу ошибаться, но… Винсент Фантомхайв? — Сиэль Второй, граф Фантомхайв.