Памяти моих плацебо

...но все они были не те. Абсолютно. Каждый из них нес в себе побочные эффекты. Каждое плацебо было не тем, что нужно. Я не помню как назывались те таблетки...И я сомневаюсь в том, что их было пять. Если считать тех, от которых не было интоксикации, то 3 + 1. Последняя была неудачной в целом. Категории "Б". Фальшивое своего рода. Но этот фальш чуть не убил меня. Вылечило меня плацебо — смешно, согласен. Но и она тоже имела проблемы. Со временем организм переставал её воспринимать и КПД был 0% Помню еще одно плацебо. Вроде бы было самым первым. В нем были очень активные компоненты. Зверски активные. И тогда я отказался от этого лекарства. И последнее плацебо было тоже зверски активным, но в тоже время мог быть пассивным и ничего не делать. С этим веществом было больше пассивных эффектов. Тоже не выдержал и отказался от этого лекарства. А что потом, спросите меня? Потом был период, когда искал и все было не тем. Ничего не подходило. Несколько месяцев спустя было объявлено о том, что "Любвеонин" может ослабевать и надо сделать ревакцинацию, после чего спустя 14 и 28 дней выпить две таблетки. Проходила ревакцинация уже медленнее, но нельзя сказать про медленный характер. Холодным зимним вечером иду и вижу страшную картину. Люди массово теряют сознание и умирают с пеной у рта. Спустя несколько минут зазвучала сирена ГО и оказалось: ""Любвеонин" — наркотическое вещество. Заменяя гормоны, он создает генно-модифицированные гены, которые влияют на ДНК и на молекулярном уровне приводит к мутациям. "Любвеонин" создавал все время эффект идиллии в отношениях и атмосферы любви. На самом деле во второй дозе "Любвеонина" содержится дезоморфин с превышением нормы в несколько раз. Вспоминая статью Википедии, я вспомнил, что дезоморфин — наркотик, вызывающий резкое токсическое воздействие на организм и привыкание в краткий срок. Через несколько часов было обращение экстренное заседание ВОЗ, на котором "Любвеонин" был запрещен, однако остановить пандемию не удалось. Третью дозу и употребить курс таблеток уже должны были 33% населения. Было принято решение в первую очередь спасти оставшихся и поэтому весь "Любвеонин" был уничтожен. У меня не оставалось надежды, поэтому я решил пойти в центр. Посмотреть на него последний раз, взять все свои вещи и уехать, так как население Одессы сократилось на 60%. Иду я по городу, иду на морвокзал и возле памятника "Жене моряка" вижу её. Я узнал её глаза. Небесно-голубые. В моей голове сразу пролетели все наши прогулки. Наши видео и фото. Она увидела меня и уверен, что у неё тоже были такие ощущения. На всех порах бегу к ней, крепко обнимаю и говорю: "Как долго я тебя искал..." Дорогой дневник, мои плацебо — оказали мне большую услугу. Я вырос с ними. Я знаю теперь как мне быть. Я уверен в себе впервые за долгое время и как ты понимаешь, я смог разблокировать свои гормоны окситоцина, эндорфина, серотонина, дофамина. Впервые за долгое годы — счастлив и чувствую спокойствие душевное. И оно взаимно. Мы уверены друг в друге и понимаем, что в какой-то мере насыщаем друг друга... На этом Михаил закончил писать дневник и встав из-за стола, взял кружку чая и зайдя на балкон, опиравшись на подоконник, сказал: "И все же эти года ожидания стоили Её". А за окном снова была жизнь. Мир восстановился и человечество осознало: Формулу любви создать невозможно — мы сами творцы своих формул. Этими словами Миша подписал свой дневник, затем добавил...Historia nostrae necessitudinis (лат. История наших отношений), начав таким образом новую книгу. Но уже посвященную Ей...

Занавес