пит-стоп

леха щербаков с ужасом смотрел на экран телевизора, разразившегося помехами-мошками. все присутствующие в просторном гараже замерли, не веря своим глазам. эмир рухнул в кресло. даже пыль подзависла в воздухе, не решившись забиться в легкие. толпа механиков и прочих зашушукались. — пиздец… — что произошло? — он вылетел с трассы. вы видели? вылетел как нехуй делать! — вскрикнул сережа орлов, вцепившись пальцами в дерево стола. его голос дрожал, а руки тряслись, угрожая согнуть локти. на экране - изображения с видеорегистраторов. много, квадратами четкого качества показывающих, на каких отрезках пути находятся те или иные стритрейсеры. только один не работает. всего один, тот, под которым ехал водитель эмира, андрей бебуришвили. никто сначала даже не понял, что именно произошло - дорога впереди вдруг завиляла, закрутилась и поменялась с небом местами перед тем, как транспорт вылетел с крутого обрыва в поросший травой овраг. а потом темнота, крик ужаса и помехи. тогда гонка за первенство и баснословыне деньги прекратилась сразу же и все слетелись на место аварии. дальше долго доставали перемолотые остатки авто, а как оторвали дверь с водительской стороны, сняв с петель, поняли, что из кресла вытаскивать уже некого. дело тогда замяли. щербаков, у которого за пазухой было много полезных знакомств, избавился от машины и ошметков тела, а после этого произошел серьезный разговор в гараже, где собирались все гонщики и их механики. — ты его убил. ты! ты механик андрея, да? да! так какого черта ты допустил аварию? что там было, неполадка с тормозами? так чего ж ты не заменил там ничего? не захотел? убийца! гандон и паскуда! — взревел ваня абрамов, что вообще ехал самым последним. все остальные молча стояли вокруг него и сгорбившегося на табуретке эмира. — я не убивал его! я все проверял перед заездом, все было хорошо! я бы не допустил этого! какой мне смысл был подставлять андрея?! — рявкнул он, встал на ноги. он не делал этого! он мог поклясться кому угодно, но ему, похоже, никто не верил. — да конечно ты все проверял! ты даже уник не закончил, уебок! как тебя вообще допустили сюда? знаешь, что? да пошел ты нахуй! тебя теперь ни в какую лигу не возьмут, с тобой после произошедшего даже самый отбитый новичок работать не станет, потому что жизнь дорога! все, уебывай! — абрамов сцепил кулаки и оскалился, горделиво задрал голову, когда все присутствующие, даже щербаков, едва ли не глава всей шайки, вдруг начали согласно кивать и тыкать пальцами. — да! убийца! — убийца! — убийца! — гул басистых голосов слился в единое целое, пробираясь в голову звоном, словно улей пчел, жужжащих о всех его грехах. стал давить на череп, разорвал мышцы, разъел кожу и впился жалами в мозг, впрыскивая яд. — убийца, убийца, ты убийца! — да блять! — эмир проснулся в своей постели. сон. всего лишь сон, просто страшный повтор тех ужасных трех дней, за которые самый востребованный автомеханик москвы превратился в никому ненужного палача, который ради призрачного вознаграждения откуда-то со стороны вот так вот просто решил запятнать руки и честь, якобы погубив товарища. он рухнул обратно на мокрую от пота простыню и подушку, закрыв лицо руками. прошло уже два года с момента того заезда. два года. почти тысяча дней, за которые ему прилетает до сих пор. гонки были для эмира вторым кислородом, помогали дышать и чувствовать себя нужным, живым! пусть даже и так, в гараже, а не за рулем. и с андреем у них были хорошие отношения. они вместе перерабатывали его старое авто, приспосабливая его к трассам за мкадом. а теперь все. ни близкого друга, ни карьеры. ничего. абрамов оказался прав, и теперь всякий гонщик без механика, только заслышав тихое «кашоков», ссылался на какие-то важные дела и уматывал куда подальше. тяжелый ботинок всеобщего презрения передавил шею, и дышать стало больше нечем. за скрытым жалюзи окном вспорхнула птица, пыльный ржавый вентилятор в знак осуждения повернулся вбок, застыв на месте и лопастями став охлаждать старый календарь за две тысячи семнадцатый с привлекательной девушкой на нем. хлопнула входная дверь. — эмир, вставай, у меня просто обалденные новости! — это тамби. тот, кто привел эмира в мир гонок, когда познакомился с ним на учебе. а еще он дал кров и единственный поверил в невиновность своего друга, похлопав по плечу и позволив работать в автосервисе на первом этаже. за копейки, но хоть так. всяко лучше, чем жить на улице и выпрашивать у прохожих деньги. правда, в сервис этот ехали с неохотой даже простые граждане, те, кто никогда не был в стритрейсинге, потому что, опять же, у пресловутого щербакова везде миллион знакомых, до которых все слухи из движухи гонщиков доходят быстрее ветра. мало кто захочет чинить машину, да даже просто шины с летних на зимние менять, у убийцы, правильно? правильно. никто бы не захотел. эмир нехотя поднялся с постели и выпил воды из стакана, что стоял рядом на пыльной захламленной тумбочке. часы показывали половину второго, на улице, судя по светлым полоскам на полу, было солнечно. вентилятор затрепыхался и повернулся в другую сторону, обдав бледное осунувшееся лицо прохладной волной, на миг сделав его пребывание в до тошноты теплой комнате немного терпимее. он влез в шорты, которые нашел среди кучи одежды около кровати, открыл форточку и вышел из комнаты на кухню. тамби там уже вовсю хозяйничал. по маленькому старому телевизору показывали неинтересные новости про рубль и газ, а на сковороде шипели яйца с колбасой. эмир, шлепая по холодной плитке босыми ногами, уселся за покрытый узорчатой клеенкой стол. зевнул, потянулся, спросил: — так что за новости? ты нашел себе бабу, и поэтому я должен съехать? — в ответ на это тамби угрожающе постучал деревянной лопаткой по чугунной посуде. на улице кто-то кому-то посигналил. — не совсем. ты же хочешь вернуться к гонкам? — спрашиваешь еще. конечно хочу, — вот только куда теперь, после смерти андрея-то? таких людей, как тамби, в мире стритрейсинга москвы больше нет, все верят только парням с верхушки, таким как, собственно, щербаков, абрамов… сабуров, который в день аварии ехал прямо позади… тогда эмира сразу выперли из так называемого высшего дивизиона, места, где катаются самые профессиональные и популярные водители, получая деньги за ставки местных и даже иностранцев. их покрывает полиция, им открыты все дороги! дальше идут гонки рангом пониже, а в самом низу пирамиды из шин и моторов стоят покатушки для совсем уж чайников. и на любые из этих мероприятий эмиру вход заказан. щербаков, который в иных случаях даже новичкам помогает сбежать от закона, во второй раз от кончины пилота, уже нового, отмазывать не станет, даже несмотря на старую дружбу. скорее просто нахуй пошлет. и ведь даже доказать свою невиновность нечем, а на слова и клятвы все плевать хотели. — ну так вот, я нашел того, кто согласен с тобой работать, — на стол опустилась тарелка с омлетом, который от таких слов и дрожащих рук аж весь затрясся. — шутишь? — нет. он, к слову, знает, кто ты такой, вот только ваню слушать он в гробу видал. короче, он на твоей стороне, да и живет по принципу «если я не умер сегодня, значит умру завтра, так что насрать», — пояснил тамби, на что эмир искренне ахуел. да неужели? кто-то адекватный и понимающий, что всякое случается? — кто он? — макар. воцарилось молчание, за которое эмир успел постучать пару раз пальцами по столу. новости экономики сменились криминальной сводкой. — мне это ничего не дало. тамби вздохнул. — илья макаров, ну! он хочет стать лучшим и пробраться наверх, это твой шанс реабилитироваться, понимаешь? докажешь всем, что андрея подставили, что неполадку с машиной устроил не ты, а человек со стороны! макар умный мужик, понимающий, я тебе честно говорю, мамой клянусь! обещал вечером в сервис заехать, как раз познакомитесь. — спасибо тебе. опять я у тебя в долгу, — эмир чуть улыбнулся и взял в руку вилку. да, он считал, что гибель пилота - чьих-то левых рук дело. потому что до сих пор в деталях помнит, что все винтики и болтики были на местах. несчастный случай не мог произойти, ничего там точно не оторвалось. вот только кого подозревать? круг слишком большой, это мог быть совершенно кто угодно! даже абрамов, придурок… — во сколько именно этот твой макар заедет-то? — к семи будет. — отлично, — надо хвататься за возможность. это единственный выход из ситуации, в которую эмир невольно попал. с помощью ильи он выиграет все возможные трофеи и доберется до верхушки, где найдет крысу среди стритрейсеров, покарает ее и восстановит свое честное имя. а пока нужно просто дождаться вечера.