Ты мне нужен

Чувство тревоги наступает раньше, чем сознание полностью выпутывается из вязкой паутины сна. Что-то не так. Глаза распахиваются и беспорядочно рассматривают комнату, постепенно позволяя воспоминаниям, одному за другим, яркими вспышками появляться в Ваниной голове. Он поворачивает голову и смотрит на Серёжу, вид у того крайне нездоровый: бледная кожа, тяжелое прерывистое дыхание, бегающие под закрытыми веками вправо-влево зрачки, отдающие в синеву губы. Дипинс рывком садится и хватает свой телефон. У него нет нет ни малейших сомнений в том, что Жожо необходима помощь врача, и он звонит в скорую. Описав диспетчеру ситуацию и назвав адрес, он отложил телефон и несколько раз позвал Серёжу по имени, что не произвело никакой ответной реакции. Волнение огромной волной накрывает Ваню, бросая все тело в неконтролируемую сильную дрожь. Ему кажется, что если отвести взгляд от кудрявого хоть на секунду, то это будет иметь неисправимые последствия, и он не отводит, беспокойно смотрит в закрытые глаза. Рука осторожно касается белой щеки, и мягко спускается, останавливаясь на шее. Ваня чувствует пальцами легкий пульс и это его немного успокаивает. Время тянется мучительно медленно, а скорой нет уже больше двадцати минут. Дипинсу кажется, что дыхание Серёжи стало слишком поверхностным. От переполняющего страха за Жожо, сердце его сжалось и будто бы замерло, на руках выступил пот, что заставило провести ладонями по простыне. Возвращая руку на сонную артерию, в моменте он потерял чужой пульс, чувствуя как по телу прокатилась ледяная волна паники, но спустя секунду он облегченно выдохнул и пообещал себе не смещать пальцы даже на миллиметр до тех пор, пока не приедут врачи. Спустя пару минут у Жожо снова сбивается дыхание, его голова начинает резко и коротко вздрагивать, что сильно пугает Дипинса. Не зная как и чем помочь Серёже, но не в состоянии просто сидеть и смотреть, Ваня накрывает его губы своими, нежно целуя, вкладывая в этот поцелуй искреннее и невероятно сильное желание забрать у кудрявого все плохое, что он сейчас испытывает, себе. Наконец звонок в дверь. Дипинс подрывается и бежит открывать. Он понимает, что так и не надел толстовку, когда чувствует странные взгляды, но ему сейчас все равно. Указывает фельдшерам на Серёжу, а сам наблюдает, стоя у стены. - Нужен паспорт больного, - услышал Ваня и лихорадочно стал его искать, открывал тумбочки одну за другой, перекопал все рюкзаки, которые нашёл, в итоге отыскал нужный документ в кармане куртки и протянул его одному из двоих мужчин в медицинской одежде, на что получил ещё один неодобрительный взгляд. - Мы забираем его в больницу, - сказал врач куда-то в пустое пространство, показательно игнорируя присутствие здесь Дипинса, что неслабо кольнуло по его уверенности. - А.. Можно поехать с ним? - слишком неуверенно. - Молодой человек, мы не такси, чтобы пассажиров перевозить, - процедил фельдшер. - Да.. Я понимаю, подскажите, пожалуйста, адрес больницы, в которую вы его повезёте, - конфликтовать сейчас хотелось меньше всего. Через 40 минут Ваня уже стоял у регистратуры нужной больницы и пытался узнать хоть что-то о Пешкове. Однако ему ничего не сказали, попросили подождать. Он сел на лавочку. В коридоре больницы было много людей, переодически фельдшеры скорой помощи привозили новых: у некоторых были открытые раны, некоторые корчились от боли, сидя на полу, у некоторых пациентов не было видимых проблем - они спокойно сидели и ждали пока их позовут врачи. Врачи забирали примерно по два человека в пять минут. Далее внимание Вани переключилось на снующих туда-сюда врачей. Они проходили мимо Дипинса, их настроение и общение между собой резко диссонировало с окружающей обстановкой, они казались.. спокойными и позитивными. Ваня почувствовал себя внутри какого-то комедийного сериала про больницу, начал наблюдать: один молодой врач в разноцветной медицинской одежде с мультяшным принтом переодически выходил из одного кабинета и шёл к другому, на противоположном конце коридора, ведя некий постоянный разговор сам с собой; медсестры часто подходили к стойке регистратуры и что-то записывали, а затем выкрикивали фамилию пациента и приглашали идти за ними; иногда людей забирали на носилках, и, пока везли, задавали им простые и неожиданные вопросы, например, про их любимый цвет, что показалось Ване довольно странным. Дипинс сидел там уже часов пять, и все-таки, решил попробовать спросить про Серёжу ещё раз. - Ему провели экстренную операцию, на данный момент состояние стабильное, его перевели в палату. - Можно к нему? - взволнованно спрашивает Ваня. - Вы родственник? - смотря поверх очков, задаёт вопрос медсестра. - Да, он мой брат, - решает соврать Дипинс, предполагая, что в ином случае его точно не пропустят. - Покажите паспорт, пожалуйста. - Я паспорт дома оставил, очень спешил к брату, у нас родители в другую страну уехали сегодня, в Украину, - парень начинает нести все, что приходит в голову, - я сегодня экзамен сдавал, у меня паспорт как раз в рюкзаке остался, понимаете? Я торопился, забыл про него, пустите, пожалуйста. Параллельно к стойке регистратуры успели подойти ещё несколько людей, которые заставили медсестру перевести внимание на них. - Палата 312, не забудьте бахилы, - махнув рукой сказала она, и повернулась к наиболее агрессивно настроенным посетителям. Коридор третьего этажа уже больше ассоциировался с российскими драмами про больницы, там было очень тихо, врачи выглядели более сосредоточенно и запах стоял какой-то.. медицинский. Найдя нужную дверь, Ваня в неё зашёл. В комнате, кроме Серёжи, было ещё два человека. Все трое лежали на кроватях с закрытыми глазами, у всех стояли капельницы. Ваня подошёл к самой дальней от двери кровати, и посмотрел на Жожо. Голова его была перебинтована, цвет лица был уже не такой бледный. Помимо кроватей в комнате была раковина, три тумбочки и окно. Больше ничего. Поэтому, постояв минут пятнадцать просто залипая на Серёжу, он присел на край кровати в ногах. Смотря в окно, он слушал равномерное дыхание Пешкова. На улице было совсем темно. В комнату зашла медсестра, она поменяла всем капельницы и сказала Ване, что время посещения давно закончилось, на что тот кивнул и сделал вид, что собирается уходить. Как только она вышла, он вернулся в положение, в котором находился уже часа два. В палате выключили свет, а значит, сюда не вернутся до утра. Когда время достигло часа ночи, Ваня уже физически не мог сидеть, и опустился головой рядом с Серёжей, оставляя ноги на полу. Спустя пару минут, он уже спал.