Лунные отблески

В те моменты Аарон резко вскакивал с кровати, глотая ртом воздух, как рыба, попавшая на сушу. Лёгкие сдавливались, а дыхание было отрывистым и скачущим. Тусклый свет из окна полосками ложился на дрожащие руки и медленно покрывал их, будто собирался проникнуть под кожу, растекаясь колючим теплом по венам. Возможно, это на некоторое время и успокаивало Аарона. Но, так или иначе, страх и мысли были сильнее лунного сверкания. Обычно, ощущая внутреннюю борьбу, Аарон сжимал в руках то ли одеяло, то ли подушку, представляя на месте мягкой ткани кусок сыпучего камня, который, крошась между пальцами, падал на белоснежный ковёр около кровати. Но, зачастую, наволочка была влажной, и это сбивало от воображаемой картинки. Как и по обыкновению щёки горели и покрывались тёплыми дорожками слёз. Миньярд беспощадно смахивал их ладонями, но, вот незадача, они тоже были влажными и даже неприятно жирными. Мир не останавливался, нет. Аарон слышал все звуки, доносящиеся с улицы. Он мог услышать и тихую езду, и разбивание бутылок о сухой гравий, и смешки шумных компаний… Только вот весь этот гам превращался в тягучую и противную кашу, которая медленно стекала в мозг через уши. Аарон закрывал их ладонями, но это, почему-то, не помогало. Он обычно вставал, чтобы закрыть окно, но после этого фантомы ненужного сора в ушах не спешили уходить. Поэтому Аарон быстро забывал это дело, просто решив свернуться в комочек и смотреть на скучную и однообразную стену, чувствуя себя настоящим куском дерьма. Ничего не имело значения в такие минуты, секунды, да какой там, это не измерялось временем. Были просто воздух, звуки и ощущения вокруг. Так он и дышал в наволочку подушки, будто специально пуская в неё свои слюни. Мокро, но, возможно, успокаивающе. Страх никогда не уходил, так же как и те надоедливые смешки с улицы, но это, к удивлению, не мешало вспоминать горький запах чёрного кофе, желая проснуться рано утром и, сварив его, просто уткнуться в тёмную гущу взглядом. И, конечно же, наконец забыть о ненавистной постели. Ведь вернулся бы он к ней только следующей ночью. И в этот раз Аарон тоже думал об обжигающем глотку напитке, но, поймав себя на мысли, что его колотит от холода, чувствует, как ветерок проходится по потному телу интенсивнее и резче. Аарон, зачем-то вжавшись в скрипящий матрас, поворачивается лицом к двери, застав напряжённую фигуру, несущую за собой, к сожалению, не аромат кофе, а запах сладко-кислого лимона. — Почему ты здесь? — несмотря на то, что Аарон хрипит и проглатывает некоторые звуки, Эндрю понимает его и жёстким шагом подходит к изголовью кровати. — Ты замёрз, — у Эндрю не дрогает и мускул, когда он, хоть и не видит из-за темноты, но осознаёт, почему Аарон с силой трёт глаза. — Я не думаю, что это проблема, — парирует Аарон. Эндрю резко разворачивается на пятках и направляется к стоящему на проветривание окну. — Раз так, — открывает окно нараспашку, — ты, вероятно, и не думаешь даже в самых простых ситуациях. Миньярд облокачивается спиной о подоконник, и Аарон замечает, как волосы брата залились тусклым светом. — Почему ты здесь? — повторяет Аарон вопрос с нажимом, а после, прождав несколько минут в тишине, уже и не надеется получить ответ. Но в итоге Эндрю хмыкает, чуть ли не распевая слова: — Мне стало скучно. — Причина? — на этот раз Аарон и правда не получает ответной реплики. Вздыхает, но всё же встаёт с кровати, решая закрыть окно, так как холодный воздух стал дуть сильнее и противнее. — Я просто не думал, что ступень наших отношений может подразумевать такие ночные прихо- — Не говори чепухи. Слово «отношения» не может в априори что-то нести за собой, — Эндрю перед носом Аарона сам захлопывает окно, даже не взглянув на него. — Слово «отношения» - есть, сами они - нет. Аарон сначала смотрит на вытянутую к стеклу руку брата, а позже переводит взгляд на его предплечья. — Где твои повязки? — Я сплю без них. Аарон и правда не удивляется холодному тону, а просто подходит вплотную лицом к лицу. — А ты и не спишь. Ты просто ворвался в мою комнату и теперь стоишь, наблюдая за моими затёртыми до покраснения глазами. — Нет, — Эндрю скользит взглядом по всему телу Аарона и, увидев, что тот расслаблен, мысленно усмехается его наивности. — Я спал, но до того, как услышал стуки со стороны твоей комнаты. Ты бил по стенам? — Возможно. — Если мы в Колумбии, это не значит, что можно мешать спать, — Эндрю намеревается проскользнуть мимо Аарона, но тот лишь сильнее прижимает его в подоконник, уже чуть ли не дыша в губы. — Какого чёрта ты здесь? — Я хотел пожелать спокойной ночи, — проговаривает Миньярд, с наигранной нежностью смахивая с лица Аарона невидимую слезу. — Бред. Аарон смывает ухмылку Эндрю в поцелуе, проводя языком по приоткрытым губам. Если бы Эндрю оттолкнул, как только Аарон подошёл к нему, он бы не позволил себе это сделать. Руки упирались в подоконник, никак не соприкасаясь с телом брата. Поцелуй получился смазанным, неуклюжим и нелепым, но, отстранившись, Аарон всё же позволяет себе поднять уголок губ. — Спокойной ночи, — только теперь Эндрю отталкивает Миньярда и, кинув взгляд на скомканное одеяло, выходит из комнаты.

***

Сон пришёл далеко не сразу, но аромат кофе по утру в итоге помогает забыть кошмары, заставившие проснуться в холодном поту. — И тебе доброе утро, — кидает Аарон в след уходящему брату из кухни.