Неподвластность их душ

После гибели Афтона, само собой, был проведен тщательный обыск, но записи, которые были найдены, проливали не больше света на обстоятельства его смерти, чем записи, найденные там же. В бумагах убитого не было никаких упоминаний о ситуации однако было понятно что преступлений он оставил множество — но их не удалось доказать. Все что было абсолютно точно это то что глава семьи оставил после себя двух сыновей. Винсент и Эван. Винсент как старший мог бы стать главой семьи, но шестнадцатилетний юноша вроде него не слишком подходил для такой роли. Эван находился в тяжелом состоянии и даже не мог ходить самостоятельно. Прооперированный наследник вынужден был довольствоваться ролью компаньона, так как представлял себе такое положение вещей, которое все равно в скором времени должно было быть исправлено. Винсент был категорически против попечительства и хотел взять семью на себя, а Эван считал, что будет лучше что бы у его старшего брата были компаньоны кроме него. Суд не оценил его позицию, так как действовал исключительно по императиву закона. Один из коллег Уильяма не смог пройти мимо несчастных сирот, которые казались еще беззащитней и ранимей, чем обычные дети. В итоге суд спустя несколько месяцев решил что Скотт как близкий Уильяму человек может принять на себя обязанности их опекуна. Конечно, Винсент и Эван не знали еще всех нюансов предстоящего процесса, когда доктор объявил что выбор сделан. Глава семьи выглядел словно после тяжелого удара. Он сидел молча, рассматривая как нечто само собой разумеющееся висящие на стене вырезки из газет. Рядом сидел Скотт, обдумывая очередной вопрос, который вертелся у него в голове. После молчания он сказал. — Винсент? У тебя все хорошо? Ты сегодня какой-то странный. Могу я спросить почему? Если тебе пока тяжело принять все это, то мы можем пока жить в доме, но потом придется переехать ко мне. Винсент что-то промычал в ответ. Его лицо посерело и казалось безжизненным. — Я бы справился сам! — проговорил он, чуть громче. — Я вас даже не помню! Почему все решаете вы?! Как мне исполниться восемнадцать сразу заберу Эвана и тогда смогу решать сам! — он сорвался на крик. Винсент вскочил и сжал кулаки. Разъяренный молодой человек сбежал с лестницы и кинулся на улицу. Скотт постоял несколько секунд, вздохнул, пожал плечами и пошел следом. «Я предполагал что с ним будет нелегко, но кто ж знал, что он такой нервный, — подумал он. — С подростками все всегда непросто». Он подозревал, что Винсенту просто нужен рядом кто-то, кто помог бы разобраться в его эмоциях. Вернувшись домой, он стал пристально наблюдать за Винсентом — и увидел, что ему и правда трудно. Мальчик с самого начала старался с ним не встречаться, но его постоянная внутренняя борьба не проходила. Он подошёл к Скотту и тихо спросил. — Мне готовить на вас ужин? Я пойду кормить брата так что будете есть один если что… Угрюмый подросток хоть и был обижен на опекуна, но заботу о младшем сыне не забывал. Скотт сочувственно улыбнулся и потрепал его по плечу. — Ты голоден? Давай тогда я приготовлю ужин, а ты покормишь брата? Или наоборот. Не хочу тебя загружать делами. Винсент дернул плечами скинув руку Скотта. — Я сам все сделаю просто не мешайте мне. Вы в этом доме гость, а не член семьи. Скотт понял, что подросток просто не хочет иметь к нему никакого отношения и у него есть свой собственный мир, в котором он продолжает вести себя как в прошлом. «Надо же какой резкий мальчик, — подумал Скотт, — вроде и тихий, и скромный, а вон как развернулся. Такой же холодный и закрытый, как его отец». Спорить с ним или, тем более, пытаться помочь он не стал. Просто встал из-за стола и вышел в коридор. Скотта печалило то, что он, сам того не замечая, по несколько раз в день возвращался к этой теме. Эван же встретил опекуна более радушно. Пугливый ребенок постоянно наблюдал за новеньким, прячась за спинку дивана, где обычно сидел. Скотт вошёл к нему в комнату и присел на край кровати. — Привет Эван как себя чувствуешь? — спросил он, поздоровавшись. Мальчик встал и посмотрел на него. Его худые ноги чуть дрожали от слабости и он сделал маленький шажок вперед, однако Скотт не дал ему такого шанса и посадил его на кровать. — Нет! Все хорошо я могу уже стоять! Винсент помог мне научиться твердо стоять на ногах. Винсент очень злой сегодня… Что-то случилось? — спросил он, видя расстроенное лицо опекуна. Скотт быстро рассказал малышу о случившемся. Эван выслушал, наклонив голову и не отрывая глаз от пола. В его взгляде стояло недоумение, словно он не понимал, в чем дело. — Ему просто немного трудно сейчас, но потом он обязательно станет, таким как раньше. Скотт понял, что в этих глазах кроется что-то иное. В них читалась гордость и понимание. — У него может болеть спина, но он никогда не скажет об этом. Может у него опять болит спина? Папа много бил его по спине когда он вел себя плохо… Скотт с испугом уставился на малыша. Эван поднял взгляд и увидел на лице Скотта тень неудовольствия и начал волноваться. — Я поговорю с ним не волнуйся! Я позабочусь о том чтобы вы ни в чем не нуждались. Я здесь, чтобы помочь вам, — сказал он немного жалобно, словно убеждая в чем-то самого себя. Он приблизился и обнял ребенка. Эван с благодарностью прижался к нему. Но идиллия прервалась когда в комнату зашёл Винсент с едой в руках. Эван, открывший было рот, чтобы что-то сказать, вдруг испуганно отступил. Скотт увидел его движения и догадался о причине его испуга. — Винсент? Ты принес еду? Я могу покормить Эвана сегодня, а ты сможешь пораньше лечь спать. Винсент положил еду на тумбочку. Затем он поправил ребенку подушку и внимательно посмотрел на Скотта. — Не приближайся к моему брату! Нам не нужна помощь самозванцев вроде тебя. Эван ты меня слышишь? В случае необходимости обращайся только ко мне. Маленький Эван выглядел испуганным. Он покосился на Скотта и поджал губы. Потом, собравшись с духом, он поднял глаза на Винсента и кивнул. Винсент улыбнулся и вышел из комнаты. С его уходом напряжение ушло, и Эван расслабился. Скотт взял его на руки. Он заметил, что тот дрожит. «Что с ним? Боится? Конфликтная обстановка плохо влияет на детей. Может, пригласить доктора?» — подумал Скотт и тут же покачал головой. Его охватили недобрые предчувствия. Эван начал всхлипывать, и Скотт почувствовал, как холодеют его руки. — Что такое?! У тебя что-то заболело? Не волнуйся все хорошо. Это ты из-за нас так расстроился? Ты ел сегодня? Прости что я спрашиваю, просто я сам не ел. Винсент очень кстати вошел в комнату. Увидев слезы Эвана, он нахмурился. — Я вроде бы ясно объяснил что справлюсь один. Уходи в свою комнату и не мешай мне. Скотта выставили из комнаты и он побрел по коридору, сжимая в руке письмо. Он чувствовал себя ужасно. «Я смогу все наладить! Мне нужно просто узнать чем заслужить его доверие. Что бы такого сделать?» За поворотом в конце коридора показалась дверь ведущая в комнату для гостей. Он уже собирался войти, как вдруг заметил у себя в руках письмо. Это было разрешение на опеку теперь у него была новая роль в жизни. — Я сделаю все что в моих силах, — прошептал он в пустоту и начал медленно входить в комнату, наблюдая как из его глаз начинают скатываться крупные холодные слезы. Это было так странно, что он не понимал как ему удается сдерживать себя. Винсент, как обычно, ночевал в комнате брата, чтобы защищать встревоженного ребенка от ночных кошмаров. Скотт несколько раз проходил мимо как бы невзначай наблюдая за спящими детьми. Дойдя до комода, он поставил на него конверт и аккуратно свернул одеяло. Спал он весьма тревожно, долго ворочался и проснулся, когда под дверью уже горел свет.