Неподвластность их душ

Иногда Винсент лунатил и найти его утром было довольно проблематично. Это утро было не исключение и дало немало пищи для размышлений так как Винсент лежал полуобнажённый в кровати Скотта и обеими руками обнимал его ноги. Скотт что-то бормотал во сне и ворочался, устраиваясь удобнее на своей половине. Почувствовав мягкое и теплое препятствие он проснулся и открыл глаза. Он завернул его в одеяло и подтянул его к себе поближе. «Замерз и пришел ко мне? Какой румяный и довольный!» — подумал он и погладил его по голове. Винсент улыбнулся во сне и слегка качнулся. «Улыбается? Единственный момент когда я могу его коснутся и не получить по рукам. Надо запомнить этот момент». Скотт аккуратно обнял его и притянул к себе еще ближе. От таких резких действий Винсент проснулся и стал сердито и неловко отбиваться. — Ты чего забыл в моей кровати? Потерялся в двух комнатах? Твоя спальня в другом мес… А? Почему я в твоей спальне? Скотт с изумлением поглядел на него и положил ему руку на плечо. — Ты сам пришел и лег ко мне. Если так сильно мёрзнешь давай я дам тебе второе одеяло? Ты мило улыбался во сне. Что-то хорошее снилось? Винсент вспыхнул ярким румянцем и опустил глаза. Схватив подушку он со всей силы швырнул ее в Скотта. У того в руках остался конец подушки. Скотт ловко поймал её. Винсент же сильно сжал кулаки и посмотрел на Скотта. — Не следи за мной паразит! Ничего не снится и вообще это не твоего ума дело. Ладно в штаны не заглянул… Он скрылся вместе с одеялом, хлопнув дверью. Скотт задумчиво поглядел ему вслед, зачем-то потрогал волосы на голове и пошел в ванную. Нужно было разобраться с другими проблемами и принять решение, как вести себя дальше. «Он стал уже слишком раздражительным и на слабость жалуется в последнее время. Аппетит совсем пропал, похудел и побледнел. Сегодня вечером обязательно попробую поговорить с ним в открытую. Скорее всего гормоны… Весна на дворе…» — размышлял он. Помыв руки, он надел черный костюм и черную водолазку и уже собирался направиться к двери, как зазвонил телефон. Скотт поднял трубку и узнал голос своего адвоката. — Утро доброе молодой папочка! Я проверил твои бумажки и все просто чудесно. Открывай виски и доставай хлопушки ты свободен ото всех бумаг! Как там дети кстати? Живы? Старший больше не буянит? Скотт улыбнулся и посмотрел в окно. На улице вовсю светило солнце и весна была в полном разгаре. — Звучит как хорошая новость. Ребята чувствуют себя хорошо, но вот Винсент, что-то бунтует в последнее время. Растет мальчик… Адвокат рассмеялся в трубку и добавил. — Беснуется? Понимаю его на всех уровнях. Весной башню сносит здорово. Девушку ещё не приводил? Тогда дела совсем плохи. Жди лета может отпустит. Скотт приоткрыл окно, и в комнату ворвался весенний ветер. В нос сразу ударил запах цветов и размякшей земли. На душе стало как-то весело и легко, а солнечный свет ворвался в комнату и согрел, хоть на улице было еще довольно холодно. — Он в последнее время очень добродушен ко всем. Конечно вот этот его извечный саркастичный тон, но таков его характер. Его шутки это вообще хождение по лезвию так что лучше уж саркастичный тон чем его выходки. Адвокат улыбнулся и добавил. — Главное чтобы не сбегал. Кстати дай-ка ему трубочку! Скажу ему пару ласковых за то что довел тебя тогда до белого каления. Скотт рассмеялся в ответ. Он посмотрел в окно. Через пару минут из ворот по соседству выехала черная машина и поехала по улице. — Не надо! Ты его раздраконишь и вы снова подеретесь. — взмолился он. — Если ему будет хорошо то и мне будет хорошо. Особенно когда спит… такой лапочка. Они поговорили ещё минут пятнадцать, и Скотт сбросил вызов. Сегодня должны были прийти друзья Винсента поэтому Скотт спустился на кухню и стал готовить обед. Винсент в халате полусидел на диване, обложившись книгами. Бросив взгляд на часы, он покачал головой. — Скотт? Почему не позвал? Давай помогу, а то сейчас спалишь кухню пытаясь за всем уследить. Не нужно устраивать лишних проблем. Скотт улыбнулся и стал расставлять на столе тарелки. Когда на столе красовались тарелки с фирменной запеканкой Винсента, зазвонил телефон. Удивленно посмотрев на трубку он поднес её к уху, и некоторое время слушал. Майк радостно сообщил что они вскоре будут. Скотт вопросительно посмотрел на Винсента. Тот кивнул и указал на чайник. Вскоре все собрались и сели за стол. Скотт, с виду абсолютно спокойный, разлил в чашки чай и поставил одну перед Майклом. Тот поднял глаза и посмотрел на Скотта. — Здравствуйте Скотт! Как там за городом? Вы давно не были здесь и так внезапно вернулись. Скотт широко улыбнулся и кивнул в ответ. Джереми будучи очень стеснительным ещё раз почувствовал на себе изучающие взгляды остальных и так и не смог сказать ни слова, а лишь молча уставился в свою чашку. Вскоре он прошептал что-то на ухо Майку и он неуверенно улыбаясь спросил. — Вы будете выступать со скрипкой сейчас? Миссис Фитцджеральд скучала по вашим выступлениям. Может быть, у вас есть время на такое? Скотт поднял глаза и с некоторым удивлением посмотрел на Майка. — Моя игра настолько запала в души горожан? Думаю я подумаю над этим вопросом. Винсент ты вроде бы тоже на чем то играешь. Может составишь компанию? Винсент нерешительно посмотрел на Джереми, словно ища поддержки, но тот молча пожал плечами. — Фортепиано… Не очень будет звучать со скрипкой. Ты у нас местная звезда что ли? Любитель публики и аплодисментов. Надеюсь не держишь под подушкой дурь как остальные любители сцены и славы. Скотт нервно провёл рукой по волосам, затем внимательно осмотрел комнату, словно проверяя, на месте ли все присутствующие. — Винсент ну не при гостях же. Эван наслушается и будет такие же перлы выдавать, а вы между прочим воспитанные мальчики. Винсент растерянно оглянулся на Джереми, затем посмотрел на Скотта, словно пытаясь что-то спросить. — Ребятам шутка явно пришлась по вкусу. Джереми улыбнулся так что все под контролем… Не знал что есть люди, которые оценят мой юмор. У тебя отличный вкус Джереми. Все повернулись в сторону смущенного юноши. Он выглядел растерянным как маленький ребёнок. В комнате надолго установилось молчание, в котором только откуда-то издалека доносились еле уловимые звуки шелестящих деревьев. — Спасибо Винсент, но кажется Майк и Скотт нас не поймут. В общем мы ждём вашего возвращения на сцену не забывайте об этом. Они долго разговаривали после этого и не могли наговориться. Скотт рассказал о своей поэзии, а Винсент о страсти к вырезанию по дереву. Выяснилось, что он с детства был неравнодушен к этому делу и так удачно освоил его в школе, что стал серьёзным специалистом. Майк грезил компьютерами, а Джереми о комиксах, к которым он питал, как оказалось, искреннюю любовь. Майк был один из тех людей которые поддерживали Джереми в идее стать комиксистом и помочь ему. Он с удовольствием сделал бы всё за него, но мог лишь помогать в технической части вопроса и в организационных вопросах. Винсент был впечатлён таким усердием своих спутников и проявил к ним доброжелательность. После такого откровения он решил что тоже не прочь стать частью этой команды. Вырезание из дерева могло, как он полагал, принести хорошие плоды в случае если его работу по мотивам творчества Джереми возьмут на выставку. Вечером когда ребята разошлись по домам, Винсент помогал убираться на кухне и посматривал на радостного Скотта в ожидании, что тот будет что-нибудь говорить. Но Скотт молчал и на его лице было написано глубокое удовлетворение. — Чего лыбишься кучерявый? Вывел меня в общество и радуется… Только не играй дома на скрипке, а то у Эвана кровь из ушей хлынет. Я сейчас не шучу между прочим. У него однажды такое было когда птицы за его окном щебетали слишком громко… Скотт замолк и вздохнул. Он опустил глаза. Винсент не знал, что его ждёт. — Не волнуйся. Я не такой дурак как ты думаешь, чтобы сделать нечто подобное. Ты сегодня молодец Винсент. Я горжусь тобой и тем что ты так стараешься! Надеюсь увидеть твои творения из дерева в скором времени. Ты же мне их покажешь? Винсент почувствовал, как в горле образовался ком и он не может сказать ни слова. Он утвердительно кивнул. — У меня разве есть выбор? Ладно все… Будь добр закрой рот и не смущай меня. Скотт поднялся и вышел из кухни. Когда за ним закрылась дверь, Винсент повернулся к окну и посмотрел на шоссе, ведущее в никуда. Закрыв шторы, он сел за стол и откинул на спинку стула свою больную спину. На мгновение его руки расслабились, и он закрыл глаза. Старые шрамы на спине закололо иголками, но он не обратил на это внимания. Он чувствовал что-то похожее на странное оцепенение, сродни тому, что было у него, когда он впервые зашёл в этот дом. Не было смысла бороться с этим, и всё же Винсент старался не позволить ему взять верх.