новый год

      новый год многие встречают с близкими, кто-то с родителями, кто-то с друзьями, а кто-то, как и влад, в полном одиночестве. ему было некому позвонить, за полгода проживания в питере он так и не нашел себе друзей, давно смирившись. казалось, кожихов изначально особо не пытался, но надежда умерла последней.       лишь старая настольная лампа и дешёвая гирлянда освещали эту тусклую квартирку, порой убивающую своей тоскливостью. серые обшарпанные стены, местами оторванные обои, вечный беспорядок, валяющиеся где попало вещи и скомканные листы. небольшой диван в углу, где спал влад, почти никогда не был заправлен, а из окна видны старые панельные дома, такие привычные, теперь их постоянно украшал снежный покров. сегодня в углу стояла небольшая искусственная ёлочка, а рядом пакет со старыми стеклянными игрушками. кожихов обожал в детстве наряжать ель: мерцающие гирлянды, яркая блестящая мишура, различные стеклянные фигурки и цветные шарики не могли не привлекать внимание, тем более в предвкушении нового года. и вот, переезжая, влад забрал их с собой, но теперь, всего за пару часов до некогда любимого праздника, даже наряжать ёлку не стал. повесил, конечно, пару игрушек, но в одиночестве это не приносило радости, и он просто кинул пакет у скучного деревца.       допив остывший чай, он оставил кружку на подоконнике и вышел на балкон. по телу пробежали мурашки, влад вдыхал морозный воздух, а затем прислонился к ледяному стеклу. все было как всегда, тоскливые российские пейзажи, только под слоем снега, но на скамье возле своего подъезда он заметил парня, сжавшегося от мороза и глядящего вдаль. влад долго рассматривал его, гадая, что же заставило его сидеть в новый год в одиночестве на холодной улице, спустя пару минут все же решился и, открыв окно, окликнул блондина. голубин вздрогнул и поднял глаза, пытаясь найти того, кто задал вопрос. наконец наткнувшись взглядом на взъерошенную макушку кожихова, он пару секунд молча рассматривал его, а потом ответил. - чего тебе? - на грубый тон кожихов лишь усмехнулся, и, перекинувшись с парнем парой фраз, спонтанно предложил зайти погреться.       глеб поднял голову и удивленно, слегка недоверчиво уставился на влада. заходить к первому попавшемуся в квартиру было непредусмотрительно, но какая уже разница, ведь мёрзнуть на морозе не хотелось. к тому же, милый худощавый парень не внушал страха, поэтому глеб, не долго размышляя, согласился.       пара секунд, и кожихов открывал дверь в квартиру перед обессиленным голубиным, который без особого интереса разглядывал квартиру. оставив кроссовки у входа, он прошел дальше, кинул пакет с алкоголем и тонкую, совсем осеннюю куртку у дивана, сам сел рядом. долго рассматривал пустую, не украшенную ель, и вопросительно глянул на влада. - хочешь нарядить? - голубин в ответ лишь кивнул и подошёл к деревцу. кожихов сиял улыбкой и выдвинул большой пакет разной блестящей ерунды. пара минут, и ель уже сверкала разными красками, парни разговорились, глеб предложил выпить, и влад согласился. после пары бокалов общаться стало действительно легко. - ну вот, так и кинули ночью, даже в новый год, даже с бухлом. думал до утра посижу, а потом на электричку и домой, а тут ты. спасибо. - ладно, чего уж там. а я в питере только полгода, не нашел никого, с кем отметить можно. я особо и не надеялся, знаешь, мало с кем можно действительно хорошо посидеть и пообщаться. ты что тут делаешь кстати, учиться приехал? - да, вроде того. я музыку делаю, а учусь так, ради интереса. а ты? - я тоже пытался, а сейчас просто учусь. у меня, кстати, гитара есть, умеешь играть? - спросишь тоже, доставай.       влад засмеялся и побежал к кладовке, а через пару секунд вышел с инструментом в руках. протянув ее глебу, в предвкушении присел рядом. и голубин, подтянув струны, играл незатейливые аккорды и пел, придумывая слова на ходу. кожихов лишь завороженно слушал, стараясь не мешать, ведь голос глеба был до мурашек приятен. так, просидев всю ночь, влад начал засыпать, глаза уже слипались, и голос голубина казался отдаленным. зевая, он посмотрел на бодрого глеба и не решился предложить лечь спать, ведь тот теперь выглядел таким весёлым, таким счастливым, подбирая все новые рифмы к старым мелодиям.       уже засыпая, он почувствовал, как парень аккуратно поднял его на руки и переложил на мягкую постель, где лежать было гораздо приятнее. - спасибо тебе. спокойной ночи, - прошептал он, убирая мешающие пряди волос, и аккуратно касаясь губами лба влада, после чего лег рядом, обнимая младшего.