Папы нету дома

      Продолжать презентацию оказалось для Тэхёна очень непросто. Он периодически поглядывал в сторону Чонгука и Ёнхи. Взять себя в руки удалось только спустя минут десять после начала, да и то с большим трудом.       Ё-ё с интересом рассматривала людей, находящихся в зале. Сокджин и Намджун вызывали в ней улыбку, как и многие другие сотрудники. Не понравился ей, пожалуй, только один человек из всех — это Сонёп.       Гук за это время смог приспособиться к ситуации. Он крепко обнимал девочку поперек талии, которая крутилась на его коленях как веретено, иногда хлестая его по лицу двумя хвостиками. Он внимательно слушал Тэхёна, кивая головой в знак согласия, что придавало омеге уверенности в своих действиях. Но в то же время он умудрялся слушать Ёнху, которая что-то шептала ему на ухо. В основном это были фразы типа: «Правда, папоська красивый?», «У дяди смесные усики», «Папоська перезывает», «Мне не нравится тот дядя».       Признаться, эта парочка привлекала много внимания к себе. Все с неподдельным любопытством наблюдали, как президент Чон взаимодействует с этой малышкой.       Вот и сейчас, стоило Тэхёну опять развернуться вполоборота ко всем, как он увидел, что Ё-ё что-то шепчет Гуку, а тот лишь широко улыбается ей в ответ и кивает головой. Киму и хорошо на сердце от этой картины, и очень неловко, особенно, когда он ловит на себе пристальный взгляд Джи Хи.       Выступление Тэхёна подошло к концу. Персонажи, которых презентовал омега в новой игре, получились очень красивые, яркие и красочные. Графика и анимация были выполнены на высшем уровне. Герои все продуманные и естественные, как раз для детского восприятия. Ёнха, когда увидела их впервые, сказала, что они мимимишные. Кроме персонажей лисят из первой игры «Лисята волшебного леса» были представлены еще шесть основных героев: зайчонок Гу, медвежонок Тэ, маленькая ежиха Ё, хомячок Джи, коала Джу и бельчонок Хо.       Джи Хи, конечно, сразу понял, кто были прототипы: зайчонка Гу, медвежонка Тэ и маленькой ежихи Ё и это очень повеселило старика. Джин с Джуном тоже себя признали, а еще старший омега понял, что бельчонок — это Хосок.       Презентация подошла к концу, и Тэхён думал, что всем всё было понятно, пока не услышал знакомый голос:       — Тэхён-ши, — прозвучало как-то пренебрежительно, ведь с новой должностью Тэ получил новый статус, и теперь официально все обращались к нему «директор Ким». — А что это за зверь такой непонятный у Вас, у последнего персонажа? То ли драный кот, то ли чупакабра какая-то, — усмехнулся Сонёп.       Тишина повисла в зале. Тэхён от неожиданности замер. Ему было непонятно, зачем Сонёп делает это при их партнёре. Сотрудники уставились во все глаза на Сонёпа, пытаясь понять то же самое. В их взглядах так и читалось: «Вот идиот!», «Какого хрена он заваливает Кима?», «Зачем это спрашивать здесь и сейчас?», «Ему пизда, Гук такого не простит», «Господи, как мне по роже-то хочется ему дать! Терпи, Джин».       Чонгук, по правде говоря, тоже охренел от поступка своего работника. То, что Сонёп завидовал Тэхёну и «точил на него зуб» было видно невооруженным взглядом. Но так подло пытаться подставить на таком важном мероприятии — это так мелочно и низко. А ещё Чонгуку хотелось защитить Тэ, рявкнув всем в лицо, что кто посмеет тронуть его омегу, сразу же пожалеет об этом. Только он понимал, что это непрофессионально с его стороны, да и Тэхён это точно не одобрит.       Тэхён на самом деле сейчас переживал не об этом. После вопроса Сонёпа он взглядом зацепился за Ё-ё и то, что он увидел, его напрягло. Он-то лучше всех знал свою девочку, а судя по выражению её лица, Сонёпу пиздец. Она от него точно мокрого места не оставит. Омега, как мог, пытался привлечь внимание дочери к себе, но всё тщетно.       Кстати о Ё-ё! Этот дядя, который сейчас обидел её папу, а именно так она восприняла это сразу, ей не понравился. Малышка вся напряглась и заерзала на коленях Гука, пытаясь найти более удобную позу. Девочка сложила руки на груди и вся нахохлилась, как маленький воробушек. Чонгук усилил хватку, чтобы она не упала. Альфа понял, что сейчас что-то должно произойти и уже хотел сам развеять эту неловкую тишину в зале, но не успел, услышав недовольный детский голосок:       — Гуки, а дядя, сто, дурак совсем? — спросила недовольно малышка, буравя Сонёпа глазами. — Это зе бе-лось-ка! — по слогам произнесла девочка. — Белоська! — с умным видом проговорила Ёнха, указывая на экран. — Ну вон рызенькая субка, кистоськи на усках, белая маниска. Белоська! Какой это кот? Дядя кота не видел? Ему бы в больниську сходить, стобы глазки посмотрели. А кто такая супакабла?       Тэхён почти сполз по экрану проектора, услышав слова дочери. Ёнха в своём репертуаре, никому не позволит его обидеть. Главное, чтобы её фокусы не навредили Чонгуку и его компании. Сотрудники напряглись ещё больше, наблюдая за малышкой, Сонёпом, Тэхёном и Чонгуком с господином Чан. Джина затрясло, то ли от злости, то ли от смеха, что он сжал под столом руку своего альфы. Чонгук, откровенно говоря, обалдел от такой реакции Ё-ё. Да уж, этой девчушке палец в рот не клади, но почему-то от этих мыслей было тепло.       — Какая дерзость и наглость! А ну замолчи, невоспитанный ребёнок! — заорал Сонёп и подскочил со своего места.       Мужчина почти всем корпусом наклонился над столом в сторону малышки, показывая на неё указательным пальцем. Чонгук резко придвинул Ёнху к себе, закрывая её своей накачанной рукой в защитном жесте. Тэхён уже был готов бежать с низкого старта, чтобы наброситься на Су и выщипать все его волосенки на голове, но рык Чонгука остановил его:       — Сядьте на своё место, Сонёп-ши! — грозно сказал Чон. — Вы и так сегодня много чего наговорили.       По правде говоря, Чонгука разрывало: как альфе Тэ и Ё-ё, ему очень уже захотелось отправить Сонёпа в больничку и не только глазки проверить. Но как руководителю компании ему здесь и сейчас нужно это всё как-то сгладить. Он решил взять слово, но, увы, опять не успел, услышав, как в звенящей тишине раздался громкий хриплый смех Джи Хи. Тот хохотал от души, спрятав лицо в ладони, и в какой-то момент его смех стал похож на хрюканье поросёнка. Следом не выдержала и Ёнха и начала заливаться звонким колокольчиком. Тэхён переглянулся с Чонгуком, задавая ему губами один простой вопрос: «Что нам делать?». Чонгук пожал плечами, не найдя ответа на этот вопрос.       Хохотать, и стар, и млад, закончили почти одновременно. Ё-ё заметила, что у старого альфы от смеха выступили слезы в уголках глаз. Бесцеремонно, с детской непосредственностью, она достала нагрудный платок из пиджака Джи Хи и аккуратно промокнула им слезы мужчины. Старик улыбнулся и потрепал малышку за щёчки, а Тэхён мысленно представил, как он открыл бутылку виски и выпил её залпом.       — А она права! — послышался голос Джи Хи. — Это же белочка! Уважаемый, — обращается он к Сонёпу, — здесь только слепой мог увидеть драного кота или какую-то непонятную чупакабру. Откуда только этот бред в Вашей голове появился? — ухмыльнулся старик и добавил: — Ё-ё дело говорит, Вам бы в больничку сходить, зрение проверить.       — И голову, — шипит рядом с Сонёпом Джин, за что получает хмурый взгляд от Намджуна.       — И голову тоже, — поддерживает омегу Джи Хи.       Ответить господину Чану Сонёп не решается, это ведь не с маленькой девочкой бодаться. Он позорно опускает глаза в пол, иногда зло поглядывая на Ё-ё. Его взгляды не уходят от Тэхёна и Чонгука. Тэхён решает поговорить с этим наглым омегой и поставить его на место. Чонгук решает просто уволить его ко всем ебеням.       — Я думаю, мы закончим на этом, — говорит Чонгук, обращаясь к старому альфе. — Господин Чан, я предлагаю отпустить всех сотрудников по их рабочим местам, а мы с Вами обсудим финансовые вопросы и завтрашнюю пресс-конференцию.       — Замечательная идея, Чонгук-ши, — согласился Джи Хи.       Все сотрудники начали выходить из зала, сгибаясь в дверях в прощальном уважительном поклоне. Последним из всех остался Тэхён. Он подошёл к альфам, чтобы забрать Ёнху, которая, казалось, никуда не собиралась уходить.       — Ё-ё, иди ко мне, — вытянул руки Тэхён.       — Посему? — спросила девочка, поудобнее устроившись в объятиях Чонгука.       — Потому что мы не должны мешать Чонгуку и господину Чану.       — Посему? — всё ещё не понимала малышка.       — Им нужно обсудить очень важные дела.       — Осень вазные? — переспросила Ё-ё и посмотрела сначала на Гука, а потом на Джи Хи.       Старик улыбнулся ей, а потом мягко сказал:       — Ооочень важные!       — Эх, — вздохнула малышка и протянула руки к Тэ, чтобы он её забрал. — А на совесяниях интересно, — говорит она, обнимая Тэхёна и поглядывая на альф. — Мики тосьно мне обзавидуется, — улыбается ребёнок.       — А кто такой Мики? Это твой жених? — спросил Джи Хи.       — Что? — не на шутку напрягся Чонгук, и от этого Тэхёну захотелось рассмеяться. Это так мило! — Какой ещё жених? Нет! Нет! Нет! Никаких женихов до совершеннолетия, — с серьёзным лицом сказал Гук, а Ким не выдержал на этот раз и засмеялся.       — Это не зених! — кричит Ёнха. — Это мой друг! Ну, я зе рассказывала вам о нём. Оооо, а мозно я ему рассказу, сто папоська на твои вопросы отвесял.       — Нет! — одновременно выкрикнули Чонгук и Тэхён.       — Даже не думай, — продолжил Тэхён. — Нельзя всем подряд о таком рассказывать, — почти шёпотом говорит омега на ухо дочери.       — Заль, — закатывает глаза Ё-ё.       — Простите, пожалуйста, за сегодняшнее недоразумение, — обратился Тэ к Джи Хи. — Надеюсь, оно не испортило Ваше мнение о презентации.       — Ну что Вы, Тэхён-ши, — улыбнулся старик. — Ваша девочка чудесна! Она такая забавная, весёлая и искренняя. Обожаю детскую непосредственность! — продолжает Джи Хи. — Ё-ё ты очень умная и сообразительная девочка, — говорит альфа. — Оставайся всегда такой же! Тэхён-ши, у меня к Вам просьба.       — Ммм, конечно! Какая? — теряется Тэхён от неожиданности.       — Не ругайте свою дочь за сегодня, хорошо? Она мне столько позитивных моментов подарила, её нельзя за это наказывать.       — Да, — соглашается Тэхён, наблюдая за хитрой улыбкой Ёнхи, — конечно, господин Чан.       — Вот и отлично! И ещё я считаю, что Чонгуку-ши повезло стать альфой такого омеги, как Вы.       — Спасибо! — тихо сказал Тэ, и его щёки порозовели от смущения. — Мы пойдём!       У дверей Тэхён с малышкой на руках согнулся в прощальном уважительном жесте, а когда выпрямился, громко сказал дочери:       — Милая, попрощайся с господином Чаном.       — Пока, хоросый дядя! — звонко сказала Ёнха и помахала ручкой. Тэхён покраснел, Чонгук улыбнулся, а Джи Хи опять расхохотался на весь зал.       — Простите! — единственное, что смог произнести Тэ и поспешил удалиться из зала.       — Чудный ребёнок! — сказал старик.       — Да. Это правда! — согласился Чон.       — Ну что, Чонгук-ши, обсудим пресс-конференцию и финансы…              

***

      Намджун с Джином ждали Тэхёна в коридоре недалеко от зала совещаний. Как только омега вышел оттуда с дочерью, пара поспешила к ним.       — Ну как? — спросил Сокджин.       — Двадцать пять, — буркнул себе под нос Тэ.       — Что, двадцать пять? — переспросил старший омега.       — А что, ну как? — прошипел младший.       — Тэтэ, ну хватит придуриваться, — говорит Джин. — Что было, когда мы все ушли?       — Да ничего такого и не было.       — Думаешь, Чан Джи Хи разозлился на это всё? — не унимается Сокджин.       — Нет! Точно нет. Он скорее знатно повеселился, в чём признался сам.       — Ну, это неплохой знак, — озвучивает свои мысли Намджун.       — А что ты планируешь делать? — спрашивает Джин, смотря на Ё-ё.       — По-хорошему нужно наказать эту козу, — хмурится Тэ, поглядывая на дочь.       — Ты не мозес этого сделать, — поджала губу малышка. — Ты обесял доблому дяде. Папоська…       Ёнха поняла, что Тэхён на неё сердится, а она-то знала, как лучше всего к нему подмазаться. Девочка обняла его сильнее и прильнула к шее омеги ровно около уха и зафыркала, изображая ежа.       — Ну и что мне с тобой делать? — уже беззлобно спросил Тэ. — Пообещай мне, что ты больше не будешь так делать!       — Как? — удивленно спросила Ёнха.       — Как сегодня.       — Это как? — не унималась девочка.       — Так, понятно. Проехали! — вздохнул Тэхён.       — Да, ёжик, — улыбнулся Сокджин, — навела ты сегодня шороху.       Ё-ё смотрела и моргала, не понимая сути сказанного Джином, но заподозрив, что её могут отругать, она опять начала фыркать на ухо папе.       — Не то слово, — тихо сказал Тэ. — Я чуть не поседел сегодня из-за её фокусов.       — А сто такое поседел? — встрепенулась малышка.       — Ох, — вздохнул омега и посмотрел на Намджуна. — Хён, пожалуйста, вся надежда на тебя. У меня больше нет никаких сил.       — Ммм, — задумался альфа. — Поседел, это когда у человека волосы становятся белые…       — Как снезок, — перебила его девочка.       — Да, как снежок, — улыбнувшись, согласился с ней Джун.       — Посему?       — Ну, тут два варианта, — начал рассуждать альфа. — Первый — это когда люди стареют. Вот у твоего доброго дяди волосы белые.       — Да, — соглашается Ёнха. — Но папоська молодой, посему у него долзны быть белые волосы?       — А это второй вариант. Некоторые седеют, когда им страшно. Очень страшно!       — Папоська, — Ё-ё тихо спрашивает Тэ на ухо, — тебе было осень страсно?       — Очень, Ё-ё.       — Так страсно, сто ты сють не описался? — глядит серьезно на папу малышка.       — Я там чуть не обкакался, ёжик, — пытается сдержать улыбку Тэхён.       Ёнха о чём-то задумывается и лезет обниматься к Тэхёну.       — Это всё тот противный дядька, да? Он мне не понравился, — все понимают, что Ё-ё говорит о Сонёпе.       — Ладно, — Тэ слегка похлопывает по попке дочь, — забыли об этом. Ещё не хватало, чтобы моя звёздочка думала об этом уроде, — шепчет Тэ, глядя на старших.       — Директор Ким! — слышится неподалеку голос секретаря Пак. — Господи, простите меня! — тараторит омега. — Я ушёл в туалет всего на две минуты, а когда вернулся, её уже не было, — причитает мужчина.       — Секретарь Пак, пожалуйста, успокойтесь! Всё нормально. Я знаю, что эта юная леди та ещё юла и ураганчик.       — Презентация уже закончилась? — спрашивает секретарь.       — Да, — говорит Намджун. — Президент Чон и господин Чан остались обсудить ещё кое-какие вопросы наедине.       — Оу, понятно! — отвечает Пак. — Подождите, а где всё-таки была Ё-ё?       — На презентации, — смеётся Сокджин.       — Боже! — вздыхает секретарь. — Президент точно меня уволит. У меня сейчас инфаркт случится, — омега театрально схватился за сердце.       — Всё хорошо! — успокаивает его Тэхён. — Чонгук Вас не уволит, успокойтесь!       — Не перзывайте! — подала голос Ёнха. — А то у вас волосики будут, как снезок, — улыбается малышка.       — Пошути мне ещё, — шикает Тэ на дочь и опять слегка шлёпает её по попе. — Смотри, твои игры к чему привели. Не стыдно тебе? — начинает сердиться младший Ким. Ёнха, чувствуя, что опять «запахло жареным», уткнулась носом в шею и начала фырчать. Тэхён поплыл, но сердито сказал: — Подхалимка маленькая!       — Мы уже внимание привлекаем, — констатирует Сокджин, оглядываясь на любопытных коллег.       — Так, надо сваливать отсюда, — шипит Тэхён. — Мне и так сегодня внимания хватило за глаза и за уши. Пойдёмте ко мне в кабинет.       — Мы придём через несколько минут, — говорит Намджун, утягивая своего жениха в противоположную сторону.       — Ну-ну, — смеётся Тэ. — Секретарь Пак, Вы мне поможете накрыть в кабинете стол и приготовить чай и кофе?       — Конечно, директор Ким!              

***

             После того, как Чонгук и Джи Хи закончили обсуждать рабочие вопросы, младший не выдержал и задал Чану интересующий его вопрос:       — Господин Чан, позвольте мне задать один вопрос.       — Конечно, Чонгук-ши.       — Зачем вы захотели, чтобы Ёнха осталась на презентации?       — Кто?       — Ё-ё. Ёнха её полное имя. Ведь причина, которую Вы озвучили, если честно, нелепая. Игра предназначена детям от шести лет, а ей всего три года. Она точно в ближайшее время не будет в неё играть.       — Ты прав, Чонгук! — неожиданно для Чона старший перешёл на неофициальный тон общения.       — Тогда зачем?       — Я буду с тобой предельно честен, но ты должен пообещать мне то же самое.       — Хорошо! Даю Вам слово.       — Я хотел посмотреть, как именно ты будешь себя вести, если ребёнок останется на презентации.       — Я? Почему именно я?       — Знаешь, мой мальчик, я ведь проверяю всех своих потенциальных партнёров по бизнесу и всех, с кем мне придётся взаимодействовать. И тебя проверял, — улыбается старик.       — Знаю, — честно отвечает младший альфа. — Это нормально, многие так делают.       — Так вот, теперь послушай меня внимательно. Я очень сомневался, стоит ли мне соглашаться на эту сделку. И насчёт тебя у меня были большие сомнения, вплоть до сегодняшнего дня.       — В смысле? — опешил Чонгук от таких откровений. — Почему?       — Когда мне принесли информацию о тебе, что-то меня в ней смутило. Уж больно ты правильный и чистенький. И по барам-то ты не таскаешься. И в сексуальных скандалах замечен не был. Но при этом холостой и желанный альфа. Понимаешь, всё уж слишком вылизано или подчищено.       — Я действительно все эти годы следил за своей репутацией.       — То-то и оно, — встал со своего места Джи Хи и начал расхаживать по залу. — Понимаешь, в жизни редко так бывает, уж больно правильный ты получился, а я в такое не верю. И тут возникли у меня вопросы, что за этим кроется.       — Но Вы всё же согласились на сделку, — напоминает Чонгук.       — Да.       — Почему?       — За пару дней до неё мне на глаза попалась газетка с любопытной статейкой, как весь такой хороший Чон Чонгук бросил омегу и свою трехлетнюю дочь на произвол судьбы.       — Это всё ложь! Такого не было, и опровержение вышло через несколько дней.       — Да, я знаю, читал. Удивительно, но мои люди тоже не раскопали эту историю.       — И Вы что же, верите в это до сих пор?       — Нет! Иначе меня бы тут не было. Но я узнал, что один из твоих художников уволился. А через время ты разогнал целый отдел, где тот работал, а его назначил на должность креативного директора. И к моему удивлению, оказалось, что у Тэхёна есть трёхлетняя дочь. Невероятное совпадение, правда?       Чонгук сглотнул, догадываясь, какое предположение мог сделать Джи Хи из всего этого, и поспешил его разубедить:       — Если Вы думаете, что Ё-ё моя дочь, то нет. К сожалению, это не так.       — Получается, в той статье было написано не про Тэхёна? — снова старик поразил Чонгука своей проницательностью.       — Нет, история как раз описывает прошлое Тэхёна, но отец малышки другой альфа.       — Очень интересно! Знаешь, я когда сегодня увидел, как вы с ним друг на друга смотрите, сразу понял, что вы вместе. Такое обожание в глазах, только когда ты влюблён.       — Правда?       — Ну да. Будто ты не знаешь этого.       — Если честно, то не знаю.       — Это как?       — Тэхён первый омега в моей жизни, в кого я влюбился.       — Все интересней и интересней, — задумался Джи Хи. — Так вот, когда Ё-ё зашла сегодня в зал, то по реакции твоего омеги я понял, что это его дочь. Он даже побелел от испуга и неожиданности.       — Это было, правда, неожиданно! — улыбается Чонгук. — Мы оставили её на другом этаже и даже представить не могли, что она додумается спуститься вниз. До сих пор не знаю, как так вышло.       — Маленькие детки очень любознательные и шустрые. Я знаю, о чём говорю, у меня шесть внуков и уже два правнука.       — Ого. И, правда, глаз да глаз за ними нужен.       — Да! Знаешь, что меня очень удивило? Именно ты подошёл к ней, а не Тэхён. Мало того, девочка тебя не испугалась и не оттолкнула, а наоборот, прильнула к тебе. А как она положила голову тебе на грудь? Она всецело доверяет тебе. Это дорогого стоит, Чонгук. Поверь, я знаю, о чём говорю.       — Я очень ценю то, что Ёнха доверилась мне, что они оба доверились мне. Но я всё еще не понимаю причины, по которой Вы захотели оставить её. Ведь после того, как она сказала, что я их альфа, можно было увести её.       — Можно, но тогда я бы не узнал, как ведёт себя Чон Чонгук в роли отца маленького ребёнка.       — Что? — лицо младшего вытягивается. — Об этом рано ещё говорить. Тэ не готов пока к таким отношениям. Да он омегой-то моим стал только сегодня утром.       — Как утром? — настала пора Джи Хи удивляться. — Я думал, вы давно встречаетесь.       — Нет. Я очень хочу, чтобы эти отношения переросли в нечто большее, но я боюсь давить на Тэхёна. Да и я сам сталкиваюсь с этим впервые.       — Мы ведь с тобой разговариваем честно и открыто, так?       — Да.       — Давай, мальчик мой, я тебе расскажу о своей жизни и почему для меня важны семейные ценности. Я знаю, что в наших кругах многие смеются надо мной, особенно молодежь.       — Не стоит обращать на таких внимания.       — Я тоже так считаю! — улыбается старик. — Так получилось, Чонгук, что я рос в той семье, где альфы бросали своих омег и детей. Сначала это случилось с моей бабушкой и папой. Дед бросил её, когда папе было пять лет. Никто до сих пор не знает, что с ним стало. Такая же судьба настигла и моего папу. Отец отказался от нас, когда мне исполнился год.       — Почему, Вы знаете?       — Да, к сожалению. У него появился другой омега, который ждал от него ребёнка.       — Какой кошмар, и как мне это знакомо, — грустно вздыхает Чонгук.       — Когда я подрос, я возненавидел своего отца, деда и таких вот альф, которые бросают на произвол судьбы омег, детей. Я чётко понимал, что у меня так не будет. Я никогда не брошу того, кого люблю, и уж тем более своего ребёнка. Когда мне исполнилось двадцать, я встретил Ынхи. Мы учились в одном университете, и я влюбился с первого взгляда. Он вообще не обращал на меня никакого внимания и всегда избегал любого общения с альфами. Позже я узнал, что у него есть двухгодовалый малыш-омега Ханыль. Отцом ребёнка был его одноклассник. Они даже обручились, а перед самой свадьбой он бросил их, объясняя это тем, что не готов к браку и детям. Только всё уже случилось, и нужно было как-то жить дальше. Ынхи игнорировал меня на протяжении пяти месяцев. Любая моя попытка заканчивалась провалом. Он боялся! Боялся снова довериться альфе! Боялся снова влюбиться и остаться одному. Я почти год добивался с ним свидания и сумел пробить стену. Маленькими шажками я шёл к тому, чтобы мне начали доверять не только мой любимый омега, но и его ребёнок. Ханыль принял меня сразу. Ему было тогда примерно как Ё-ё. Крепость пала, и Ынхи согласился стать моим омегой. Я думал, что это будет самым счастливым моим днём, но я ошибся. Таких дней было много. Самым запоминающимся для меня стал день, когда Ханыль назвал меня отцом. Через год мы поженились. Через два года после свадьбы у нас родился сын-альфа. Ещё через год родилась моя прекрасная дочь-омега. А на десятилетие нашей свадьбы мой муж подарил мне сына-омегу. Моя семья большая и дружная. Мои дети редко когда ссорились, и никогда Ханыль не чувствовал себя чужим среди них. Я отношусь одинаково ко всем своим детям, внукам, правнукам. Они — моё богатство. Действуй, Чонгук! Если ты действительно любишь Тэхёна, то ваша история может стать очень счастливой.       Чонгук задумался. Он, если честно, поначалу тоже немного насмехался над стариком, который так активно продвигал семейные ценности. Стыдно стало за себя и за других. Каждый приходит к тому, что бережёт больше всего, именно через боль и слёзы. Джи Хи — прекрасный этому пример.       Чонгук ведь может так же. Он уже решил для себя, что никуда не отпустит Тэ и Ё-ё. Не сможет просто уже без них. И он уже начал протаптывать тропинку к сердцу омеги. Тэхён влюблён в него так же, как альфа влюблен в Кима. Теперь нужно завоевать его полное доверие, чтобы младший захотел иметь с Чонгуком то будущее, которое хочет для них сам Гук.       — Спасибо, господин Чан, — сказал Чонгук. — Вы мне очень помогли, рассказав свою историю.       — Я рад, мой мальчик, — старик похлопал Чона по плечу и сказал: — Могу теперь я кое-что узнать, что беспокоит меня?       — Конечно!       — Почему Тэхён уволился тогда? Вы поссорились, и он…       — Нет! — сразу же отсёк эти мысли Чонгук. — Мне, наверно, тоже придётся Вам рассказать всё с самого начала. Откровенность за откровенность, — усмехнулся младший.       — Хорошо! Я думаю, это правильно.       — Я так же, как и Вы, не знал своего отца. Он ушёл от нас, когда мне было пять. Если честно, то я даже лица его не помню. Меня воспитывала мама. Она работала на двух работах, чтобы обеспечить нас. Я редко её видел, и улица стала моим главным воспитателем. Всё своё время я проводил на ней. Мама никогда не говорила, что любит меня, но я знаю, что это так. Её поступки говорили мне об этом, но иногда ребёнку нужно это слышать.       — Всегда нужно слышать, Чонгук.       — Да, наверное, Вы правы. Мне кажется, именно по этой причине я вырос таким безэмоциональным что ли. Мама умерла, когда мне исполнилось восемнадцать. Я остался совсем один. Мой друг забрал меня к себе домой, хотя они с бабушкой ютились в крохотной квартирке. Мой дом забрал банк за долги, а от мамы мне остались только несколько фотоальбомов и старый флакон её любимых духов. Этот аромат запомнился мне даже больше, чем её родной запах. Есть в нём нота, которая мне нравилась до безумия с самого детства, но я не знал, что это. Тогда я понял, что улица — это не то, что мне нужно, и то, чего я хочу.       — А что ты хотел?       — Хотел денег. Мечтал разбогатеть и стать кем-то значимым.       — Ну, у тебя это получилось.       — Да! Только в погоне за своей мечтой я полностью погрузился в работу, в свою компанию. Я не хотел ничего кроме неё. Личная жизнь ушла на второй план. Хотя её толком не было и до этого. Были омеги, которые удовлетворяли мои потребности, но чувств никогда и ни к кому я не испытывал. Со временем я просто стал более осторожным, выбирая проверенных девушек.       — Девушек? Ты предпочитаешь омег-девушек? А как же Тэхён?       — Да, раньше я предпочитал именно омег-девушек. Парни были, но очень редко. Тэхён, — вздыхает Чон. — Тэхён — это исключение из всех правил! Он изменил всю мою жизнь.       — Но уволился…       — Ох, это удивительная история, — засмеялся Гук. — Про вакансию художника-аниматора он узнал от друга, по совместительству жениха моего лучшего друга. Тэ проработал в компании семь месяцев, и мы ни разу с ним не пересекались за это время.       — Это как?       — А вот так. Лишь изредка я слышал шлейф его природного запаха, и он дурманил меня. Потому что это именно та нота, которая была в маминых духах.       — Вау! — лишь смог произнести старик.       — Да. А потом случилась неприятная история, о которой я узнал позже. Начальник отдела и его дочь воровали идеи Тэ и выдавали их за свои. Тэхён сначала терпел, а потом уволился.       — А как так получилось, что в статье описывается его история, но главный злодей там ты, а не тот альфа, что бросил его с дочерью?       — Когда вышла эта злосчастная статья, я велел своим людям найти этого журналиста. Мой пресс-секретарь вышел на него, и тот рассказал, что эту историю ему поведал молодой омега, которого он случайно встретил в парке, когда тот гулял с дочерью. В общем, я поехал по тому адресу, что дал этот журналист. Хотел уже выплеснуть весь негатив на этого врунишку, а дверь мне открыла маленькая девочка. Самая прекрасная и очаровательная на свете девочка. Папы малышки не оказалось дома, и мне пришлось уехать в этот день. Я приехал туда на следующий день в сопровождении двух друзей и этого журналиста. Дверь нам открыл молодой омега, тот, кто и рассказал эту историю. В общем, оказалось, что он молодой сосед того папы девочки и придумал это все, чтобы привлечь внимание взрослого альфы. Когда мы начали разбираться с этим, приехал отец малышки и это оказался…       — Тэхён? — перебил Джи Хи младшего.       — Да! Так я и узнал, кто такой Тэ, а ещё узнал, что он в тот день уволился из моей компании. Никогда прежде я так не реагировал ни на одного омегу, тем более парня, а Тэхён меня словно привязал к себе. Я начал разбираться во всей этой ситуации с воровством. В общем, со временем мы нашли с ним общий язык, хотя это было очень непросто. Ну, а остальное Вы знаете.       — А что это за аромат, который тебя так дурманил? Чем пахнет твой омега?       — Ангеликой! Идеальное сочетание с моим белым кедром.       — Интересная история и, надеюсь, она закончится счастьем для вас обоих, — встал со своего места старший альфа. — Что же, Чонгук-ши, — возвращается Чан к официальному общению, — мне было приятно с Вами поговорить. Мне уже пора! Встретимся с Вами на завтрашней пресс-конференции.       — Конечно, господин Чан. Я тоже благодарен Вам за сегодняшний разговор.       — Ну, хорошо! — мужчины направились к лифту и, когда старик уже заходил в него, спросил младшего с хитрым прищуром: — Ё-ё завтра будет на пресс-конференции?       Чонгук понял, что Джи Хи шутит и, улыбнувшись, на его фразу ответил:       — Думаю, на сегодня достаточно впечатлений для неё и Тэхёна.       — Жаль, — наигранно вздохнул Чан. — Было бы забавно.       — Да уж! — согласился Гук. — Всего доброго, господин Чан, — поклонился он на прощание.       — До завтра, мой мальчик! — улыбнулся Джи Хи, и дверцы лифта захлопнулись.              

***

             После того, как Кимы ушли в кабинет Тэхёна, оставив Чонгука с господином Чаном, прошло примерно минут сорок. Они успели немного перекусить, потому что время близилось к обеду.       Намджун полностью взял на себя обязанность развлекать Ёнху. В данный момент времени они лежали на полу, и альфа поднимал её кверху в позе самолета, имитируя полет. Тэхён наблюдал за ними, сидя в кресле, а рядом на диване устроился Сокджин.       Чонгук вышел из лифта уставший, но довольный. Безумно хотелось увидеть и поцеловать Тэхёна. Секретарь Пак, когда увидел босса, так быстро подскочил со своего места, что даже мушек словил в глазах.       — Господин президент, Вы уже закончили?       — Да, секретарь Пак. Директор Ким на месте?       — Да. Президент Чон, я хотел попросить прощения.       — За что? — не понял Чонгук.       — За то, что Ё-ё ушла от меня, пока я выходил в уборную. Я знаю, я не досмотрел за ней…       — Всё в порядке, — спокойно сказал Чонгук. — В конце концов, Вы вообще не обязаны были следить за ней, это не ваш должностной функционал. А Ёнха — она любознательная, поэтому я не удивлен, что она слиняла при первой возможности.       — Спасибо, а то я так переживал. Директор Ким меня заверил, что Вы не будете сердиться на меня, но мне всё равно было некомфортно из-за этой ситуации.       — Всё нормально, секретарь Пак. Тэхён один?       — Нет! У него финансовый директор Ким и главный разработчик Ким.       — Понятно.       Когда Чонгук вошёл в кабинет Тэхёна, то увидел милую картину, как Джун прыгал с Ё-ё по кабинету, кружа её самолетиком, а Тэ и Джин смеялись над этим.       — Какая милая идиллия, — рассмеялся Чон. — работать в этой компании, видимо никто не собирается.       — Гуки! — закричала Ёнха на весь кабинет, услышав голос альфы. — Смотри, я летаю. Дядя Дзун меня крузыт, как птицку.       — Смотри, чтобы голова не закружилась, — говорит ласково Чонгук.       Он подходит к креслу, где сидит Тэ, и поднимает его с места за руку. Сам садится в кресло, а своего омегу сажает себе на бёдра.       — А если кто-нибудь войдёт, президент Чон, — сексуально шепчет Тэхён, приблизившись к лицу альфы.       — Мне плевать, и так уже все знают, что ты мой омега.       — Айщ, несносный, — омега слегка бьет Гука в грудь. — Как поговорили с Чаном? Он сильно сердился из-за Ё-ё?       — Он вообще не сердился, — закатывает глаза альфа. — Его, наоборот, это всё веселило.       Они не заметили, как Джун отпустил Ёнху на ноги, и она подбежала к ним. С упорством и кряхтя, Ё-ё забралась по креслу и уселась прямо на Тэхёна.       — А доблый дядя узе усол? — спросила малышка.       — Да, но он просил тебя поцеловать на прощание.       — Целюль! — говорит девочка, указывая на свой носик, и Гук целует её в самый его кончик.       — А меня он не просил поцеловать на прощание, — игриво и эротично тянет каждое слово Тэхён, массируя одной рукой шею альфы.       — А с какого это перепуга ему целовать моего омегу? — принял вызов старший.       — Жаль, а то я тоже хотел сказать «Целюль», — улыбается Ким и показывает на свои губы.       — Нам не нужны для этого посторонние старички, — ухмыляется Чон и целует Тэ.       За ними наблюдают три пары глаз. Ё-ё в полном восторге, а парочка Кимов, которая уже сидела в обнимку, даже отвернулась. Джин лишь прошипел:       — Постыдились бы ребёнка.       — Он прав, — прошептал в губы напротив Тэхён, закончив страстно целоваться.       Ёнха скатилась немного вниз и легла поперек кресла ногами на подлокотник, а головой на живот папы. Тэхён ласково гладил её по голове, замечая, что девочка устала.       — Скажи мне, радость моя, — обратился Чонгук к Тэхёну, — что это сегодня были за выпады Су Сонёпа в твою сторону? Какого, — альфа заботливо прикрывает уши девочки, чтобы она не слышала его следующие слова, — хуя, это ходячее недоразумение позволяет себе так с тобой разговаривать? Тем более при таком количестве сотрудников и нашем партнёре? Вы чего-то с ним не поделили? — убирает он руки от ушей Ёнхи, но продолжает гладить по голове, заменяя руку Тэ.       — У меня есть одно предположение, — как-то неуверенно говорит младший.       — Тэ, неужели ты не видишь, что этот тролль тебе просто завидует. Это читалось сразу же, как только Чонгук назначил тебя на новую должность. А ты рожу его сегодня видел, когда Ё-ё сказала, что Гук ваш альфа? Я думал, его разорвёт там, — причитает Сокджин.       — Я подозревал это, хён, но мне кажется, тут более глубокая причина.       — Какая? — спрашивает Джун.       — Он человек Чхве.       — Что? — встрепенулся Чонгук. — Это как?       — Ну, он всегда был с ними и, кстати, премии получал регулярно. Они с Сорой всегда сплетничали.       — Ты должен был сразу его выгнать, — хмурится Чон.       — А причина? Официальных причин уволить его не было.       — Значит, нужно было найти эту причину или сказать мне, и я бы его турнул отсюда.       — Гук, я не хочу, чтобы ты считал меня ябедой.       — Тэтэ, а я хочу, чтобы ты работал в комфортных условиях и тебя окружали надежные люди, которые не хотели тебя подставить при первой возможности. И я сейчас это говорю не только как твой альфа, но и твой работодатель. Спокойные, доверительные отношения в коллективе без скандалов и подножек очень важны.       — С каких пор тебя это волнует? — фыркает Тэхён, вспоминая прошлый опыт работы под руководством Чхве Унгы.       — Не скалься, радость моя, — Гук понял, из-за чего его омега разозлился. — Именно благодаря тебе я осознал, каким был недальновидным козлом.       — Ущипните меня, — говорит удивленно Намджун. — Кто ты и что ты сделал с Чон Чонгуком?       — Не смешно, хён, — закатывает глаза Чонгук.       Ёнха, которая всё это время внимательно слушала взрослых, тоже сделала для себя кое-какие выводы, поняв что они разговаривают про того противного дядьку, который сегодня обидел её папочку.       — Папоська, а вы говорите про того дурака?       — Ё-ё, — нахмурился Тэ, — нельзя так говорить про взрослых.       — Посему? Он ведь глупый.       — Видишь, даже маленький ребёнок это понимает, — подмигивает малышке Гук. — А с дураками очень сложно работать.       — Не потакай ей в этом, она должна более уважительно относиться к старшим, — цокает недовольно Тэхён.       — Да за то, что она поставила этого глупца на место, мы ей должны подарок купить, — говорит альфа.       — Какой? — воодушевилась Ё-ё, когда услышала о подарке.       — А какой ты хочешь?       — Я хосю велопесед, — радуется девочка.       — Доволен? — смотрит на альфу Тэхён. — Вот и покупай теперь, у меня денег на такие шикарные подарки нет. Я уже купил дорогой подарок на её день рождения!       — Кстати, — встрепенулся Гук, — а когда у неё день рождения?       — Через четыре дня, — сказал Ким, поцеловав ребёнка в нос.       — Отлично! Тогда я подарю ей велосипед на день рождения!       — Нет! — жестко осекает Чонгука Ёнха. — Ты зе сказал, сто велописед — это подарок за сегодня. Так не сестно.       — Эй, — рассердился Тэ, — юная леди, не наглей, а то и на день рождения его не получишь!       — Всё нормально, Тэтэ! — успокаивает своих омег Чон. — Она права!       — Не балуй её, Гук!       — Но… — пытается возразить старший, и у него ничего не получается.       — Послушай, ёжик, — обращается омега к дочери, — решай сама: если Гуки дарит тебе велосипед сейчас, то ты на день рождения от него ничего не получаешь. Или он дарит тебе его на день рождения, и ты можешь получить ещё один подарочек сегодня.       — Я не глупая, — дуется малышка и складывает руки на груди. — Велописед на день роздения, а сегодня кукла.       — По рукам, — Тэ даёт «пять» дочери, и та отбивает. Торги закончены.       — Я хочу такую же, — с умилением говорит Джун Сокджину.       — Прямо сейчас, что ли? — спрашивает Джин.       — Почему нет?       — Вы, это, — смеётся Чонгук, — потише только.       — Угу, — кивает Намджун и, схватив своего омегу за руку, тащит его на выход.       — А куда они посли? — спрашивает Ёнха, перебираясь на руки к Тэхёну.       — Вопросы друг другу задавать, — не сдерживается Чонгук и получает за это кулаком в плечо от Тэхёна.       — Нет, вы хотите меня с ума свести! — начинает злиться младший. — Шутки всё они мне тут шутят. Одна заявилась на важное совещание и чуть не сорвала его. Второй за это подарок ей решил вручить и ещё про хёнов шутит. За что мне это, Господи?       — Папоська, — обняла Ё-ё омегу и поцеловала его в щёку, а затем начала фырчать и тихо говорить милым голоском: — не сердись, а то у тебя волосики будут, как снезок.       — Ёнха! — шикнул Тэхён, а та ещё сильнее прижалась к папе.       Тэхён уже расслабился от действий дочери, как почувствовал, что с другой стороны пристроился Чонгук ко второму уху и тоже начал фыркать и шептать:       — Маленький мой, ну не ругайся, а то морщинки появятся.       — Чонгук! — прикрикнул Ким. — Ты бессмертный, что ли?       — Не злись, — продолжает фыркать в ухо Чонгук.       — Ну, отлично! — вздыхает Тэхён. — Раньше у меня был маленький хитрый ёжик, а теперь ещё и наглый дикобраз нарисовался.       — Теперь я знаю твоё слабое место, — хитро улыбнулся Гук и лизнул мочку уха омеги.       — Думаешь, раскусил меня, — недовольно на него посмотрел Ким. — Не надейся, что тебе удастся таким образом манипулировать мной.       — Хочу проверить, что с тобой будет, когда я сделаю так во время секса.       — Только попробуй, Чонгук…              

***

      Ён Чжу после презентации сразу отправился в отдел разработки. Материалы, которые презентовал Тэхён, были у беты в полном объеме. Хотелось побыстрее анимировать персонажей, создать их трехмерные модели и поместить в пространство игры. Парень настолько увлекся этим процессом со своими коллегами из другого отдела, что не заметил как быстро пролетело время. Если честно, он даже рад этому, потому что после того, что выкинул Сонёп, находиться с ним в одном кабинете совсем не хотелось. Пока штат полностью не укомплектован, им приходится делить один кабинет на двоих. Стажёры, как правило, работали первые месяцы отдельно.       На обед бета отправился в ближайшее кафе, даже не заходя на рабочее место за своими вещами, дабы не портить себе аппетит физиономией омеги.       После обеда Ён Чжу возвращался уже в хорошем расположении духа, пока случайно не услышал конец разговора Сонёпа. Подслушивать было не в его правилах, но чутьё подсказывало, что он просто обязан это сделать. Омега сидел на своём рабочем столе, отвернувшись от двери, и не видел, как Хонг вошёл в кабинет.       — Да, согласен. И что ты предлагаешь? Сора, я готов помочь тебе во всём, — к сожалению, в этот момент из его рук падает карандаш, и омега, нагнувшись за ним, видит Ён Чжу в кабинете. — Прости, подруженька, не могу больше говорить, уши лишние пришли.       Омега с недовольным лицом закончил разговор и отключил мобильный, сев за свой стол. Бета подлетел к нему и схватил за локоть, недовольно шипя:       — Ты что удумал?       — Отпусти меня! — вырвался Сонёп. — Это не твоего ума дело, так что не лезь в это!       — Тебе мало того цирка, что ты сегодня устроил?       — Мало! Хотя теперь все знают, что Ким получил эту должность, потому что он подстилка Чон Чонгука.       — Ты такой мерзкий, — кричит бета. — Тэхён получил эту должность, потому что он очень талантливый. И в отличие от вас с Сорой - честный.       — Ну конечно! — закатывает глаза Су.       — Конечно! А вы беситесь от этого. А ещё вас задевает, что Чон Чонгук выбрал себе в омеги его, а не кого-то из вас.       — Ты бы вообще помолчал! — начал бить по-больному Сонёп. — Мы омеги и выйдем замуж за альф, а что ты? С бетами только развлекаются, используют, трахают и выкидывают, а потом женятся на нас, — слышать такое было очень больно. В чём-то Сонёп был прав, и он сейчас озвучил самый большой страх Ён Чжу, но, несмотря на это, бета спокойно ответил ему:       — Возможно, ты и прав. Возможно, меня променяют на омегу. Но сейчас меня любят, и я состою в честных открытых отношениях. Не путаюсь с женатыми и несвободными альфами. Не ложусь под старых богатеев. Меня не прячут от этого мира, как вас с Чхве. Вы как раз и нужны, чтобы подставлять свой зад.       — Да пошёл ты!       — Я всё расскажу Тэхёну, — говорит бета и разворачивается, чтобы уйти.       — Боюсь, у тебя не получится! — наигранно вздохнул омега и засмеялся. — Он со своей шмакодявкой и Чоном уехали, и, как я знаю, больше не вернутся сегодня.       — Посмотрим, — цокнул Ён Чжу и вышел из кабинета.       Парень начал звонить Тэхёну, но у того выключен был телефон. Жаль, что номер у него был только тот, который Ким отключил несколько недель назад, когда уволился из компании.       

      

***

      

      Чонгук, так же как и Тэхён, заметил, что Ё-ё сильно устала. Не став дожидаться конца обеда, он просто увёз их с работы.       Сначала они заехали в большой торговый центр, и альфа с малышкой настояли на том, что Тэ нужно обновить гардероб для завтрашней пресс-конференции. Поняв, что сопротивляться этим двоим бесполезно, омега согласился без лишних слов.       После обновок для Тэхёна, Чонгук решил, что Ёнху тоже нельзя обделять, и они направились в детский магазин одежды. Тэхён немного поворчал, ругая Гука за лишние траты, но стоило тому начать целовать младшего, как он сменил гнев на милость.       Конечно же, Чонгук не смог не сдержать своё обещание и отвёл Ёнху в отдел игрушек, где она выбрала себе небольшую красивую куклу, о которой говорила всю дорогу, а большого плюшевого зайца почти с неё ростом. Альфе этот выбор понравился ещё больше. Тэхён, наблюдая за этой парочкой, не мог понять, кто шире улыбается: Ё-ё или Чонгук.       После шопинга они поехали в любимый ресторан Тэхёна. Кормили там вкусно, а порции были огромными. Чонгук давно не был в таких семейных ресторанчиках и оценил данное место по достоинству.       Домой троица приехала уже в десятом часу вечера. Учитывая завтрашнее раннее мероприятие и сегодняшний насыщенный день, было принято решение лечь пораньше.       Тэхён укладывал Ёнху спать и уже хотел прилечь к ней, но та решительно не пускала его в кровать.       — Папоська, тебе нельзя здесь спать.       — Интересное кино! — опешил омега. — Это почему же?       — Ты долзен спать со своим альфой.       — Чего я должен?       — Она сказала, что ты должен спать со своим альфой, — повторил Чонгук, показавшись в дверях.       — Ёнха, я буду спать здесь с тобой, — уже немного злясь, сказал Тэ.       — Нет, тут мало места, со мной будет спать зайка!       — Ну охренеть! — почти взвизгивает омега. — Променять папочку на мохнатого урода.       — Ты тоже должен спать с зайкой, — поддакивает Чонгук, улыбаясь во все тридцать два зуба.       — Я не понял, это что за заговор такой! Ё-ё, убирай своего ушастого друга, и я лягу с тобой.       — Папоська, я зе сказала, сто со мной спит зайка, а ты спис с Гуки.       — Юная леди, тебе не кажется, что ты обнаглела, — возмущается Тэхён и не замечает, как сзади подходит Чонгук и обнимает его.       — Папоська, Ё-ё хосет спать! Всё, идите! Гуки, забирай папоську.       — Что значит забирай папочку? — продолжает возмущаться Тэхён.       — Я сплю! — кричит Ёнха и закутывается одеялом с головой. — Идите тозе спать.       — Хорошо, милая! Спокойной ночи! — альфа подходит к девочке и, заглядывая к ней под одеяло, целует в макушку.       — И что это значит? Какое ещё «спокойной ночи» и «хорошо, милая»?       — Радость моя, пойдем спать. Ёнха права! — Чон тянет его из комнаты, выключая попутно свет, и они оказываются в коридоре.       Малышка откидывает одеяло с головы и обнимает большого пушистого зайца, шепча ему на ухо:       — Ура, зая! Есё немнозко, и у меня будет братик или сестриська.       Оказавшись в коридоре, Тэхён практически испепеляет взглядом старшего, а потом тихо говорит:       — Чонгук, мне не нравится, что вы творите с Ё-ё. Вы меня точно достанете со своими выкрутасами.       — Я не пойму, чего ты злишься, а? Малышка права: ты должен спать со своим альфой.       — Может, я сам решу, с кем я должен спать, — дуется омега.       — Я не догоняю, ты что, не хочешь спать со мной в одной кровати? — уже раздражается Чонгук.       — Не в этом дело. Мне не нравится, как вы спелись с этой засранкой за моей спиной. Вот что, Чон Чонгук, не думай, что сможете с ней на пару веревки из меня вить. Я сейчас очень сильно себя сдерживаю, но, как только чаша моего ангельского терпения переполнится, пиздов раздам обоим! Понял меня? — рыкнул Ким.       — Понял, — закивал альфа. — Хватит бурчать, пошли в кроватку. На вопросики мои поотвечаешь.       — Вот, видел, — омега показывает Чону фигу. — Сам на свои вопросики отвечай в кулачок себе, а я в душ.       Чонгук на это лишь звонко хохотнул, ушёл в комнату и лег дожидаться свою бестию. Тэхён вернулся минут через двадцать в боксерах и широкой длинной футболке. Усталость была дикая, поэтому без лишних споров он лёг в объятия старшего. Сил у обоих оказалось только на несколько ленивых поцелуев, после которых каждый из них с легкостью провалился в сон.              

***

      К двум часам дня в большом зале одного из самых дорогих отелей Сеула собралось огромное количество представителей средств массовой информации. Ён Чжу прибыл туда за пятнадцать минут до начала мероприятия в надежде найти Тэхёна. Утром ни Кима, ни президента не было в компании. Как выяснилось позже, они поехали прямо сюда. Телефон всё также молчал, а бета всё сильнее нервничал.       Наконец-то к репортёрам вышли Чан Джи Хи и его заместители, Мин Юнги, Ким Сокджин и Тэхён с Чонгуком. Тэхён был похож на ангела в новом светлом аутфите, Чонгук же, наоборот, всем своим видом показывал, кто здесь хозяин.       Пробраться к Тэхёну было уже нереально. Руководство уже расселись за длинным столом.       Тэхён очень нервничал и постоянно пощипывал себя за бедро. Хорошо, что на столе были белые скатерти, и никто, кроме Чонгука не видел этого. Все почти были в сборе. Оставалось несколько свободных мест, и омега замер, когда увидел, как в проходе появилась никто иная, как, мать её, Чхве Сора в сопровождении какого-то мужчины с аккредитацией журналиста. Руки омеги затряслись, и он гулко сглотнул. Сора смотрела нагло и с вызовом, всем своим видом говоря, что припасла для них «сюрприз». Чонгук, наблюдая за этой картиной, сжал ладонь своего омеги, но нервозность никуда не ушла.       Юнги, как это было всегда, открыл пресс-конференцию. Он по очереди представил всех. Последним был Тэхён, которого представили как креативного директора. Саму презентацию в этот раз вёл Чонгук. Он рассказал о предстоящей игре, показал будущих персонажей. Все шло хорошо, пока не наступило время отвечать на вопросы журналистов. В основном они все были о новой игре. Несколько личных вопросов спросили у Джи Хи, но он деликатно отказался на них отвечать.       Время пресс-конференции подходило к концу, и Тэхён уже было решил, что Сора пришла их просто попугать и пораздражать своим присутствием. Ким готов был уже облегченно вздохнуть, ведь регламент для вопросов журналистов заканчивается через три минуты, но как раз в этот момент в зале встает тот мужчина, с которым пришла Чхве и берёт в руки микрофон.       — Добрый день! Меня зовут Ли Кан Джун, и я представляю интернет-издание «Деловой Сеул». У меня вопрос к господину Чон Чонгуку. Господин Чон, скажите, это правда, что Вы недавно уволили из своей компании нескольких талантливых художников, чтобы угодить своему любовнику Ким Тэхёну, который получил свою должность креативного директора только лишь потому, что у него с Вами сексуальная связь…