Заживление шрамов

      Наконец-то он мог возобновить свою работу. Даже после такого длительного пребывания в больнице давление из-за невозможности работать над своим аниме чуть не убило его. Но теперь... теперь он мог работать над своим аниме без страха. Самозванец выйдет из школы только через много часов, так что у него было всё это время, чтобы работать над своим аниме без перерыва... Он позаботился о том, чтобы каждый росчерк пера был ровным, каждый волосок был настолько детализирован, насколько это возможно... это было идеально, это было красиво, это было- — М-митараи! Я... я принес кое-что для тебя!..       Совершенно катастрофично, так как концентрация Митараи нарушилась, и он упал со стула.       ...Прошел день с тех пор, как Митараю разрешили покинуть больницу и продолжить работу над своим аниме. Цумики спросила Митарая, которого она когда-то знала, тайно известного как Абсолютного Самозванца, может ли она позаботиться о Митарае, пока его не будет в больнице. Самозванец сказал, что все в порядке, и настоял, чтобы она присматривала за ним, чтобы убедиться, что его состояние не ухудшилось. Он полностью доверял Цумики благодаря её способностям медсестры, и Самозванцу потребовалось не менее двух минут, чтобы успокоить Цумики, когда он доверился ей. Это было бы очень полезно для всех них, подумал Самозванец. У него было бы больше времени, чтобы заниматься учебой, у Цумики был бы кто-то, о ком можно было бы позаботиться, надеюсь, для укрепления уверенности, а Митарай получал бы надлежащий уход, насколько это возможно. Однако из-за состояния Митарая Самозванец подумал, что для него было бы лучше проявлять как можно больше заботы. Он позаботился о том, чтобы рассказать инструктору Юкидзоме об отсутствии Цумики; не вдаваясь в подробности о том, что он не Митарай, а скорее говоря, что Цумики помогает ему заботиться о родственнике, который только что вышел из больницы. Юкизоме это вполне устраивало. — Просто проследи, чтобы Цумики каждый день получала домашнее задание! Я дам тебе дополнительную копию, чтобы ты отнес её ей! Мы не хотим, чтобы Цумики была гнилым апельсином, пока её нет!       Она также рассказала классу о своем отсутствии, что заставило Самозванца вздохнуть немного легче; теперь Цумики действительно могла сосредоточиться на Митарае. Несмотря на это, все выглядели так, словно какое-то время им будет не хватать Цумики. Даже Сайонджи громко зевнула и высказала свое беспокойство по поводу отсутствия Цумики. — Фу, вот и все мои планы на сегодня! Я собиралась продемонстрировать классу, что происходит, когда рука поворачивается на 720 градусов в своем гнезде, но эта свинья даже не появляется, чтобы быть моим тестовым манекеном! Ну и ладно! Я возьму другого такого же вшивого добровольца!       Пока Сайонджи гонялась за Содой по классу, а Соня хихикала на заднем плане, у Самозванца возникло ощущение, что все будет хорошо... наверное.       ...Извинившись по меньшей мере двадцать раз, потерев затылок Митараю и поставив его стул обратно, Цумики показала свой подарок-подушку. — Я... я думала, твоя спина немного болит... н-напрягается, сидя в твоем кресле, так что... так что я купила тебе это! Я... я надеюсь, что все в порядке!       Митарай посмотрел на подушку. Это был очень обычный дизайн; наволочка была чистой белой с выцветшим мягким цветочным узором на ней. Он сел в свое кресло, положив подушку вертикально за спину. Он чувствовал... расслабление. — Это так... это здорово, Цумики, спасибо.       Тут же Цумики начала реветь, что заставило Митарая обернуться. — Н-никто... никто никогда не благодарил меня за то, что я принес им что-то р-раньше! Обычно они просто... бросают это мне в лицо! У-у-у... огромное тебе спасибо за то, что принял мой подарок! Спасибо тебе!       Митарай нервно улыбнулся, не зная, как относиться к внезапной любезности Цумики. Она вытерла слезы и села на кровать Митарая, её ноги немного дрожали. — Я... я... ничего, если я посижу здесь? Извините, если я беспокою своими вопросами!..       Митарай повернул голову, коротко кивнув ей. — Все в порядке, Цумики.       Работая над своим аниме, он задавался вопросом, почему Цумики не была в школе. Он знал, когда приходил его самозванец, и это было не раньше, чем через несколько часов. Почему она была здесь? Продолжая расчесывать каждый отдельный волосок персонажа, он заговорил. — Цумики... Разве ты не должна быть в классе?       Цумики коротко вздохнула, прежде чем немного запнуться. — У-у-у... что ж, Митара... Я... я имею в виду... ну, твой двойник... — Цумики не знала, как описать Митарая, с которым она впервые познакомилась. — Он... он хотел, чтобы я наблюдала за тобой в течение следующих нескольких дней и следила, чтобы ты получал надлежащий уход круглосуточно, пока он в школе! Я... я надеюсь, что смогу быть таким же адекватным, каким был он!       Митарай не смог сдержать лёгкого вздоха. Было трудно сосредоточиться с Самозванцем в комнате, но Цумики, как правило, была немного шумной. Несмотря на это, в глубине души он был счастлив, что каждый день у него есть немного компании. Хотя он был счастлив побыть один и поработать над своим аниме, в глубине души он всё ещё был счастлив, что у него есть кто-то, кому он действительно нравится. Не тот, кто бросал бы в него мусор и смеялся над ним... кто-то, кто слушал его, даже если он целый день болтал и болтал об аниме. Его самозванец сделал именно это. Цумики, казалось, тоже хотела бы... Что успокоило Митарая. — М-митарай? Я... эм... Мне на самом деле было любопытно, если бы... ты бы показал мне свое аниме...       Митарай посмотрел на Цумики, на его лице появилось удивленное выражение. — Ты... действительно хочешь это увидеть? Это еще не доделано, но... если ты хочешь это увидеть, тогда... ты можешь!       Он встал и повернул свой стул к Цумики, настаивая, чтобы она села на него. Она подчинилась, сидя на сиденье и наблюдая за прогрессом, которого он добился в своем аниме... — В-а-ах... Ва-а-а-а-а-аххх! Ч-что это было... п-прекрасно! Ва-а-а-а-а-аххх!       Цумики не могла перестать плакать с самого конца. Митарай собирался рассказать о некоторых вещах, которые действительно заставляли его аниме сиять, когда он увидел, как его друг вошёл в комнату с сумкой продуктов. — Я принес немного еды для вас обоих. Я могу сказать, что ты показал Цумики свое аниме... вы двое вообще ели?       Они оба замолчали, и урчание в животе Цумики прервало тишину. Её слезы вернулись. — Н-нет! Я... я забыла поесть! Мне жаль, что я оказываю такое давление на вас обоих, я... мне так жаль!       Митарай попытался утешить Цумики, ободряюще похлопав её по плечу, когда Самозванец положил еду на кровать. Он принес гамбургеры: один для Митараи, один для Цумики и три для себя, а также пару дополнительных. Он сел и поел. Митарай заметил еду и предложил один из гамбургеров Цумики. — Н-ну вот, теперь ты можешь поесть... Все будет хорошо!       Цумики выглядела немного неохотно, когда взяла гамбургер и откусила от него крошечные кусочки. Митарай взял свой собственный гамбургер и сел за свой стол, работая над аниме одной рукой и поедая другой. Цумики, между своими крошечными укусами, заговорила. — М-м-м... И-из чего состоит ваша диета? Для такой тяжелой работы нужно убедиться, что ты питаешься здоровой пищей.       Митарай откусил кусочек от своего гамбургера, нанося последние штрихи на пару глаз. Самозванец уже доедал свой второй гамбургер, когда посмотрел на Митарай, когда заговорил после своего укуса. — Хорошо... Я не очень разборчив, поэтому я просто прошу всё, за чем он ходит.       Самозванец держал в руках оставшуюся четверть второго гамбургера, переводя взгляд на Цумики. — Я в основном приношу домой фаст-фуд. Гамбургеры, курица, обычно самое дешевое.       Услышав его слова, Цумики мгновенно начала качать головой, сжимая свой гамбургер двумя руками. — Э-это нормально есть такие блюда в умеренных количествах, н-но для Митарая... е-ему нужно что-нибудь более здоровое! Я... мне очень жаль!       Несмотря на её извинения, Самозванцу действительно нужно было подумать. Митарай не обратил внимания, но Самозванец, казалось, подумал, что это вполне понятная идея. — Нет ничего плохого в том, чтобы немного похудеть, но если это сделает Цумики счастливым, я начну предлагать вам более здоровый выбор. Тебя это устраивает, Митарай? В конце концов, она заботится о твоем здоровье.       Митарай сделал паузу, глядя на Цумики, которая нервно смотрела на него, откусывая маленькие кусочки от своего бургера. Он был тронут тем, что кто-то действительно так сильно заботился о нем, достаточно сильно, чтобы хотеть, чтобы он был счастлив и здоров, даже когда ему действительно было все равно... Выражение его удивления успокоилось, прежде чем он кивнул. — Хорошо... Я начну питаться более здоровой пищей.       Цумики едва заметно улыбнулась в ответ.       ...Прошла неделя с тех пор, как Митарай начал питаться более здоровой пищей, и казалось, что он с каждым днем становится всё лучше и лучше, хотя его страсть к созданию своего аниме не прекращалась. Цумики оставалась рядом с ним до тех пор, делая домашнюю работу на его кровати, как только Самозванец принес её ей вместе с парой салатов для них двоих, «кроличьей едой», как он это называл. Однако со здоровьем Митарая Цумики пора было возвращаться в школу. В воскресенье она выглядела более расстроенной, чем обычно, так как Самозванец вышел на прогулку, а Митарай продолжал яростно работать над своим аниме. Однако даже тогда Митарай не мог не заметить печаль Цумики. — Цумики? Что... что-то не так?       Она запнулась в ответ, качая головой. — Я ... это ничего.       Митарай, однако, мог сказать, что что-то было не так. Он неохотно отложил ручку для планшета и сел на кровать рядом с Цумики, которая выглядела особенно шокированной тем, что Митарай сидел рядом с ней с заботливыми глазами. — Ты... можешь сказать мне, что не так. Я пойму.       Она слегка покраснела, прежде чем прошептать, и по её лицу потекли нежные слезы. — Я... У меня никогда не было никого, кто... так наслаждался бы моей компанией... Я-я всегда думал, что я — обуза, но... т-ты терпел меня всю н-неделю... т-ты даже показал мне свое аниме, т-ты рассказал мне все о том, как ты его делаешь... и ни разу, похоже, я тебя не беспокоил... уа-а-а-а!       Цумики разрыдалась, хотя это были слезы радости. Митарай не знал, что делать... но он узнал из аниме, что обычно друзья обнимают друг друга, чтобы выразить сочувствие и заботу. Друзья... они ведь были друзьями, верно? Митарай затаил дыхание, молясь, чтобы они были друзьями, и обнял Цумики. Плач Цумики прекратился при соприкосновении Митарая, прежде чем она обняла его в ответ, более тихие слезы потекли по ее лицу. — Н-никто... раньше не обнимали... я... раньше... н-никто.       Митарай понимающе кивнул. — Я знаю... точно, что ты чувствуешь... Цумики. Прошло около получаса, прежде чем эти двое разомкнули объятия. Даже глаза Митарая были немного заплаканы, хотя ничто не могло сравниться с заплаканным лицом Цумики. Они еще немного посмотрели друг на друга, прежде чем Цумики прошептал: — Я... я не должна отрывать тебя от работы... т-ты можешь вернуться к своему аниме, если хочешь.       Митарай, однако, покачал головой, заставив Цумики слегка ахнуть от удивления. — Я... я создаю свое аниме, чтобы создать надежду для всех, но... Мне нужна надежда, чтобы дать надежду... и тебе... Цумики, ты даешь мне надежду... Я... я думаю, что я... я...       Прежде чем Митарай успел закончить фразу, вошел Самозванец, взглянув на часы. — Тридцать минут... интересно. Что ж, Цумики, считай себя первым человеком, который сможет оторвать Митарая от его аниме на самый длительный период времени, не считая сна.       Они оба оглянулись, немного покраснев, прежде чем отпустить друг друга, хотя Самозванец коротко хихикнул. — Если вы двое хотите немного побыть наедине, вам не нужно так скромничать.       Прежде чем услышать ответ от них двоих, Самозванец начал выходить, но повернул голову. — Митарай, если ты прислушиваешься к советам аниме, не думай о том, чтобы прислушиваться к советам аниме типа «хентай».       Самозванец ушел, а взволнованный Митарай и совершенно сбитая с толку Цумики остались в своей комнате, сидя на кровати. Цумики посмотрел в сторону Митарая, пытаясь разглядеть его лицо. — М-митарай... ч-что он имел в виду под аниме типа «хентай»? Что такое хентай?..       ...На следующий день и в последующие дни Цумики приходила в школу и уходила из неё с гораздо более позитивным настроем. Все, естественно, гордились её новообретенной уверенностью. Даже Сайонджи вынуждена был признать, что уменьшение количества свиного визга в классе было значительным улучшением. Шли дни, а её робкий характер оставался прежним; она меньше плакала, меньше извинялась и даже меньше заикалась. Были некоторые шрамы, которые не могли зажить, и Цумики все ещё была немного хрупкой, но её легко успокоил мальчик, который провел свои собственные дни, создавая аниме. Тот же самый мальчик, в котором она сама была уверена; приносила ему здоровую пищу каждый день, хвалила его за то, как усердно он ежедневно работал, и вскоре случилось так, что Митарай поменял подушку Цумики на то, чтобы просто сидеть с Цумики, когда он создавал свое аниме, держась за неё, пока они вдвоем работали с надлежащей тщательностью над аниме, которое однажды принесет надежду миру.       Шрамы от неоднократного жестокого обращения и издевательств на протяжении многих лет никогда не заживут полностью, но со временем они могут быть исцелены. Время и надлежащий уход. Надлежащий уход варьируется от человека к человеку, но в конце концов человек узнает, каким может быть их метод исцеления. Метод исцеления Цумики всегда привлекал внимание других, как положительное, так и отрицательное, и метод исцеления Митарая постоянно работал над его аниме. Однако оба эти метода исцеления были не тем, в чем они действительно нуждались.       Что им действительно было нужно, так это любовь, разделяемая с кем-то, у кого были такие же шрамы.