Мы обязательно встретимся...

— Что-то случилось? — Гоголь, заметив моё выражение лица, посмотрел на меня слегка обеспокоенным взглядом. Я стоял, не в силах ответить. В голове возникали с каждой секундой всё более тревожные мысли. Что случилось с Эммой? Она абсолютно никак не связана с организацией Достоевского, тогда зачем Дзено потребовалась эта девушка? — Советую включить звонок на громкую… — Продолжал голос из телефона. — Я не стану повторять всё второй раз. Я последовал предложению и сделал так, чтобы все в комнате слышали разговор. — Как вы уже догадались, ваша подруга у нас. — Сайгику сделал небольшую паузу. — Если хотите её спасти, буду ожидать вас сегодня в полночь в этом районе… Пришло уведомление с координатами места встречи. Я поспешил открыть сообщение. Как и ожидалось, это был безлюдный закоулок в практически заброшенной местности на окраине города. — Естественно, отсутствие нужной нам информации или неявка на встречу будут означать смерть для вашей подруги. Надеюсь, вы примете мудрое решение. — После этих слов Дзено поспешил положить трубку. Наступила тишина, нарушаемая лишь несколькими прощальными гудками и стрелками настенных часов. — Слишком банальный ход. — Оборвал молчание Достоевский. — Бессмысленно идти на эту встречу, от девчонки они всё равно ничего не добьются. Но это имеет смысл! Эмма — моя самая близкая подруга. У меня больше никого нет. Она всегда переживает за меня, помогает, может просто выслушать мои никому не нужные проблемы. Если сейчас брошу её, сбегу, поджав хвост, то ничем не буду отличаться от обычного мусора. — Но эта девушка важна мне. Её же просто убьют! — Без тени сомнения возразил я. — Не имеет значения. Пойдёшь туда один- умрёшь. — Холодно сказал Фёдор, обозначив конец разговора. — Мне плевать! — С этими словами я вышел из номера, захлопнув за собой дверь. Мною завладела злоба. На Достоевского, на Дзено, на весь этот несправедливый мир. Сейчас только я могу спасти Эмму, всем абсолютно не важна судьба какой-то девчонки. Но я не могу отступить. Что думаешь, подруга? В детстве ты не раз защищала меня, ни на что не способного мелкого идиота. А теперь я сам иду тебя спасать. Я больше не тот сопливый ребёнок, вот увидишь. Ты, наверное, так обрадуешься, когда приду за тобой? Я больше не буду беззащитным в твоих глазах. Просто дождись меня! Я вошёл в свой номер, сверяя его с цифрой на ключе. Следующие несколько часов пройдут в мучительном ожидании. На самом деле мне ужасно страшно. Но нет, это не привычная боязнь за самого себя. Это переживания за дорогого мне человека. Лишиться Эммы — всё равно, что оторвать половину своего сердца. Разве может человек жить лишь с частью такого важного органа? Конечно же, нет. Именно поэтому я обязан защитить брюнетку, чего бы мне это не стоило. Раздался короткий стук в дверь. — Сигма, ты здесь? — Послышался тихий голос Гоголя. — Идти на встречу одному опасно, тем более ты безоружен… Не стоит стараться, я уже принял решение. Меня не волнует, что будет со мной, главное спасти Эмму. Может, если я сейчас промолчу, блондин сдастся и уйдёт? — Я не стану тебя переубеждать, просто открой дверь. — Продолжал парень. — Я тоже думаю, что нужно идти к Дзено. В конце концов, нельзя оставлять девушку на верную гибель. После недолгих раздумий, я щёлкнул дверным замком. В комнату вошёл Николай, держа под пальто пару пистолетов. — Я пойду с тобой. — Решительно сказал беловолосый. Он протянул мне оружие и заулыбался. — Спёр у Дос-куна. Это нам пригодится. Я хотел отказаться, но сразу вспомнил о ситуации. С пустыми руками мне никого не спасти. К тому же, если б Достоевский был категорически против, точно не позволил бы Гоголю забрать эти пистолеты. Решение парня ненадолго согрело моё сердце. Он готов рискнуть жизнью и доверием Фёдора, ради моего желания вызволить Эмму из рук Дзено. Это очень важно для меня, блондин понимает. Поэтому следует моему решению, независимо от обстоятельств. Вместе мы точно спасём девушку, в моей голове нет места сомнениям. *** Наконец, настал роковой час. Мы с Гоголем шли по пустой улице, медленно приближаясь к месту встречи. Дзено выбрал удобный район: здесь практически не осталось жилых домов. Можно кричать сколько угодно, звать на помощь, никто не услышит этого. Из каждого окна, за каждым поворотом веяло холодом и какой-то неестественной гробовой тишиной. Но это сейчас не имело значения. Передо мной стояла цель, и ничто не способно сбить меня с пути. Внезапно, за углом прозвучал отчаянный, молящий вопль. Это Эмма. Она где-то рядом. — Прошу… Не надо… Помогите… Голос не переставал кричать, смешиваясь с всхлипами. Я ускорил темп, двигаясь на звук, эхом раздающийся в моём сознании. — Пожалуйста… Помогите… Моё сердце сжалось из-за плача девушки. Шаг за шагом я приближался к тому самому месту, где была она. Дойдя до последнего поворота, я почувствовал руку Николая на своём плече. — Подожди, что-то не так… — Он попытался замедлить меня, доставая пистолет. — Не останавливай меня! — Я смахнул его руку, продолжая двигаться. — Сигма, это определённо ловушка. — Продолжил парень. Но я не слушал его уговоры. В голове звучал лишь крик Эммы. Зайдя за поворот, я остановился в непонимании. Девушки там не оказалось. На земле лежала старая колонка, из которой доносились обрывистые слова брюнетки. Я резко обернулся. За спиной блондина стоял Дзено с поднятым пистолетом. А рядом Эмма, которую он держал за старые наручники, сковавшие её руки. Рот девушки был плотно завязан, её глаза выглядели мокрыми, но лицо полностью выражало лишь гнев. — Рад, что вы пришли. — Сайгику улыбнулся. — Девчонка уже заждалась. — Отпусти её! — Слова сами сорвались с моих уст. Сейчас я зол настолько, что частичке моей души стало страшно от собственных чувств. — Конечно, после нужной мне информации. — Проговорил Дзено, не опуская ствол. — Я всё расскажу. — Уверенно подтвердил я. Меня не волнует, что будет с Достоевским, что он со мной сделает. Лишь бы Эмма была в порядке. -Стой, Сигма, обойдёмся без лишних слов. — Гоголь поднял оружие на Сайгику. Я уверен, у Николая нет никакого плана. Почему бы просто не дать тому парню то, что он хочет, чтобы избежать каких-то жертв? — Не стоит усложнять ситуацию. — Дзено перевёл пистолет на Эмму. — С вас лишь требуется выдать Достоевского. Это не так уж и сложно, Сигма понимает. Я нервно переводил взгляд то на Эмму, то на Гоголя, стоящего впереди меня. В воздухе повисло напряжение. — Даже если мы ему всё расскажем… — Блондин наклонился к моему уху, чтобы его мог слышать только я. — Нас не оставят в живых.