Второй шанс

      Эти три волшебных месяца в Америке пролетели, как три дня. Джоске не был готов расстаться с Какёином опять. Но… Ничего не поделаешь. Ему пришлось вернуться домой, к матери и друзьям. После чудесных каникул, пара нередко созванивалась, переписывалась электронными письмами, однако. Джоске чувствовал, что Какёин ускользает от него. Он прекрасно осознавал, что их отношения, если это можно было так назвать, не будут продолжительными. И всё же, осознание скорого завершения давалось с трудом.       Ещё через два месяца после каникул, Нориаки вернулся в Морио. Он не знал, зачем вообще приехал туда, но понимал, что пора поговорить с Джоске и разобраться в ситуации. Джоске встретил любовника с радостью и теплом, но уже тогда, на берегу, когда мужчина сходил с судна, он понял, это будет последняя встреча.       Очередной отпуск Нориаки был чудесный. Джоске чувствовал себя комфортно, осознавая, что его отношения подошли к концу. Но всё же, Нори не бросал его совсем. Он пообещал, что если когда-нибудь Джоске понадобится помощь, любая помощь, он приедет по первому же звонку. Оставшись в теплых дружеских отношениях, пара всё же рассталась. К тому всё и шло. Нориаки даже не пришлось подбирать слова.  — Я знаю, Нори. Знаю, кого ты любишь и почему не полюбишь, и не подпустишь к себе близко, никого другого. Джотаро, — парень немного помолчал, а затем продолжил. — Племянник, он безумно по тебе тоскует, Нори. Прошло столько лет со всех событий. Вы бы могли начать всё с начала, как совсем другие люди. Подумай об этом, ладно? И удачи.       Какёин вернулся в Нью-Йорк и продолжил свою работу. И в фонде Спидвагона в том числе. Через несколько лет в музей современного искусства МоМA, Нори прибыл на выставку авторов, которые ворвались в художественный мир, как молния. Какого было его удивление, когда по одному из залов, бегала десятилетняя девочка и кричала по-японски «папа». Видимо, она потеряла его в такой невероятной толпе. Ничего удивительного. В музее выставлялись совершенно новые картины и скульптуры современных гениев, так что очевидно, что в день открытия народу было полно.  — Здравствуй, — поздоровался Какёин, чем вызвал у симпатичной десятилетки шок. — Ты потеряла папу. Чтобы его найти, нужно найти администратора музея. Он сделает объявление, для твоего отца. И вы быстро с ним встретитесь. Тебя проводить?  — Да, пожалуйста, — в глазах девчонки стояли слёзы, но она не позволяла себе разрыдаться. Мысленно, Какёин её похвалил.       Подав девочке руку, Нори отвëл её на второй этаж. Там они нашли кабинет администратора. Нориаки быстро обрисовал ситуацию. Незнакомка, конечно же, ни слова не поняла. Однако молодой темнокожий мужчина кивнул и куда-то ушёл. Внезапно, фоновая музыка смолкла, и по зданию музея раздался басистый, чуть хрипловатый голос. Он сказал, что девочка с темными волосами и светлой чёлкой потерялась.  — Как тебя зовут? — Нори уже направлялся в небольшую комнатку с аппаратурой.  — Джолин.  — Её зовут Джолин! — крикнул Какёин администратору.  — Девочка, по имени Джолин потеряла папу. Чтобы встретиться с дочерью, поднимитесь на второй этаж к офису администратора. Повторяю, — мужчина ещё раз повторил объявление.  — Ты побудешь со мной? — спросила успокоившаяся Джолин.  — Конечно, — Нори улыбнулся и подал ей руку. — Нет проблем.       В офисе администратора Джолин и Нори общались о современных инсталляциях в музее. Девочку поразили стеклянные скульптуры и стрит-арт. Нори в свою очередь обратил внимание на работы молодой художницы из Мексики. Чтобы девочка не скучала, темнокожий брюнет принес карандаш и альбом для ребёнка. Но Джолин сообщила, что природа не одарила её способностью к рисованию.  — Рисовать не так сложно, как кажется, Джолин. Хочешь, я нарисую тебя? — Какёин приготовился писать портрет.  — Джолин Куджо! — раздался до боли знакомый голос. Карандаш вывалился из ослабевших пальцев Нориаки, с громким звуком падая на стеклянный стол.  — Папочка! — девочка бросилась к отцу.  — Господи, спасибо, что нашли мою дочь, не знаю, чтобы я… — Куджо не закончил. На него смотрели родные глаза, самого любимого цвета. — Нори.  — Пожалуйста, — Какёин быстро пришёл в себя. — Мне пора. Рад, что Вы нашли дочь.  — Нори, постой, умоляю, — Джотаро попытался ухватить Какёина за руку, но тот как всегда умело ушёл от касания. — Какёин, стой!       Нориаки замер. Давненько он не слышал такой тон у Джотаро. Секундной заминки хватило, чтобы Джотаро схватил мужчину за руку. Художник пытался вырваться, но объективно, Джо Джо был сильнее. Всегда был.  — Иерофант Грин! — рявкнул Нориаки и его тут же опутали знакомые изумрудные жгуты. — Убери от меня свои руки, Джотаро. По-хорошему прошу.  — Ты же знаешь силу моего стэнда, Нори, — брюнет вздохнул, но бывшего любовника не отпустил.  — Так ЭТО Нориаки Какёин? — Джолин шокировано хлопала глазами. Она знала лишь то, что этот мужчина любовь всей жизни её отца. Не проходило и ночи, чтобы она не слышала зовущий по имени голос Куджо. — Ты! Разбил моему папе сердце.  — А он мне, — тихо ответил Какёин. — Тобой.       Джотаро дёрнулся, как от удара. Этого замешательства хватило, чтобы Нори исчез. Он растворился в многоликой и разнообразной толпе. Но ему не удалось уйти далеко.  — Stone Free, — девочка шла следом за своей прочной струной. — Повтори, что ты сказал, Какёин?  — Джолин, отзови свой стэнд, — попросил подошедший отец.  — Такой ты воспитал дочь, Джо Джо? — Нори зло усмехнулся. Иерофант прочно опутал ноги девчонки, поднимаясь к её талии, прочно и болезненно сжимая худую фигурку.  — Вы оба, отозвали свои стэнды! — грозный вид и не менее грозный голос действовал отрезвляюще. И Какёин, и Джолин быстро отозвали своих боевых партнёров. И как только художник почувствовал свободу, он развернулся, направляясь, прочь от чужой для него семьи. — Да, Какёин, твою мать!  — Отвалите от меня вы оба, — бросил мужчина, не оборачиваясь.  — Папа, хочешь, я его поймаю? — девочка с разноцветными волосами с интересом посмотрела на отца.  — Нет, — Куджо вздохнул. — Вот деньги. Поймай такси и дуй в отель. Я скоро вернусь.  — С ним? — скептически спросила Куджо младшая.  — Я на это очень надеюсь, — брюнет вздохнул. — Если не вернусь, значит я где-то с ним. Не переживай.  — Ладно, — она закатила глаза и побрела к ближайшей желтой машине. Джотаро следовал за быстро удаляющимся Какёином. Но тому не удавалось скрыться от внимательного взгляда аквамариновых глаз. Мужчина преследовал бывшего любовника до какого-то парка. Там Нори купил большой стакан кофе и разместился на одной из кованых скамеек. Он посматривал на часы, на своём тонком запястье. Кого-то ждал? — Ты же прекрасно понимаешь, что не скроешься от меня, — Джотаро сел рядом. — Не теперь.  — Да, блядь, — Какёин шумно выдохнул, Иерофант тут же возник рядом, следя за движениями Куджо. — Куджо, что тебе от меня надо?  — Я хочу поговорить, — мужчина попытался дотронуться до своего бывшего возлюбленного, но мгновенно получил по руке от Иерофанта. Попытки какого-либо физического контакта тут же прекратились. — Просто поговорить.  — Отлично, я слушаю, — Нори оставил быстрый взгляд на мужчине и уставился на играющих вокруг детей. — А потом проваливай. Тебя семья ждёт.  — Вся моя семья — это Джолин, — мужчина тяжело вздохнул. — Она никогда не видела мать. Как и я.  — Если бы ты «никогда» не видел её мать, Джолин бы тогда не появилась, — губы Какёина сжались в узкую полоску, Джо Джо знал, дело плохо.  — Нори, — попытался возобновить разговор мужчина.  — Не зови меня так, — глаза опасно сверкнули зелёной искрой, Иерофант дёрнулся в сторону Куджо. — Для тебя я только Какёин.  — Хорошо, — брюнет в очередной раз вздохнул. Что-то он много вздыхает. — Какёин. Позволь мне рассказать, как всё было?  — Вы напились, ты с ней переспал, разово, насколько я помню из её увлекательного письма. И с первого раза у вас получилась дочь, совет да любовь. Я что-то упускаю? — злость клокотала прямо в горле. Нориаки боялся сорваться на людях и закатить скандал, как какая-то малолетняя девчонка.  — Нет, но…  — Тогда ты не можешь сообщить мне ничего нового, — Иерофант Грин распался на жгуты, практически полностью скрывая тело носителя. — Всего доброго.  — Ты не даёшь мне говорить! — грозно рыкнул Джотаро.  — Куджо, — холодно отрезал Какёин. — Иди в жопу.  — Только если в твою, — Куджо пытался не улыбнуться в этот момент, но не смог.  — В любую другую, — художник закатил глаза. — Хотя, как мне кажется, другие отверстия тебя тоже волнуют. Всех благ.  — Нори стой же, — Джотаро наплевал на условности и схватил стройного мужчину за плечо, с силой сжимая пальцы.  — Ты мне синяки оставишь, идиот, — Нори стиснул зубы, хватка у Джотаро стала лишь крепче, с их последнего физического контакта. — Мне нужно идти. Отпусти. Меня кое-кто ждёт.  — Ты… Ты с кем-то встречаешься? — Джотаро сжал пальцы сильнее.  — С психиатром, кретин, — Нори цыкнул. — Отпусти, мне больно.  — Не отпущу, — Джотаро внезапно притянул мужчину к себе. — Я больше никогда и никуда тебя не отпущу. Нори, пожалуйста. Прости меня. Дай мне шанс всё исправить. Я не могу без тебя. Все эти годы… Я никогда и ни с кем… Никогда. Какёин, пожалуйста, — Куджо шептал всё это куда-то в макушку своему бывшему любовнику.  — Джо Джо, — выдохнул художник, сжимая пальцами свитер на спине брюнета. — Джотаро. Отпусти меня.  — Нет, — мужчина отказывался выпускать из своих медвежьих объятий любимого человека. — Нет, никогда.  — Джо Джо, — Нори усмехнулся. — У меня скоро начнется прием, за который я уже заплатил. Если тебе так нужно моё время, давай встретимся позже.  — И ты не убежишь? Не улетишь, как в прошлый раз? — Джотаро немного отстранился, заглядывая в лицо Какёина.  — Нет, я обещаю, — мужчина немного улыбнулся. — А теперь отцепись от меня. Меня ждёт Алекс.       Джотаро состроил страшное лицо, сверля глазами смеющегося Какёина. Мужчина поправил чёрную рубашку, брюки и отправился на другую скамейку. Вдали сидел мужчина лет пятидесяти и внимательно смотрел на Какёина. Его пациент сегодня выглядел иначе. Нори сел рядом и завязался разговор. Они обсудили произошедшее, Алекс выслушал позицию Какёина, но лишь покивал на его слова.  — Какёин, — пепельноволосый мужчина поправил очки. — Я видел Вас рядом с ним. Вы были счастливы. Всеми силами пытались продемонстрировать сопротивление и неприятие, но я видел Ваше лицо. Вашу открытость этому мужчине и то, как вы бессознательно к нему тянулись. Так ли Вы желаете от него убежать, как говорите? Может быть, вы загляните внутрь себя и поймёте, чего на самом деле хочет Нориаки Какёин?  — Но… — пациент запнулся. — Я не знаю. Я очень хочу дать ему второй шанс. Очень. Но…  — Предал раз, предаст и второй? — уточнил мужчина.  — Да, да, — пациент закрыл лицо руками, пряча свою неуверенность и досаду.  — Неужели вы верите в то, что этот мужчина, который, как Вы говорите, всю жизнь пытается Вас найти, будет делать Вам больно? Неужели то, что он одинок все эти годы, не дает Вам, Какёин, надежды на то, что возможно он всё это время ждал Вас. Представьте, через что пришлось пройти ему, — Алекс похлопал мужчину по спине. — Подумайте об этом, ладно? Пора заканчивать сеанс, потому что Ваш громила сейчас нас убьет.  — Не убьёт, — Нори хмыкнул, и зелёные путы защитили психиатра. Разумеется, сам врач ничего не увидел. — До следующей встречи.  — До свидания, Какёин, — седовласый мужчина поспешил удалиться. Иерофант Грин вернулся к хозяину, как только Куджо сел на место врача. Мужчины некоторое время молчали. А потом, Джо Джо, как само собой разумеющееся взял ладонь Нори в свою. А Какёин в ответ переплел пальцы. Молчание оказалось уютным и не утомительным. Как будто, это было естественно для обоих, вот так сидеть и смотреть на занятых в парке взрослых и детей.  — Если ты хочешь, — начал художник.  — Хочу, — не дослушав, ответил брюнет.  — Я имел ввиду, вместе поужинать, — Нори усмехнулся. — Предлагаю забронировать столик на троих. Что ты на это скажешь?  — Джолин, — мужчина задумался. — Бронируй на троих. Если она не захочет, это её решение.  — Центр Плаза, на семь? — спросил Нориаки.  — Отлично, — Джотаро кивнул.  — Мне пора, — смотря на наручные часы, вдруг сказал Какёин. — Есть ещё дела.  — Можно с тобой? — Куджо выглядел как щеночек, также не хотелось ему отказывать.  — Нет, Джо Джо, — ответ оказался более резким, чем предполагал Какёин. Он тут же смягчился. — Мы увидимся вечером, хорошо? Ты, я и Джолин, если она согласится.  — Хорошо, — сделав скорбное лицо, Джотаро эффектно удалился.  — Боже помоги, — как закоренелый атеист, Нори чувствовал, что ему потребуется любая помощь.       Нориаки съездил к своему товарищу художнику, обсудить детали работы над книгой. Они оформляли издание детских страшилок. И уже пару лет работали в крепком тандеме. Джозеф Брок был скромным молодым человеком, который по большей части молчал. Но это молчание было только на руку Какёину. Он не любил говорить много и не любил говорить о пустом. Потому-то они очень сработались с Броком. Причины молчания никого не интересовали. Они были талантливой и продуктивной парой коллег.       Был ещё корректор, редактор, пара авторов, разумеется, заказчик и дети. Вся команда несколько раз в год собиралась на автограф-сессии в крупных букинистических магазинах. Ну, не вся. Обычно на такие встречи ходили авторы, Какёин и Роза — редактор. Какёину платили за эти встречи, но всё же, он и без оплаты с удовольствием смотрел на счастливые лица детей, которые так жаждут заполучить автограф кумира. Разумеется, больше всего внимания доставалось авторам. Это понятно. Но случались и чудеса, когда хрупкие и нежные создания останавливались напротив столика Какёина.       Очередная книга была про Бабая. Он, как всегда похищал детей. Но на этом история не заканчивалась. Однажды, один из похищенных детей смог ускользнуть в доме Бабая. Повзрослев, он забыл эту историю, но вскоре с ним начали происходить странные вещи и он вспомнил, что был похищен монстром, когда ему было шесть. Финал книги очень необычный. И вообще, текст держал в напряжении всё время. Какёин поразился, что это всё ещё относится к книгам с детскими страшилками. Ведь получился, вполне себе, неплохой детектив в жанре мистики.       Закончив работу с Джозефом, Нориаки отправился в Центр Плаза. Он прекрасно знал, что просто так ему никто столик там не зарезервирует. Но в отеле и ресторане отеля, работала чудесная девушка по имени Камилла. Они долгое время были близки с Какёином. Просто крепкая дружба. Пережившая в детстве насилие, Камилла отдавала предпочтение исключительно женщинам в интимном плане. Но… Нори был другим. Не таким, как остальные мужчины. Он её совершенно не пугал. И со временем, они стали очень близкими друзьями, у которых друг от друга нет секретов. И по стечению обстоятельств, она оказалась владельцем стэнда. Грин Уол был защитный стенд, который создавал вокруг своего носителя практически непробиваемую стену. В конце концов, стэндюзеры притягиваются друг к другу, неосознанно.       Получилось забронировать стол на семь вечера в ВИП-зоне. Конечно, Нори пришлось прилично заплатить за это место. Возможности Камиллы, как администратора здесь не безграничны. Но, в конце концов, всё получилось. Он заказал стол на фамилию Какёин и Куджо. Куджо приехали вовремя. Молодая длинноногая хостес сопроводила их к уединённому столу, за которым уже сидел Какёин. Он выглядел просто бесподобно. Свои длинные волосы он собрал в высокий хвост, пустив пряди по вискам. Какёин придерживался сдержанной цветовой гаммы, а потому в этот вечер на нём была тонкая белая рубашка, которая просвечивала при нужном освещении и классические чёрные брюки со средней посадкой.       Джолин выглядела, как ребёнок с обложки. На ней были брендовые вещи, которые обошлись её папочке в целое состояние. Несмотря на дороговизну, у Куджо явно был вкус. Она сочетала в себе черный, зеленый и желтый цвета. Её отец… Куджо выглядел прекрасно в любой одежде. Он не стал заморачиваться. Бежевый кашемировый свитер и чёрные обтягивающие джинсы, вот и всё. Но даже в такой простой одежде, он приковывал к себе взгляды.  — Добрый вечер, Куджо, — поприветствовал Какёин, не вставая со стула. — Надеюсь, добрались без пробок.  — Спасибо, — Джотаро растянулся в улыбке, смотря на такого соблазнительного бывшего партнёра.  — Ты не мог выбрать место поближе? — огрызнулась Куджо-младшая.  — Если не хотела ехать, оставалась бы в отеле, — Какёин изящно выгнул бровь, бросая мимолетный взгляд на девчонку. Но внимание на паре он не задержал, увлеченно изучая винную карту и салаты. — Присаживайтесь. Выбирайте, что хотите. Я угощаю.  — Ты богат? — девочка села ближе к красивому мужчине. Он ей нравился. Но он мог украсть внимание её и без того занятого отца. А она этого не хотела. У неё были сложные отношения с Джо Джо. С другой стороны, если её отец будет счастлив с этим человеком, то она лишь поддержит его. Всё же, счастье родителя, намного важнее.  — В той мере, в которой нужно, — не смотря на девочку, ответил Нориаки. — Я буду вино и закуску из оливок и кешью, для начала. Джотаро? Джолин? Определились.  — Ты знаешь, что я люблю, — Джо Джо не мог отвести глаз, от красноволосого художника. — Ты выглядишь фантастически.  — Я знаю, — Нори ухмыльнулся. Его характер за годы разлуки стал довольно колким. — Джолин, что ты будешь?  — Мороженое с орехами, — девочка ткнула пальцем в меню. Какёин нагнулся к дочери своего бывшего возлюбленного. Девчонка жадно вдохнула аромат, исходивший от иллюстратора. — Ты вкусно пахнешь.  — Спасибо, — Нори тепло улыбнулся. Кажется, впервые за этот вечер. — Ты изумительно выглядишь, Джолин. В прочем, как и твой отец. Если ты выиграла в ДНК лотерее, то тебе повезет. И что бы ты не надела, на тебе всё будет смотреться, прекрасно. Даже если это будет мусорный пакет.  — Спасибо, наверное, — Куджо-младшая порозовела.  — Что для Вас? — спросил молодой человек во фраке. Кажется, форма официантов в этом заведении была через чур официальной. — Белое сухое вино, закуску из кешью, базилика и оливок, скотч безо льда, мороженое с орехами, немного позже два стейка средней прожарки, со спаржей. Бокал сухого красного, повторить скотч, повторить мороженое, что-нибудь горячее для ребенка. Какао, горячий шоколад, что ты хочешь, Куджо?  — Эм… — девочка зависла. — А можно суп?  — Так ты голодная? — Какёин улыбнулся. — Тогда для начала суп для юной леди, а после мороженое. В конце, пожалуйста, морскую тарелку и ещё один бокал белого вина и стакан скотча. И сок, какой хочет ребёнок.  — Апельсиновый, пожалуйста, — девочка говорила громко, но не очень уверенно.  — Хорошо, ожидайте. И приятного вечера, — официант слегка кивнул Какёину и удалился.  — Знаешь его? — прищурив глаза, спросил брюнет.  — Ты думаешь, я знаю всех мужчин, кто мне улыбается? — Нориаки скрестил руки на груди и откинулся на мягкую спинку стула. — Мы просто ужинаем, а ты ревнуешь меня? Думаешь, с этого всё стоит начинать? Думаешь, вообще имеет смысл начинать хоть что-то?  — Извини, — Джотаро сделал глубокий вдох. — Я не хотел.  — Не удивительно, что ты сбежал от моего отца, — тихо проговорила Джолин.  — Я не сбежал, дорогуша, — Нори сложил руки в замок, опусти локти на стол. Подбородок уперся в переплетенные пальцы. — Твой папа не рассказывал историю твоего появления? Не рассказывал, что это именно благодаря его действиям я ушёл?  — Нет, — Джолин перевела взгляд на скорбное лицо отца. — Пап?  — Нори, не надо, — но Джотаро понимал, что прямо сейчас ему не успокоить бывшего партнёра.  — Мы с твоим отцом очень друг друга любили. Я, так, точно его любил. У меня даже мыслей не было, чтобы ему изменить. Но… Видимо, твой отец думал, что если он переспит с женщиной разок, то в этом нет ничего такого. Знаешь, Куджо, если ты не всё обсудила с человеком об отношениях… Если у вас не свободный формат общения, тогда не удивляйся, что партнёр уйдет, как только тебя потянет на лево. Секс — это хорошо. Но не тогда, когда это во вред твоему любимому человеку. Я хочу сказать, что твой папа… Он замечательный, удивительный и прекрасный человек. А какой он сильный стэндюзер. Но вот семейная жизнь явно его тяготила. Он изменил мне, дорогуша. С той, кто тебя выносила и родила. Как только я узнал о беременной любовнице, в этот же день я улетел из страны. Меня ждал старый друг. Он помог мне забыть обиду и боль. И я начал новую жизнь, в которой не фигурировал никто из наследников рода Джостар. До тех пор, пока я не встретил дядю твоего отца. А потом и твоего отца. Снова.  — Замолчи, — процедил Джотаро. — Не надо.  — Почему? — Какёин гадко улыбнулся. Боль до сих пор сохраняла свои ростки. Она отравляла его жизнь долгие годы. Скрытая глубоко, она лишь созревала, чтобы взорваться алым бутоном ярости.  — Ваш заказ, — официант смог разрядить обстановку. Принесли закуску, суп и выпивку.  — Благодарю, — Нори мило улыбнулся, кокетничая с симпатичным официантом. Юноша покраснел и быстро ретировался. — За встречу! — Нориаки поднял бокал и осушил его на половину. — Джолин, приятного аппетита.  — Спасибо, — девочка ответила довольно тихо. Атмосфера угнетала.  — Так, на чём бишь я, остановился? — Нори решил продолжить. — После того, как я встретил дядю твоего отца, я… Кажется снова начал жить и чувствовать. Наши отношения продлились довольно долго. Даже расстояние не испортило их. Но я не мог его любить. И никого не мог и не могу до сих пор, кроме твоего отца, Джолин. Мы расстались с Джоске. Но остались хорошими друзьями. Потом был…  — Замолчи, Нори, — Джотаро осушил пузатый стаканчик и с громким стуком поставил его на стол. — Ей не нужно знать обо всех твоих похождениях.  — Как скажешь, — Нориаки потянулся. Намазывая на галету орехово-оливковую смесь, мужчина смотрел в рассерженное лицо бывшего любовника. Ему нравилось то, что он видел. На самом деле, после Джоске, у Нориаки никого не было. Он не пускал никого так близко. Лёгкий флирт, ни к чему не обязывающие свидания, но никакого интима. Он даже не смог сам себе объяснить почему. Просто, мысль о чужих руках и губах вводила его в ступор. Появлялось ощущение липкости и какой-то грязи.  — Прости, — вдруг сказал брюнет.  — За что ты просишь прощения, Джотаро? — Какёин полностью осушил свой бокал с вином. — За то, что у тебя есть прекрасная дочь? За это ты просишь прощения? Нет. Не нужно. Как я могу злиться на тебя, видя в этом юном и прекрасном создании тебя?  — Какёин, — подала голос, до этого молчавшая Джолин Джотаро. — Ты любишь моего отца?  — Конечно, люблю, Джолин, — Какёин рассмеялся. Но смех получился жутким и каким-то холодным. — Но что это изменит, дорогуша?  — Ты хочешь быть вместе с моим папой? — проигнорировав вопрос художника, девочка задала свой. — Хочешь, Какёин?  — Не знаю, — честно признался мужчина. — Я не знаю, Куджо. Всё это время, мне было так больно. И все эти годы…  — Он любит тебя, — выпалила зеленоглазая девочка. — Он почти каждую ночь дома скулит твоё имя. Во сне. Каждую ночь, я только и слышала из-за двери его спальни «Какёин», да «Нори». Всё думала, кто же ты такой и что сделал моему отцу. А оказалось всё…  — Сложно? — предложил владелец Иерофанта.  — Тупо, — буркнула девчонка. — Ну, вы же любите друг друга. Я ведь вижу. Почему бы не засунуть гордость и обиду в задницу? И просто не быть вместе?  — Что за слова, юная мисс? — Какёин рассмеялся.  — Нори, — Куджо накрыл холодные пальца Какёина своей ладонью. — Она, может и юна, но очень проницательна. Что скажешь на то, чтобы попробовать? Просто попробовать быть счастливыми? Какёин аккуратно вынул руку из не очень цепкого захвата чужих пальцев. Лицо его ничего не выражало, точнее, было не понятно, что конкретно испытывает художник. Он был немного бледнее обычного, поджатые губы могли сказать о многом, как и пронзительный взгляд. Но о чем точно думал Нори, никому кроме него самого не было понятно.  — Семейство Куджо, — Какёин прочистил горло. — Вы слишком на меня давите. Сбавьте обороты. Оба. Я предлагаю просто насладиться ужином, а потом прогуляться. Никаких планов за пределами этого вечера. Идёт?  — Хорошо, — хором ответили дочь и отец. Остаток вечера прошёл в довольно непринуждённой атмосфере. Разумеется, иглы злости проникали в сознание Какёина, но он старался их подавлять. Прошлое на то и прошлое. Не стоит на нём зацикливаться. Так говорил себе Нориаки, однако эта мантра не всегда помогала. После ужина, трио прогулялось по ночному городу. Какёин и Джотаро завели Джолин в номер отеля, а сами продолжили позднюю прогулку.       Неспящий город сиял разноцветными огнями. Раздавались голоса и музыка, дороги были полны машин. Нью Йорк не спал. Нориаки слушал спокойный и уверенный голос бывшего любовника. Он успокаивал. И своей силой, и своей властью, и своими знакомыми интонациями. Какёин растворялся в этом. Ему так не хватало Джотаро рядом. До этого момента, он и не подозревал, каким пустым чувствовал себя внутри. И насколько можно чувствовать себя целым, когда любимый человек рядом.  — Нори, — тихо позвал брюнет, ловя чужие пальцы. — Я…       Какёин не дал ему ничего сказать. Он прекрасно знал, о чём хочет поговорить брюнет. Самый простой вариант заставить Джо Джо молчать — поцелуй. К этому способу и прибег Какёин. В ночном парке, между деревьями, эти двое крепко прижимались друг к другу, даря сжигающие изнутри поцелуи. Куджо шумно втянул носом холодный воздух, оставляя поцелуй на скуле Какёина, поднимаясь выше, лаская мочку губами, шепча любимое имя.  — Прости меня, — услышал Нори, ощущая сильные руки на своей пояснице и жаркий шепот возле уха. — Умаляю, Какёин. Прости меня. Когда ты уехал… С тех пор я ждал тебя. Я каждый день, каждый год надеялся поймать тебя в фонде, брал те же миссии что и ты, мечтал поймать тебя. Но ты каждый раз ускользал от меня. Я чуть с ума не сошёл, когда от тебя не было вестей. И твой роман с Джоске… Это убивало меня.  — Джо Джо, — ласковый голос, холодные пальцы на чужих щеках, теплый взгляд невероятных глаз. Всё это сводило хозяина Стар Платинум с ума. — Тише.  — Не уходи, — Джотаро внимательно посмотрел в глаза любовника. — Пожалуйста, Нори.       Вместо ответа, художник лишь подарил очередной поцелуй. Это было практически волшебно, если бы не пронизывающий холод и восторженные крики какой-то футбольной компании из паба неподалёку. Какёин рассмеялся и предложил поехать к нему. А Джотаро не нужно было просить дважды. Он слишком долго ждал второго шанса.       Ввалившись в огромную квартиру в центре Нью Йорка, пара даже не включила свет. Иерофант хватал летящие на пол вещи и развешивал на нужные места. Стар Платинум помогал хозяину раздевать страстного любовника, быстрее обнажая гладкую светлую кожу. Нори был строен, как и всегда. На нём прибавилось шрамов. Джотаро с болью осознавал, что не поступи он, так как поступил, они бы не распались, не расстались, не разъединились. Были бы вместе, и он бы смог оградить Нори от всех невзгод и опасностей. Так, по крайне мере, казалось самому Джо Джо.  — На кровать, — прошептал Нори, указывая себе за спину. — Быстрее.       Совершенно обнажённые, они упали на мягкий матрас и огромное количество теплых одеял. Нори постоянно мёрз, поэтому кутался в теплые пледы и одеяла. Нориаки подарил Джотаро стон, а затем ещё один. Куджо вспомнил о нежности любовника, о запахе его кожи, а сладких звуках, которые умел издавать его рот. Джотаро вспомнил, насколько был податлив Нориаки и как ему нравилось… Всё. Джотаро любил до боли, до сжимающихся, будто тиски лёгких, до головокружения, до кровавых губ, до синяков на теле, своего Нориаки. Какёин отзывался на каждое касание губ или пальцев. Он не мог и не умел сдерживать себя, когда дело касалось Джотаро. В эту ночь, они были одним целым. И Нори стонал и выкрикивал имя любовника. И слёзы… Джотаро мог поклясться, как Нориаки плакал. Или это в воспаленном мозгу Джо Джо исказилось восприятие действительности? Это было слишком хорошо. Больше, чем хорошо. Выдохшись из сил, пара мгновенно заснула, тесно прижимаясь, друг к другу.       Джотаро проснулся от такого знакомого стона. Он улыбнулся, думая, что прошедшая ночь была сном. Однако… Рядом лежал мечущийся Какёин. А между его ног находился Стар Платинум. Стэнд умело двигал головой, в то время как Нори старался сдержать свой голос. Он выгнулся, запуская в жесткие волосы стэнда свои длинные пальцы.  — Я вам не мешаю? — голос был охрипшим, а щёки Джо Джо пылали.  — Ох, — выдохнул Нориаки. — Как… Как спалось, Джотаро? Ох…  — Стар, — фыркнул хозяин и стэнд исчез.  — Это не я, он сам, — садясь на кровать, сказал довольный хозяин квартиры. — Кстати, я не кончил. Не мог бы ты помочь мне с этим?  — С удовольствием, — Джотаро с плохо скрываемым восторгом разместился на полу, между широко расставленных ног любовника.       Нори провел пальцами по темным вихрам, зачëсывая их назад и сильно сжимая на затылке. Брюнет хмыкнул и погрузил член в горячий влажный рот. Какёин закрыл глаза и откинул голову назад, полностью отдаваясь Джотаро. Он мягко направлял его движения, контролируя скорость. И совсем скоро, рот брюнета наполнился спермой. Он сглотнул и встал с колен.  — Душ там, — художник указал в нужном направлении взглядом. — Иерофант.       Стэнд тут же материализовался со своим хозяином. Он подал владельцу домашний халат, а гостю полотенце и чистое белье. Нори отправился на кухню, варить кофе и делать завтрак. Кажется, что не было этой пропасти почти в десять лет. И всё было так обыденно и привычно, что Куджо немного растерялся, смотря на себя в зеркало чужой квартиры. Ванна Какёина была огромной. Да, он любил комфорт и роскошь. И мог это себе позволить. Джо Джо открыл зеркальный шкафчик. Как он и думал. Там лежало несколько зубных щёток в упаковках. Он взял первую попавшуюся и быстро почистил зубы. Приняв душ, он вошел на кухню в любезно предоставленных чёрных боксерах.  — Я сделал кофе и завтрак, как ты любишь, — Нори мурлыкнул что-то ещё и оставил лёгкий поцелуй на виске любовника. Владелец зелёного стэнда направился в душ.       Джо Джо сидел за круглым белым столом, пил кофе, ел тосты с жаренным яйцом и наслаждался жизнью. Тишину и идиллию этого потрясающего утра прервал звонок мобильного. Стар быстро отыскал джинсы и мобильный телефон-раскладушку. На дисплее красовалось имя дочери.  — Да, Джолин, — быстро ответил отец.  — Пап, вы скоро с Какёином вернëтесь? — Джолин скучала одна, хоть и частенько оставалась без отца, когда тот ездил без неё по делам фонда или в рабочие командировки.  — Да, подожди ещё немного. Мы скоро приедем, — пообещал отец.  — Прости, дорогой, — Какёин вышел из душа полностью одетым. — Мне пора работать. Я и так немного опаздываю.  — Джолин ждет нас, — хмуро ответил брюнет.  — Поезжай к дочери, папочка, — Нори усмехнулся. — Я вернусь сюда к шести. Можешь взять дубликат ключа и подождать меня тут вместе с дочкой. Если..,— Нори немного помедлил. — Конечно, если ты этого хочешь.  — Боже, Нори, — почти обнаженный гость подлетел к художнику. — Мы будем здесь. Хочешь, мы приготовим ужин? Или съездим куда-нибудь все вместе? Скажи мне, чего ты хочешь. Я сделаю всё.  — Только тебя, — Нори рассмеялся, чувствуя поцелуи на своих щеках. — Ничего больше.  — Тогда мы дождёмся тебя, Нори, — брюнет никак не мог оставить любовника в покое.  — Ну всё, — Какёин кое-как выбрался из тисков Джо Джо. — Мне, правда, пора. До вечера.  — Я люблю тебя, — выпалил Куджо.  — Я знаю, — Нори усмехнулся и быстро направился к лифту. А в лифте, он пытался унять сумасшедший стук своего сердца. Эти слова… И эта ночь. Всё это было таким прекрасным. И ужасным одновременно. Всё это давало Нори надежду на что-то большее. На какое-то подобие семьи? Возможно ли, что они будут вместе? Так как прежде… Нет. Не так как раньше. Иначе, но вместе. Втроём?