Надежда умирает последней.

Солнце давно скрылось за горизонтом земли, забрав с собой лучи, источники света и с гордо поднятой головой отдала место белой луне, что уже битый час освещала город. В это время он сидел на своей двуспальной кровати и с долгожданной умиротворенностью что-то записывал в тонкую книжку. «Дорогой дневник, или, как я тебя называю, друг. Привет, что ли. Давно не общались. Что у тебя нового? Тебе легче? Ты научился сдерживать себя? Как дела с Хо? Я надеюсь, вы продолжаете общение». Как ни странно, ответ не заставляет ждать и парень, перевернув пожелтевшую страницу, снова касается ее перьевой ручкой, случайно пачкая чернильной кляксой одну из строк. «Доброй ночи, Чонгук. Наконец-то дождался от тебя письмецо, я рад этому. У меня все всегда хорошо, можешь не переживать. Ты как там? Принимаешь лекарства … или таблетки? Честно говоря, смутно помню о твоем состоянии. Ты говорил, что постепенно сходишь с ума, ведь так? Судя по твоему сообщению, могу сказать, что ты опровергнул это». «К сожалению или к счастью, я чувствую себя намного лучше. Будто бы этого и не было. Я уже не принимаю успокоительные, лишь слушаю музыку. Кстати говоря, о музыке, она стала моей спасительницей и утешением. Еще я заметил, что у меня нет прежней ненависти к людям … точнее, к миру. Я могу ненавидеть людей, но остальное непричастно. Кажется, я начал жить, представляешь?! Я безумно рад этому, ведь, стал видеть гораздо больше, чем видел раньше. Это не связано со зрением, это связано с чем-то другим. Надеюсь, я смогу найти ответ и разложить все по полкам. Как говорится, надежда умирает последней». «Я искренне рад за тебя, Чон. Меня успокаивает твой новый взгляд и чувства, которые ты вложил. Ты прав, надежда умирает последней. Поэтому, мы оба будем надеяться на твое скорейшее душевное выздоровление. Сладких снов и Чеширских котов, Чонгук». Звук захлопывающейся тетради прервал мертвую тишину, стоящую в уютной комнате. Гук с улыбкой падает на мягкую подушку. Он наконец-то начал жить и принял все, что с ним произошло. Наконец-то пережил боль. Наконец-то понял, что жизнь прекрасна. Его почти черные глаза беззаботно бегают по голому закрытому окну, которое он еще не успел прикрыть шторами. Взор падает на качающиеся ветром силуэты деревьев, что скоро потеряют свои листья благодаря теплой, но ранней осени августа. За августом придет уже глубокий сентябрь, его-то Чон не ждет, потому что был рожден в этом месяце первого числа. Осталось всего десять дней и ему придется попрощаться с двадцать вторым годом жизни и встретить с улыбкой двадцать третий. «Если бы все было бы так просто..», - на вздохе он подумал об этом и, обглодав взглядом вид из окна, отвернулся, повернувшись на бок, лицом к светлой стене. Теперь ничто и никто не смеет тревожить его покой, его тишину, его состояние. В последнее время было слишком шумно. Сначала крики каких-то парочек, проходящих мимо его дома, затем кряканье улетающих селезней, завершающей стала непредвиденная гроза. В эти времена он надеялся на долгожданный угомон. Как говорит Чонгук: «Надежда умирает последней». Теперь это его цитата жизни. Немой чонгуков крик разносится эхом по длинному коридору. Он оборачивается и в очередной раз видит пустоту. Одиночество поедает его изнутри, он готов прыгнуть в бездну, только бы не видеть безлюдность в своем маленьком домике. Со звучным криком он просыпается и резко принимает сидячее положение, судорожно глубоко дыша. Очередной кошмар, который стал явным. Успокоившись, он тихо присел на край кровати и пустым стеклянным взглядом вновь уставился на открытое окно. Пять утра, что ли, было на часах. Он давно не видел снов, давно не плакал, так по-детски утыкаясь лицом в мягкую подушку, в который раз намокшую. Наверное, впервые он чувствует бездумность, давящую с неимоверной силой на виски, но до жути приятную. Отголосок все еще вибрирует в ящике воспоминаний и, горько вздохнув, Чон падает на матрас. - Я никогда прежде не видел снов … - приглушенно послышалось в комнатке. - Что случилось? – риторический вопрос, не требующий ответа, но он так его ждет. - Друг, может, ты поможешь мне? Ты ведь всегда знаешь ответ, ты умён. – повернув голову в сторону блокнота, Чонгук ожидал хоть что-то в ответ, но снова ему пришлось взять все в свои руки. - Нет, думай сам, Чон. Здесь я тебе помочь не смогу. Он уснул посреди кровати, с широко раскинутыми в стороны руками, лишь легонько прикрываясь теплым одеялом, подаренным бабушкой. Он так пахнет любовью и заботой, пахнет теплом и лаской, пахнет родным и таким нужным ароматом. С ломаной болью в теле парень поднялся и лениво поплелся в ванную комнату, успев застелить постельное белье после ужасного сна. Зеркало с трещиной, плохое освещение и одиноко стоящая раковина, - он любил это все, но не отражение в этом поломанном зеркале при не лучшем освещении, стоя около раковины. Он вновь оставил частичку себя, точнее тяжелого дыхания и перебрался на кухню, где заварил кофе и выпил, смотря в туманное окошко. Погода была лучшей, наверное, для него. Не было привычного солнца, что надоедало своей жизнерадостностью, были лишь облака, бесшумно плывущие и заживо уничтожающие серостью. Совсем скоро он покинул свою обитель, захлопнув дверь и надежно закрыв, но даже не беспокоясь. На улицах было пусто, легкий ветер путался в темных волосах юноши, играясь с каждой прядкой локона, обдувая бледное лицо с выразительными черными, как омуты, глазами и розовыми устами, словно цветение лотоса. Хруст песка почти не слышался из-за шума моря, которое проходит Чон нарочно медленно. Все началось год назад, в прошлом августе, когда на лице все еще сияла яркая улыбка. Она была для одного человека, и Чонгук даже не представлял, что через несколько минут он услышит четыре слова, которые вмиг уничтожат его первый смысл жизни. Flash back. 25 августа 2020 года. Чонгук проснулся с прекраснейшим настроением. Сегодня его отношениям стукнуло два года и это не могло не радовать, поэтому, еще раз проверив среднюю коробку с подарком для любимого человека, он принялся собираться на встречу, организованную лично им. В этот день он тщательно подготовился. Принял душ, уложил волосы, одел лучшую одежду и даже повторно помыл машину, чтобы все выглядело безупречно. Захватив желтую коробку с красным бантом, Чон вышел из квартиры и отправился в сторону моста, где наверняка его уже ждет Хван – наилучший парень во Вселенной. Странным оказалось то, что обычно Хван не против того, что Гук постоянно приезжает к нему и верно ждет, но в этот раз он настойчиво и как-то грубо отказал, заранее предупредив. Никак не унимая внутри приятный трепет, Чонгук оставил автомобиль на парковке и спешно направился в сторону стройного силуэта с подарком в руках. Непринужденная беседа, звонкий смех Чона и в следующую секунду пронзающая тишина, виной которой стала одна строчка, выскользнувшая из уст Хвана. «Я не люблю тебя, прости». Черт возьми, какое «прости»?! Он несся к тебе с радостным выражением лица и смущенно вручил подарок, так по-детски хихикая, а ты просто говоришь ему это? Без капли сожаления и чувства совести? Сердце с грохотом падает в ноги. Улыбка, мгновение назад сияющая на лице, плавно сползла, не показывая и своей тени. Еще несколько минут он просто смотрит на, теперь уже бывшего, парня и грузно выдохнув с дрожью, разворачивается и уходит. Сердце невольно возвращается на место с огромной дырой в центре и тяжело бьется, давая разряды тока по окаменевшему телу. Этот день стал ненавистным. Хочется вычеркнуть его из своей памяти, растоптать и выкинуть в окно. Этот день оставил после себя сильный ожог. И в этот день Чон не вернется в ту квартиру, которая буквально пропиталась запахом геля для душа любимого человека. «Это конец», - так думал Гук, пока не вспомнил о своей любимой бабушке, которая всегда ждала его со свежим овсяным печеньем и теплым молоком. В тот день, вечером, Чонгук ехал по трассе в деревню опустошенным. Прохладный ветер трепал смоляные волосы и края клетчатой рубашки, натянутой поверх черной футболки. Он не плакал в тот день, он молча терпел, слушая биение своего раздавленного сердца. Сейчас он надеется увидеть любимую бабушку, крепко обнять ее, уткнуться носом в теплейший плед, связанный с любовью и просто расслабиться, обо всем забыв. Раз и навсегда. Его надежда рушится, когда он видит пустой дом, внутри которого все еще витает аромат корицы и бабушкиных духов; когда он видит опечаленные, наполненные болью глаза соседки, которая держа в руках платочек, утирала подступающие слезы. Чон все понял без слов. Он молча выслушал пожилую соседку, уныло промычал и, дождавшись одиночества, с грохотом опустился на колени, пряча бледное лицо в ладонях. В тот день он рыдал, не скрывая боли от себя, но пряча ее от всех остальных. Бабушка умерла. Теперь он совсем один. Конец flash back. Море лениво колышется, пуская легкие волны по поверхности и слегка прилипая к песчаному берегу. В голове пусто, слышится лишь шум воды и легкого ветра, который не может не успокаивать. Море сегодня по-особому прекрасно. Нет солнечных блик и агрессивных всплесков. Тишь да гладь. Тело бесшумно падает на прохладный песок и расслабляется под небом. Облака сегодня особенные. Они серые и не такие пушистые, как обычно. Чонгук сегодня особенный. За долгое время пришло спокойствие и боль окончательно ушла, оставив после себя удобное кресло, в которое в любую минуту сможет усесться обратно. На лице теневая улыбка, глаза блаженно прикрыты, а руки раскинуты в стороны, пальцы которых ощущают песчинки. Сегодня ровно год с момента расставания с Хваном, с момента оповещения о смерти бабушки. Мысли об этом мельком проскакивают в голове, и сердце непозволительно сжимается, заставляя Чона скривиться. Грядущую тоску разрывает вибрация телефона в кармане бежевого пальто. Гук устало тянется к нему и с выдохом отвечает на звонок лучшего друга, приложив гаджет к уху. - Слушаю, – холодно звучит из чоновых уст, а глаза сами начинают бегать по облакам. - Привет, Чон, - голос на том конце провода дрожащий. Хосок прекрасно знает о сегодняшнем дне и нескрываемо боится, что сможет сделать Чонгуку больно своими словами. - Год сегодня прошел. Я хочу еще раз выразить соболезнования, - в конце он произносит тихое «прости», которое сейчас свалило с плеч Чонгука огромный груз. Одно слово, всего одно. - Я смог бы увидеть ее, если бы не встреча с … ним, - никак не получается произнести это имя. Хван. Гук ненавидит это имя всем своим сердцем, и оно все еще давит на затылок, словно обжигающий подзатыльник. - Мне очень жаль, Чонгук. - Ты можешь приехать сегодня? К восьми буду ждать, - не дождавшись ответа вопрос, он произносит следующее, словно знает о том, что Хосок не откажется. - Да, конечно. Я могу взять с собой знакомого? Думаю, будет неплохо, - он все еще боится, это слышно и Гук об этом знает. Это не приносит удовольствия. Он заставляет своего лучшего друга волноваться. - Буду ждать вас. Звонок завершается и Чон рвано выдыхает, прикрывая тяжелыми веками мокрые глаза. Все еще больно, но терпимо. Сегодня ему следует прибрать дом и подготовиться к приходу гостей, давно не бывавших в стенах обители Чонгука. Мертвую тишину разрывает звонкий звонок в дверь, и хозяин идет к двери, поспешно стягивая голубой фартук. - Еще раз привет, Гук-а, - с легкой улыбкой на губах произносит Хо и кланяется в знак приветствия. Из-за его спины выглядывает парень с каштановой макушкой и, неловко улыбаясь, пожимает плечами, кивая на общего друга. - Проходите, - уловив невинный взгляд, Чон натянул милую улыбку и отошел от входа, пропуская внутрь званых гостей. - А это Тэхен, кстати. - Рад познакомиться, Чон Чонгук, - он тянет руку, тот ее слабо сжимает. - Будем знакомы, Тэхен. Парень, лет двадцати, выглядел спокойным и уютным, от чего тепло разлилось внутри груди и начало стремительно греть. Чонгук с неосознанной улыбкой и тортом в руках, что принесли друзья, отправился на кухню, предварительно сказав парням идти следом. Когда часовая стрелка пересекла одиннадцать, разговоры стали тише. Ребята перебрались в гостиную, где теперь на диване сидел, подогнув ноги, Тэхен, а рядом устроился Чонгук, который с удовольствием вслушивался в слова мягкого голоса, сравнимого с бархатом, и даже кивал, в очередной раз соглашаясь с какой-либо мыслью. Хосок знал, что так будет, поэтому лишь наблюдал за двумя, внутри гордясь собой и своей интуицией. - Мы, наверное, пойдем. Поздно уже, - неловко пожав плечами, Тэ приготовился встать. - Может, останетесь у меня? Ехать вам далеко, а места всем хватит. - Не хочется ставить тебя в неловкое положение, Чонгук-а. - Да брось,я настаиваю. Этой ночью спать будет только Хо, ведь эти двое с упоением в душах продолжат разговаривать обо всем на свете, даже не смотря на время. Они говорили о звездах, о луне, о музыке, о вреде и пользе, о любви и ненависти. Они говорили с душой, они слушали друг друга и отвечали, добавляли свое мнение. Давали друг другу советы, делились мыслями после минутной паузы, а потом и вовсе уснули, крепко обнимаясь с умиротворенными улыбками. Наутро они продолжили говорить и смеяться. Они спали всего несколько часов, но разве это важно, когда душа рвется к другой? Они пили горький чай, закусывая сладким тортом. Они слушали истории, печальные и веселые, романтичные и страшные. Они вместе будили Хосока, а потом прятались в ванной, тихо смеясь под нос и прикрывая друг другу рты. На следующий день они ушли в парк, где было пусто и тихо, где листва под ногами шуршала, где были белые голуби и пушистые кошки, где было красиво и приятно. Они гуляли долго, столько же беседовали. Они стали единым целым всего почти за день. Так прошло два года. В том парке случился первый поцелуй, а на следующий день в укромном месте признания в чувствах. Чонгук начал жить, он начал делиться жизнью с другим. Надежда снова пришла, как и желание. Он был рад, он рад чувствовать себя живым. Сегодня 25 августа 2022 года. Чонгук проснулся с прекрасным настроением. Он оделся, захватил свой подарок для любимого парня и отправился в любимый парк, захватив их совместную фотографию в небольшой деревянной рамочке. Уже с утра они вели переписку, делясь своими счастливыми чувствами о том, что они вместе уже целых два года. Тэхен счастлив. Чонгук счастлив. «Надеюсь, я буду жить», - с улыбкой печатает Гук, получая в ответ злой смайлик. Эту фразу Тэхен не любил, ведь знал, что Чонгук и так будет жить, без всякой надежды. Он заставит его жить. Сегодня 25 августа 2022 года. Он сжимает в руках подарочную коробочку с парным кулоном. Внутри что-то треснуло и разлетелось на миллиард осколков. Он молча склоняет голову. Он чувствует, как обжигающие слезы катятся по бледным щекам и бегут к острому подбородку. «Надеюсь, я буду жить», - это было его последним сообщением, отправленным за три минуты до смерти. «Я буду любить тебя до бесконечности, Чонгук…», - а это последние слова Тэхена, перед тем, как прыгнуть вниз, сжимая в ладони парные кулоны друг друга..