Сбежавшие подопытные

С какой поры это началось? Парень и сам не знал ответа на этот вопрос. В голове металось столько мыслей, столько вопросов, но ответов на них не было. Это вызывало в нем обреченность вперемешку с безысходностью. Когда же?… С самого начала? Точно нет. Так когда? Наверное тогда, когда он начал на постоянной основе наблюдать за ней? Тогда, когда перестал слышать другие голоса, кроме ее? Или тогда, когда у него пробежали мурашки, от произнесенного ею его имени? Но на памяти самого Чарли, Юкико была вторым человеком, что вызывал в нем такие эмоции. Появившись в его жизни, она стала для него неким магнитом, к которому он всегда стремился и которого так сильно желал. Возможно, он не так явно проявлял эти чувства, но что с него взять, таков его характер. Чарли действительно считал Юкико уникальной девушкой, ведь таких как она, единицы. Сама ее внешность скольки стоит. Сочетание в характере безграничной доброты и жестокости, в ситуациях, где это действительно нужно, это не могло не удивлять. Но у этой влюбленности, или даже лучше сказать привязанности, была другая сторона монеты. И именно эта сторона уничтожала не только чувства самого парня, но и его самого вместе с ними. Чарли понимал, что своей привязанностью захлопывает себя в капкан, из которого после выбраться будет уже невозможно. Но кроме этого он также понимал, что захватывает с собой и Юки. Ведь наблюдая за ее словами, действиями и взглядами он все чаще ловил себя на мысли, что представляет вместо белоснежных локонов, каштановые, а вместо серых глаз, зеленые. Его тошнило от этих мыслей и тошнило от себя самого. Хотелось просто убиться на месте, чтоб все забыли его и он сам забыл себя. Как он вообще может представлять на месте одного человека, другого? Но как бы он ненавидел в себе это, как бы не желал избавиться от этой привычки, вновь и вновь на ее месте, но видел ее. Лиза или же ее полное имя — Элизабет. От одного только упоминания ее имени в горле пересыхает, а вся влага переходит на глаза. Это имя несет за собой столько боли, что порой хочется просто взять и стереть себе память, главное — это не помнить никаких воспоминаний связанных с ней. Хотя все же это были двоякие чувства. Чарли и сам не знал, чего желает больше. Никогда не забывать или же забыть ее навсегда и все, что с ней связано. Она была олицетворением неба. Такая же чистая, такая же нежная, спокойная, но так быстро меняющая характер. Может быть строгой, угрюмой или злой, бесящей или надоедливой… Но даже после сильной ссоры, она была способна своим голосом усмирить пыл любого. И этот голос был так похож на голос Юкико. Словно две капли воды… Интересно, какого Итану слушать ее? Хотя до сих пор помня как он тогда отреагировал… — Ты шутишь?! — срывая голос, кричал красноволосый на Итана.- Она же наша сестра! Как ты можешь так легко бросить ее?! Шатен же на его слова лишь отрицательно покачал головой, прислоняясь спиной к стене. — Мы видели отправку многих наших родственников, однако, так яро ты никогда не реагировал. Я все понимаю, это больно, но без ее отправки мы не сможем сбежать. Эти слова разозлили Чарли лишь еще больше, сжимая челюсти до такой степени, что свело мышцы. — Предатель.- с ненавистью прошептал он. Шатен же скрыл свои эмоции за челкой, продолжая молчать. Такое состояние Чарли видали немногие, а если и видели, то единожды. Он был сильно привязан к Лизи, это знали все, но из-за этой привязанности они не могли сделать побег когда угодно. — Хоть ты ему скажи, Том! Вы же тоже дружили! Так почему только я забочусь о ее жизни?! — повернулся сероглазый на брата, что сейчас сидел на кровати и осматривал стену. — Мне нечего больше сказать, мы сейчас не готовы к побегу, у нас нет ничего для него. Мы даже передатчики не способны сломать, какой тут побег? Как ты собираешься ее спасать? Итан прав. Я понимаю, что ты чувствуешь, но и ты подумай трезво. Мы не сбежим сейчас, а другого выбора спасти Лизу нет. Нам тоже больно и тоже грустно, прошу, перестань на нас давить, от нас почти ничего не зависит. Услышав слова друга, парень лишь прикусил губу, и со злости пнув стул, удалился из комнаты. «Почему именно ее?!» — сдерживая подступающую истерику, думал Чарли, стирая рукавом кофты горячие слезы, что не прекращались литься. Почему именно тогда, когда он разобрался в себе и в своих чувствах, все пошло наперекосяк? Почему все его чувства просто растоптали? Почему его мнение никак не учитывается? Почему им плевать на нее? Каждый вопрос, каждая мысль, что возникала у него сейчас в голове, путались в огромный кокон, который разобрать было невозможно. Безысходность данной ситуации просто пугала и выводила парня из себя. Он готов был рвать и метать, пойти вместе нее самого, но никак не отправлять Лизу на верную смерть. Мысли и слезы настолько сильно захлестнули его сознание, что он даже не видел, куда шел, из-за чего врезался. — Ой, прости! — очнувшись, пробормотал он пострадавшему. — Чарли? Ты чего? — вставая на ноги, спросила Элизабет, замечая слезы на глазах. Чертыхнувшись, парень быстро стер их, внимательно наблюдая за девушкой. — Давай сбежим вдвоем.- вырывалось с его уст быстрее, чем он успел подумать. Лицо шатенки тут же вытянулось в удивлении. — Прости, но нет.- покачивая головой, ответила она ему. — Это тебе те два остолопа промыли мозги? — со злостью, прошипел парень, с обидой смотря на подругу. — Зачем ты так. Это вообще здесь не причем, — возмутилась зеленоглазка, мягко улыбаясь.- Это мое личное решение. Мой побег невозможен и подвергнет вас опасности. Как-то так. И зря ты так отзываешься о Томе и Итане. Ты же знаешь, что они на самом деле тоже не рады таким стечением обстоятельств. — По ним и не скажешь. Если бы им действительно было бы больно, то они бы хоть что-то делали, а не пожимали плечами, да разводили руки. — Ты просто сейчас на эмоциях.- усмехнулась девушка, с нежностью смотря на друга.- Давай проведем последние дни вместе? На этом все и закончилось. Через три дня ее отправили, а в доме Чарли так и не нашел ни единого лучика света. Он искал. Действительно искал. Отдавал всего себя и все свои силы, чтоб вновь обрести опору. Но сколько бы он не старался, ничего не выходило и тогда он начал путаться как больше, поэтому решил отвлечь себя чем-то другим. Игры, подготовка к плану, тренировка детей. Сколько бы дней не прошло, он не забудет того, отчего разбилось его сердце и надежда на хорошее будущее, ведь ничто не смогло пойти ее заменой. Время все шло, воспоминания постепенно размывались, а боль стихала. И тогда, в этом огромном, темном океане, он вновь нашел лучик света, что был способен заменить прежний. Серебряный свет, что был так приятен, холодил кожу, но согревал сердце. Но как выяснилось позже, даже это не смогло ему помочь, а сделало лишь хуже. Когда пришло осознание его чувств, старые раны взвыли, напоминая о своем существовании, из-за чего стало еще больней. Все воспоминания тут же повылазили перед глазами, отчего хотелось их выколотить. В особенности было больно видеть то, что этот свет уже принадлежит не ему. Хотя у Чарли было осознание того, что своими желаниями и намерениями он лишь потушит ее. Чарли пытался заглушить эти чувства, подавить их в себе и забыть навсегда, но из раза в раз они всегда всплывали, принося еще больше новых ран. Он запутался сам в себе, не понимал, любит ли вообще Юкико? Или же парень влюблен в ее силуэт? Влюблен в ее схожесть с Элизабет? Чарли не знал как называется это чувство и не осознавал что это. Лишь понимал, что оно способно убить и Юкико, и его самого. Поэтому и отказался от них. И в этот раз парень действительно принял это, несмотря на все, что творилось в нем самом. Может ему действительно предначертано страдание?

***

Ужас. Эта эмоция идеально описывает состояние Чарли, увидевшего смерть еще одной звезды. По коже прошелся табун мурашек, а крик страха застрял в горле. Он даже не заметил, как начал сдирать кожу с кистей рук, пытаясь освободиться от надоедливых веревок. «ЧЕРТ! Да развяжите их уже!» Парень хотел было крикнуть, но понял, что горло сдавливает чем-то противным. «Нельзя дать ей умереть, нельзя…» Паника постепенно проникала в сознание, но здравый рассудок был сильнее. За свою небольшую жизнь он уже успел повидать смерть одного света, так что должен предотвратить гибель еще и Юкико. Чарли начал вертеть головой по сторонам, в надежде найти спасителя и вовремя его увидел. — ИТАН, РАЗВЯЖИ МНЕ ЭТИ ГРЕБАНЫЕ ВЕРЕВКИ! ЕЙ СРОЧНО НУЖНА МЕДИЦИНСКАЯ ПОМОЩЬ! — кричал красноволосый, продолжая брыкаться. Сейчас, в эту секунду, время было самым ценным. Каждая минута, нет, секунда, была важна! От этого зависала жизнь человека. Шатен еще долго ошарашено смотрел на тело, что сейчас изливалось собственной кровью и не смел пошевелиться. В его глазах читался такой ужас и страх, что Чарли было не по себе видеть в таком состоянии друга. Однако, он все равно продолжил. — ЕСЛИ ПРОДОЛЖИШЬ ТАК СТОЯТЬ, ОНА УМРЕТ! — видимо последние слова послужили толчком для синеглазого, так как он, все еще не отойдя от увиденного, чуть ли не падая, подбежал к нему, начиная развязывать бечевку. Он явно плохо соображал, так как руки его путались и выходило все неряшливо. Когда Чарли смог наконец ощутить свободу, то тут же дал затрещину Итану, стараясь привести его в чувства. — Не стой на месте! Быстро развязывай всех и ведите ее в операционную! На удивление, Итан быстро послушался командам красноволосого, а ведь обычно препирался. — РАЗВЯЖИ МЕНЯ! — услышал парень звонкий девичий голос, где-то в стороне. Обернувшись на него, он увидел приятной внешности девушку, с мягкими пшеничными волосами по лопатки и с небесно-голубыми глазами. — Я медик! Я помогу ей! — молила она, со слезами на щеках. Кинувшись в ее сторону, Чарли быстро развязал ей кисти и ноги, поднимая. — Сама дойдешь? — замечая ее пошатанное состояние, спросил он. — Да.- твердо сказала девушка, убегая к раненой. Нужно было помочь всем, парень знал это и продолжал развязывать своих друзей, вот только Вселенная словно решила отыграться на них в последний раз, вываливая все самое ужасное в один момент. Ситуация мгновенно поменяла свой ход в худшую сторону. Появление мам и сестер. Они были вооружены и быстро окружили их по всему периметру, от чего кровь застыла в жилах. Отчаяние постепенно захватывало сознание каждого. Как же так… Почему все идет через одно место? Уже уставший от всего этого Чарли, пытался найти свой автомат, который отбросили куда-то в сторону. — Мама! — крикнула неожиданно Эмма, привлекая к себе внимание. Взгляд ее был туманным, в нем не было и капли надежды, глаза красные, уставший, потерянный вид. Действия ее были чересчур развязанными, что показывали ее неадекватное состояние. «Черт, она же вот-вот свалится в обморок!» — Мама! Юкико умирает, она сейчас умрет, мама, помоги, прошу, помоги! — бормотала она невпопад. «Что ты творишь, дурочка?! Она же тебя сейчас расстреляет!» Схватив найденное на полу ружье, Чарли тут же понесся к рыжей, что почти упала в его руки. Удивленно смотря на изнеможенную девушку, он осторожно опустил ее на землю. Однако, подняв глаза на, как он думал, врагов, парень заметил, что автоматы были направлены в пол. — Где она?! — раздвигая стоящих женщин, Чарли увидел темноволосую девушку, с очень приятным голосом.- Где Юкико?! Но стоило ей увидеть тело нужной ей девочки, как она с шокированными глазами подбежала к ней. — Что происходит?! — воскликнул он, наблюдая за женщиной. — Изабелла, так вы все предатели…- бормотал в бреду Питер, но на него Чарли даже не посмотрел. Плевать хотелось на этого Ратри, пусть хоть сдохнет. Главное, чтоб Юкико была жива… Пока здесь была непонятица, он вечно что-то бормотал бредовое, о том, что все они поплатятся, о том, что все они скот и так далее. Чарли плохо осознавал, что дальше произошло, но видимо всех заложников уже освободили и те, кто имел хоть какие-то навыки, тут же направились к умирающей. Рядом с ней было слишком много людей. Они шумели, из-за чего в ушах появился неприятный звон. «Заткнитесь уже…» Они разговаривали, кричали и плакали, но в один момент, все словно замолчали, а когда Чарли открыл глаза, то понял, что уже почти никого не осталось в комнате. Лишь спящая Эмма лежала на руках Нормана, что стирал свои и ее слезы. Печальное зрелище. Но и еще один человек остался сидеть на своем месте, даже после того, как Юки увезли в ближнюю операционную. Рэй. Чарли не так хорошо знал этого парня, но он хорошо видел, как тот смотрит на Юкико. Он видел его действия и как меняется его характер при ее присутствии. Он действительно уважал его и его действия, хотя иногда хотелось жуть как ударить парня, из-за упрямства. Сейчас же у него не было лица. Тусклые, выгоревшие, обреченные лишь на страдания и боль, глаза. Испачканные в крови волосы и руки, что сейчас опустились на холодный пол. Чарли сейчас лицезрел ужасное зрелище. Моральную смерть еще одного человека. Он видел как тот медленно потухает, видел, что Рэй уже не такой как прежде. Ему было жаль его. Он никому бы в жизни не пожелал увидеть такое. Ты видишь как человек испускает свою душу, видишь как он уже лежит как амеба и не способен нормально реагировать на те или иные действия. Вернется ли он когда-нибудь в норму? Этого уже не знает никто, все зависит лишь от него самого. Тогда то у красноволосого постепенно появлялось осознание, что у него нет и шанса. Он видел как Рэй страдал и видел как любил ее и было бы грехом забирать у него единственную надежду на жизнь, когда Чарли и сам не смог бы ею воспользоваться. — Друг, тебе нужно проспаться.- опуская руку на плечо темноволосому, произнес Чарли. Но Рэй уже был в отрубе. Аккуратно толкнув, парень уложил его на свою куртку. Один он явно не поднимет брюнета. — Если у нее есть те, ради кого она готова вернуться, то она выживет.- говорил сероглазый Рэю. Вряд-ли он его сейчас слышит, но может быть его слова останутся где-то на полках подсознания темноволосого.

***

Постучавшись в дверь, но так и не услышав ответа, Чарли зашел в серую комнату. Почему серую? Потому что она пропиталась этой атмосферой и этим цветом. В воздухе витала гнетущая атмосфера, от которой становилось не по себе. Выдохнув, парень уставше посмотрел на лежащего брюнета, что услышав шорох, медленно обернулся. — Привет, — решил первым завести разговор красноволосый.- Я пришел поговорить. Глаза Рэя остались такими же туманными, но было видно как он старательно пытался их сфокусировать. — Что-то случилось? — охрипшим голосом спросил темноволосый. С его пробуждения прошло уже два дня, но он все также находится в состоянии переваренного овоща. — Не совсем.-отрицательно покачал Чарли, присаживаясь на кровать одногодки.- Это по поводу Юкико. Стоило ему услышать знакомое имя, он слегка вздрогнул, после чего поднялся, готовый внимательно слушать. Рэй даже хотел было что-то сказать, но был быстро перебит. — В общем.- помялся сначала Чарли, собираясь с мыслями.- Я люблю Юки. Три слова, а в груди парня поселилось неприятное чувство. Нахмурившись, он хотел ответить, но его вновь прервали. — Не пойми меня неправильно. Если бы не моя болезнь, то я бы точно не стал тебе так просто уступать. Но я считаю свою влюбленность именно болезнью. Дело в том, что по одним очень печальным обстоятельствам я влюблен в Юкико, но представляю на ее месте совершенно другого человека, которого уже нет в живых, так что я даже не знаю как это объяснить…- бормотал он.- Не столь важна причина, сколько то, что я хочу тебе сказать. В общем, прошу, позаботься о ней. Откинувшись на спинку кровати, Рэй тяжело выдохнул, с неким давлением смотря на парня. — Почему ты говоришь это именно мне и с чего решил, что я не собирался о ней заботиться? Выгнув бровь, он ответил ему в шутливой форме. — Ты серьезно? Да мне кажется уже все, кроме самой Юки и тебя, поняли, что ты к ней испытываешь. — Ладно, проехали…- смущенно отвернулся Рэй. — Я просто не хочу, чтобы ты совершил такую же ошибку, что и я. Всегда все нужно делать вовремя, друг. Она действительно чудесная, поэтому не смей ее погубить.- его последние слова звучали немного угрожающе.- Или на твое место придет кто-нибудь другой. — Хорошо. — Вот и славно, — вставая со своего места, произнес красноволосый.- Не забывай мои слова! — кинул он напоследок, закрыв за собой дверь. Прислонившись к ней рукой, Чарли обреченно выдохнул. — Он действительно будет лучше меня. Небо так прекрасно, что словами трудно описать. И вот на этом прекрасном небе появилась еще одна прекрасная звезда, что после смерти станет лишь ярче.