„Мы снова встретимся”

«Вновь здравствуй, Томо. И вновь я пишу тебе. Жаль, что ты не можешь читать все эти послания. Однако, эти строчки я уже пишу не в первый раз. Я ведь, всё-таки, осмелился это написать. Мне бы хотелось написать обо всём, что не успел я сказать тебе тогда, ранее..» Томо сорвал с дерева яблоко, и улыбнувшись, протянул его своему другу. Жаль, но Казуху волновало совершенно не яблоко. Этот взгляд, который напоминает о прекрасном запахе сирени. Эта улыбка, кажется, заставляет жить самурая. А эти бесподобные волосы, такие мягкие, что хочется зарыться в них навечно, и никогда не вылазить. Улыбнувшись в ответ, Каэдэхара принял яблоко, кивнув головой, и сказал: —Спасибо.. —Не за что, — Томо слегка посмеялся. —Ну.. Я не виноват, что родился низким. —Это делает тебя ещё лучше. На этот раз друг Казухи улыбнулся, закрыв свои глаза. Эти слова Томо повторял из разу в раз, заствляя Каэдэхару краснеть, боясь собственных мыслей. —Но... Разве быть низким-хорошо?—Казуха посмотрел на своего друга то-ли вопросительно, то-ли заинтересованно. —Не важно, низкий ты или высокий. Ты мне нравишься таким, какой ты есть. "Ох, что же ты делаешь, Томо..." Не зная, что ответить, Казуха вновь покраснел и улыбнулся, отведя свой взгляд в сторону. Его друга это забавляло, и он слегка хихикнул. Оба друга сели на землю под деревом, наслаждаясь вечерней атмосферой. «Тогда я очень хотел тебе признаться, думал, момент хороший. Но прости, не вышло. Меня так тронули эти слова.. Я очень признателен. Всё ещё жалею, что не смог тебя уберечь. Прости, что не пришёл раньше. Прости, за то что так случилось.» И вот, наконец Казуха вернулся домой. Упав на свою кровать, он приложил свои руки к груди, повторяя момент со своим другом всё снова и снова, параллельно представляя, что они вместе, и их жизнь прекрасна. От этих мыслей становилось так радостно и тепло на душе, что ронин-самурай не мог не сдерживать своей улыбки. Перед сном он очень часто делал это, засыпая в своих мечтах. Как же хотелось, чтобы эти жалкие мечты были реальностью. Но реальность не такая, как в сказке. Она намного жёстче и суровее, чем кажется. С этими мыслями Казуха не мог смириться, он слишком сильно хотел, чтобы для Томо Каэдэхара значил то же самое, что и для самого Каэдэхары. Пламя в его сердце пылало, оставляя ожоги и шрамы, которое так не хотелось тушить. «С этими мыслями я постоянно засыпал, представляя нас. Счастливых нас. Где всё хорошо, а жизнь - словно сказка, которая была написано специально для нас двоих. Я представлял мир, мир, в котором мы были вместе, в котором мы не задумывались об этих проблемах, и об этой ужасной Охоте на глаза бога.. Я так хотел, чтобы мои чувства были взаимными. Так хотел, чтобы ты меня прижал к себе, и поцеловал. Так хотел, чтобы ты как и всегда, немного посмеялся, а затем сказал: -Всё хорошо. Я с тобой. Глупый, я здесь, я люблю тебя. Тебе никто и ничто не навредит. Но, вспоминая тот день, становится лучше, легче. Он давал надежду на будущее.» Взволнованный Казуха поднимался на гору, в его мыслях творилось что-то неладное, все мысли перемешались. "Почему ночью, на горе, так ещё и он говорил это так... растерянно?" Каэдэхара старался откинуть плохие мысли. Зачем они ему? Плохие мысли не доставляли ему удовольствия. Он хотел уже скорее всё узнать. —Казуха! Привет, я очень рад тебя видеть.—Томо подошёл к своему другу, протянув свою руку для рукопожатия. —Здравствуй, Томо. Что произошло? — Казуха пожал ему руку, тревожно глядя на своего друга. —Садись. Друг Казухи сел на край скалы так, что у него свисали ноги вниз. Он посмотрел на Каэдэхару, ожидая, пока тот сядет рядом с ним. Ронин-самурай сел рядом, уже боясь того, что же произошло. Однако, Томо не спешил начинать разговор. Он смотрел в небо, улыбаясь ему. Звёздное небо. Такое чистое, но и одновременно такое тёмное. Вроде и комфортно, а вроде и нет. Лишь полная луна и маленькие точки, которые были звёздами, служили как светильник, не давая поглотить тьме абсолютно всё. —Я .. не знаю с чего начать. — Томо продолжал смотреть в небо, всё ещё улыбаясь, но в его глазах чувствовался страх и тревога. Он боялся смотреть на Казуху. —Томо.. Я готов ко всему. Не тяни, пожалуйста.—Казуха придвинулся ближе к своему другу.—Я переживаю и волнуюсь, вдруг это что-то очень серьёзное. —Говоришь, не тянуть..—И вновь Томо немного посмеялся, и посмотрел на своего друга.-Я тебя люблю. Момент, когда дыхание участилось. Казуха не знал, что ему сказать, что сейчас делать. Он находился в приятном шоке, не зная, как реагировать. Наконец, пламя, которое до сих пор сидело в его сердце, больше не причиняло ему боли. Не оставляло ожогов и шрамов. Каэдэхара всё так и не нашёл ответа, поэтому просто без слов обнял Томо. Это будет понятным ответом. —Казуха... Я не совсем понимаю... что это значит.. —Я тебя тоже люблю. Теперь и пламя в сердце Томо тоже стало безболезненным. Оно тоже больше не оставляло ожогов и шрамов, вредя ему. —Ты не представляешь, сколько всего я хочу рассказать тебе об этом.—Казуха прижималася к своему возлюбленному сильнее, а он обнимал его в ответ, улыбаясь. —Утром всё расскажешь. И мне тебе тоже стоит..—И вновь тихий смешок. Такой радостный и тёплый. «Тот день... Он заставил меня взглянуть на мир по-другому. Я.. даже и не думал, что мои чувства окажутся взаимны. Меня переполняли эмоции, но я лишь обнял тебя, стараясь не заплакать от радости. Этот день я запомнил навеки. Но, пришлось запомнить ещё один день.» Казуха увлечённо болтал с Томо, рассказывая о том, как он страдал по нему, как утром просыпался с грустными мыслями, как представлял их вместе. А тот лишь улыбался, прижимая возлюбленного ближе. —Кстати.. Тебе знакомо это... как оно... "Мусо но Хитотачи!" Вспомнил! —Да. Это искусство владения мечом, его можно увидеть только тогда, когда будет применено «божественное наказание», а это вершина мастерства Райден Сёгун. —Должен быть тот, кто должен противостоять этому. Всегда найдутся те, кто осмелятся устоять перед сиянием молнии. А как думаешь ты? —Никак. По поводу того, что сейчас происходит в стране—никак. —Интересно... «Зачем я тебе вообще рассказал. Глупое искусство.. Почему? Зачем ты отправился туда и совершил это? Томо, ты оставил меня...» Казуха бежал, что есть сил. Бежал, надеясь, что успеет. Прибыв на место, Казуха услышал то, чего явно не хотел слышать. „Поединок окончен. Томо проиграл.” —Нет, этого не может быть... Каэдэхара схватил предсмертный глаз бога возлюбленного, отправясь в бега. Боль, обида, страх. Что же делать дальше? Как жить, если рядом с Казухой нет его?.. "Зачем ты вообще бросил вызов на дуэль.. Глупый..." Уже заливаясь слезами, Каэдэхара бежал, иногда спотыкаясь и падая, надеясь, что его не найдут. «Я столько всего испытал в этот момент. Ты просто взял и оставил меня.. Сейчас Охоты на глаза бога уже нет. А ведь ты говорил, что мы вместе увидем этот момент. Ты не сдержал своё обещание.. В прочем, уже неважно. Я устал. Я устал просыпаться, и не видеть тебя рядом. Я снова так хочу тебя обнять... Вновь увидеть... Почему это невозможно? Остаётся лишь один выход, и я им воспользуюсь.» Дописав письмо, по щеке Казухи скатилась слеза. Он осторожно положил письмо на могилу, уходя за горизонт. „Мы снова встретимся.”