Глава 26
16 декабря 2022 г., 04:49
***
Утро началось в полшестого. В шесть все Вороны уже были на поле, готовые к изнурительной кардиотренировке. Эндрю с Натаниэлем, не спавшие нормально уже несколько дней, еле перебирали ногами. Под их глазами залегли синяки от недосыпа. Тэцудзи был наоборот бодрым и имел наполеоновские планы на команду. Он не церемонился, сразу зайдя на поле, дал команду бежать. Вороны побежали. Стройным рядом. Всего один круг по полю, и тренер начал усложнять задачу. — Играем в догонялки. Последний из колонны догоняет первого. Повторяем три раза. Обязательно всем. Натаниэль, услышав задание, замедлился и встал в конце. Тренер дунул в свисток, и Рико, будучи первым, ускорился, а Натаниэль, специально ставший последним, сорвался с места. Веснински в скорости и выносливости не уступал никому, уж очень он любил бегать. Поэтому он стремительно обогнал колонну Воронов, бегущую спокойным темпом, и нацелился догнать Морияму. Рико успел достаточно отбежать от команды, чем усложнил ему задачу, который все-таки быстро сокращал дистанцию между ним и капитаном. Вскоре четвёртый номер дышал в спину первому. Рико слышал Веснински за своей спиной и старался бежать быстрее, но рыжий от него не отставал. Очень быстро первый номер почти догнал колонну, и в этот момент четвёртый буквально ударил его в спину. Рико пошатнулся и чуть не упал, закашлявшись от удара в грудной отдел. Натаниэль с ехидной улыбкой спокойно обогнал его, стал первым, и теперь один из Воронов догонял его. Здесь рыжий позволил себе отдохнуть. Его быстро нагнали, и теперь он спокойно бежал со всей командой. Когда во второй раз Натаниэль догонял Рико, ситуация повторилась, но в этот раз Веснински нанёс удар по плечу капитана. В третий раз рыжий совсем потерял страх и дернул Рико за руку, чуть ли не заставляя Морияму упасть на колени. Когда упражнение закончилось и Воронам дали время на растяжку, Рико был в ярости. Он не мог сорваться при тренере, поэтому кидал гневные и многозначительные взгляды на Натаниэля. Про Эндрю он уже начал забывать. Всю оставшуюся тренировку Веснински, как мог, насмехался и издевался над Рико: пинал его, сбивал с ног, якобы случайно кидал в него инвентарь. А самое главное, делал это с ангельским ликом превосходства. Морияма не выносил этого выражения лица. Обычно оно предназначалось прессе или соперникам и прямо говорило: «я выше вас, жалкие создания, так что относитесь ко мне, как к Богу». Но Рико ненавидел ощущать себя ниже кого-то. Ему хватало собственного брата, поэтому терпеть подобное от кого-то ещё первый номер не намеревался. Тренировка закончилась в восемь. И больше в этот день тренировок назначено не было. Большой банкет спасал Воронов от растерзания на тренировке, поэтому все в тайне любили его и подобные ему мероприятия. Но был среди всех один человек, который Большого банкета боялся больше всего в жизни. Натаниэль ненавидел своего отца за убийство матери, за его жестокость, за его отношение к нему, как к инвестиции в будущее. Он его просто ненавидел, но при этом был его копией. И нет, у него не было биполярного расстройства или чего-то подобного. Просто часть парня не желала никому смерти, не метила на место Мясника. Эта часть его хотела покоя, но была в нем и другая часть, та, что желала крови и зрелищ, власти и разврата. Веснински был сломанным ребёнком, которого растили любящая мать и жестокий убийца — отец. И если раньше он был сломан, словно напополам, то, лишившись матери, часть, ею вложенная ослабла, и почти исчезла. Натаниэль Веснински — копия отца, будущий приемник Мясника, часть Якудзы. Это все он знал и ненавидел больше всего. Поэтому отхватить тумаков перед Большим банкетом для него было как принять холодный душ в жаркий день. Его это освежало и бодрило. Именно поэтому в раздевалке, харкая кровью, не в состоянии поднять руки, Натаниэль смеялся, а когда не смог смеяться, улыбался почти блаженно. Он чувствовал себя совсем пустым и в то же время целым. Он отвёл удар от Эндрю и устроил себе сеанс терапии, которого ему так не хватало. Слишком давно у него не было драк, больше похожих на избиение, в которых он был жертвой. Даже Рико удивился отсутствию сопротивления со стороны рыжего, когда вгонял лезвие ножа тому в руку. Натаниэль просидел в раздевалке около часа. Он даже начал засыпать, когда дверь открылась, и свет из коридора неожиданно начал слепить глаза. Эндрю подошёл к Веснински, но тот не отреагировал на него. Миньярд осмотрел все повреждения, которые мог, и сделал вывод, что Рико очень постарался не затронуть лицо и ничего не сломать. Оно и понятно, на банкете могли появиться только сам Морояма и его свита. Этого было бы достаточно. Но вот если не появится уже кто-то из нумерованных, то это была бы проблема. Ещё хуже было бы, появись кто-то с явными насильственными увечьями. — Рико все же не дурак. — Заключил Эндрю свой осмотр и подхватил парня за руку. Пока Эндрю тащил на себе Натаниэля, рыжий не произнес ни слова. Он словно все ещё был в раздевалке один. Это начинало пугать и злить Миньярда. Он донёс на себе Веснински, оставил его в комнате, уверенный в том, что тот никуда не денется, и пошёл искать Веронику, как единственного человека, к которому он может обратиться. Он быстро нашёл девушку в ее комнате. Она сидела на кровати, откинувшись на стену, и к ее руке шла трубочка от капельницы. Сейчас она походила на Натаниэля: также бездумно и одновременно глубокомысленно пялится в потолок, ни на что не обращает внимания и сидит, словно под кайфом. Эндрю тихо позвал Смит, и она, слегка дёрнувшись, обратила на него внимание. Сейчас при блеклом свете кожа девушки казалась почти белой, а синяки под глазами чуть ли не чёрными. Миньярду было не легко смотреть на девушку в таком состоянии. Он не знал, что с ней, но понимал, что явно ничего хорошего. — Ты чего? Все хорошо, это просто витамины, — улыбчиво отозвалась девушка. — Зачем пришёл? — Натаниэля избил Рико. Есть какие-нибудь мази, бинты или пластыри. Его подлатать не помешает. — Да, конечно. Возьми в тумбочке. — Девушка мотнула головой в сторону своей тумбы. Эндрю кивнул, подошёл к тумбочке и начал искать в ней все необходимое. Его очень удивил факт того, что в тумбочке у Вероники не было ничего, кроме лекарств, шприцов, мазей, рецептов и бумаг с диагнозами. Он их не читал, сам хорошо знал, как выглядят подобные бумаги. Поэтому Миньярд быстро нашёл все, что ему было нужно, и закрыл тумбочку. — Спасибо, — поблагодарил Эндрю и с беспокойством напоследок посмотрел на девушку. Вероника в ответ улыбнулась, как и всегда, ярко и по-дружески. Сейчас она напомнила Эндрю Рене, от чего парень даже замер на долю секунды, но быстро выкинул эти мысли из головы и пошёл к Натаниэлю. Как и предполагал Эндрю, Натаниэль не сдвинулся ни на миллиметр. Его глаза смотрели в никуда и напоминали стекляшки. Сам он был похож на куклу, которую отвязали от конструкции кукловода. — Рыжик! Веснински еле повернул голову и посмотрел на парня. — Отлично, не помер. — Эндрю подошёл к парню и ещё раз бегло осмотрел все повреждения. Натаниэль никак не отреагировал, продолжая находиться где-то не в этом мире. Миньярд решил не церемониться с ним и начал обрабатывать все раны. Для этого пришлось рыжего раздеть, и Эндрю был в шоке от увиденного. Все тело парня было в синяках, царапинах, ссадинах, а посередине груди красовалась кровавая цифра 4, как на скуле. — Ублюдок! — Плюнул Миньярд, с презрением и злобой, начиная залечивать раны рыжего. Эндрю долго провозился с этим занятием, но в конце Натаниэль был не цел, но уже не истекал кровью и не походил на один большой синяк. Было уже десять утра, а Веснински все ещё изображал труп. — Натаниэль, — позвал его блондин. Тот не отреагировал. — Да блять! Прийди в себя! — Эндрю упарил кулаком рядом с головой Натаниэля. Тот словно вынырнул из бочки с водой. Встрепенулся, глаза забегали, даже задышал, словно бежал кросс. Эндрю выдохнул с облегчением и осел прямо на коленях у парня, уткнувшись в чужие плечи. Вдруг его слабо начали гладить по спине. — Не переживай, снежок. Это только начало, — с легкой улыбкой сказал Веснински. — Че ты несёшь? Сдохнуть решил?! — Миньярд откинул от себя руки рыжего. — Не знаю, — насмешливо ответил Натаниэль. — Главное, запомни, чтобы не случилось. Единственный, кто тебе поможет — Вероника. В случае чего она знает, что тебе делать. — Ты серьезно помереть собрался, идиот? Эндрю все сильнее начинал злиться. Почему Натаниэль решил играть с ним в такие игры? Он только решил поверить ему, возможно, даже довериться. А он собирается умирать?! Это выглядело предательством. — Я не знаю, что будет, Эндрю. Правда. Но это что-то должно изменить все. Натаниэль был спокоен, рассудителен. Он говорил, как старец, повидавший в жизни все, и это вселяло надежду. Эндрю решил позволить Веснински и себе маленькую слабость. Все равно, если рыжий решил помирать, то это все уйдёт в могилу вместе с ним, а если нет, Эндрю будет готов землю рыть носом ради него. Он не знал, что придумал Натаниэль, но по одним глазам было понятно — он сдержит своё обещание. — Да или нет, Натаниэль? Голубые глаза посмотрели в карие с такой незыблемой надеждой и преданностью, что Миньярд на секунду забыл, как дышать. — Да, — еле слышно протянул Веснински. И его тут же поцеловали. Их поцелуи никогда не были такими чувственными, никогда не были такими невинными. Сейчас Эндрю сам положил руки Натаниэля на своё тело, позволяя себя касаться, от чего Веснински терял последние капли рассудка. У них кружилась голова, дрожали ноги, глаза сами закатывались и закрывались. А ведь они просто целовались. Натаниэль не был уверен, что это не последний их поцелуй, но точно знал, что первый, когда Эндрю по-настоящему доверился. Они долго целовались, а потом долго смотрели друг другу в глаза. Им не было страшно, не было неуютно. Им было хорошо. Впервые за много лет им обоим было хорошо. Но все хорошее когда-то кончается. Время выезжать на Большой банкет.
