Сыр без масла

      — Стас, мне очень, прям позарез нужна твоя помощь!       — Что случилось? — Стас был удивлён. Он не помнил, когда в последний раз Олег так умолял его.       — Лена, та девушка, про которую я рассказывал… Короче, у меня получилось, я пригласил её провести сегодняшний вечер вместе!       — Вау, поздравляю! — Стас действительно был рад услышать эту новость.       — Только я без понятия, куда пойти. Ну, то есть мы договорились в кино, а куда потом — вообще не знаю, и что надеть — тоже. — Стас хотел было вставить слово, но Олег продолжал взволновано тараторить: — Я ни в чём не уверен, боюсь, что оденусь слишком просто или наоборот, как на парад. Пожалуйста, приходи и помоги!       — Хорошо, хорошо, только не истери, молю.       Стас вздохнул и отложил телефон, потянулся за кружкой кофе и наткнулся на мягкий взгляд Лёши.       — У тебя забавный друг.       — Такой громкий динамик?       — Ага, — согласился Лёша и откусил кусочек от гренки. — Когда поспешишь на помощь?       — Думаю, чем скорее — тем лучше, а то он рискует потерять рассудок. А у тебя какие планы? Ты работаешь сегодня?       — Нет, мне дали достаточно отгулов, чтобы прийти в себя. Пожалуй, займусь собой, посмотрю что-нибудь, в магазин схожу проветриться. Может, ещё что-то.       Этот ответ немного успокоил Стаса, да и Лёша выглядел куда лучше, чем вчера, поэтому после завтрака он сразу отправился к Олегу.       — Уверен, что нормально?       — Ты не в ресторан её ведёшь. Сказал только про кино, так что и она, не зная точных планов, наденет что-то удобное. Это такой намёк, понимаешь: у нас свидание, но я не против приключений. К тому же летние ночи созданы для прогулок, так что самое оно.       Олег ещё раз взглянул на себя в зеркало. Привычные светлые джинсы, заправленная в них молочная мягкая футболка, которую Стас неизвестно как откопал у него в шкафу, предусмотрительно захваченный Золотко голубой тонкий лёгкий бомбер, что сидел на Олеге не хуже, чем на хозяине, и бежевый кожаный ремень от Диор, подаренный Стасом пару лет назад. Парню нравилось, но сегодня он сомневался во всем. Олег пригладил кучерявые шоколадные волосы, взглянув через плечо на развалившегося на кровати Стаса, на его уверенный взгляд, и немного успокоился.       — Пожалуй, ты прав, — наконец, сказал он. — А куда после кино пойти?       — Да куда настроение будет, — окончательно растянувшись на кровати, отмахнулся Стас.       Олег в два шага преодолел разделяющее их расстояние и безжалостно потряс друга за плечи.       — Я позвал тебя ради советов! В ответственный момент мне будет легче думать, если ты подкинешь варианты.       — Откуда мне знать, чего вы захотите после кино? Этого никто не знает. Вероятнее всего, проголодаетесь, можешь погуглить заранее кафешки недалеко от кинотеатра.       — Посоветуй что-нибудь, — не отставал Олег. Сегодня он был настойчив, как никогда.       «Наверное, она действительно невероятно ему нравится», — с лёгкой тоской подумал Стас. Он был рад за друга, легко принял крепкие объятия, когда только пришёл, и с улыбкой наблюдал за тем, как Олег рыскает среди разбросанных вещей, как послушно отходит в сторону и с надеждой следит за Стасом, поднимающим то одну футболку, то другую. Но чем дольше он наблюдал за волнениями друга, тем сильнее ощущал пусть и белую, но зависть. Ему тоже ужасно хотелось на настоящее свидание, признания хоть каких-то отношений, а не того неопределённого мыльного пузыря между ним и Лёшей, который мог лопнуть в любой момент.       — Стас! — Его вновь потрясли за плечи.       — Ох, да они все для меня одинаковые. Я могу посоветовать только рестораны или клубы, но вряд ли для первого свидания это подходит. Хотя…       — Что? — нетерпеливо спросил Олег.       — Могу рассказать про один неплохой бар.       Успокоив Олега настолько, насколько это было возможно, Стас попрощался и направился в сторону дома, но стоило пройти несколько кварталов, как его остановил гудок подъехавшей машины.       — Привет, Стас, — из опущенного стекла показался Артём. — Куда идёшь? Подбросить?       — Привет. Да не, мне недалеко, — с улыбкой соврал Стас.       — Слушай, — Артём на секунду опустил взгляд, раздумывая над следующими словами, — у тебя есть планы?       — А что? — конечно, у Золотко не было планов, но ответ зависел от дальнейших слов приятеля.       — Не хочешь ко мне, выпить?       Откровенно говоря, Стас не хотел. Ему куда больше нравилась идея вернуться домой, сходить с Лёшей в магазин, словно настоящая парочка, и провести время вместе, неважно за каким занятием, хоть за разглядыванием фотографий в книжке Лёши. Но Артём хоть и держал плечи расправленными и выглядел как всегда с иголочки, смотрел на Стаса с легкой просьбой, а в его серых глазах читалась грусть. Да и идея пить в середине дня вряд ли была навеяна хорошими новостями.       «Кажется, я сегодня жилетка и спасатель», — подумал Стас и сел в машину.       — Откуда едешь, если не секрет?       — С совещания, — хмуро ответил Артём, а затем уточнил: — Отец взял с собой.       — Что-то случилось?       Они остановились на светофоре, Артём постучал пальцами по рулю, проводил взглядом редких пешеходов и сказал:       — Я напортачил. Ужасно вышло.       — Отец злился? — спросил Стас. Он не видел родителей Артёма, но знал, что некоторые ждут от своих детей слишком многого.       — Нет, сказал, что бывает. Но… Скорее я сам на себя зол. Сейчас как вспомню свои предложения, так краснею от их нелепости и глупости.       — Я думаю, все всё понимают, — как можно мягче сказал Стас.       — Папа тоже так сказал, но настроение всё равно паршивое. Хочу напиться в хлам!       — Стоп, — Стас оторвался от спинки сидения и уставился на Артёма, — у тебя настолько большие планы?       — Прости, для тебя это, вероятно, не вовремя. Наверняка планировал вечер с какой-нибудь красоткой. Как насчёт идеи составить мне компанию, я отрублюсь, и ты пойдёшь домой? Наш водитель довезёт, куда захочешь.       — Успокойся, нет у меня никаких планов ни с какими красотками, — Стас устало потёр переносицу. — Ты вообще уверен, что сможешь выпить столько, чтобы отрубиться? Тебе плохо потом не будет?       Стас не помнил, чтобы Артём много пил. Хоть Золотко и не следил за ним, по приятелю было видно, что после тусовок он уставший, но совсем не пьяный.       — Не знаю. В последний раз меня сморило от двух бокалов вина лет в пятнадцать. И после этого Катя просила много не пить.       — Катя? — удивился Стас. — Почему именно она?       — Я немного подпортил её комнату, — уклончиво ответил приятель.       По приезде Артём попросил домработницу приготовить закуски и повёл Стаса к бару. На вечеринках они закупались хорошей выпивкой, однако самый сок хранился в баре и пьяную кучу тусовщиков к нему, разумеется, не подпускали. Такие вещи, как правило, были для личного пользования или гостей, которым хотелось выказать радушие.       — Маме недавно дарили это шампанское и мартини, — Артём указал рукой на две бутылки, — но мы их ещё не пробовали, поэтому не могу сказать, каково на вкус, а здесь домашние настойки, папин друг увлекается их приготовлением, даже какое-то время выпускал по области, но ему быстро надоело и решил оставить это только как хобби. Здесь коньяк, виски, ром… О, Катя недавно про этот говорила, — Артём провёл аккуратным пальцем, на котором красовалось кольцо с бриллиантом, по бутылке рома, — ей понравилось, а мне нравится, — он потянулся чуть вглубь и достал небольшую бутылку виски, — вот это. Когда летаю, всегда беру в Дьюти Фри.       — А это что? — Стас указал на бутылки с ярким содержимым: розовое, красное, жёлтое. — Ликёры?       — Да. Довольно сладкие, кроме лимончелло. Хочешь начать с них?       Стас ненадолго задумался, переводил взгляд с бутылки, что держал Артём, на цветастые ликёры, и всё же согласился. Он ожидал удивлённый взгляд или, по меньшей мере, немой вопрос, но вместо этого Артём лишь сказал:       — Скажу Марии, чтобы принесла тебе десерты.       Стас переживал: он ни разу не оставался наедине с Артёмом, понятия не имел, о чём с ним говорить. С Катей ему было просто с самого начала, несмотря на то, что он часто не понимал её взглядов, но вот чем живёт и о чём думает старший брат — Золотко даже предположить не мог. Однако он быстро расслабился, и не из-за спиртного и домашних десертов, аккуратно выложенных на этажерке, по которым Стас ужасно скучал, а благодаря способности Артёма вести светские беседы. Только они были не скучными и пустыми, как привык Золотко, а пропитаны искренней ненавязчивой заинтересованностью: Артём не заходил на личные темы, ловко маневрировал от вопроса к ответу, и ему потребовалось совсем немного времени, чтобы понять, в какую сторону двигаться, и вот они уже увлечённо обсуждали архитектуру, а в частности дом Игоря.       — Я всё время, что был там, разглядывал его со всех сторон. Даже крапинки на бетоне, казалось, идеально подобраны: щепотка к щепотке.       — Видать, не слишком весело тебе было, если ты разглядывал фасады, — усмехнулся Стас.       — Нет, мне понравилось, — вежливо отозвался Артём, но по холодным ноткам Стас понял, что это минимум на восемьдесят процентов ложь. — Но я не мог пуститься в пляс на полную, обещал родителям, что пригляжу за Катей.       Стас закинул в рот пару орешков и, жуя, вдруг понял:       — Как она? Сдала ЕГЭ?       — Результаты будут через неделю, но по её ощущениям вроде неплохо справилась, — Артём оглядел свой бокал, прикинул, хватит ли подтаявшего льда, и налил новую порцию.       — Сегодня у неё ещё один экзамен?       — О, нет, недавно был последний. Она с Денисом.       Стас так и застыл с открытым ртом и пирожным в руках. Он догадывался, что это значит, но поверить не мог.       — В смысле? — выдавил он из себя.       — На свидании. Или типа того.       Стас не мог понять, как Артём относится к этому, внешне он ничуть не изменился: всё так же сидел, откинувшись на спинку дивана и расправив плечи, но вот свои чувства Золотко осознавал как нельзя лучше. Он отложил пирожное, взял новый бокал и произнёс:       — Плесни-ка и мне вискаря.       По окончанию бутылки Артём из элегантного парня с тонкой натурой превратился в захмелевшего растрёпанного мальчишку, а ещё через полбутылки настойки Стас к нему присоединился.       — Подумать только — раз, и после всего они встречаются! — сокрушался Золотко.       — После всего? — чуть приподнявшись на локтях, спросил Артём. Он ещё после третьего бокала пересел на диван к Стасу, а когда они начали настойку, то и вовсе разлёгся на нём, скинув домашние тапочки.       — Ох, это долгая и словно вечная история. Если кратко, то Денис решил, что я хочу увести Катю, и показал себя перед ней не в лучшем свете. Идиотизм зашкаливает.       — Ревность возбуждать — одной любви пристало! — воскликнул Артём, подняв рюмку вверх, а затем выпил содержимое залпом.       — Скажи, а ты знал, что она ему нравится? Гриша сказал, что это было очевидно, — вспомнил Стас.       Артём приподнялся, облокотился о подлокотник, отвёл светлые волосы назад и задумался. Стас отметил, как точны и аккуратны были все его движения, а плечи по-прежнему оставались расправленными, будто ничто не способно испортить его осанку, в каком бы положении и состоянии Артём не был.       — Денис добрый, приветливый, заботливый и располагающий к себе. Но Гриша его хорошо знает, видимо, поэтому легко понял, что его внимание к Кате отличается от обычного внимания к другим, — ответил Артём.       — То есть, так сразу и не скажешь? — обрадовался Стас.       — Только если придавать этому значение. Тогда заметно.       Стас не очень понял, что Артём имел в виду, впрочем, в их состоянии это было неудивительно.       — Куда ни глянь — у всех отношения! — Стас стукнул кулаком по журнальному столику. — Причём порой после совершенно нелепых обстоятельств.       — Не говори. Надоели! — живо согласился Артём. Стас удивлённо глянул на него. — Хотя, необычно, что тебя это волнует. Мне казалось, ты не заинтересован в подобном. И задевать тебя это не будет.       «Задевать? — повторил про себя Стас. — И вправду, это немного задевает».       — Ты прав, — Золотко наполнил рюмки. — В целом я именно такой человек.       Артём приложил рюмку к губам и закивал: да, да, Стас, ты именно такой. Обычно Золотко плевал бы на происходящее вокруг: кто там, с кем и как, но сейчас, чем больше он наблюдал за другими, тем более сложной и безвыходной казалась ситуация с Лёшей. Он завидовал, хотел, чтобы и они, наконец, были вместе.       — А что насчёт тебя?       — Я чист, как первый снег!       Помимо того, что такая формулировка показалась Стасу странной, он удивился, с какой гордостью Артём это произнёс. Хотя, возможно, ему показалось, и приятель таким способом скрывал смущение.       — Эй, хочешь, помогу тебе? — заговорщицки прошептал Стас, чуть склонившись в сторону Артёма. — Уверяю, тебе ни одна девчонка не откажет.       — Благодарю, но я сближусь только с тем человеком, кто оценит меня по достоинству.       Стас внимательно глянул на Артёма. У него был аккуратный маленький нос, чуть менее вздёрнутый, чем у Кати, красивая плавная линия скул, тонкий подбородок и миндалевидные глаза с пушистыми ресницами. Откровенно говоря, как минимум внешне его кто угодно мог оценить по достоинству, но что волновало Золотко больше: неужели приятелю не любопытно? Стас помнил, как пускал слюни на привлекательные женские тела, как мечтал прикоснуться к ним, испытать, каково это, лишиться, в конце концов, девственности. Порой в фантазиях проскальзывали и рыжие мальчики, но их Стас настойчиво гнал, и ещё проще это стало делать, когда он таки познал плотские утехи.       Золотко тяжело вздохнул. Не стоило об этом думать, у него уже давно (по меркам самого Стаса) не было секса, и если раньше эта проблема решалась легко и быстро при первой возможности, то теперь, даже если его окружит толпа прекраснейших девушек, он, стиснув зубы и собрав волю в кулак, откажется. Пусть у него не было с Лёшей как таковых отношений, но казалось неправильным, ежедневно целуя его, спать с кем-то другим.       В какой-то момент они задремали и проснулись от трели звонка на телефоне Стаса.       — Стас, дружище! — от голоса Игоря Золотко в момент протрезвел, а противный хмельной привкус во рту стал ещё ужасней. — Приватное турне, как тебе такое? — спросил Игорь и, так и не дав ответить, продолжил: — Давай, заеду на твою экспериментальную хату, подберу тебя.       — Я не дома, — сказал Стас, радуясь тому, что всё же согласился зайти к Артёму и одновременно пытаясь прикинуть, хватит ли ему денег на гулянку.       — Ура, веселье продолжается! — воскликнул Артём, подскочив с дивана. Стас подумал, что надо бы уже убавить динамики на телефоне.       — О, слышу знакомый голос, — довольно отозвался Игорь. — Чудесный настрой. Что ж, ждите, скоро заеду.       Стас устало провёл по лицу. Ладно, отказ всё равно был бы подозрительным, они больше месяца никуда не выбирались чисто своей компанией.       — Вовремя, скажи? — широко улыбаясь, Артём повис на Стасе.       Парень рьяно стерёг свои границы, порой хмурился даже от того, что кто-то просто клал руку на плечо, но были те, на кого он вешался сам. Стасу было сложно понять, по какому принципу Артём определяет этих людей: если с Катей всё было ясно, то причину благосклонности в сторону Дениса и него самого Золотко уловить не мог.       — Ага, — вяло отозвался он. — Только мой тебе совет — колечки сними.       Артём застыл, а затем уставился на пальцы, будто Стас велел их отрезать.       — Все?       — Если не хочешь, чтобы в каком-нибудь клубе их с тебя стянули, то да.       Игорь приехал на лимузине Крайслер, в котором среди ярких огней подсветки мелькало уже весёлое пьяное лицо Гриши. Видимо, до встречи они проводили время примерно так же, как Стас с Артёмом.       — Остался Денис, — сказал Игорь, оглядывая помятых приятелей. — Что, веселились?       — Убивали время, — расплывчато ответил Стас и постарался перевести тему: — У Дениса дела.       — Да ну? — усмехнулся Игорь. В его понимании у них не должно было быть дел важнее, чем встречи с ним.       Стас прикинул, стоит ли вдаваться в подробности и говорить правду, но Артём опередил его:       — Он сегодня проводит время с Катей.       — О-о-о, — протянул Игорь. — Впрочем, это нельзя назвать неожиданностью. Они оба такие мягкие и осторожные.       Для Игоря мягкими были все, кто не стремился разгромить в пьяном кумаре всё, что попадалось под руку.       — Что ж, дадим деткам поразвлекаться, — Игорь щёлкнул зажигалкой и повернулся что-то сказать водителю.       Стас незаметно набрал сообщение Лёше, предупредил, что вероятнее всего вернётся поздно, хотя в душе надеялся, что всё получится иначе и Игорю быстро надоест. Но они долго наматывали круги по городу, затем заехали в один клуб, другой, третий, Стас то и дело проверял остаток на счету и каждый раз благодарил богов, что лимузин был приятеля и не нужно платить за аренду, а в половине из клубов его абонемент на VIP-зону ещё не сгорел.       — Ой, это же Золотко!       — Стас, дорогой, где ты пропадал? Мы так соскучились.       С двух сторон к нему присели подтянутые молоденькие девушки. Он их помнил, крашеная блондинка то крутилась на шесте в главном зале, то исполняла приватные танцы, а со второй он познакомился ещё в «Сапфире». Смуглая кареглазая девушка с дагестанскими корнями тоже изредка танцевала, но её коньком были разговоры, которые на первый взгляд в клубе были неуместны, но она умела подобрать нужную тему, слово за слово предлагала заказать то одну бутылку, то другую, и заставляла возвращаться к ней снова и снова. В «Сапфире» такой подход не оценили, другие девушки в своих стрингах приносили не меньше денег, чем она после болтовни, потому что большинство гостей были не в состоянии болтать. Поэтому подружка-блондиночка позвала её сюда, в место, где было достаточно клиентов, предпочитающих снимать штаны не сразу. И хоть Стас предпочитал бледных и более высоких, ему нравилась в какой-то степени экзотическая красота Жасмин, глаза-омуты, тёмные выразительные брови. Вот только сейчас всё это было ему совсем не нужно.       — Эй, девочки, а по мне вы не скучали? — Игорь развёл руки в стороны, приглашая в свои объятия.       Стас ненавидел, когда он так делал, ни на минуту не давал забыть о себе и словно напоминал: всё твоё — наше. Но в этот раз подобное поведение приятеля было как нельзя кстати.       — Игорёк, конечно, тебя мы тоже всегда рады видеть, — сладко произнесла блондинка.       — Давайте, девчули, побалуйте и его, — Стас похлопал девушек по плечу и те пересели к Игорю.       Когда приятель окончательно увлёкся девушками, Золотко отодвинул плотную шторку их VIP-шалаша и оглядел зал. У барной стойки стояли Гриша и Артём, у которого постоянно что-то падало из рук: то трубочка от коктейля, то зубочистка, то телефон. Стас покачал головой и порадовался, что уговорил его снять кольца.       — Ты в порядке? — спросил Золотко, подойдя к приятелям.       — Он-то да, а вот экран телефона — ни разу, — Гриша безобидно засмеялся и опрокинул в себя шот.       — Это защитное стекло, так что всё нормально, — вздёрнув подбородок, заявил Артём.       — Ага, главное не просри то, на что его клеят, — посоветовал Гриша.       Они заказали порцию шотов, чокнулись и уже хотели отпить, как на шею Артёма закинули крепкую руку, от чего бедняга чуть не подавился и пролил на рубашку часть содержимого.       — Артём, пойдём, познакомлю тебя с прекрасными девчонками. Мы со Стасом их просто обожаем! — Игорь указал на шалаш, из которого помахали уже немного растрёпанные блондинка и Жасмин.       — Что? Зачем? — Артём крепче сжал полупустую рюмку, словно это могло помочь устоять на месте и не поддаться настойчивости Игоря.       — Зачем? Зачем?! — громче повторил Игорь, согнулся пополам и засмеялся, хлопая себя по колену. — Вы слышали? Он ещё спрашивает.       — Эм… знаешь… — мямлил Артём.       Стас впервые видел его настолько растерянным, ему даже показалось, будто губы парня побледнели, а ладони задрожали. И, надеясь, что это лишь привиделось из-за эффектов с танцпола, Золотко принялся лихорадочно рассуждать, как отвадить Игоря.       — Сегодня его любовь отдана алкоголю, — Гриша незаметно оказался рядом с Игорем, вложил в его ладонь шот, стукнул рюмкой об рюмку, а затем приложил руку к груди и театрально произнёс: — А сердцу не прикажешь.       Игорь выпил залпом и похлопал Гришу по спине.       — Нет ничего лучше твоего пьяного поэтизма.       Гриша отвесил нелепый поклон, чуть не распластавшись при этом на полу, чем заставил всех взорваться от смеха. Еле сдерживая хохот, он всё же смог выпрямиться и облокотиться о бар.       — Согласен, порой не хочется разбавлять эту негу чем-то ещё. Ты, оказывается, гурман, — заплетающимся языком сказал Игорь и, шатаясь, поплёлся обратно к шалашу.       Больше он не лез к Артёму, и с одной стороны Стас был рад, но с другой теперь он вновь был целью пристального внимания Игоря, и когда в очередном клубе Золотко отправил девушек к приятелю, тот не выдержал и высказался:       — Что такое, Стас? Не узнаю тебя. Неужели, ты так стёр свой член, что теперь хорошенько думаешь перед каждым разом.       Золотко сжал зубы, тяжело выдохнул, хотелось вмазать Игорю прямо в его кривой нос, но он знал, что куда сильнее этого ублюдка задевают правильно подобранные слова:       — Спасибо, что тебя так сильно интересует состояние моего члена, но всё в порядке. Надеюсь, показывать и доказывать не попросишь?       — Я не из тех, кто пялится на мужские гениталии, — холодно отозвался Игорь, и был в его словах неуловимый, но заставивший онеметь намёк.       Стас моргнул, выдохнул, и уже в следующую секунду всё прошло, он был спокоен и сдержан, лениво уставился в меню, огорчая своим равнодушием Игоря. Может, он в какой-то степени был из тех самых, но кто об этом знал наверняка, кроме него самого? Даже если Игорь о чём-то подозревал, где доказательства? Даже мягкосердечный Денис, пусть и в порыве ревности, но сказал, что Стас ни одной юбки не пропустит, другие в этом и вовсе не сомневались, но никто не знал, что ему, как оказалось, всё равно, кто в эту юбку одет.       Стас не желал поддерживать веселье Игоря, Гриша был угашен и туго соображал, а от Артёма ничего не ждали, поэтому ближе к двум часам ночи они уселись в лимузин и Золотко понадеялся, что турне вот-вот закончится.       — Давай, Гриша, я знаю, что ты запасливый и у тебя не только трава.       Игорь хлопнул по плечу развалившегося на сиденье приятеля, но тот лишь промычал что-то невразумительное, тогда его начали трясти так, что сначала с головы спала белая бейсболка, а потом зелёное лицо парня в свете разноцветных огней приобрело и вовсе ужасающий оттенок.       — Блять! — Игорь постучал по перегородке, отделяющей водителя. — Тормози, пока мне тут не заблевали всё!       После реабилитации в ближайшем закоулке Гриша выглядел как новенький и был готов повторить всё то, что они делали до этого, и Стас молился, чтобы приятель не предложил этого вслух. В какой-то мере его надежды сбылись, потому что, вернувшись в лимузин, Гриша кинул Игорю зип-лок с белым порошком.       Задремавший Артём приоткрыл глаза и в следующий миг ошарашено уставился на чертящего на мини-баре дорожки Игоря. Он посмотрел в другую сторону, и увидел, как через всунутую в пакет обрезанную трубочку Гриша вдыхает свою порцию. Тонкие пальцы сжали кожаный чехол сиденья, Артём сглотнул, обернулся и почувствовал облегчение, увидев, что в руках Стаса лишь бокал.       — Другое дело, — Игорь упал рядом с Артёмом и шмыгнул носом. — Ну, что предложишь?       — Посмотреть на звёзды, — сухо сказал Артём, будто машина по рандомному подбору слов. Стас понял, что парень просто хочет, чтобы от него отстали, но такое предложение не могло заинтересовать Игоря. И Золотко оказался неправ.       — Точно! Гриша, слышал?       — А? Что? Где? — растерянно сказал отключившийся на время Гриша.       — В пизде! — Игорь подскочил, качнулся вбок, потому что водитель как раз поворачивал, и схватился за Гришино плечо. — Вечно пропускаешь всё самое важное, — он указал в сторону Артёма, — поступила потрясающая идея! Точно, и как мы раньше не подумали?       Игорь сел, но не мог удержать эмоций, потянулся к бару, быстро налил себе из первой попавшейся бутылки, вновь ухватился за Гришу и, яростно жестикулируя так, что выпивка переливалась через край бокала, затараторил:       — Дураки, лето же! — Игорь хлопнул себя по лбу и, наконец, выпил то, что оставалось в бокале. — Нужно гулять, наслаждаться свежим воздухом, погодой, звё-ёздами, — благоговейно протянул он.       — Наслаждение — это по мне, — промямлил Гриша.       Стас закатил глаза. В этот раз Игорю дало так, что любая идея казалась потрясающей, откликалась в самом сердце, будто он всю жизнь любил звёзды или грезил стать космонавтом, и вот Артём воскресил эти старые, уже забытые мечты.       В парке, около которого они высадились, было почти безлюдно, лишь изредка встречались такие же нетрезвые мелкие компании, как и они. Игорь с Гришей стояли у искусственного пруда, пошатываясь и задрав головы, смотрели в небо, то и дело тыкая в него пальцем и гогоча. Стас сидел на траве рядом с лежащим Артёмом и думал, не свалится ли кто-то из приятелей в воду, а когда они вдохнули новую порцию из Гришиного пакета, Золотко и вовсе стал ждать этого как само собой разумеющегося.       — Вон, видишь? Соедини вон ту большую со следующей справа и дальше по прямой, ну, на что похоже?       — Игорь, очевидно же, что поза шестьдесят девять.       — Очевидно?!       — Да. Давай найдём что посложнее. О! Вон! — Гриша начертил что-то пальцем в воздухе.       — Да, да, что-то есть…       — И вот теперь до той, — продолжал Гриша, — и, видишь, как она на нём скачет?       — В натуре! И откуда только эти умники взяли водолеев и скорпионов? Небо — одна сплошная камасутра.       — Тише, а то Роскомнадзор услышит! — воскликнул Гриша, прижав палец к губам. — Закроет доступ к небу.       Игорь вдруг подскочил к ним, схватил Артёма за руку и одним рывком заставил сесть.       — Давай-ка с нами! Это же твоя идея.       — Что? — Артём уставился на Игоря.       — Давай, вдохни.       Артём резко отвернулся от пихаемой ему в нос трубочки и воскликнул:       — Мне это не нужно!       — Да ладно, тебе понравится, — не отставал Игорь. Артём попытался вырвать руку, но чужая хватка была в разы сильнее, и всё, что он мог, это лишь презрительно выплюнуть:       — Не думаю.       Руку отпустили, Артём хотел было подняться, но челюсть вдруг сжали, надавили назад, заставили сесть обратно на землю. Игорь склонился и яростно зарычал в изящное лицо:       — Тебе и не надо думать. Если я сказал: понравится, значит так и будет.       Артём напрягся, его ноздри раздулись, а пальцы загребли траву и землю. Стас догадался, что ещё немного, и он врежет Игорю, что было очень плохой идеей, потому что вряд ли удар окажется существенным, но его будет достаточно, чтобы вывести приятеля из себя. И, в отличие от Артёма, Игорь огреть мог не на шутку.       Стас выхватил зип-лок, и Игорь медленно перевёл взгляд на пустую ладонь, а затем холодно уставился на Золотко, молча требуя объяснений.       — Думаю, пора закругляться, — спокойно произнёс Стас. Он не знал, почему так собран, почему его совсем не беспокоит выпрямившийся Игорь, который и думать уже забыл об Артёме и угрожающе приблизился к нему. Может, потому что Стас проходил это не в первый раз, может, потому что он был тут единственным, кто мог заступиться за парнишку, может, это потому что Катя поделилась своими переживаниями насчёт брата.       «Похоже, мышка таки сбила лапками немного масла», — невольно подумал Стас.       — И с каких пор ты решаешь, когда пора? — Игорь почти дышал ему в лицо.       — Мы ведь старше, опытнее и должны опекать наших младших друзей.       — А я думаю Артём достаточно взрослый, чтобы позаботиться о себе сам.       — Даже Гриша не в состоянии о себе порой позаботиться. Посмотри на него, — Стас указал на приятеля, таки упавшего в пруд. — Нам серьёзно пора по домам. Или ты жаждешь, чтобы он таки заблевал чехлы?       — Не смей говорить мне, что делать. Если понадобится твой вшивый совет — я сам спрошу.       — Ок. И вправду, зачем я даю тебе какие-то советы? Делай, что хочешь, твоё право. Только раз уж так во всём уверен, Гришу не бросай, довези до дома.       Стас отступил назад и кинул Игорю пакет, отвлекая, затем обогнул его, быстро подошёл к Артёму, поднял приятеля на ноги и потащил прочь.       — Ты становишься слишком скучным, Стас, — послышалось за спиной.       Золотко обернулся и глянул на, казалось, уже успокоившегося Игоря. Вот только взгляд исподлобья говорил о том, что, несмотря на выпивку и наркоту, он эту ночь запомнит надолго.       

***

      Они молча прошли через парк, вышли на оживлённую улицу, где бродил поглощённый пятничным весельем народ, на фоне которого их лица выглядели ещё мрачнее. Стас кивнул в сторону магазина, Артём послушно пошёл следом, а после долго, скрупулёзно оттирал грязь купленными влажными салфетками. Могло показаться, что он желает до последней крупинки вычистить землю из-под ногтей, но на деле просто ушёл в себя, задумался.       Послышался хруст срываемой пластиковой крышки и шипение газировки.       — Ты как? — наконец, спросил Стас, отпивая воду.       — Было не по себе… — признался Артём и оставил пальцы в покое. Салфетка полетела в урну. — Спасибо. Игорь такой настойчивый.       — Это ещё не настойчивый, — сказал Стас и протянул Артёму бутылку воды. Парнишка некоторое время просто смотрел на неё, а затем неловко признался:       — Я не знал, что так серьёзно…       Артём сделал глоток, так и не договорив, но Стас прекрасно его понял.       — Смотря, что понимать под серьёзным. В их представлении всё норм, раз не колются. Что-то в этом есть, в конце концов, никотин и алкоголь — тоже наркотик.       — А ты? — спросил Артём, так и не отняв бутылку от губ, словно хотел хоть немного за ней спрятаться. Стас пожал плечами.       — Максимум трава и экстази.       — Траву я бы попробовал, — смущённо признался Артём, но, заметив оставшуюся грязь под ногтем, недовольно скривился.       — У тебя же была куча возможностей. Гриша на каждую тусовку её таскает, — Стас принял бутылку обратно и принялся наблюдать за тем, как Артём достаёт новую салфетку.       — Да, но я за Катей присматривал. Ну и… Мне некомфортно.       — Ты прав, для первого раза нужна доверительная компания.       Артём вдруг остановился, поднял взгляд на Стаса, слегка улыбнулся.       — Так… — твёрдо начал Золотко, но Артём уже отбросил салфетку и кинулся к нему.       — Но тебе я доверяю!       — Ты после всего хочешь ещё и накуриться?       — Если это скрасит последние события — то да. Стас, ну пожалуйста. Пойдём, купим и попробуем.       — Ты так говоришь, будто можно в любой магазин зайти и попросить, чтобы тебе отсыпали.       Артём жалобно посмотрел на него, словно голодный беззащитный щеночек, и в груди Стаса что-то ёкнуло, он провёл ладонью по лицу и протянул:       — Ла-адно, только хватит так смотреть.       — Ура! — довольно воскликнул Артём, будто не он секунду назад был самым несчастным на свете.       — Чёрт, я почти уверен, что ты не впервые корчишь такую рожу!       — Ну, знаешь, каждый раз, когда мне отказывались покупать новое кольцо… — усмехаясь, расплывчато начал Артём, но его перебили:       — Учти, что может и не получиться, я давно там не брал, — предупредил Стас. Артём кивнул. — И платишь ты, — Артём закивал усиленней. Он был согласен на любые условия, лишь бы Золотко не передумал.       — Тогда пошли искать круглосуточный банкомат, нужна наличка.       Стас не был уверен, что план сработает, последний раз он был у этого дилера два года назад, перед днём рождения Олега, когда они захотели отпраздновать в тесной компании. Других точек он не знал, незачем, если был Гриша.       Свернув на нужную улицу, Стас остановился и обернулся к Артёму. Он не был щепкой, как Лёша, но мягкое лицо и ещё мальчишеский торс, прикрытый атласной рубашкой, так и говорили: вытяни у меня из кармана всё, что найдёшь.       — Лучше давай деньги мне, — посоветовал Стас. — Только не свети ими.       Артём аккуратно протянул ему сложенные купюры, и они отправились дальше по заполненной барами и клубами улице, где музыка громыхала из каждой двери, подвала или машины. На тротуарной плитке было разлито что-то липкое, и с каждым шагом подошва издавала неприятный звук, от которого Стас морщился. Он старательно смотрел вперёд, желая оставаться в неведении, во что именно наступает.       — А это не та улица, где самые отбитые тусовки? — спросил Артём, и двое вцепившихся друг в друга мужчин, чуть не сбившие его с ног, послужили лучшим ответом. Они катались посреди дороги, и никто даже не думал их останавливать. — Невероятно, она действительно существует!       — Злачное местечко, скажи? — сказал Стас.       — Ага, — растеряно протянул Артём, через плечо наблюдая за дракой. Один уже лежал без сил, а другой набивал ему синяки на лице, правда, промахивался в половине случаев и бил кулаком в асфальт, но, несмотря на стёртую кожу, продолжал с завидным упорством замахиваться вновь и вновь. Артём наткнулся взглядом на молодую компанию, что, глупо хохоча, глядели на мужчин и то и дело вдыхали воздух из воздушных шариков. — Им так дало от гелия? Не знал, что так бывает.       — М? — Стас остановился и обернулся. — О, нет, это веселящий газ.       Они прошли почти до конца улицы, музыка становилась тише, но Золотко так и не смог найти среди ярких огней знакомую вывеску. Возможно, он запомнил её неправильно, может, её сменили или убрали, есть вероятность, что и то, и другое. Стас остановился и устало огляделся.       «Ок, мне эта затея не очень нравилась, но неужели мы прошли весь путь зря?» — подумал он, закрыл глаза и попытался воскресить воспоминания. Бесполезно. Всё казалось тогда одинаково ярким и слепящим, как и сейчас.       Стас открыл глаза и вздрогнул. Решётчатая лестница неподалёку вела вниз, одна ступенька была погнута и сломана. Это точно то место, Стас был уверен, потому что чуть не навернулся тут в прошлый раз.       Они спустились в тихий бар, подошли к стойке и встретились взглядом со скучающим полным мужчиной в пропотевшей майке.       — Так мне нужен… — Стас приложил палец к виску, пытаясь вспомнить, — Мэнсон… Мюррей… Чёрт, нельзя было придумать русское имя?! Миша чем не угодил?       — Спокойно, парень, я понял, — ровно произнёс мужчина и тяжело поднялся. — Чего тебе?       Стас приложил два пальца к губам и выдул воздух.       — Давай бабки и жди.       Мужчина на пару минут скрылся за неприметной дверью и принёс свёрток газет, довольно внушительный, такой еле поместится в карман ветровки Стаса. Но, несмотря на множество слоёв и затхлый воздух помещения, характерный хвойный запах всё равно ударял в ноздри.       — А у вас нет, ну, знаете, зип-лока? — иронично спросил Стас. — Я благодарен, конечно, за чтиво, но у меня есть интернет. А вот с этим, — Стас покачал в руке объёмный клубок бумаги, — слишком много внимания.       Мужчина облокотился о барную стойку, грузно перевесился через неё и произнёс, обдавая Стаса чесночно-пивным дыханием:       — Твоя наглая рожа — вот что привлекает много внимания.       Стас закинул голову к потолку, простонал, думая о том, как его всё заебало, и вновь посмотрел на мужчину.       — Ладно. Тогда скажи, где я могу что-то с этим сделать?       — В баре напротив. За любой свободный стол садись, им там вообще насрать, кто что творит.       Несмотря на то, что они таскались по неприглядным местам, вызывающим отвращение, Артём выглядел спокойно, с любопытством глядел по сторонам, и хоть примерно с одинаковой периодичностью аккуратное лицо искажалось от брезгливости, не было в нём ни страха, ни волнения.       «Кажется, мне он и вправду доверяет, — подумал Стас. — Странно, почему?».       — Мы что, будем прямо здесь? — с беспокойством спросил Артём, когда они зашли в заполненный дымом бар и сели на маленький диван.       — Нет, конечно, мы вообще свалим с этой улицы, — сказал Стас и слой за слоем принялся разворачивать газеты.       — Я думал тут целый мешок, а в итоге какая-то маленькая шишечка.       В сердцевине свёртка показался небольшой шарик фольги, в котором обнаружился засушенный зелёный цветочек. Артём разочаровано поглядел на него, презрительно ткнул пальцем.       — Этот придурок так завернул, чтобы запах не просачивался. Но, один хрен, несло за версту, а теперь мы здесь и уже всё равно пропахли, — Стас достал пачку сигарет. — Смотри, высыпаешь примерно половину табака, оставшуюся половину мешаешь с травой и суёшь обратно.       — А мы не будем… — Артём указал на компанию, что по очереди вдыхали дым из согнутой пластиковой бутылки.       — Нет, не будем, — строго сказал Стас. — Мы уйдём отсюда. Сигарета — это беспалевно, а как это будет выглядеть с бутылкой? Артём, я напоминаю, что курить траву — нелегально.       «К тому же никто не знает, как тебя с неё унесёт», — подумал Стас.       — И как мне её засунуть? Отщипывать по кусочку? — Артём повертел в руках засохший цветочек.       — Было бы неплохо чем-то порезать. Чёрт… — протянул Стас, понимая, что об этом не подумал, и хотел было удариться в ругательства посерьёзней, как ему протянули маленький чехол для маникюрного набора. — Ты всегда носишь его с собой? — выгнув бровь, спросил Стас.       — Взгляни на это, — Артём сунул ему под нос пальцы. — Знаешь, что это? Это то, что делает деньги, — гордо произнёс он, намекая на рекламные плакаты, развешанные по городу.       Стас закатил глаза и принялся высыпать табак на стол и чикать цветок. Они провозились довольно долго, а когда вышли из бара уже успели забыть запах свежего воздуха.       — Ох, — Стас вдохнул полной грудью. — Может, это и есть настоящий кайф?       — Возможно, — согласился Артём. — Ну, куда пойдём?       Они дошли до ближайшего пустого двора многоэтажек, где даже уличные псы ещё спали, упали на лавку и подожгли сигареты. Стас расслабился, окунулся в беззаботную негу, изредка делая новый затяг. День выдался непростым, но вот тревоги отпустило, и он даже был благодарен, что Артёму приспичило покурить. Стас скосил взгляд в сторону приятеля и хлопнул ладонью по лбу. Артём затягивался (во всяком случае, так казалось), выдыхал дым, непонимающе смотрел на сигарету, пробовал снова, но вновь выходило коряво.       — Ты хотел покурить, да? — спросил Стас. Артём кивнул. — А ты хоть умеешь?       — Не всё сразу, — подняв палец вверх, сказал Артём и важно заметил: — Учение — труд.       «И учить снова мне? Чем я вообще занимаюсь?» — промелькнула в голове хорошая мысль, но Стас отвлёкся на объяснения:       — Ты должен запустить дым в лёгкие.       — Я знаю. Но как будто не получается.       — Втягивай воздух не только ртом. Как бы дыши наполовину ртом, наполовину носом, так будет легче затянуться. И выдохни через нос, если будет дым — значит, получилось.       Артём попробовал снова, затем ещё раз, стало чуточку лучше, но все равно не так, как надо. Он потушил сигарету о лавочку, наклонился и уткнулся лбом в колено Стаса.       — У меня ничего не получается, — послышалось шмыганье. — Я никчёмный!       — Эта не та неудача, которую стоит оплакивать, — Стас вновь затянулся, спокойно глядя на светлую макушку. Сейчас ему было всё равно, будет ли Артём пускать в его колено слёзы, сопли или грызть штанину, его ничего не смогло бы побеспокоить. — Зачем тебе вообще всё это? — под всем Стас подразумевал в первую очередь их компанию и Артём без затруднений понял это.       — Денис позвал. Ну, как позвал, он помог мне пару раз, мы сдружились… вроде того. Ну и дальше как-то само получилось, что я с вами.       «Денис — само дружелюбие и очарование. Кто бы сомневался, — Стас зло сплюнул. — Вот только походу и словом не обмолвился, как у нас тут дела на самом деле обстоят. И теперь я, а не он присматривает за Артёмом. Заебись».       Злость на Дениса успокаивала Золотко. Это наталкивало на мысли, что не такой уж он и идеальный, а Стас, выходит, не такой уж и плохой.       — Знаешь, я соврал. Точнее, недоговорил. Я хотел выпить не только из-за совещания.       Стаса ничего не смогло бы растревожить, кроме интриги, навеянной отстранившимся Артёмом. Холодок прошёлся по спине, хотя ветра не было. Золотко вдруг ясно понял, что ещё пара слов, и его мир не будет прежним.       — И из-за чего же ещё? — подгонял Стас неминуемую катастрофу. Если ей суждено случиться, пусть начнётся и закончится как можно раньше.       — Из-за Кати с Денисом.       «Он что, ревнует сестру? Артём-то?» — Стас не мог поверить в это предположение. Артём не выглядел безумным братом, оберегающим сестру от любой особи мужского пола, этаким: моя милая сестрёнка, навсегда оставайся невинной! В их дуэте вообще казалось, что именно Катя больше беспокоится и оберегает брата, а так же готова устроить жёсткие испытания претенденткам на его сердце.       — Ваши отношения не изменятся после этого, — попытался утешить Стас.       — Конечно, их же и не было. Но гадко как-то от того, что он в итоге с твоей сестрой.       Стас онемел, сигарета выпала из рук, хорошо, что на землю, а не на мокасины. Он прокручивал в голове слова Артёма, слово за слово, по несколько раз, и смысл был понятен, но не мог пробиться за крепкие двери непринятия и отрицания.       — Что? — выдавил Стас.       — Что? — повторил Артём, не моргая глядя на Золотко.       Тягучая пауза была нарушена одновременным выкриком:       — Тебе нравится Денис?! Нравятся мужчины?!       — Почему ты так удивлён?! Я думал, ты давно понял!       Стас схватился за рубашку Артёма и выкрикнул ему в лицо:       — Что?! Что я понял?!       — Что мы одинаковые. Ну, почти, — быстро добавил Артём. — Что я гей.       — Не произноси этого вслух!       — У тебя что, стадия отрицания?       Стас отстранился и трясущимися руками достал сигарету.       — Лучше скажи, как ты понял? Где я оступился? — Стас чиркнул зажигалкой и схватился за голову. — Неужели опять набухался в хлам и где-то промелькнула рыжая башка?!       — Нет, ничего такого. Ну, я во всяком случае только с девушками тебя видел.       — Тогда как ты понял?       — Да просто понял, — сказал Артём, забрал пачку сигарет у Стаса и нелепо попытался вновь закурить.       Золотко не понимал, как это — просто? К Лёше он проявлял знаки внимания: то смотрел слишком долго, то улыбался глупо, слушал внимательно, чуть ли не в рот заглядывал и тянулся за каждым прикосновением, либо, наоборот, слишком остро реагировал и старался прервать контакт. Соседу не сложно было догадаться, что Стас из себя представляет, но в компании приятелей он был только с девушками, смотрел только на девушек, говорил лишь о девушках. Как Артём смог понять?       «Плевать, это уже неважно, — раздражённо подумал Стас. Он вновь терял контроль над ситуацией, вновь жизнь подсовывала ему неожиданный поворот. — Нужно сосредоточиться на том, чтобы больше никто этого не понял».       — Тебе лучше никому не говорить ни о себе, ни обо мне. Особенно Игорю, — сказал Стас.       — Поверь, это я и сам понимаю.       Стас скосил взгляд в сторону Артёма, который пытался накуриться с завидным упорством. Он только что раскрыл все карты, но выглядел так, будто сообщил об обыденных завтрашних планах. Ни страха, ни переживаний, и что-то подсказывало Стасу, что дело тут не в алкоголе или траве, которую, кажется, курить у Артёма уже получалось в разы лучше.       Он сосредоточенно затянулся, выдохнул дым через нос и радостно уставился на Золотко:       — Смотри, получилось!       

***

      «Всё же, это было хреновой затеей», — подумал Стас.       — Это было отличной идеей! — воскликнул повисший на его шее Артём.       В конце концов, он научился курить. Сигарета за сигаретой и Стасу дало в голову, он развеселился и они разговорились, чуть позже догнался и Артём, стало ещё веселее, затем Золотко отпустило, а вот приятель шатался на ногах, нёс что-то странное, и было очевидно, что домой ему в таком виде нельзя.       И вот Стас тащил щебечущего о любви Артёма к себе домой, понятия не имея, как на это отреагирует Лёша.       — Когда-нибудь я найду его, — Артём уверено кивнул сам себе, чем вызвал новую порцию головокружения и сильнее повис на Стасе.       — Кого — его? — спросил Золотко.       — Того самого.       — Кого?       — Его.       Круг замкнулся. Стас выдохнул, поправил руку Артёма, перекинутую через шею, и двинулся дальше. В лифте приятель притих, Золотко даже показалось, что уснул, но только двери разъехались в стороны, как Артём поднял голову и протянул:       — Где мы?       — У меня дома. Почти, — добавил Стас, стоя перед входной дверью.       Ладно, он уже тут, пути назад нет, да и куда он пойдёт с накуренным парнем на шее? Стас аккуратно повернул ключ в замке, тихо отворил дверь, стараясь издавать минимум шума, затащил Артёма в прихожую, прикрыл дверь, и вдруг загорелся свет.       — Лёша, послушай, тут такое дело… — начал было Стас объяснять возникшему в коридоре соседу.       Лёша поднял руку, призывая замолчать.       — Стас, должен сразу сказать: я не любитель тройничков.       Золотко приоткрыл рот, не зная, что сказать, но стоило Лёше прыснуть от смеха, как он тут же отошёл от оцепенения.       — Ты не видишь, что тут другая ситуация?!       — Прости, прости, просто такой шанс… — Лёша закрыл рот ладонью, пытаясь подавить смешки, но выходило плохо, а точнее никак, — я не мог не пошутить, ну признай, смешно же.       — Когда-нибудь, надеюсь, я действительно буду смеяться над твоими странными шуточками, — Стас посадил Артёма на пол и принялся разуваться.       — Конечно, я не тороплю тебя, в конце концов, куда моим плебейским шуточкам до золотого мальчика.       Лёша перестал смеяться и притворился, что внимательно разглядывает свои ногти. Стас сверлил его взглядом, затем сжал кулак, заскрипел зубами, но в итоге сдался и произнёс:       — Хорошо, если бы я был на твоём месте, может, тоже так пошутил бы, доволен? А теперь, дай мне объяснить: понимаешь, ему нельзя домой, — Стас указал на, казалось, уснувшего Артёма, — потому что…       — Потому что вы накурились? — перебил Лёша. Стас уставился на него с немым вопросом. — Что? От вас несёт этой дрянью.       — Отлично, что ты понял. Так что, ему можно остаться?       Лёша похлопал глазами, не ожидая такого вопроса.       — Ты спрашиваешь у меня? Это же твой дом.       — Ты тоже здесь живёшь, на тех же правах. Как я могу не спросить? К тому же, ты ведь не любишь всю эту фигню. О, клянусь, мы только курили. Лёша?       — Прости, я… я, видимо, просто сонный, — Лёша неловко пригладил волосы. — Да, конечно, пусть остаётся, только, умоляю, переоденьтесь.       Стас быстро справился, скинул вещи в корзину с бельём, натянул домашнюю майку и шорты, нашел футболку для Артёма, Лёша выудил с полки свои шорты. Но вот дальше было сложнее: они махали одеждой перед усаженным на диван парнишкой, и тот вроде понимал, что от него хотят, но никак не мог справиться с пуговицами, попытался стянуть рубашку через голову, однако и это не сработало.       — Да мы так до утра возиться будем! — зарычал Стас, подскочил к Артёму и принялся быстро, отработанными движениями расстёгивать пуговицы. Полы рубашки сами расходились в стороны, оголяли немного загорелую кожу, вот осталась последняя пуговица, как вдруг два пальца сунули в ноздри Стаса, заставляя его закричать от боли.       — Что это ты задумал? — вся сонливость и вялость Артёма вдруг пропали, он исподлобья смотрел на Стаса и, казалось, желал достать пальцами до его мозга.       Золотко удалось вырваться, он отскочил в сторону, хватаясь за нос и чувствуя наворачивающиеся слёзы.       — О, какой бойкий, — улыбнувшись одним уголком губ, заметил Лёша и подошёл к Артёму. — Ты не против, если я тебе помогу?       — Не против, — незамедлительно ответил Артём и позволил стянуть с себя рубашку, а после послушно поднял руки, чтобы Лёша смог надеть футболку.       — Эй, а почему к Лёше ты нормально относишься? — не выдержал Стас, когда сосед начал расстёгивать бриджи Артёма. — Ты же его впервые видишь!       — Он ещё спрашивает, — Артём демонстративно отвернулся и хмыкнул.       — Скажи же, он такой непроницательный, — сказал Лёша.       Смена одежды до конца не помогла: Стас чувствовал, как от него и Артёма пахнет хвоей и табаком, по-хорошему надо бы в душ, но хоть приятель и начал приходить в себя, вряд ли это было ему под силу.       — Ну как, тебе лучше? — спросил Лёша. Артём кивнул и сделал новый глоток крепкого чая. — Ты впервые курил?       Они сидели на полу, в свете настольной лампы, и пили чай, заваренный Лёшей. Стас украдкой глядел на соседа, пытался понять, что он вообще думает об этой ситуации, но его лицо оставалось мягким и спокойным, словно для Лёши было совершенно нормально принимать гостей в середине ночи.       — Ага, — смущённо ответил Артём. Лёша повернулся к соседу и снисходительно спросил:       — Что, нравится портить невинных мальчиков?       — Мы с ним не в таких отношениях! — поспешно выкрикнул Стас, но Лёша, казалось, даже не заметил этого.       — Милое личико, всё для него в новинку, такой лапушка, отличный выбор, Стас.       — Хватит, я не понимаю, ты шутишь или нет, — взвыл Золотко.       — Ох, — Артём с громким стуком поставил кружку на пол, — Лёша, прости! Наверное, это выглядит так двусмысленно. Но, клянусь, я не собирался уводить твоего парня.       — Па… парня? — заикаясь, повторил Стас, чувствуя, как сердце начинает громыхать в груди. Это недоразумение ужасно пугало его, но одновременно так хотелось согласиться с тем, что он парень Лёши.       — Почему ты решил, что мы встречаемся? — лукаво спросил сосед.       — Ну, вы же живёте вместе, Стас спрашивал, могу ли я остаться, и он би, а ты гей.       — Не говори этого вслух! — рявкнул Стас.       — Гляди-ка, а у мальчика отменный гей-радар, — заметил Лёша.       — Он успел с тобой пообщаться, а меня знает, просто угадал, — отмахнулся Стас.       — Да ну? Артём, давай проверим твои суперспособности. Что скажешь? — Лёша достал телефон и показал фото какого-то парня.       — Би, — незамедлительно ответил Артём, затем притянул телефон поближе и заинтересовано спросил: — А кто это?       — Мой коллега. И, — Лёша повернулся к Стасу и самодовольно сказал, — он прав.       — Стас, так ты поэтому сказал всем про социальный эксперимент? — Артём оторвался от разглядывания незнакомца на телефоне Лёши. — А на самом деле съехался с парнем?       — Социальный эксперимент? — переспросил сосед.       — Артём, мы не… — Стас никак не мог этого сказать, слишком горько становилось на душе.       — Я снимаю у него квартиру, — ровно произнёс Лёша. — Мы соседи.       Стас поник, уставился в кружку на полу. Одинокий кусочек заварки тонул в чае. Золотко тоже хотелось утопиться.       Артём не стал задавать новых вопросов, в конце концов, в его понимании Стас и Лёша действительно вели себя не совсем как парочка, но когда они втроём еле уместились на диване, Артём долго смотрел в потолок и в итоге решился произнести:       — Если вы лишь соседи, почему спите вместе?       — Тахта сломалась, — Стас поднял руку и указал пальцем на противоположный конец комнаты, где стояла тахта. Он еле собрал её после поломки, чтобы место не занимала, и теперь они с Лёшей даже садиться на неё не рисковали.       — А почему тогда не купить новую?       — Отличный вопрос, Артём, — подключился Лёша.       — Лёша боится спать один.       — Чего? — от этого заявления сосед даже приподнялся на локте, а Стас продолжил:       — Я не могу противиться его мольбам: «О, Стас, мне так страшно и одиноко, прошу, прижми меня к своей могучей сексуальной груди, — сказал Золотко тонким голоском, обняв себя за плечи. — Лишь в твоих объятиях…» — Стас резко замолк, почувствовал нехватку кислорода от приложенной к его лицу подушки.       — Спокойной ночи, Артём, — пожелал Лёша, наваливаясь на подушку сильнее.       — Ага, — Артём скосил взгляд на трепыхающегося Стаса, — спокойной.       

***

      — Итак, социальный эксперимент?       — Что? — не понял Стас.       Артём ушёл, прихватив завёрнутые в несколько пакетов свои вещи и взяв взаймы одежду у Лёши, и стоило двери закрыться, как сосед начал этот разговор.       — Артём говорил про какой-то социальный эксперимент, по причине которого ты тут и живёшь. Ну, ты и закрутил, — хмыкнул Лёша и направился на кухню, убирать оставшиеся с завтрака тарелки.       — Главное, что они поверили, — сухо отозвался Стас, пройдя следом и сев на стул.       — Они? — переспросил Лёша. Стас отвёл взгляд. — Знаешь, это, пожалуй, мой главный вопрос. Я задавался им почти сразу, как въехал: зачем тебе всё это? Было ясно, что к такой жизни ты не приспособлен, знавал и лучше. И не похоже, что вдруг решил научиться самостоятельности — ты явно ненавидишь эту квартиру.       Стас провёл ладонью по лицу. Он не ожидал, что Лёша так зацепится за вчерашние слова Артёма, но, похоже, чаша его вопросов уже переполнялась, и он терял терпение, что казалось серьёзным вдвойне, потому что уж чего у соседа было в излишке, так это спокойствия и сдержанности.       Стас сделал глубокий вдох, словно перед прыжком, и кратко ответил:       — Меня выгнали.       В воздухе повис вопрос: «Почему?», Лёша несколько секунд внимательно смотрел на Стаса, однако так и не произнёс его. Из крана полилась вода, но голос соседа всё равно было отчётливо слышно.       — Похоже, ты скрываешь не только этот факт, но и что живёшь здесь, — Лёша ополоснул тарелку, поставил её на сушилку и продолжил: — И, кажется, начинаю понимать, почему делал курсовые под псевдонимом.       — А ты обо всём рассказываешь людям? — слишком грубо спросил Стас, прикусил язык, чуть успокоился и продолжил более ровно: — Спорим, хоть немного, но пытаешься выставить себя в лучшем свете. Все, в конце концов, так делают — хотят казаться как можно лучше. Порой даже лучше, чем они есть на самом деле.       — То, что ты живёшь здесь, не делает тебя хуже, — посмотрев в голубые глаза, серьёзно заметил Лёша.       — Не в моём окружении.       — Не похоже, что Артём стал хуже к тебе относиться после визита сюда.       — Лёша, послушай…       — Стас, не пойми неправильно, что и кому говорить — исключительно твоё дело. Ты прав, мы все делаем вид, что лучше, чем есть на самом деле. Но ты тратишь на этот миф столько энергии, и я не уверен, что в этом есть смысл. Что ты получаешь взамен?       Что он получал? Многое: восхищение, признание, зависть, статус, симпатию. И Стас не мог позволить себе взять и отказаться, по собственному желанию потерять всё это.       Лёша выключил воду, протёр руки и подошёл к Стасу, коснулся его подбородка, ненавязчиво заставляя поднять голову.       — Люди должны ценить друг друга не за то, кто где живёт и сколько денег в кошельке. А за то, кто ты внутри. И, поверь, ты нечто большее, чем брендовые шмотки.       

***

      Стас шёл через парк, быстро передвигался от одной тени дерева к другой, спасаясь от жары. Ему нужно было в супермаркет через несколько кварталов от дома, потому что в магазине рядом не оказалось нужного стирального порошка. Почему не взять другой — Стас не знал, мылится и мылится, вещи чистые — вот и отлично. Но Лёша был непреклонен. Ему нужен был какой-то конкретный и чтобы за ним сходил Золотко. Которому, как и соседу, в такую жару никуда выходить не хотелось.       «Не могу, у меня тут пригорает, убегает, и надо ещё успеть вещи погладить на работу, и вообще, Стас, какие у тебя сильные плечи, а руки — не руки, а камень. А я? Я что? Ну, посмотри, ну ты-то точно лучше справишься, силач, красавец». И глазками хлоп-хлоп.       «После такого мне требуется награда, — Стас пошло усмехнулся и тут же скис. — Ага, мечтай. Максимум чистые вещи получу».       Он подумал о том, что Катя и Денис таки начали встречаться, затем вспомнил недавнее сообщение от Олега, который записал голосовое почти на семь минут, в красках описывая, как прекрасно он провёл вечер, как романтично, весело ему было, пока Стас с Артёмом искали траву.       Где он свернул не туда? Почему не мог быть счастливым, как остальные?       — О, ты ведь Стас? Привет.       Он повернул голову и заметил сначала пастельные тона одежды, потом фотоаппарат в руках, а затем улыбку на сияющем лице.       «Ясно, дитя неба и солнца таки фотограф», — подумал Стас и выдавил из себя улыбку. Сносно получилось или нет, ему было откровенно плевать.       — Что фотографируешь? — спросил он, не давая собеседнику первому начать задавать вопросы.       — Просто ищу подходящие локации и ракурсы. Заказали фотосъёмку свадьбы, готовлюсь заранее, — всё так же мягко улыбаясь, сказал Коля.       — Не думал, что это место пользуется популярностью для свадебных фотоссесий.       «Чёрт, надо было сказать: «Как здорово, но мне пора», и свалить», — Стас мысленно хлопнул себя по лбу.       — Вера тоже удивилась. Тут есть парочка красивых зданий и загс недалеко. А рано утром, при тумане потрясающее освещение. Надо будет показать ей его, — скорее сам себе сказал Коля, а потом обратился к Стасу: — Но она жалуется на нехватку времени, у вас сейчас сессия, да?       — Ага, — вяло отозвался Стас, размышляя, как бы поскорее свалить.       — Тяжело, наверное. Она очень старается, мне хочется поддержать её, но одновременно я очень скучаю. Так эгоистично, — Коля неловко покрутил объектив фотоаппарата, Стас почувствовал, как вот-вот задёргается глаз.       Ему было так хреново, а он сыпал своим счастьем. Ой, как у нас всё хорошо, лучше всех, Вера доверяет мне свои переживания, я хочу поддержать её. Стасу становилось от этого тошно, ему хотелось, чтобы и другим было плохо, чтобы никто не смел веселиться рядом с ним, он желал скомкать и растоптать чужое счастье.       — Не знаешь, может, мои навыки как-то пригодятся ей? Вы ведь на журфаке используете фотографии для статей, — сказал Коля.       — Мы на разных факультетах, — сухо произнёс Стас. — И я без понятия, что у них за предметы и задания.       — О… — Коля вдруг внимательно уставился на Стаса, — я думал, вы друзья, и ты в курсе.       — Ну, в каком-то смысле, — Стас смаковал то, что крутилось на языке, от сладкого предвкушения губы невольно дрогнули, но он подавил глумливую улыбку и постарался произнести как можно более невинно: — Мы были просто друзьями с привилегиями.       Коля ослабил хватку, и если бы фотоаппарат не болтался у него на шее, то неизбежно упал бы вниз и разбился об асфальт так же, как разбился ореол светлого счастья вокруг него.       — Ой, прости, я думал, она сказала, — Стас зарылся пальцами в короткие волосы на затылке, изображая неловкость. — Мне так жаль! Но это всё в прошлом, не переживай.       Стас ободряюще похлопал застывшего Колю по плечу и отправился дальше.       Его раздражало всеобщее счастье. Но больше всего раздражала собственная реакция на него. Возможно, Стаса бесил он сам.