Слаще тебя, у меня не было никого

Конец очередного концерта в Москве. Фанаты подходили фотографироваться и дарить подарки. Всё как обычно: усталость, натянутые улыбки и желание наконец уединиться. Всё же конец бывает всему и даже душной толпе, невыносимо жизнерадостных фанатов, которые наполнены энергией и силами, потому что в отличии от комиков—сидели весь концерт. Ужасно уставшая команда возвращалась в свою маршрутку. Они вышли через черный выход, дабы избежать излишнего внимания неугомонных поклонников. Антон плёлся последним, так как был выжат больше всех. Он расстался с Ирой и был в небольшой депрессии. Чувствовал себя опустошенным и никому не нужным, в то время как коллеги пытались доказать ему обратное. —Тох, давай быстрее,—подгонял парня Стас. Он лишь молча кивнул, показывая, что понял, но темп не изменил. —Антон! Антон услышал своё имя, но не обернулся. —Антон! Стой! Он обернулся и никого не увидел, подумал шутка, но опустив голову заметил маленькую девочку. Мало того, что на улице было темно, так она в черной куртке стоит. —Концерт прошел, фоткаться не буду, сорян, но могу расписаться,—как робот проговорил Шастун,—только фастом давай, Стас меня сожрет сейчас. —Антон, я не за этим. Возьми меня с собой, пожалуйста! Моя мечта-это побыть в компании самых лучших комиков страны. Я смотрю вас с 10 лет! Девочка выглядела, дай бог, на 13. —Ещё чего? Давай говори, не стесняйся. Хотя этого ты как раз и не делаешь,—поняв, что автограф, предложенный им-ей не нужен, он развернулся и поплёлся дальше. —Антон! У меня совсем немного не хватило на билет! Я так хотела попасть к вам! И…—увидев, что кумир явно не заинтересован, она сообщила более шокирующую новость,—меня из дома выгнали…сказали: вали к своим выдуманным друзьям. Так моя мама вас называет. Я не вернусь домой. Останусь тут, на улице. Возможно умру. И когда ты посмотришь в новостях о смерти 14-летней Сони, будешь жалеть и винить себя. —Че ты несешь?—проговорил Шастун, не останавливаясь. —Ты уверен? Шастун задумался. Ну возьмут они её покататься—их же не десять. Одна мозги особо выносить не будет. Если история девочки навыдуманная, то позже отвезут в полицию, где вернут домой. Всё вроде звучит адекватно и разумно. Тем более-это чья-то мечта, а мечты должны сбываться. —Если я пожалею об этом… Он не успел договорить из-за крепких объятий. —Спасибо, спасибо, спасибо,—начала пищать Соня,—не пожалеешь, я-могила! —Э, успокойся со своими могилами. Я тебя не краду—говори кому хочешь, но не желательно. Другие начнут вести себя также, ты же понимаешь? —Да, да, спасибо огромное.

***

—Короче, это-Соня. Соня-это импровизаторы. —ОФИГЕТЬ. —Шааст?—протянул Стас. —Потом, просто покатаем её и всё. —Чего? Шаст, ты дурак? —Здравствуй, я Арсений,—он уступил девочке место, пересев назад. —Я всех вас знаю и очень благодарна, что на данный момент нахожусь здесь. Меня выгнали из дома, а Антон мне помог, пожалуйста, только не бросайте! —Никто не собирался, но как это выгнали?—поинтересовалась Оксана. Все остальные с интересом наблюдали за новым лицом. Соня постаралась поподробнее рассказать всю свою историю.

***

Девочка активно старалась общаться со всеми и брать от этой поездки по максимуму. Единственный, кто совсем не одобрительно относился к Соне, так это-Серёжа. Матвиенко хмуро смотрел, как эта малолетка веселится с остальными. Он называл таких фанатов (от 10 до 16 лет) монстрами. Сергей считал, что это дети, непонимающие сути их шоу, пишущие идиотские фанфики, в которых каждый из них с кем-то, да перетрахался! Он не воспринимал их всерьёз. Комик в принципе не любил детей, до того, что хотелось сожрать каждого! Опыта каннибализма у мужчины не было, но эту особу он бы с удовольствием вписал в свой список первой.

***

Личная маршрутка остановилась на том же месте, откуда подобрали девочку. Стоянка была не особа заполнена. Там красовались: желтый метис, белая шкода и черный мерседес (машина Матвиенко). —На выход,—указал Стас. —Да, конечно. —И чтоб домой пошла, поняла?—сказала Окс, волнуясь, за новую знакомую. —Вы че, девку одну ночью домой отправляете?—первый раз за вечер, подал звук Матвиенко. —А ты что предложить хочешь? —Давайте я её довезу, я на тачке. —Серёг, ну и мы можем её отвести,—указал Поз. —Не, не можем,—крикнул водитель,—бенза хватит максимум вас по домам развести. —Ну вот, ещё и сэкономим, поедешь с дядей Серёжей?—игриво произнес Матвиенко. —Поехали! —Отличненько.

***

Девочка сидела на пассажирском, рядом с водителем и болтала ножками. Сергей ехал с серьёзным лицом, строя в голове план. Соня зевала и прикрывала глаза. Наконец она совсем уснула, а мужчина, воспользовавшись этим, свернул с заданного пути и поехал по собственному. Они ехали по трассе, которая с двух сторон была засажена высокими деревьями. В темноте сложно было разобрать: ели это или тополя. Наконец, заехав куда-то в глубь леса, он остановился. Девочка, почувствовав остановку-зевнула и раскрыла глаза. —Уже приеха… Соня не успела договорить, как чужие руки перекрыли дыхательные пути. Отбивавшись от мужчины, она лишь причиняла боль себе. От злости у Сережи снесло крышу и он со всей дури ударил бедолагу об окно. Из-за крепости, стекло не разбилось, а вот девочка приблизилась к собственной кончине. Пока она дышала, но была в отключке, Матвиенко вытащил её из машины и потащил в деревянный дом, стоящий прямо перед машиной. Он явно знал куда приехал и был тут не однажды. Он положил Соню на продолговатый стол и встал над ней. —Ну давай по киношному пройдемся: последнее желание туда сюда,—мужчина закатил глаза, томно ожидая ответа. Молчание. —Ну ничего, так ничего, а я загадаю, всё-таки первый раз сейчас будет!—он зажмурил глаза и улыбнулся,—хочууу…чтобы на наши концерты, больше не попал ни один «монстр»! Аминь. Не торопясь, он прошелся по комнатам в поисках чего-то колюще-режущего. Найдя ржавый нож он обрадовался, как ребёнок игрушке. —Я готов, а ты малышка? Он принялся раздевать девочку. Оставив на ней лишь трусы и носки, Матвиенко, не сильно давя, принялся водить ржавым прибором по животу к груди. —Ты жалкая, но твоё тело такое красивое…жаль, что мне совсем не совестно будет портить его, пока от тебя не останется лишь кровь. Он наклонился к её лицу и ощутил вибрирующее (от дрожания) горячее и еле чувствительное дыхание. —Да ты моя хорошая, претворяешься?—он надавил чуть сильнее, от чего девочка прикусила внутреннюю сторону щеки до появления вкуса железа,—а я хочу слышать тебя! Слышать то, как тебе больно! Чувствовать последнее тепло, исходящее от твоего тела! Хочу! Хочу! Хочу! С каждым новым «хочу» он со всей дури вбивал в живот Сони нож. В начале она неимоверно кричала. Пыталась вырваться и мешала горькие слёзы с неконтролируемыми соплями, вылетающими с каждым новом криком девочки. Она молила остановиться и даже призналась, что история с выгоном из дома была выдумкой. Она обещала оставить эту ночь в тайне, лишь бы невыносимая пытка прекратилась прямо сейчас. Матвиенко лишь улыбался и облизывал капли крови, попадающие ему на лицо. Спустя минуту, девочка замолчала и Сереже стало скучно. —Ну что же ты так быстро, солнышко? Я же не наигрался ещё,—он проводил кровавой ладонью по молодому личику, у которого, возможно в будущем, были бы прекрасные детки и чудный муж. Любимая работа и дом мечты. Её бы окружала любовь и забота, со стороны близких. А возможно бы она стала моделью или стюардессой и дефилировала бы по борту самолета с подносом в руках…у неё было бы всё! Но любимый кумир, решил переписать историю её судьбы: приблизив конец. Убийца до конца распорол живот и принялся ужинать кишками, желудком, сердцем… было действительно вкусно! Сергей даже не ожидал, что «монстры» внутри, оказывается, очень даже ничего. Все такое сладкое и девственно-нетронутое, что хочется питаться этим бесконечно. Съев все внутренности в районе живота, он плавно перешел с горла к лицу. Румяность щек не прошла, что казалось безумно аппетитно. Мужчина осторожно выколол один глаз за другим и клал их в рот, тщательно пережевывая каждый. Затем он провел лезвием от уголков губ до ушей с каждой стороны, оставляя глубокие порезы. Рот расширился: милое личико превратилось в бледное пятно с кровавой улыбкой до ушей и кровоточащими дырками вместо глаз. —Ты была прекрасна, но слепа… теперь ты вечно счастлива, красива и мила. *** Убийца закопал тело вместе с ножом и вещами, в которых был. Он быстро переоделся, прибрался в домике и сел в машину. Выдохнув-завел и выехал на трассу. Включив трек «VAMPIR», он ехал и в такт стучал пальцами по рулю. Светало. Малиновый рассвет залил небо и солнце пробивалось сквозь облака. Мужчина подпевал и танцевал, качая головой. —Твоя кровь на вкус-сладкая, как сахар…

***

Сергей Борисович Матвиенко не считал себя убийцей. Он сделал то, что должен был. Мужчина освободил этот мир от «монстра», который мешал жить и дышать. Любовь к детям у каждого своя. Кто-то любит их за беззаботность и миловидность. Кто-то за неуклюжесть и смешные поступки. За их голос, запах, жизнерадостность, красоту, доброту, говор, мимику, эмоции…а кто-то за невообразимый вкус. Кровь, которая совсем не похожа на кровь взрослых. Она у них по-своему необычна и сладка. Это была его первая жертва, которой он гордился, но был разочарован, что недостаток опыта привел к быстрой смерти, не дав насладиться изнывающими криками и возбуждающей мольбой о пощаде. Была ли эта жертва последняя?