Веселые будни маленького Тора и взрослого Локи

      Тяжелый вздох.       — Да я хожу кругами! — вскрикнуло бывшее божество, раскинув руки в стороны. Его уже в пятый раз телепортировало в мир маленького Тора, видимо, из-за ошибки в программе устройства. И его уже малость достало попадание в одно и тоже место, причём через каждую,наверное, пятую или шестую «дверь». К тому же этот Тор успел его пару раз увидеть. Похоже именно по этому под ногами Локи показалась небольшая корзиночка с фруктами. Тот наступил на неё, пока выходил из портала. Маленькие шарики винограда рассыпались по полу, а единственное яблоко было слегка сломано ступней мужчины.       Хотелось распсиховаться просто от вида комнаты Тора. Пятый раз! Чертов пятый раз на том же месте! Причем даже непонятно в какой временной период.       В этот момент сзади почувствовался юркий удар в спину, а точнее в ее боковую часть. Слабый, будто это маленький ребенок. Тем не менее бывший бог тут же среагировал и подхватил нападавшего, прижав того к колонне.       Перед его глазами оказался мальчишка, лет семи, наверное, но явно старше, чем в прошлые прилёты. Золотистые локоны до плеч, тонкие, но уже мускулистые руки и голубые глаза. Это определено Тор. Тот тут же начал брыкаться, ударяя ботинками в грудь «гостя», но что последний лишь закатил глаза. Тогда мальчик вцепился ногтями в рукава Локи, порвав их края, с боевым вскриком, хотя скорее хрипением.       — Отпусти! — послышалось сдавленное нечто из горла принца, которое крепче сжали пальцы бога обмана. — Я как наследник трона Асгарда, приказываю тебе себя отпустить! — уже более громко прикрикнул Тор.       Локи недовольно сверкнул глазами и расжал руку. Мальчик тут же свалился на пол, жадно хватая воздух ртом. Великан отвернулся, начиная шурудить рукой по дисплею устройства. Но то, как на зло, заискрилось и заглючило. На экране всплыло так ненавистное сообщение «ERROR».       — Чертова машина… — зашипел Локи, чуть ли не швыряя ее в стену.       — Кто ты? — послышалось со стороны колонны. Обернувшись, бог обмана заметил вставшего «старшего» брата, теперь с интересом наблюдающего за ним.       — Мировой змей, разве не видишь? — гаркнул Локи, стараясь успокоиться.       Так… У него теперь нет выхода из этого мира. Его могут найти УВИ… Но тогда уже точно удалят, причём ещё и Мобиусу влетит за это. Это значит, что влетит ему в двойном размере, сначала от УВИ, а потом от Мобиуса.       — Я представлял тебя немного другим… Буквально змеем, — прошептал мальчик, с восхищением осматривая одежду Локи. Его рука потянулась к ткани белоснежной рубашки, принявшись ощупывать ее. Она была другой. Более шершавой, чем обычные ткани Асгарда.       Бывший бог уставился на старшего брата, который сейчас был… Младше его, причём в несколько раз.       — Но что ты делаешь в Асгарде? А тем более в моей комнате.       Локи тяжело вздохнул, прикрыв глаза. «Это ребёнок. С ним все же стоит помягче.» — раздалось в его голове. — «К тому же лучше не портить ему впечатление о себе. Он может ещё понадобиться… Как минимум, чтобы его не убил местный Один. Если конечно он так же любит сына, как и в моей вселенной.»       — Не трогай меня, пожалуйста, — парень аккуратно взял маленькую ручку брата и снял её с рукава.       — Ты так и не ответил на мои вопросы! — выпалил ребёнок и вновь прицепился к старшему, только к ткани на талии.       — Послушай, я не Мировой змей. Мое имя Локи и я — выросшая версия твоего брата.       — Но у меня нет братьев, — кратко ответил Тор. Его глаза засверкали большим интересом и удивлением. Мальчик вряд ли врал, особенно вспомнив его из своей вселенной в этом возрасте. Он был слишком прямолинейным для этого.       «Нет братьев? В смысле? А где Я из этой вселенной тогда? Здесь Локи нет? Может здесь я остался у великанов?» Локи взглянул на мальчика.       — Ты знаешь бога по имени Локи?       — Нет, — покачал тот головой. — А должен?       — А… Не знаю, великана? У вас же есть великаны, да? — Локи нахмурился, всё ещё пытаясь понять, что здесь происходит и в принципе концепцию этого мира. То есть его как такового здесь нет или всё же есть, но просто в другой форме? О боги, почему его занесло именно сюда?       — Великанов уже нет, их папа всех победил, — спокойно ответил младший, продолжая теребить ткань на рубашке с видом полного блаженства и любопытства. Он точно играющий котёнок.       — То есть их всех истребили? — тогда выходит Локи здесь всё же мёртв, либо просто не успел родиться? А если он всё же выжил, но скрывается? Столько вопросов и так мало ответов.       — Ну да, так папа говорит и рассказывает какие великаны были злыми монстрами, — Тор наклонил голову на бок. Золотистые локоны перекатились на правую сторону лица, прикрывая блеск голубых глаз. Но даже так, они светились интересом, тем детским интересом неизведанного, которым и сам Локи наполняется при попадании в новый мир.       Но через пару секунд раздался точно гром средь ясного неба стук в дверь. Локи вздрогнул и быстрым движением ног спрятался за колонной, приобняв себя одной рукой за плечо, а второй отчаянно наживая на кнопки устройства.       — Ваше Величество, ужин готов, Ваш Отец просил Вас позвать, — раздался довольно старческий голос из вне, такой сиплый и тонкий, точно вот-вот надорвется. Тор обернулся. Его взгляд забегал от гостя к двери.       — Не смей меня выдавать! — зашипел Локи. Он, точно скользкая змея, обнял колонну, напуганно смотря на ребёнка. Это Тор, да ещё и маленький, он точно что-то сотворит или выкинет, бог обмана уверен. — Иначе съем, — последнее появилось как-то само собой.       — Но ты ведь не Змей… — немного замешкался ребёнок, но тут же дёрнулся от новых ударов о древесину двери.       — Я йотун, последний ледяной великан и я могу тебя съесть, — ответил Локи, уже на всякий случай вытаскивая кинжал из-за пояса. Тор нервно взглотнул. Он неторопливо прошёлся до двери и со скрипом отпер её. Впереди стоял пожилой мужчина, выглядищий куда хуже Всеотца. Понятное дело, этот слуга смертный, обычный асгардец, его нельзя сравнивать с отцом.       — Долго вы, Ваше Высочество. Я слышал голоса, у вас гости? — над впалыми глазницами приподнялись две белые линии, служившие ему бровями.       — Нет, я просто читал в слух! Передай папе, что я скоро приду, — мальчик нервно улыбнулся, показывая несколько дырок между зубами.       — Как скажите, Ваше Высочество, — старик поклонился и поспешил удалиться, а Тор запереть дверь.       — Он ушёл… — мальчик обернулся, замечая, что Локи уже вышел из укрытия и продолжает на что-то нажимать на устройстве. — И я знаю, что ты меня не съешь! Ëтуны слабее ассов! А особенно меня!       — Это тебе тоже отец сказал? — не отрывая взгляда от монитора, пробормотал Локи.       — Да, и учитель истории! Иначе бы мы не победили в войне! — он важно вздернул нос и широко улыбнулся.       — Ну больше слушай их и гости́ в своём выдуманном мирке, — бог обмана приподнял глаза на Тора, хищно сверкнув ими, лишь бы запугать его. У Локи не было никакого настроения продолжать эту бессмысленную беседу. Ему нужно поскорее свалить, чтобы его не нашли и не заперли! Да и печально осозновать, но и Мобиуса не хотелось подставлять, всё же он прикрывает его от начальства.       — Ну так расскажи о другом мире! Я люблю слушать истории! А ты... Ты как из сказок. Если бы ты был злым ëтуном, ты бы меня уже давно съел, но ты этого не делаешь, — глаза мальчика продолжали сиять любопытством, а раздражение и голод Локи продолжали расти.       — Что рассказать? — коротко отрезал последний.       — Ну... О ëтунах, о мире за Асгардом, о... О чем-угодно! — ребёнок сделал несколько шагов к своему новому другу, и пока единственному, потому что времени на игры с детьми других божеств у него просто нет.       — Тебя же звали поесть, верно? Давай тогда ты сходишь и принесешь мне чего-нибудь, тогда я тебе расскажу, всё, что ты захочешь, — наконец Локи выпрямился, встав ровно напротив Тора.       — Правда? Всë-всë? — маленький бог чуть не запрыгал от счастья.       — Всë-всë, только сначала еда, — бог обмана усмехнулся, наблюдая за этой детской радостью. То ли это он так соскучился по брату, то ли его радует то, как он по старинке его проведёт. Еды то он дождётся, а потом по возможности свалит, во всяком случае, он на это надеется.