Body Swap

            Мандраж перед первым в жизни прослушиванием был очень сильным. Джисону пришлось принять пару таблеток успокоительного, чтобы не трястись, пока он собирался. На нем была чистая спортивная одежда, в которой ему было комфортно танцевать. Хан уложил волосы и даже пшикнул на шею парфюмом, которым почти никогда не пользовался. Джисон не верил, что увидит сегодня Ли Минхо. Сердце дрожало каждый раз, когда он думал об артисте. До этого Хан видел его только на видео и один раз на живом концерте, но тогда Джисон стоял довольно далеко. А сегодня артист будет напротив Хана, будет смотреть на его танец, если Джисона паника не накроет. На всякий случай Хан взял с собой успокоительное, если эффект пройдет, пока он будет добираться до здания компании. С Хёнджином Джисон встретился в холле здания. Внешне Хван был спокоен, да и внутри – тоже. Он был уверен в своих способностях, не зацикливался на том, что будет после прослушивания, а собирал все силы, чтобы отдаться своему выступлению. — Ну что? Готов? — Готов, – Джисон набрал полные легкие воздуха и медленно выдохнул. — Пошли. Нам туда, – и Хёнджин повел за собой парня. Хёнджин вел себя так, будто он уже работает здесь, он знал, куда идет. Для Джисона это был тур по какому-то магическому месту, ведь именно здесь его мечта может претвориться в жизнь, он, наконец, может стать кем-то, что-то значить. Парень заинтересованно осматривался, не смотря себе под ноги, поэтому легко мог споткнуться или врезаться в Хёнджина, не рассчитав скорость своего шага. Голова была кругом, и в груди вновь зарождалось волнение. Когда они завернули в коридор, где сидело много людей, сразу стало ясно, что они пришли на место. Джисон увидел всех тех, кто по идее является его конкурентами, и парень понимает, что он для них точно не соперник. Он единственный, кого провели сюда благодаря связям, поэтому Хан сейчас ощущал себя лишним. Это чувство попадает под описание синдрома самозванца. Но если человек в таком случае просто не верит в свои собственные силы и приписывает свои достижения совпадениям и удачи, то Джисон действительно, можно так сказать, был самозванцем. Обманул систему и попал на прослушивание, на которое ведется строгий отбор. Хёнджин нашел два свободных места. Джисон сел и стал нервно тереть свои ладони о ткань штанов. Ему казалось, будто все вокруг в курсе, как он сюда попал, и думают, что ему здесь не место. — Не переживай, – Хёнджин дотрагивается до плеча Джисона, кладет свою ладонь и мягко сминает. Хана этот жест немного успокаивает. — Кажется, я все забыл, – парень округляет глаза, страшась того, что он действительно забыл всю хореографию. — Брось. Это просто волнение в тебе говорит. Твое тело все помнит. Даже сутки не прошли еще. — А что если я правда забыл? Что делать, если я встану в ступоре? — Постарайся так не думать. Можешь глаза закрыть и представить, что в комнате нет никого, кроме тебя. Так будет легче начать танцевать, – наставляет Хёнджин. Он-то точно знает, о чем говорит, потому что был на месте Джисона. Был новеньким и неопытным. — Легко сказать. Я все равно продолжаю думать, – Джисон хватается за свои колени, пытаясь остановить непрекращающуюся дрожь. — Первый раз всегда такой волнительный. Думай о Минхо, – усмехнулся Хван. — Ты же его хотел увидеть. — Я о нем и так не перестаю думать. А с чего ты, кстати, взял, что он будет на прослушивании? — Так это ведь отбор в его команду подтанцовки. Он всегда присутствует на таких просмотрах. — Айщ! Это провал, – Хан схватился за голову. Паника начала подступать прямо в тот момент, когда на горизонте показался артист. Минхо шел в сопровождении своего менеджера. Все, кто принимает участие в этом прослушивании, встали и поприветствовали артиста. Минхо не был особо щедр на эмоции и приветствие. Он – ходячая статуя с невозмутимым взглядом и плавной походкой. У Джисона челюсть отпала, потому что Минхо прошел мимо него на расстоянии даже не вытянутой руки, а тридцати сантиметров. Хан успел втянуть носом аромат парфюма, которым пользуется артист, и парень чуть не упал в обморок, настолько Джисон был его фанатом, и его сердце сейчас не выдерживало. Хёнджин коснулся парня и легонько потряс, выводя из транса. — Я уже могу пойти домой, я его увидел, – Джисон влюбленно проводил Минхо взглядом в комнату, где будет проводиться прослушивание. — Ты не хочешь проверить свои силы и попытаться сделать шаг навстречу своей мечте? Это хороший опыт. — Но я провалюсь. С треском, – Джисон поник. — А что, если ты будешь потом жалеть, что не попробовал? У тебя сейчас есть возможность, так хватайся за нее, – убеждал его Хёнджин. — Отдайся сегодня танцу, как отдавался вчера. И выйди из той комнаты, ни о чем не жалея, – кажется, эти слова действительно убеждали Джисона. Хван снова говорил, исходя из своего опыта. Были моменты, когда было страшно. Хёнджин лишь один раз сбежал из компании, так и не дождавшись начала прослушивания. Тогда у него жутко заболел живот, он не верил в свои силы, паника накрывала с головой. Как-то все навалилось на двенадцатилетнего мальчика, поэтому он попросил маму уйти. С тех пор Хёнджин не убегает, когда на пути сталкивается с трудностями. Какое-то волнение не должно влиять на его будущее. Хван научился преодолевать тревогу и смотреть на все через призму «живем один раз». Если не сейчас, то когда? Если дан шанс, то бери его. Люди любят мечтать, представлять то, чего не произошло, утопать в мыслях о другой желанной реальности, но как только дело доходит до того, что перед ними открывается дверь в ту самую реальность, они тушуются, становится страшно, ведь нет никаких гарантий, что за этой дверью то, что они так хотели. Поэтому кто-то так и остается стоять на пороге, а кто-то делает шаг и получает исполнение своего заветного желания. В комнату, где проходило прослушивание, каждые десять минут кто-то заходил. Здесь было много людей. Тот, кто проводил этот просмотр, никаких результатов пока не оглашал. Те, кто уже успел показать себя, садились обратно на диванчики, либо вставали у стены и ждали окончания прослушивания. Неизвестно, что более мучительно – сидеть и ждать, когда подойдет твоя очередь, или ждать объявления результатов? Джисон успел прочувствовать волнение перед выступлением всеми клетками своего тела. И ему кажется, что после прослушивания ему станет гораздо легче. Он и так знает, что не дотягивает до профессионализма, который должен быть у танцоров в команде Минхо. Вот Хёнджин мог успешно пройти прослушивание, он к этому готовился, он этим живет и дышит. Подошла очередь Хёнджина, он даже не вздрогнул. Хван улыбнулся парню и зашел в комнату. И вот снова Джисону казалось, что на него все смотрят и знают, что ему тут не место. Он достал наушники и включил песню, чтобы вспомнить движения. Хан стеснялся встать и хотя бы не в полную силу повторить хореографию, как это делали многие, кто здесь находился. Джисон сидел и скромно двигал руками и ногами, вспоминая все замечания Хёнджина, когда парень его поправлял и чистил движения. Хорошо, что Хану пришла в голову мысль послушать песню в наушниках, он, кажется, немного успокоился. Как и остальные, Хёнджин пробыл там не больше десяти минут. Хван вспотел, восстанавливал дыхание, и на его лице была лучезарная улыбка. — Как прошло? – тут же спрашивает Джисон. — Нормально. Надо подождать, – говорит Хван и достает маленькое полотенце из сумки, которым вытирает свой лоб и шею. Джисон был следующим по списку. Когда назвали его имя, парень вскочил с места и посмотрел на Хёнджина. — Думай о танце. Ты справишься, – улыбнулся ему Хван. Джисон медленно подошел к девушке, которая держала в руках планшет. Она открыла дверь и пустила парня внутрь. — Удачи, – тихонько сказала она, когда Джисон заходил. Приятно, однако. За длинным столом сидело три человека – менеджер артиста, Минхо и, очевидно, хореограф. Джисон медленно вышел в центр, посмотрел по сторонам. Яркое освещение било по сетчатке. Минхо не поднял пока что головы, общался о чем-то с хореографом. Менеджер потянул артиста за рукав рубашки, и тогда Ли обратил внимание на Джисона. Сначала взгляд Минхо проскользил с головы до ног, сканируя парня и его телосложение. Потом Ли посмотрел в листок, лежащий перед ним. — Покажите, на что Вы способны, Хан Джисон, – проговорил он, а у Джисона в этот момент сердце, кажется, было готово остановиться. Господи, какой у Минхо красивый голос. Нет, Хан и так это знал. Но одно дело – слушать песни в телефоне, а другое – услышать голос артиста в той же комнате, где находишься сам. Взгляд Минхо сосредоточенный, но, кажется, он уже устал, что неудивительно. До Джисона выступили уже человек пятнадцать. Музыка еще не включилась, и Хан еще не начал двигаться, а на шее уже проступил пот. Джисон кивает, говоря, что он готов. Хореограф включает музыку. Песня заиграла с начала, поэтому Хан ждал, когда начнется припев. Он отбивал ногой ритм и смотрел по большей части в пол, потому что если столкнется взглядом с Минхо, то упадет в обморок, наверное. Но артист пока вообще не смотрел на Джисона, он по-прежнему общался с хореографом. Может, они уже решили, кого возьмут в команду, поэтому Хан им был уже неинтересен? Заиграл припев. Джисон начал танцевать. Да, его движения не были отточены до идеала, но он старался вести себя уверенно и не останавливаться, пока не закончит танцевать тот отрывок, который выучил. Пару раз он чуть не потерял равновесие и случайно не ударил себя по лицу рукой. Танцевать, словно управлять машиной. Нужно уметь чувствовать пространство и пропорции своего тела, чтобы вот так, как Джисон, случайно не треснуть себя по лицу. Но все обошлось, он только нос задел, хотя довольно сильно, потому что движения резкие и быстрые. В глазах слезы проступили, но Хан продолжил танцевать. Когда Джисон прекратил двигаться, хореограф выключил музыку. Парень тяжело дышал и смотрел в пол. Но через пару секунд он поднял голову и столкнулся с взглядом артиста. Показалось, будто через тело ток пустили, мышцы грудной клетки заспазмировали. Минхо хотел что-то сказать, но не смог. Пока он долго смотрел на парня, голова начала болеть. В какой-то момент Ли резко схватился рукой за голову и зажмурился. — Минхо, все в порядке? – заволновался менеджер. Джисон испугался, что его любимому артисту стало плохо у него на глазах. Минхо не мог больше взглянуть на парня, потому что голова ныла от боли, артист даже глаз не мог открыть. — Наверное, стоит закончить на сегодня, – менеджер обращается к хореографу. — Спасибо, что пришли. Мы свяжемся с Вами и сообщим наше решение. Джисон кланяется и начинает пятиться назад к двери, не может оторвать взгляда от Минхо, которому сейчас менеджер помогал подняться. Хан уже не думал ни о каком прослушивании, он стал волноваться за Ли. — Как прошло? – Хёнджин встает с места и смотрит на парня. Джисон не успевает ничего ответить, потому что буквально за ним из комнаты выходит Минхо и его менеджер, держащий артиста за локоть. Ли все еще кривится от боли, и Хан сочувствует. Хван шокирован, он провожает Минхо взглядом, а потом смотрит на Джисона. — Ты его настолько танцем поразил? — Не смешно. Ему внезапно стало плохо, – печально осведомляет Хан. — Прослушивание переносится, мы сообщим, когда оно состоится. Те, кто уже прошел, ожидайте, с вами свяжутся, – хореограф громко уведомил всех, кто находился в коридоре, а потом и сам пошел туда, куда ушел артист. — Нам повезло, что мы успели пройти, – говорит Хёнджин. — Я за него переживаю, – Джисон все еще смотрит в коридор, Минхо там уже не было. А внутри парня чувство какое-то появилось. Оно говорило, что ему туда надо. Надо пойти за Ли. — Думаю, с ним будет все нормально, – Хёнджин хлопает Джисона по плечу и берет свою сумку. Джисон не хотел уходить, ему казалось, что в этом здании есть что-то, что ему очень нужно, что-то, что он потерял. Такое странное чувство. Это даже не дежавю. Ощущение, что он что-то забыл, и сейчас мозг пытался изо всех сил это вспомнить. Но проследить путь этой мысли уже не представляется возможным. Обычно в таких ситуациях следует вернуться туда, где ты впервые об этом подумал. А куда возвращаться? Джисон не мог понять, где начался этот путь. Как и не мог объяснить, что он пытается вспомнить. Но в пазле не хватало деталей, картинка неполная. — Идешь? – позвал его Хёнджин. И его голос смог вырвать Джисона из очередного транса. Он схватил свой рюкзак и поспешил к лифту, возле которого его уже ждал Хван. Можно ли утверждать, что прослушивание прошло успешно? Непонятно. Одно Джисон осознал, он смог преодолеть себя и впервые выступить перед кем-то. Ему понравилось. Да, он нервничал, но этого не избежать. Он получил удовольствие, танцуя перед публикой, хоть и такой небольшой. Но ведь танцевать перед самим Ли Минхо и его хореографом более волнительно, чем на школьном концерте. Люди, которые разбираются в танце, оценивают хореографию с профессиональной точки зрения, поэтому их мнение более ценно для дальнейшего развития, чем мнение любителей или же каких-то старшеклассников.

***

            — Минхо, все в порядке? – голос менеджера пытается пробиться через то гудение, которое стоит у артиста в голове. Минхо никогда еще не испытывал подобной головной боли. С чего бы это? Он посмотрел на парня, который танцевал, и по его ногам прошелся ток, который заливался в самое сердце, а потом в голове пульсация возникла. Ли уже не мог проводить прослушивание, он даже не мог что-то ответить менеджеру, а просто позволил ему вывести себя из помещения. — Выпей таблетку, – менеджер Юн поднес артисту стакан воды. Минхо принял лекарство. Головная боль, в принципе, начала сходить на нет, когда он оказался в другом помещении здания. Легкая пульсация еще осталась, но сейчас Ли хотя бы глаза уже смог открыть. — Ты хорошо спишь? – переживает мужчина. — Да. Это не из-за этого, – Минхо хмурится, озадачиваясь. — А из-за чего, как ты думаешь? – менеджер садится рядом. — Не знаю, – мотает артист головой и задумывается. — Мне показалось или последний парень, Хан Джисон, кажется, похож на любителя? Как он на прослушивание попал? Я не помню, чтобы просматривал его материал. — Его вроде директор добавил в список. — Интересно. Тебе какое выступление понравилось? — Ну, я не профессионал в этом, как я могу судить? — Я хочу узнать. Иногда не только профессионализм важен, но и энтузиазм, с которым люди отдаются делу, а опыт со временем приходит, – Минхо выжидающе смотрит на менеджера. — Была девушка Ким Юна. Она мне понравилась. Еще парень один, светловолосый такой. Он довольно пластичный, и грация у него есть. Я его, кажется, тут уже третий раз вижу, – усмехается мужчина. — А, Хван Хёнджин. Да, он мне тоже приглянулся. Думаю, что Ён Чон тоже его отметил. — Если ты говоришь, что профессионализм не всегда важен, то последний парень мне тоже понравился. Он, конечно, зацепил меня не так, как Хван Хёнджин, но в парне был огонек. Он еще и твою хореографию выбрал, может, это что-то значит. Думаю, он хорошо постарался. — Правда? Хмм, я подумаю. Посмотрю потом еще раз запись с прослушивания. Все равно тем, кого я выберу, я дам задание. Первая совместная хореография будет проверкой. Не хочется, конечно, тратить время на любителей. — Может, стоит иногда давать такой шанс? Глядишь, ты пробудишь в парне талант, который в нем прячется, – менеджер слегка толкает Минхо плечом. Ли улыбается. — Может быть.             Минхо думал над словами менеджера на протяжении всего дня, а потом еще и весь следующий день. Он осмотрел почти весь материал с прослушивания. Осталось посмотреть только выступление Хёнджина и Джисона. Насчет Хвана Минхо был уверен – он однозначно возьмет его танцором в свою команду. Хёнджин не только способный, но и упорный, поэтому Минхо уверен, что парень будет полностью выкладываться на тренировках. Хан Джисон. Почему когда Ли проговаривает про себя это имя, то в душу закрадывается ощущение, что он его где-то уже слышал? Оно такое знакомое. Просмотрев выступление Джисона, Минхо подумал, что он даже хочет дать парню возможность раскрыться. Его движения не такие уж ужасные, он, видимо, отработал этот небольшой отрывок хореографии. Видно, как Хан нервничал, пока не начал танцевать, но на прослушивании многие волновались, это неудивительно. В танцевальную команду нужно было добрать троих человек, если Джисон не справится, то Минхо придется выбирать замену. А расписание проекта, который он готовил, было уже определено, и тренировки начинались через две недели. И до этого Ли хотел испытать новых танцоров, дав им задание – за неделю поставить хореографию на троих. Конечно, Ён Чон поможет им, но основная задача будет лежать на плечах новеньких. Вечером, находясь в стенах своей квартиры, Минхо ложится на кровать и открывает Youtube. Что же там новенького? Но в рекомендациях почему-то попадаются все те же видео, которые Ли не хочет смотреть. Так почему они до сих пор вылезают? Он листает страницу, чтобы найти что-то интересное. Взгляд артиста приковывает заставка одного из влогов. Он узнает, что это лицо Хан Джисона. Минхо удивляется и заинтересовывается. «Всем привет. Меня зовут Хан Джисон, и это влог номер *короткое молчание, парень задумался* кажется, десять *смеется*. В общем, сегодня я хочу записать процесс, как я придумываю свои тексты песен. Не знаю, кому это будет интересно, но, может, кому-то и будет *снова смеется*» Видео короткое – всего семь минут. Минхо посмотрел все от начала до конца. Джисон рассказывал, откуда получает вдохновение, сколько у него уже написано песен, зачем он вообще этим занимается, и Ли все это было интересно. Зачем он захотел попасть ко мне в подтанц, если умеет песни писать? Ему нужно было на другое прослушивание идти. Но Минхо убедился, что Джисон – личность творческая, а значит, в нем точно есть задатки, которые при правильном подходе разовьются и раскроют талант парня. Во влоге парень выглядел так по-домашнему, волосы растрепаны, улыбка у Джисона искренняя. И когда Хан смеялся, то Минхо улыбался в ответ, так реагировало его тело. От Джисона веяло каким-то теплом даже через экран планшета. Ли казалось, что он уже знает парня, как фанаты «знают» своих кумиров. Поэтому поклонники мечтают начать с ними встречаться, ведь тогда не надо проходить нудный период «расскажи о себе», который пугает многих людей, особенно интровертированных. Минхо отложил планшет и лег спать. Завтра он планирует сообщить хореографу, кто ему понравился на прослушивании. Несмотря на то, что часть людей, которые не смогли выступить, пройдут прослушивание через два дня, Минхо уже решил, кого хочет взять. Тем более время поджимает, нужно скорее начинать тренировки. Артисту снился сон, в котором был Хан Джисон. И это было неудивительно увидеть парня там, потому что Минхо посмотрел его влог и выступление и часто о нем думал, потому что рассматривал в качестве танцора в свою команду. Но в этом сновидении все было иначе. Минхо целовал Джисона, зарывался пальцами в его волосы. Почему глаза на мокром месте? Разве поцелуй не приносит удовольствие? Хан крепко сжимал талию Ли, их тела прижимались друг к другу. Между ними не было смущения и дистанции. — Произошло то, что произошло. Прости, что украл твое сердце, – томно произносит Минхо, зачесывая прядь волос Джисону за ухо. — А я смог украсть твое? – Минхо усмехается и проводит большими пальцами по щекам парня, собирая слезы. Он смотрит в его блестящие глаза и отвечает: — Однозначно, – на лице Минхо такая теплая улыбка, но в глазах собираются слезы. Отчего так грустно? Что произошло? Этими вопросами Минхо задался наутро. Очень странный сон. Голова артиста лишь немного пульсировала, когда он проснулся, но он принял таблетку, и боль утихомирилась.

***

            Джисон был доволен собой после прослушивания, в теле чувствовалось столько энергии, потому что ему понравилось выступать. И он решил снять видео и рассказать про все это. Да, жаль, конечно, что он не смог снимать внутри здания компании, так бы вставил эти кадры в свой ролик. Но пока он решил снять только часть, а потом, когда он узнает — прошел он или нет, доснимет видео. И кто знает, может, следующий влог будет уже из тренировочного зала компании, в которой работал Минхо, если ему разрешат там снимать. Джисон замечтался, хотя осознавал, что не светит ему место в группе подтанца. Это очень наивно. В школе Хан все уши прожужжал Сынмину и Чонину про Минхо. Младший слушал с приоткрытым ртом, потому что ему казалось, что Джисон про свой сон рассказывает, и только когда он задал уточняющий вопрос, то офигел еще сильнее. — Я вам говорю, это не сон. Я, правда, там был и видел Минхо. У Хёнджина спроси, – Джисон показывает пальцем на Хвана, который садится рядом с Сынмином. — О чем у меня спросить? – подключается к разговору парень, с улыбкой посматривая на Кима. — То, что я не вру, что я видел Ли Минхо. Они мне не верят, – Джисон насупился. — Он не врет, – уверенно отвечает Хëнджин, беря в руку палочки и начиная помешивать рис. — Вот. — Я ж там был, – говорит Хван. — А что ты там делал? – с интересом спрашивает Сынмин. — Проходил прослушивание в группу подтанца Минхо. Об этом Джисон не сказал? – Хван удивленно смотрит на Хана. — Я как-то начал про Минхо просто говорить, – смеется парень. — И ты прошел? – Сынмин сам дотрагивается до руки Хëнджина, что покоилась на бедре, и смотрит на парня. Он хочет быть с Хваном ближе и постепенно работает над собой, огибая стены из установок, заложенных воспитанием. — Пока не знаю. Должны скоро ответ прислать. Обычно дня два на это уходит, – Хëнджин переворачивает руку ладонью вверх и мягко сминает руку Сынмина, улыбаясь ему в ответ. — Ну вы такие милашки, – радуется Джисон. Сынмин смутился, кончики его ушей порозовели. — Удалось у него автограф взять? – спрашивает Чонин. — Нет, конечно. Там было не до автографов. К тому же ему стало плохо, – Джисон опускает уголки губ, вспоминая, как Минхо кривился от боли. — Что случилось? Я не видел никаких новостей, – младший в шоке вскидывает брови. — Вряд ли они будут это афишировать. Может, все прошло уже, – отвечает Хëнджин. — Может, перенервничал. Карьера айдола очень изматывающая. — Ты только не изматывай себя, – Сынмин сжимает ладонь Хëнджина. — Я ж не в айдолы подаюсь, а всего лишь в танцоры. — Все же. Если тебя возьмут, то, наверное, будет много тренировок. Следи за своим здоровьем, – Сынмин говорил на полном серьезе. — Сколько дней прошло? Два? Три? Когда вы успели уже так сблизиться? – поражается Джисон. — Просто так выходит, – усмехается Хëнджин. — Но мы не спешим, да? Шаг за шагом, – он смотрит на Сынмина, который кивает, соглашаясь. — Мило, – выдает Чонин. И правда, в отношениях Сынмина и Хëнджина было все так мило, другого слова и не подобрать. Ким открылся самому себе, позволив этим новым чувствам выйти наружу. Благодаря этому он спокойно может держать Хëнджина за руку, улыбаться ему, как не улыбался очень давно. Хван не давил на парня, не давал ему усомниться в их только что зародившихся отношениях. Рядом с Хëнджином Сынмин раскрывался, как цветочный бутончик. И Хван не будет торопить его, наслаждаясь прекрасным зрелищем распускающейся розы. Пока они сидели за обедом в школьной столовой, у обоих парней, у Джисона и Хёнджина, завибрировали телефоны. Они достали их, чтобы посмотреть уведомления. — Я прошел, – радостно воскликнул Хëнджин и обнял Сынмина. — Поздравляю, – Ким хлопает парня по спине, искренне радуясь за него. Джисона молча уставился в экран и хлопал ресницами. — Что там? – Чонин заглянул к другу в телефон. — Ты тоже прошел? – поражается младший. — Вау! Поздравляю, Джисон, – улыбается Хëнджин. Только вот Джисон сейчас не мог понять, за что его взяли. Он же откровенно знал, что не дотягивает до тех танцоров, которые были на прослушивании. Хёнджина взяли, а он с детства занимается танцами. Джисон рядом с ним просто никто. Чонин хлопал хёна по спине, радуясь за него, а Хан будто под водой находился, едва различая звуки вокруг себя. Он был поражен.