по разбитым зеркалам

Когда Нин Гуан сбрасывает свои чёрные туфельки, что блестят под тусклым светом свечей, она понимает, что творит нечто безумное. Воля Небес распускает волосы, позволяя белоснежным локонам лечь на плечи. Вот она — истинная леди Гуан, подходи и бери. Ступая по холодному полу, она всё ещё уверена, что происходящее сейчас — безумие. Ее личное безумие, которое она делит с мужчиной, что стоит посреди пола, усыпанного осколками стекла. Стоит совершенно такой же босой и кажется, его лицо не выражает абсолютно никаких эмоций. Он стоит здесь и покорно ожидает её, свою маленькую смертную мечту. Нин Гуан ступает мягко, уверенно, но каждая клетка ее тела напряжена до предела. Девушка точно знает, что сейчас она испытает невиданную ранее боль, но не останавливается. Она не хочет бежать к нему, нет. Воля Небес идет, зная, что мужчина в любом случае её дождётся. Останавливаясь перед выходом на пол, что похож на разбитое зеркало, она прикусывает нижнюю губу — страх на секунду заставляет её задуматься. После она поднимает взгляд и алые глаза встречаются с золотыми напротив. Нин Гуан делает шаг, нежная кожа ее стопы касается осколков. Пока они не выпиваются в ногу, только отдают неприятным холодом. — Леди Гуан, идите дальше, — ахронт прикрывает глаза, разрывная зрительный контакт с девушкой и она на минуту теряется, но вдруг смело шагает дальше. И сейчас она чувствует, как осколки зеркального пола впиваются в ее ноги — боль невыносимая, но Воля Небес не смеет остановиться. Она готова идти по разбитым зеркалам к тому, кто ее ждёт. Нин Гуан несгибаема и это проверено временем. И Моракс, стоящий на точно таких же осколках тоже несгибаем. Они идеально сочетаются. Нин Гуан — для Чжун Ли. Чжун Ли — для Нин Гуан. Обоюдная зависимость, обоюдная бессрочная болезнь, которую никто не сможет излечить. Девушка идёт, невзирая на боль, но вскоре в небольшом помещении раздаётся оглушающий крик — один из осколков врезается прямо в середину стопы и Воля Небес падает на колени, едва сдерживая слёзы. Тело пронзает новая боль, ведь теперь осколки попадают в ноги. Ладонями она упирается в пол перед собой и тут же жалеет — стекло прорывает ткань темных перчаток и входит прямо в кожу. Больно. Невыносимо больно. Нин Гуан поднимает взгляд на Моракса. Тот стоит всё так же: глаза закрыты, руки скрещены на груди, а лицо не выражает ни единой эмоции. Создаётся ощущение, что ему плевать. Девушка собирает всю свою волю в кулак и поднимается, стараясь выпрямиться. Из ее колена торчит небольшой осколок, но она даже не спешит его вытащить. Знает, что будет больнее. Воля Небес опускает взгляд на свои руки. В правой три кусочка стекла, в левой — пять. Из ранок сочится кровь, медленно стекая по темным перчаткам вниз, к локтям. Нин Гуан вновь переводит взгляд на Чжун Ли и сжимает ладони в кулаки, вгоняя осколки ещё глубже. Адски больно. Кровь течёт с новой силой и она делает ещё пару шагов навстречу мужчине. Она просто обязана дойти до него, чего бы ей это не стоило. Колено ноет, ходить с осколками в теле неудобно, но она идёт. Смотрит на высокую фигуру перед собой и идёт, зная, что боль пройдёт. Исчезнет, рано или поздно, а Моракс — нет. Архонт контрактов останется навсегда — прямо в сердце, заляжет в недрах и никогда не уберётся оттуда. Нин Гуан проводит рукой по волосам, откидывая их с плеча. Белоснежные локоны пачкаются в крови — она вся в ней. В собственной крови. Ах, видела бы ее сейчас Кэ Цин. До Моракса остаётся ещё пара десятков шагов, когда он, вдруг, открывает глаза. Осматривает девушку и Нин Гуан кажется, что в его глазах мелькает сожаление, но на чужом лице не видно ни одной эмоции. Девушка хмыкает и продолжает двигаться, немного пошатываясь. Мужчина перед ней смотрит, пожирает взглядом. Кровь из колена стекает по ноге, ее ручейки чувствуются фантомно, но довольно неприятно. Нин Гуан слабеет, в ступни впивается ещё пара-другая осколков. Но она идёт. Останавливается только тогда, когда между ними остаётся расстояние в один шаг. Чжун Ли сам его преодолевает, подхватывает девушку на руки и прижимает к себе. Их обоюдная зависимость, их бессрочная болезнь, не поддающаяся лечению. Она — для него. Он — для неё. И ради этого можно было пройтись по разбитым зеркалам.