Когда мы закрываем двери

I don’t mind being underneath you If you need something to do I am ready to be used I don’t mind being overwhelmed You can hurt me to the core, I’ll always ask you for more I don’t mind taking all your rage You’ve been down this road before It’s my job to misbehave I don’t mind taking all the blame You assert the dominance, I will always know my place When you do these things to me who am I supposed to be? If I don’t reciprocate will you let my body break? When you do these things to me who am I supposed to be? If I don’t reciprocate will you let my body break?

Драко всегда приходит на их встречи первым. Номер маггловской гостиницы всегда забронирован им на выдуманное имя. Они всегда встречаются только в немагической части Лондона. У них очень много маленьких традиций, мелочей, о которых можно сказать «всегда». И есть причины скрывать свои встречи. Они – начальник и подчиненная, в реальной жизни между ними существует субординация, профессиональная этика, социальное различие. Но за закрытой дверью очередного гостиничного номера существует иная реальность. Запретная. Ото всех скрытая. Принадлежащая только им. Он знает, что до прихода Гермионы у него есть примерно пять минут. Как раз чтобы смешать для нее коктейль, а себе налить бурбон на два пальца в бокал со льдом и лимоном, выпить и унять нарастающее внутри волнение. Он почему-то всегда волнуется перед их встречами. Девушка заходит не стучась, тихо закрывает за собой дверь, и он тут же накладывает на номер запирающие и заглушающие заклятия. Откладывает палочку и смотрит, как она идет к нему, закутанная в длинный плащ из черной кожи. Они не приветствуют друг друга, таковы условия их игры. Гермиона сбрасывает с плеч плащ, кладет на кровать небольшой кейс, и тоже идет к мини-бару за выпивкой. Ее уже ждет приготовленный им сухой мартини. Драко послушно поднимает ее плащ с пола и вешает в шкаф. Без палочки. Как только с нее падает первая деталь одежды – значит сцена началась, и ему больше не позволено применять магию. Он украдкой следит за Гермионой. На ней узкое черное платье чуть ниже колен, застегнутое до самой шеи на маленькие пуговицы, сапоги-чулки на высокой шпильке и тонкие перчатки из драконьей кожи. Из открытых участков тела - только ее лицо. Волосы, как всегда, собраны в пучок, из которого выпадают особенно строптивые пряди. У Драко в животе затягивается тугой узел предвкушения. Руки чешутся прижать ее к себе, вынуть шпильки из волос и запустить пальцы в мягкие кудри. Но нельзя, это не по правилам. А он давно уже усвоил, правила их встреч лучше не нарушать. Гермиона неспешно потягивает свою выпивку и медленно опускается в глубокое кресло, стоящее у окна. Ее глаза, не отрываясь смотрят на него, и он чувствует, как у него пересыхает во рту от ее тёмного, порочного взгляда. - Почему ты все еще одет? – низкий, слегка хриплый голос с повелительной интонацией приводит его в чувства. Драко снимает с себя пиджак, развязывает галстук, не сводя глаз с затянутой в черное девушки, сидящей в кресле. Он раздевается медленно, зная, что ей нравится смотреть на этот процесс. Рубашка, брюки, оксфорды с носками – все постепенно оказывается на полу, пока на нем не остаются только черные боксеры. -Остановись. На колени. И этих слов достаточно, чтобы его насквозь прошила жаркая волна возбуждения. Он опускается на колени в центре комнаты и замирает в ожидании. Гермиона взмахом палочки отправляет его одежду в шкаф, отставляет свой пустой бокал на столик и поднимается из кресла. Она неспешно подходит к кровати, открывает кейс, но пока ничего из него не достает. Медленно приближается к нему, а он не может оторвать взгляд от ее изящных щиколоток, затянутых в черное, как и вся она. Его лица касается рука в перчатке. Пальцы проводят линию от виска до подбородка, легко поглаживая его по скуле и замирают, заставляя поднять голову. - Ты готов? - Да. Он едва слышит свой хриплый голос. Все его мысли сейчас о том, как это неправильно, унизительно, и противоречит всему, что есть в его жизни за пределами этих стен – стоять перед ней на коленях и беспрекословно подчиняться всему, что она говорит или делает. И как это возбуждает и щекочет нервы. Острое, запретное наслаждение, здесь и сейчас, у ее ног. Он хочет этого, и диссонанс возбуждает его еще сильнее. - Ты не можешь говорить, пока я не обращусь к тебе с вопросом, - ее голос приказывает, а рука с нежностью ласкает его шею и подбородок, - Ты не можешь касаться меня, пока я не скажу. И ты не можешь кончать, пока я не дам тебе на это разрешение. Он знает, что она видит, как подергиваются пеленой его глаза и расширяются зрачки. Как по телу проходит едва заметная дрожь. - Тебе все понятно? - Да, моя леди. - Хороший мальчик. Ее пальцы нежно проводят по его нижней губе. Драко хочется наброситься на эту невероятную девушку, сжать ее в объятиях, бросить на кровать и оттрахать так, чтобы у нее тряслись ноги. Но он закусывает губу и сдерживается, чтобы не поцеловать ласкающие его пальцы. Позволения не было. - Ты хочешь распустить мои волосы? - Да. - Можешь сделать это. Он встает, обходит ее со спины и аккуратно вынимает из ее волос шпильки. Буйные кудри тут же рассыпаются по ее плечам, и девушка встряхивает головой, щекоча его обнаженный торс. Ему хочется прижаться к ней и зарыться в пахнущие цитрусом и корицей пряди. Вместо этого он относит шпильки на столик и возвращается в то же положение – на коленях возле ее ног. Гермиона делает пару шагов назад. - Смотри мне в глаза. Драко послушно поднимает взгляд и не отводит его, даже когда замечает боковым зрением, что девушка начинает раздеваться. Она расстегивает платье и отбрасывает его в сторону. Поправляет перчатки. А он не осмеливается посмотреть на нее всю, хотя ему этого хочется сейчас больше всего на свете. И наконец дожидается… - Ты можешь посмотреть на меня. Он тут же окидывает ее взглядом, и у него перехватывает дыхание. Зрение выхватывает сначала отдельные детали, и только потом складывает образ целиком. На ней черное полупрозрачное боди на тонких бретельках, и это единственный предмет одежды, прикрывающий, а скорее наоборот, подчеркивающий ее наготу. Не считая чулок, сапог и перчаток, которые по-прежнему на ней. Еще минуту назад он не видел ни сантиметра ее тела, за исключением лица, и контраст с тем, какая она сейчас перед ним, посылает импульсы болезненного возбуждения в низ живота. Драко чувствует, как твердеет от одного только взгляда на нее. Эта девушка сводит его с ума. Каждый изгиб ее стройного тела. Ее небольшая грудь с темными сосками, просвечивающими сквозь черное кружево. Ее тонкие запястья и щиколотки, длинные пальцы, подчеркнутые перчатками. Ее невероятные волосы. Ее кошачья походка, когда она идет к раскрытому на кровати кейсу, и обратно к нему. Он не замечает, что у нее в руках, и не хочет замечать. Гермиона мягко перебирает его волосы, гладит затылок, и ему хочется прижаться к ее ладони, как щенку в поисках ласки. И он позволяет себе эту маленькую слабость. - Кто-то плохо запомнил правила? – мурлычет девушка, скользя рукой по его шее, в ее голосе предостерегающие нотки. Он тут же замирает. - Нет, моя леди, - хрипло, на выдохе. - Хорошо. Ее дыхание касается его губ, и ощущается, кажется, даже острее поцелуя. Она отводит ему за ухо непослушную прядь волос и в следующий миг на его глазах оказывается черная шелковая повязка. Узел затягивается на затылке, а все ощущения, звуки и запахи становятся ярче. Он слышит ее мягкие шаги по ковру – удаляются и приближаются снова. Широкая полоса кожи смыкается на лодыжке, и такая же на запястье, притягивая его руку к ноге так, чтобы он не мог привстать с колен или, тем более, коснуться Гермионы. То же повторяется и со второй ногой и рукой. Звякает короткая цепочка, соединяющая эти своеобразные наручники, когда он сжимает кулаки чтобы не застонать от коктейля из возбуждения и чувства собственной беспомощности. Но когда такая же полоса кожи охватывает его шею, сдержаться уже не получается. Щелкает карабин у самого кадыка, легкое трение кожи о кожу, и металлическая цепь змеей сползает по его спине до самого пола. Драко прислушивается изо всех сил к тому, что происходит вокруг, но слышит лишь свое слишком громкое и слишком тяжелое дыхание. Он знает, что Гермиона замерла где-то рядом, чувствует ее запах, но не имеет ни малейшего понятия, что она сделает в следующий момент. Тянутся минуты, ожидание заставляет внутренности скручиваться в тугой узел. Шлепок поперек бедер заставляет его дернуться и выгнуть спину. Обжигающая боль пронзает все тело, член болезненно сжимается и твердеет еще сильнее. Драко шумно втягивает воздух сквозь зубы, стараясь не закричать. Неизвестность возбуждает и сводит с ума. Чтобы отвлечься, он пытается угадать, чем нанесен удар. Кажется, девушка использует его собственный ремень из драконьей кожи. Следующий шлепок выгоняет из его головы все мысли. Боль расцветает огненным цветком от поясницы до лопаток. Он чувствует Гермиону за своей спиной, ее кудри щекочут плечи, ремень мягко поглаживает член сквозь ткань боксеров, и Драко с ужасом понимает, что уже очень, очень близок к оргазму. Удар вдоль торса пересекает шрамы от сектумсемпры, и эти точки взрываются обжигающей болью, отдающейся в возбужденном члене каждой пульсацией. Драко рычит и выгибает спину, сжимает костяшки пальцев до побеления. Эта девушка сведет его с ума. Шрамы – это грязный прием, и она это знает. Знает, что в прошлый раз он кончил на пятом ударе от переизбытка ощущений и зашкаливающего возбуждения. Но тогда на это не было запрета. Он не хочет нарушать правила, не хочет, чтобы сцена закончилась. Остается лишь собрать в кулак всю свою волю и надеяться, что коварная ведьма сжалится над ним. Удары чередуются. Спина, бедра, торс – в произвольном порядке и разной силы. Гермиона методично ведет его к пику, заставляя балансировать на грани между реальностью и сабспейсом*, и не давая сорваться в последний. Драко теряет счет времени. Он слышит лишь свои стоны, переходящие в рык и тяжелое дыхание. Кажется, все его тело превратилось в один оголенный нерв, способный испытывать только возбуждение. И снова мягкое скольжение ремня по члену сквозь ткань, запускающее сладкую судорогу по всему телу. Драко до скрипа стискивает зубы. Кажется, он никогда еще не был так близок к стоп-слову, как сегодня. Прикосновение прекращается, ее пальцы ложатся на затылок, освобождая его от повязки на глазах. Он может поклясться, что в его взгляде, обращенном на Гермиону, плещется чистое безумие и мольба. Губы девушки расходятся в коварной улыбке. - Еще не время, мой хороший. Все самое интересное только начинается. Ее голос, мурлыкающий, низкий, прошивает его новой волной дрожи. Девушка встает перед ним, достаточно близко, но все же вне зоны досягаемости. Ремень отброшен на пол. Драко не отрываясь смотрит, как ее руки поднимаются к ее груди, ласкают торчащие соски, тянут, пощипывают, сжимают, спускаются ниже. Как одна рука отодвигает тонкую полосу кружева между ее ног в сторону, а пальцы второй погружаются во влажные складочки. Вид черных перчаток, поблескивающих влагой, в контрасте со светлой кожей, запах ее возбуждения, ее тихие стоны – все это сводит с ума. Когда ему начинает казаться, что еще секунда, и он потеряет сознание от возбуждения, ее мокрые пальцы скользят по его губам и оказываются у него во рту. - Ты же хочешь попробовать меня на вкус, не так ли? Драко стонет, облизывая ее пальцы, чувствуя ее солоноватые соки и привкус кожи перчаток. Сочетание граничит с безумием. Гермиона убирает руку от его рта и призывает к себе зажженную свечу со столика. — Это сможет тебя немного отвлечь, - с притворной заботой шепчет девушка. Одна ее рука продолжает ласкать ее возбужденную плоть. Он завороженно наблюдает, как блестящие от влаги пальцы ритмично двигаются между ее ног. Его член пульсирует, ища хоть какой-то стимуляции, требуя разрядки. Но девушка не спешит. Она умело ласкает себя, и только когда она чуть дергается, отдаваясь ощущениям, Драко понимает, что вторая ее рука держит горящую свечу над его плечом. Упавшие капли воска обжигают кожу болезненным наслаждением, заставляя выгнуть спину. С губ снова срывается стон. Гермиона покачивается в такт движениям своих пальцев, роняя горячий воск на его алебастровую кожу. Каждый спазм наслаждения, прокладывающий путь к ее разрядке, оставляет на нем дорожки застывающего воска. Драко глухо рычит, до боли сжимая кулаки и жалея о том, что не может к ее пальцам добавить свой язык, почувствовать губами, как сокращаются ее стенки, как дрожь оргазма расходится по всему ее телу из самой чувствительной точки между ее великолепных ног. Движения девушки ускоряются, она дышит рвано и прерывисто, пока наконец не выгибается под своими пальцами с громким стоном, запрокинув голову назад. И в этот момент на торс Драко проливается целая лужица расплавленного воска. Он кричит в тон ей, дугой выгибая спину и стискивая зубы, отдаваясь этой боли. На короткий миг ему кажется, что он сам сейчас кончит от переизбытка ощущений и от вида сотрясающейся в оргазме девушки. Гермиона невербально призывает кресло на середину комнаты и почти падает в него. Задувает свечу, отбрасывает ее в сторону, блаженно потягивается. Расстегивает мокрую ткань между ног и через голову стягивает с себя боди, оставаясь почти совсем обнаженной. Лукаво смотрит на замершего у ее ног Драко. Лениво наклоняется вперед, погладив его по ошейнику. Звякает цепь, оказавшись в ее пальцах. - Это было интересно, не так ли? - Да, моя леди, - он с трудом узнает свой голос. Девушка лениво поигрывает цепью, рассматривая его: расширенные зрачки, от чего глаза кажутся почти черными, припухшие искусанные губы, полоски застывшего воска на плече и груди, мокрое пятно на белье, впитавшем в себя смазку из его перевозбужденного члена. Гермиона хищно улыбается. - Могу поспорить, ты хочешь вылизать меня сейчас всю…там, - она бесстыдно раздвигает ноги шире, открывая ему восхитительный вид на ее возбужденную плоть, - я права? В глазах Драко полыхает огонь. - Да… Девушка двигается вперед, устраиваясь почти лежа в кресле, и, еще шире раздвигая ноги, настойчиво тянет за цепь. Драко почти падает лицом в ее влажные складочки, припадает к ним губами и замирает, ожидая ее разрешения. - Ты можешь делать ртом что хочешь, пока я не скажу хватит. Он громко стонет в ответ, погружая в нее язык. Девушка выгибается, двигая бедрами навстречу его ласке. Это чистое безумие, чистое удовольствие. Драко исступленно вылизывает ее, задыхаясь от желания, почти забывая о том, насколько перевозбужден сам. Он знает ее, знает, какой нужен темп, чтобы она пришла в себя после оргазма. Знает, когда нужно ускориться, чтобы она снова возбудилась. Знает, что второй оргазм не заставит себя долго ждать, стоит ему сильнее надавить языком на ее припухший от возбуждения клитор и задать настойчивый, сводящий ее с ума ритм. Драко обожает наблюдать ее реакцию, он знает ее наизусть. Сначала она удовлетворенно вздыхает и тихо мурлыкает от наслаждения, но постепенно ее дыхание сбивается, бедра напрягаются, настойчиво встречая движения его языка. Ноги Гермионы оказываются на его плечах, притягивая сильнее, не давай отстраниться. С губ ее срываются громкие рваные стоны, пальцы вцепляются в кресло. - Сильнее… Он с удовольствием подчиняется. - Да. Да! Да! Да!!! О, боже… ДА! Девушка выгибается дугой, запрокидывая голову назад, сжимая его лицо бедрами, и пронзительно кричит. Ее тело дрожит и пульсирует в оргазме. Секунда, две, три, новое движение его языка, и новая волна наслаждения, которую он продлевает насколько может, каждой уверенной лаской. - Достаточно, - наконец выдыхает Гермиона, с трудом убирая ноги с его плеч. Драко выпрямляется, не отводя от нее глаз. Здесь и есть его место, думает он, сидя между ее разведенных коленей, слизывая ее влагу со своих губ. Нигде больше он не хочет быть, кроме как здесь. Девушка садится на краешек кресла, нежно гладит его пальцами по скуле. - Хороший мальчик. Такой терпеливый. Член отзывается на ее слова новым спазмом. Перевозбуждение завладевает им с новой силой, и Драко вздрагивает. Она удовлетворенно улыбается, изучая его лицо. Наклоняется и медленно снимает с себя сапоги. - Проверим, сколько терпения в тебе еще осталось. Драко облизывает пересохшие губы. В ее глазах плещется коварство и похоть. Снова приходит мысль о стоп-слове. Он больше не выдержит ни единого испытания, просто взорвется, разлетится на миллион осколков. Девушка подается вперед и оказывается почти у него на коленях, руки ложатся на его плечи, медленно избавляя его от застывшего воска. А потом она слегка наклоняет голову и проводит языком по его шее от ключицы до подбородка. Драко стонет, забывая, как дышать. И вдруг чувствует, как она скользит по его члену сквозь ткань белья, едва касаясь его мокрой промежностью. Медленное, пыточное движение. Его руки сжимаются в кулаки, а из груди вырывается рык. Она восхищенно наблюдает за ним. Как напрягаются стальные мышцы, как от напряжения вены проступают под кожей. Как он запрокидывает голову и стискивает зубы, борясь с искушением отпустить себя. - Ммм, такой твердый… Слова вызывают в нем совершенно неконтролируемую дрожь. Еще одно сводящее с ума движение, и ему кажется, что он сейчас умрет. Все его нервные окончания, казалось, сосредоточились в паху, отправляя болезненные импульсы по всему телу. Третье движение. Четвертое. Пятое. У Драко закатываются глаза. Стоп-слово уже готово сорваться с языка, как вдруг он чувствует ее мягкие губы, ласкающие его ухо и тихий шепот. - Я разрешаю тебе кончить… Кажется, разрядка приходит в ту же секунду. Ее слова словно задевают что-то в его мозгу, отключая самоконтроль. Оргазм сотрясает все его тело, пульсирует в паху болью и наслаждением, изливаясь из него горячей спермой, сжимая все новыми и новыми спазмами в долгожданном освобождении. Драко не знает, сколько это длится. Бесконечность. Он не понимает, где он находится, что происходит вокруг, не чувствует, как Гермиона сжимает его плечи, чтобы он не потерял равновесие. Наконец, все его мышцы разом расслабляются, и он не сразу понимает, почему не падает на пол, а остается сидеть в той же позе. Гермиона крепко держит его в объятиях, гладит по плечам своими теплыми ладонями и что-то шепчет. Он не заметил, в какой момент она избавилась от перчаток. Ощущать на себе ее руки - наслаждение. Девушка аккуратно расстегивает браслеты, стягивающие его руки и ноги, отбрасывает их в сторону, и снова обнимает его. - Как ты? Он не может ответить, только с тихим стоном качает головой – голос не слушается. Она целует его в висок, убирает со лба мокрые от пота волосы. - Возвращайся ко мне, Драко, - тихий нежный шепот, в котором больше нет ни следа повелительных ноток, - сцена закончилась, возвращайся. Он наконец осознает, что его руки свободны и делает то, что хотел сделать с самого начала вечера. Крепко сжимает ее и притягивает к себе ближе, зарываясь лицом в ее волосы. Возвращение всегда дается ему тяжело, и Гермиона не торопит. Его руки отправляются в путешествие по ее обнаженному телу, словно фиксируя где-то в мозгу свои ощущения. Гладят по спине, тонут в ее волосах, мягко перебирая чуть влажные на затылке пряди. Потом спускаются к груди и ласкают тут же твердеющие соски. Перемещаются на ее бедра, задерживаясь на кружевной резинке чулок. Одна рука скользит между ее ног, а губы встречаются с ее и завладевают ими. Гермиона стонет ему в рот, выгибаясь под его неосознанными ласками. Она все еще очень мокрая, готовая к нему, раскрытая для него. Бесстыдно прижимается к его снова затвердевшему члену, углубляя их поцелуй, жадно лаская его язык своим. Он опрокидывает ее на спину, одним движением стягивает с себя боксеры, наколдовав невербальное «Эскуро», и в следующий миг оказывается в ней. Гермиона с готовностью принимает его, обхватывая ногами. Он прижимает ее к себе, сминая пальцами нежное тело, оставляя следы. Он так хотел этого с самого начала вечера, что не верит, что, наконец, получает желаемое. Девушка изгибается, встречая исступленные движения его бедер. Драко знает, что после двух оргазмов, третий придет еще быстрее. Хочет, чтобы она кончила, сжимаясь вокруг него, чувствовать ее пульсацию, ее жар. Он знает ее тело как свои пять пальцев, знает, как доставить ей максимальное удовольствие. Не проходит и минуты, как дыхание Гермионы учащается. Каждое движение сопровождается стоном, слетающим с ее губ. - Да, Драко, пожалуйста, сильнее… быстрее. Да, вот так! О, Мерлин… Она бьется под ним, словно птица в силке, кричит, конвульсивно сжимая его ногами, оставляя глубокие следы ногтей на его плечах. Драко догоняет ее на пике в считанные секунды, из его груди вырывается почти животный рык, и он кончает, изливаясь в нее, чувствуя, как ее горячие стенки сжимаются вокруг его члена с каждой волной накрывающего ее оргазма. Он почти падает на нее, едва удерживаясь на локтях. Утыкается лбом в ее плечо, тяжело дыша. Гермиона ласково гладит его по спине дрожащими руками. - С возвращением. Драко приподнимается, заглядывая в ее лицо. Девушка блаженно улыбается и легко целует его в губы. - Ты богиня. Она отвечает еще одной удовлетворенной улыбкой и снова целует его. Гермиона всегда уходит первой. Он ждет, пока она оденется, соберет все, что принесла, обратно в кейс и направится к двери. - Когда мы увидимся снова? Она оборачивается и внимательно смотрит на него. - Я пришлю тебе сову, сообщу, в какие вечера я свободна, выберешь время. - Я имел в виду, может быть сходим куда-нибудь? Вместе? Он ненавидит себя за то, как неуверенно и по-детски звучат его слова. Но он не может не спросить. Эта девушка сводит его с ума, и он ничего не может с этим поделать. Гермиона хмурится, словно взвешивая в голове варианты ответа. - Мы вроде бы договаривались, что не будем портить наши отношения попыткой встречаться как обычная пара. Драко вздыхает. - Я помню. - Хочешь сказать, ты передумал? - Нет. Не знаю. Я подумал, что мы могли бы попробовать… - Не уверена, что это хорошая идея. Он чувствует, как она отдаляется от него, и лихорадочно соображает, что ей сказать такое, чтобы дистанция между ними хоть немного сократилась. - Тогда может быть немного поменяем условия нашей следующей встречи? Гермиона прищуривается и внимательно смотрит ему в глаза. - Что ты имеешь в виду? На губах Драко появляется хитрая ухмылка. Он коварно изгибает бровь. - Как насчет следующей встречи в Малфой-Мэноре, в бывшем кабинете моего отца? Это противоречит всем их правилам, но игра стоит свеч. Девушка на секунду замирает, а потом отвечает ему коварной и очень многообещающей улыбкой. - Ты сам не знаешь, на что только что подписался, Малфой. Она подмигивает ему, разворачивается и уходит. Когда за ней закрывается дверь, Драко опускается на кровать и долго лежит, смотря в потолок. Ничего, маленькие шаги – тоже шаги. Когда-нибудь он сможет ей доказать, что их отношения могут быть чем-то большим, чем доминант и сабмиссив. Когда-нибудь она станет его. Его леди, его богиней. Для него просто не существует никакой другой девушки, кроме нее. Ни с кем другим им никогда не будет так хорошо, как друг с другом. И, он уверен, в глубине души она это знает. *Сабспейс — особый тип трансового состояния в БДСМ-практике. Термин является транслитерированным заимствованием из английского БДСМ-сленга, англ. subspace — «подпространство». Внутри субкультуры БДСМ словом сабспейс обозначается специфическое изменённое состояние сознания партнёра, возникающее вследствие физических воздействий (таких, как флагелляция) и сопутствующих им эмоциональных переживаний.