Советник

       Нат вел парней за собой. Он был впереди, так что не мог четко слышать разговор Жана и Кевина, да особо и не старался. Он давал им личное пространство, позволял оставлять что-то в тайне, скрывать, иметь секреты. Не важно, как это они называли. Главное, чтобы была возможность не рассказывать все, особенно, когда не хочется. Он не собирался давить или заставлять.        Он сам хранил множество того, что никому не следовало знать, он запирал это глубоко внутри себя, не позволяя вырваться наружу, пока есть хоть малейшая возможность, что кто-то увидит его в подобном состоянии. Эндрю стал исключением против его воли. Натаниэль не собирался никого вносить в белый список, но тот просто ворвался в него, начал узнавать, проникать внутрь, разбивая все стены, что он уже успел возвести вокруг. Их было сотни и тысячи, но каждый раз, когда он находил его в разбитом состоянии, одна преграда рушилась, опадала, по чуть-чуть открывая тайны Ната. Он не хотел этого, но не мог остановить, не мог прекратить, поэтому просто ждал и надеялся, что это не зайдет слишком далеко, что он не привяжется, ведь, когда в последний раз такое произошло, он не выжил. Лиам погиб, потому что Нат был близок с ним, потому что на него хотели повлиять через другого человека, и он не хотел повторения истории, а, пока он находится в Эверморе, пока он тренер и капитан Воронов, пока он Советник Ичиро, пока он сын Мясника это будет продолжаться. Угроза для близких может не исчезнуть и после.        Уже на подходе Жан и Кевин приблизились и замолчали. Они в тишине дошли до белых дверей и открыли их. Взгляд медсестер тут же прошелся по трем фигурам, оценивая их на наличие повреждений. Нат подошел к одной из них, интересуясь местонахождением нужных игроков. Девушка попросила подождать пару минут, пообещав, что сама проводит их по истечении некого количества времени. Они не знали, с чем это связано, может просто хотели сначала узнать, хочет ли Ричер принимать гостей, может он сейчас был на обследовании, но они спокойно прождали отведенные минуты. Дэй и Моро довольно странным взглядом осматривали Ната, пока он сам скользил взглядом по интерьеру, от чисто белого потолка с различными завитками, до клетчатого кафеля такого же цвета. Несмотря на то, что занятие было неплохим, Натаниэль зевнул, отвернувшись от взора помощников.        В скором времени медсестра все же вернулась и сопроводила их примерно к середине длинного коридора и указала на нужное место. Нат первым вошел в импровизированную комнату, что отделяла Воронов от других "палат" лишь шторкой. Видно сквозь нее не было, но вряд ли эта тонкая вещь обладала хорошей шумоизоляцией.        Ричер лежал на койке, под головой была толстая подушка, помогающая ему быть в полу сидячем положении и видеть приходивших. Джонсен же сидел на стуле рядом. У него за спиной также красовалась подушка, но уже более тонкая, просто спасающая от болей в спине, после долгого нахождения в одном и том же положении. — Привет, ребята. — Здравствуйте, Натаниэль, — сразу отреагировал на присутствие тренера Джонсен. — Ричер, ты как поживаешь? Можешь говорить? — Могу. — Тогда жду ответа, — голос был командным, но Нат попытался его смягчить, ведь не хотел пугать Ричера, после того, что тот пережил. — Я... — он запнулся. По прошлым правилам Воронов он должен был сказать, что в полном порядке и может играть, но они знали своего нового тренера, которого всегда интересовала правда. Он не позволял Кевину лгать о самочувствии, после избиений Рико, он дал ему время на отдых и восстановление. Он интересовался о том, волнуются ли они перед игрой и не слишком ли вымотались после первого тайма. Он спрашивал, могут ли они продолжить или кому-то нужен перерыв. Он всегда был готов изменить стратегию, если кто-то нуждался в отдыхе, поэтому нужные слова у Ричера нашлись далеко не сразу. — Спина постоянно затекает, тяжело поднять руки, ноги еще сложнее, временами голова начинает гудеть, но я хочу как можно быстрее вернуться в строй.        Натаниэль улыбнулся. Он понимал, что даже эти простые сведения, что были даны ему, словно он был врачом, дались Ричеру тяжело. Вороны не привыкли говорить о проблемах. Они должны были быть безжалостными роботами, хотя такое сравнение тоже не подходит, ведь даже роботам нужен отдых, подзарядка и ремонт, а они должны были отказаться от всего и выживать. — Если хочешь, то быстро пойдешь на поправку, но в первые дни, когда вернешься на поле, я сниму часть нагрузки. Матч будет на носу, но, скорее всего, тебе придется отсидеть на скамейке или сыграть лишь половину тайма, на большее время я не уверен, что смогу тебя вывести с чистой совестью. — Но, если я восстановлюсь, я смогу отыграть целый тайм? — Да, но за неделю никто еще не поправлялся, ты будешь первым, если это произойдет. Но пока слишком рано, — Натаниэль добродушно улыбнулся и слегка зажмурился, подавляя порыв зевнуть. — Надеюсь, что стану исключением. — Возможно. Кстати, Джонсен, ты попросил чего-то для расслабления и успокоения? — Да, — ответ прилетел слишком быстро, будто он был готов заранее произнести это, будто ждал этого вопроса. — Уверен? — Нат приподнял брови в легком удивлении, а тот уже не так уверенно повторил свой ответ. — Хорошо, пойду спрошу у медсестер, что они тебе давали, — Нат уже шагнул на выход, как его остановил Дэй. — Попроси у них простого ромашкового чая, — в этот раз Натаниэлю не пришлось изображать удивление. — Я пил его литрами, когда сидел рядом с Кевином, — пояснил Жан. — Хорошо.        Он отошел и быстро разыскал медсестру, как раз выходившую из палаты неподалеку от той, где сейчас собрались некоторые Вороны. Он попросил четыре чашки ромашкового чая и дождался, когда он заварится. Взял все в руки и вернулся к ним. Парни улыбались, видимо, кто-то удачно пошутил, а Нат просто был рад, что отношения внутри команды становятся теплее, поэтому также расплылся в улыбке, после чего раздал всем чая. — А ты? — поинтересовался Жан, когда понял, что Нат сидит без успокоительного напитка. А тренер лишь потер переносицу, скрывая за этим действием очередной зевок, что было уж слишком сложно подавить. — А я скоро уйду, так что сейчас мне не до него. Ричер, Джонсен, у меня к вам некое предложение. — Что-то случилось? — Почти нет. Я выяснил, кто на тебя напал, и провел с ними воспитательную беседу.. — А наказание?! — перебил его Джонсен. — Будет. Я сказал, чтобы они возвращались с вами двумя, тогда то они и узнают его. В свою очередь вам я предлагаю хорошо подумать над тем, как бы вы хотели отомстить Адаму, Рику и Джеку за нападение. Время у вас ровно столько, сколько понадобится. Кстати, если хоть один начнет вымаливать послабление, сразу сообщаете мне и не ведётесь на этот бред. Они делали все только ради развлечения, сокращения или упрощения наказания они не заслужили. Понятно? — Да, — хором ответили пятерка и восьмерка. — Вот и хорошо, тогда я пойду.        Когда Натаниэль ушел, Кевин, Жан, Джонсен и Ричер переглянулись. Они понимали, что с их тренером что-то не так. Он оставался таким же добрым, желающим помочь, но какая-то часть их подсказывала, что не все так просто. — Что с ним? — вопрос был адресован помощникам Ната, хотя они и сами не знали ответа на него. — Мы стараемся следить за ним, но он всегда отказывается от помощи и говорит, что в порядке. — А от нас требует правду, — горько усмехнулся Ричер. — Он всегда был таким: закрытым, не доверяющим, не желающим делиться проблемами, да и справлялся со всем он всегда сам. — Почему? — Он лишился пары слишком рано.