Советник

       Аарон не влезал в разговор. Ему было нечего добавить, ведь он почти не знал ни брата, ни тренера. Он появился слишком поздно, чтобы знать, что следует за их переглядками. Он даже не был в курсе того, как давно они знакомы. Он ровным счетом ничего не знал про Гнездо, брата и прочую ерунду. Да, потихоньку он влился в коллектив, стал узнавать Воронов, понимать их характер и того, кого следует избегать, а кого держать рядом, но даже этими знаниями ему особо не давали воспользоваться. Система разделения на пары была слишком сложна, поэтому он был вынужден общаться, а точнее молчать, со своим братом-близнецом.        Как он понял, Натаниэль работает над изменением этого правила, но не так быстро, а у него нет опыта жизни в других условиях, чтобы сравнить, так что приходится довольствоваться тем, что есть, и радоваться тому, что теперь его не избивают каждый день за лишний шум, когда мать снова пьет со своими дружками.        Он почти не знал Ричера и Джонсена, хотя многие говорили о них. Искали "героя", который спас первого, но не говорил об этом в открытую. Кевин и Жан же были почти на блюдечке. Их все обсуждали, кто-то осуждал, кто-то восхвалял, а кто-то игнорировал существование этих парней. Аарон относил себя к последним до сегодняшнего дня.        Кевин показал себя с другой стороны. Он ни слова не сказал о том, что ему не нравится приказ Натаниэля. Он безропотно выполнил его, даже не поинтересовавшись о том, почему или зачем ему это надо. Кевин слепо выполнил и все. Насколько же он доверял тренеру? А стоил ли тренер такого доверия? Аарон сомневался. Все в Гнезде были слишком подозрительными и жестокими, Натаниэль же показывал себя с другой стороны, в существование которой было тяжело поверить.        Он не стал соболезновать слепой вере Кевина и Жана, но ему стало жалко парней, ведь они наверняка обожгутся. Ему хотелось сказать то же и брату, ведь тот был слишком спокоен при тренере, к тому же часто посещал его по ночам, а произойти в это время могло многое, но он не понимал мотивов Эндрю, поэтому предпочитал не влезать, тот все равно его не послушает, а отмахнется, сказав, что советы ему не нужны. — Вы свободны, можете идти и развлекаться.        Эта фраза была адресована уже не только Эндрю, но и Аарону, потому то он и вышел из своей задумчивости. Близнец уже стоял, опираясь на стену, и смотрел на него. — Пошли, — Аарон слегка сдвинулся с места, позволяя Эндрю вести его, и вышел следом. Дверь за ними захлопнулась, а они выдвинулись к себе.        В комнате пахло чем-то странным, но он не мог опознать истоки этого запаха, что казалось странным. Еще перед игрой здесь все было хорошо, а сейчас творится полная хрень. — Ты чувствуешь этот запах? — Нет.        Эндрю бросает ответ и тут же падает на кровать. Он берет книгу со стола и начинает читать, не обращая никакого внимания на брата. А вот Аарон только сейчас замечает, что Эндрю был в другой одежде, а эта ему велика, будто он одет не в свою, а в... — Ты в вещах Натаниэля?        Чуть ли не срывается на крик. Это больше удивление, а не возмущение, хотя и оно есть. Эндрю никогда не надевал чужой одежды из-за каких-то принципов, а тут Аарон видит это. — И что с того? — холодно и безразлично. — Ты же говорил, что никогда не наденешь чужую одежду! — А кто сказал, что она чужая?        Аарон впал в ступор, раскрыв рот. Его мозг медленно складывал пазл под названием «Эндрю». Все его походы к Натаниэлю были не просто так. Их молчаливые споры, когда они разговаривали глазами, взглядами. Одежда тренера на Эндрю. Все это было не просто так. — Тебе скотч дать? — Что? — недоуменно посмотрел Аарон на брата, все еще пытаясь переварить эту мысль. — У тебя рот не закрывается, может хоть он поможет его удержать, — «от вопросов» слышалось дальше, хотя Эндрю этого и не произнес.        Аарон не стал лезть в это, хотя ему безумно хотелось узнать о том, что же между этими двумя. Он не придумал ничего лучше, чем спросить у верных помощников Натаниэля. Они же должны быть в курсе всего.        Когда решение было принято, он тут же покинул помещение и пошел на поиски парней. После игры они были освобождены от занятий, и найти этих двоих можно было либо в комнате, либо в больничном крыле, либо в столовой. Последняя сейчас закрыта, а потому он решил начать с их покоев. Ему не хотелось соваться к медсестрам. Не было настроения лезть туда, так что он надеялся на удачу.        Дойдя до нужной двери, он постучал. Ему открыли довольно быстро, правда лицо Кевина не было слишком радостным от его появления. — Что-то произошло? — Ответь на вопрос, — Кевин прикрыл дверь и вышел в коридор, облокотившись на проем. — Какой и почему ты решил, что я знаю ответ? — Вы. — Что "вы"? — Ты и Жан знаете ответ. Я шел к вам, а не к тебе персонально, — Аарону просто не понравилась мысль, что он мог прийти только к Кевину. — Его тут нет. Не хочешь отложить диалог, раз пришел к нам? — Нет. — Ты не ответил на второй вопрос. — Это связано с Натаниэлем. Вы с ним близки, так что многое знаете. — А почему мы должны открыть тебе его секреты?        Аарона начинал выбешивать этот разговор. Он надеялся быстро спросить и свалить, а тут его лишь выводили из себя. Хотелось треснуть того по лицу, но тогда ответа он точно не дождется, поэтому приходилось терпеть. — Потому что это связано и с моим братом.        Кевин оглянулся и втащил его в комнату. Он не собирался разговаривать и обсуждать их двоих там, где любой мог подслушать. Двери, конечно, не гарантировали сто процентной безопасности, но немного усложняли подслушивание. — В чем суть вопроса? — Они встречаются?        От такой прямолинейности Кевин поперхнулся. Видимо, такого прямого вопроса он не ожидал. Может думал, что Аарон будет идти в обход, медленно подводить, но нет. — Так да или нет? — Не совсем. Тут все не так просто, как может показаться, — Кевин садится на стул в кухне и пригласил Аарона сесть напротив. — И что же сложного? — Они не встречаются, но явно что-то чувствуют друг к другу. Как ты уже понял. Они часто видятся и общаются, но вряд ли говорят об этом напрямую. Скорее вообще не говорят. Ты мог также заметить, что ни Эндрю, ни Нат не склонны к обсуждению своих чувств.        Сокращение имени тренера резануло слух, но он не обратил внимание. Натаниэля он особо не знал, что мешало сделать какие-то выводы о нем, хотя тот казался довольно открытым и свободным, он мог так поступить, но Эндрю точно не стал бы такое обсуждать ни с кем. Хотя тот делал скидку для тренера, надел его одежду, что зарекался делать, ходит к нему. Может и о чувствах разговаривает, хотя это вряд ли. Есть что-то, что не меняется и этот пункт скорее относился именно к этой части. — Допустим. И что с того? Все еще не вижу сложности. — Если они и начнут встречаться, то даже сами об этом знать не будут. Они не станут это обсуждать, просто будут рядом и не более, как я думаю. Мы не можем говорить от их лица, ведь не знаем всех их диалогов, но я думаю, что все будет именно так.        Аарон молча встал и вышел. Он нашел часть ответа на вопрос, а остальное можно будет разгадать в последствии.