Советник

— Если что, успокоительное в бардачке. Пока что оно вам не нужно, но по дороге обратно можете попросить.        Это было единственное, что произнес Нат за всю дорогу. Сейчас и вправду не было смысла отпаивать их, пусть эмоции будут видны, если они не могут их скрыть, так лучше, а потом можно будет и успокоить разгулявшиеся нервы.        По приезде Нат первый вышел из автомобиля, направляя свой взгляд на кафе, что находится через дорогу. Следом медленно выплывали и остальные участники. Он оглядел их всех спокойным и плавным взором, оценивая ситуацию.        Эндрю стоял ближе всех. На лице играла скука, но Нат знал, что она была довольно показной. Конечно, он не волновался сильно, но все равно было понятно, что с ним не все в порядке. Он видел это по взгляду, который поймал. На глаза люди редко обращают внимание, упуская множество открытий. Именно в зрачках отражались все эмоции, что чувствовал он, так можно было разглядеть все самое важное и нужное.        Кевин стоял за ним. Он постоянно оглядывался, в надежде найти машину Ваймака. Он часто смотрел по сторонам, ища, за что можно зацепиться. За эти пару минут он успел несколько раз переступить с ноги на ногу, будто намеревался сбежать, пока ещё был шанс. Правая рука была протянута слегка назад и крепко сжата.        Аарон же протянул левую вперёд, переплетая их пальцы. Они держали друг друга, помогали остаться на месте. Он был смесью Дэя и близнеца. Он волновался, но не пытался сбежать, скрывал эмоции, но часть была на виду. Аарон был воплощением самого нормального человека. — Если все готовы, то пойдём. — он повёл их вперёд, когда понял, что все настроились морально на неизбежное и смирились с этим. — Вы будете в одном кафе, но на разных концах зала, чтобы не могли подслушать разговоры друг друга. Я не мог вывести вас в разное время или развести по разным местам, но сделал все, чтобы обеспечить конфиденциальность.        Нат поднялся по лестнице, открыл дверь, впустив остальных вперёд себя, перекрывая путь назад. Парни сняли куртки, Нат же остался в верхней одежде, ведь не собирался задерживаться здесь. — Аарон, Эндрю, подождите здесь.        Он взял Кевина за руку и потянул в сторону тренера Лисов. Когда Ваймак увидел их, сразу выпрямился, не отводя взгляда от своего сына, да и вряд ли это было возможно. — Здравствуй, Дэвид, — не хотелось сейчас думать над правильным формальным обращением, так что оставил такое. — Спасибо, Натаниэль.        Отец и сын не отводили взгляда друг от друга. Кевин сел на кресло напротив Ваймака, а Нат быстро ретировался к Миньярдам, чтобы не мешать. — А теперь вы.        Тут он уже никого за руку не хватал — один начал бы брыкаться, а второй ненавидел прикосновения, но это не мешало вести их за собой.        Когда они подошли к нужному столу, близнецы плюхнулись на один диван, скрещивая руки на груди и закидывая ногу на ногу. Вкупе с одинаковой одеждой и прической это выглядело как сбой в матрице, будто они специально хотели сбить с толку своего кузена. — Ники, Аарон, Эндрю, — он представил всех, но не указал Хэммику на то, кто и где именно сидит. Раз братья захотели поиграть, то это их право, так что он не стал лезть, просто вернулся к двери, быстро осмотрел две семьи и вышел из кафе.        Кевин сидел напротив Ва…своего отца, пытаясь понять, как начать разговор. Это было нелегко. Он просто смотрел на него, а в голове не укладывалась мысль, что это не просто тренер Лисов, это его отец, о котором он долгое время не знал. Принять сейчас, сидя напротив, было почти нереально. — Я рад видеть ва..теб..в… — он не знал, как правильно обратиться к нему. С одной стороны это его отец и обращение на «ты» приемлемо, но они не общались ранее, не знали друг друга, а потому уместнее было на «вы». — Тебя. — Тебя. — повторил Кевин. — Рад видеть тебя. — Я тоже. Как ты? В Гнезде все нормально? — Кевин не знал, что ответить. Натаниэль не давал никаких указаний, как было перед интервью, он не рассказывал истории, которая может быть открыта их родственникам. Он просто дал им выбирать самим, что сказать, а что нет. Это было сложнее, чем обычные указания. — Сейчас уже все хорошо. Ты как? — Я сижу напротив своего сына, о котором даже не знал пару дней назад. — он усмехнулся. — Я не знаю, — Кевин кивнул, подтверждая, что чувствует тоже самое. — Какой она была? — очень растянуто и медленно, а еще и тихо произнес он, боясь задавать такой вопрос, не будучи уверенным в реакции Ва..отца. Он не знал, какой он ее помнит, какой была его мать, ведь сам почти не жил с ней, не общался, а воспоминания о матери стирались всем тем, что происходило позже.        Дэвид погрузился в рассказ, долгий и сложный. Он говорил неспешно, часто останавливаясь, но эти паузы были нужны обоим, одному, чтобы прийти в себя, второму, чтобы осознать, что происходило, несмотря на то, что казалось, все это было в другое время, в другой реальности, в другом мире, с другими людьми.        Кевин почти ничего не говорил, лишь слушал с неподдельным интересом, ему было важно знать, какой была мать, как ее видели остальные, восхищались или ненавидели. Все это было безумно нужно ему.        Конечно, когда разговор отошел от Кейли Дэй, они стали узнавать о жизни друг друга, каких-то ключевых моментах и важных событиях, они болтали долго, даже слишком. Никто не обращал внимание, как быстро течет время, как быстро оно проходит, ведь Натаниэль сам обещал прийти и забрать, когда нужно будет возвращаться.        Эндрю смотрел на кузена, пытаясь оценить его, понять, что не так, почему он явился и как все это можно объяснить. Ники что-то говорил, рассказывал о себе и своем парне, что живет в Германии. Информации было много, а забивать свой мозг ей не хотелось, так что он отключился, перестал вникать во все, лишь изредка улавливая пару фраз.        Куда интереснее было вспоминать то, что произошло до игры, как кролик повлиял на него, как смог успокоить и как Эндрю сам прокололся. — Когда человеку плохо, его не лишают возможности дышать, — угрюмо сообщил Эндрю. Ему было слишком хорошо, чтобы он мог признать, как поцелуй повлиял на тело и разум. — А тебе разве было плохо? — насмешливо поинтересовался Нат, а Эндрю резко понял, что пока скрывал ощущения, чуть ли не прямым текстом сказал, что ему было плохо, он открыл часть души, даже не заметив этого, а кролик воспользовался моментом. — Я на будущее, — нашел единственное объяснение он. — А ты хочешь повторение поцелуя? — глаза Ната блеснули озорством и весельем, а Эндрю стал закипать. Он не хотел, чтобы кролик знал, что ему нравится, не хотел, чтобы тот видел, что ему плохо. Он всегда справлялся со всем сам, а тут раз за разом его читали как открытую книгу. — Нет, — угрюмо сказал тот, все еще находясь меж рук кролика, но слишком поспешно и неправдоподобно. — Да или нет, Дрю? — Эндрю просто не мог отказаться, ему слишком хотелось снова почувствовать то, что дарил кролик. — Да, наркоман.        Весь разговор шел плавно, пока Эндрю гулял по мыслям и воспоминаниям, а глаза сами зацепились за часы. Кролик уже должен был забрать их, прошло слишком много времени, они должны были уже вернуться, но Ната не было.