Советник

       В этот день он все готовил, раскладывал и упаковывал. Конечно, пришлось знатно помучаться, ибо до этого Нат никогда и никому не делал таких подарков, но сейчас он вкладывал все свои умения, чтобы порадовать Эндрю и Аарона, хотя понимал, что это будет довольно нелегко, ведь затмить не самые приятные воспоминания всего одним хорошим днем невозможно, но он попытается.        Мороженное лежало в холодильнике, а Нат, закончив с коробкой Аарона, перешел к той, что ему нравилась в разы больше, что была дороже лишь из-за человека, которому он ее подарит. Он положил носки в черный конверт, оставляя его на самом дне, сверху легла аккуратно сложенная футболка так, чтобы рисунок хорошо был виден, дальше там появилась книжка, также завернутая в бумагу, а на последок, чтобы хорошо было видно, он оставил две коробки с повязками, положив их так, чтобы сразу можно было понять, кому эта коробка принадлежала, да и это был один из самых важных подарков, ведь Нат видел, как своими повязками дорожил Эндрю, не желая никак показывать тело при других, что было понятно, ведь и сам Натаниэль не любил этого, однако ему все желание постоянно прятать шрамы отбили в прямом смысле этого слова, когда Миньярда не трогали, ведь в последнее время Мориямы стали чуть меньше обращать внимания, а Рико тот не заинтересовал, на удивление.        Нат тщательно все собирал, чтобы выглядело красиво, ибо ему хотелось постараться, порадовать этого человека, который был дорог, который так много раз спасал и помогал, прятал от кошмаров и был рядом, видел и умел достучаться сквозь навязанные фразы «Я в порядке». Он не знал, как, но Эндрю мог объяснить ему, что состояние, когда у тебя сломано что-то, не является нормальным, хотя Натан и Мориямы считали иначе, что вложили и в его голову.        Нат пытался избавиться от этого мышления, что работало с остальными Воронами, они научились говорить, если все плохо и нужен отдых или врач, а сам он так и не изменился, продолжая выжимать себя до конца, если не приходил Эндрю, буквально привязывая его и не давая уйти. На лице от воспоминаний появилась глупая улыбка, но он не стал ее подавлять, ведь в комнате был один. — Да или нет? — раздался громкий голос Эндрю. Нат резко обернулся, выронив часть вещей, что держал в руках. Он удивился появлению Миньярда. — Ты о чем? — Я могу прикоснуться? — он не понимал, что Эндрю хотел сделать, но сомневался, что ему не понравится, а потому над ответом долго не думал. — Да. — Где? — Нат заметил, как тот что-то ищет, но никак не мог понять, что именно происходит, а потому лишь подумал над ответом. — Везде, Дрю. У меня нет каких-то мест, где я не хотел бы почувствовать тебя.        Прозвучало странно. Эндрю, вроде бы, даже на секунду завис, но после довольно резко подошел ближе, взял того за руку, после чего быстро бросил его на кровать, усаживаясь на торс. Руки Ната оказались подняты к изголовью, после чего резво охвачены ремнем и привязаны к спинке.        Натаниэль недоуменно дергался, пытаясь высвободиться из оков или скинуть Миньярда с тела, но ничего из этого не получилось. — Что это такое? — Нат не мог понять, что происходит и почему Эндрю резко заковал его. — Я же сказал, цитирую: «Я серьезно привяжу тебя к кровати, если ты решишь пойти играть в экси». Ты можешь сказать, что искал спортивную одежду просто так, я, возможно, даже поверю, но не отвяжу, пока не закончится тренировка, — он не думал, что тот говорит об этом так серьезно. Ну, он догадывался, что Эндрю будет мешать пойти, но не знал, что настолько. — Дрю, это уже слишком. — Я не бросаю слов на ветер, кролик. — Я просто хотел переодеться и все, — искал он оправдания, ведь на самом деле надеялся улизнуть на тренировку. — Ты и сейчас в спортивках. Если ты не собирался тренироваться, менять их не надо было бы, — его бесило, что его так просто читали, что так легко складывали факты, но в то же время было приятно, что кто-то видел истину, которую, пускай, он не готов признать. — Вот на кой черт я поперся тогда к тебе? — это был голос отчаяния, он вспоминал первую встречу, ведь не приди он тогда, сейчас бы мог продолжить свой привычный уклад жизни. — Чтобы команда стала лучше, — холодный, но спокойный тон Эндрю резанул слух, и Ната. — Прости. — Нат понял, что сказал не лучшую вещь, что сильно мог обидеть, ведь и сам никогда бы не отказался от их встречи, но сейчас ляпнул полный бред. — Я просто не могу понять посыл твоих действий, Дрю. — Тебе и не нужно понимать, просто прислушивайся к словам, — слегка недовольно ответил он. — Ты заставляешь следовать твоим указам. — Может потому, что ты гробишь свое здоровье? — Эндрю приподнял бровь, показывая изумление. Он слегка выпрямился, продолжая сидеть на торсе Ната. — Я просто хочу играть. Что в этом плохого? — Нат еще раз дернул руками, пытаясь высвободить их. — А то, что ты не в порядке, кролик. Если выйдешь на поле, ухудшишь ситуацию, а тогда я тебя не буду выпускать еще дольше. — Дрю, почему? Зачем ты возишься со мной? В чем резон?        Нат не понимал этого, ведь ему с этого не было никакой выгоды, полный ноль, а тот продолжал постоянно помогать, заставлять думать о своем здоровье, а не о других и прочее и прочее, чего раньше никто и никогда не делал. Нат сам о себе не заботился, а потому не знал, почему другой человек следил за этим. — А почему ты помогаешь мне, Рене, Аарону, Кевину, Жану, Джонсену и Ричеру, а еще и всей остальной команде? — Я просто знаю, какого быть на их месте. — Ты ответил на свой вопрос.        В груди разлилось тепло. Это было безумно приятно, что кто-то пытался ему помогать, что получалось успешно. Ему это нравилось, хотя понимания с тех пор не пришло, он все еще не знал, почему Эндрю так заботится, но видел, что и сам делает что-то подобное, а потому старался меньше сопротивляться, если, конечно, его не заставала паническая атака, там он не особо то и контролировал себя.        Далее Нат отложил коробки в сторону, начиная придумывать, как ему к ним прийти и что сказать. Он хотел вручить Эндрю подарок отдельно, чтобы была возможность внимательно наблюдать за реакцией, а потому он думал, что утром, когда отдаст подарок Аарону, просто позовет второго близнеца с собой. Он заберет Эндрю к себе в комнату, где им уже ничего не помешает.        В этом случае их не увидят, Нат сможет спокойно поцеловать Эндрю, а тот не будет так сильно скрывать свои эмоции, и, возможно, Натаниэль даже увидит улыбку, хотя надеяться на это было бы глупо, ибо это уже слишком много. Ему хватит и простых, веселых комментариев к подаркам, что наверняка будут, а потому что без них и сарказма Миньярд не обойдется.        Нат уже не мог дождаться, хотя праздник был не его, но просто уснуть сегодня, не представляя себе, что будет завтра, он не сможет, ибо слишком интересно, заманивающее и волнующие, но впервые за долгое время в хорошем смысле. Он редко считал легкий страх чем-то правильным, но сейчас он не мешал, лишь будоражил и подкидывал все больше разных ситуаций и реакций, что он может увидеть в день рождения близнецов. Он ждал этого дня куда сильнее, чем Аарон или Эндрю, которые даже не знали, что им хотят устроить.