Советник

— Этого хватит, чтобы убить. — Да, но мое дело остаться в живых, а они должны успеть помочь. Такая опасность была дважды, и ждать мне приходилось дольше, но это не критично. Я же тут и жив.        Эндрю закатил глаза, ибо слова Ната были очень и очень глупыми и бесящими. Он будто вообще не знал, что такое опасность, что такое быть не в порядке. Это, конечно, было хорошо объяснимо его прошлым, но вот совсем не значило, что Миньярд станет мириться с этим и не попытается отучить того.        Эндрю соскочил со стула, дрожь немного мешала, но он не особо обращал на нее внимание, сразу подходя к Нату и вставая почти вплотную к нему. Он не стал спрашивать ничего, потому что вопрос бы ничего не изменил, по-другому он просто не мог поступить, так что поднес руку к волосам, слегка ударяя по затылку. Эндрю все же не хотел сделать больно, а потому почти не прикладывал силы, но все равно показал, что недоволен.        Он был нахмурен, смотря на кролика с легкой подозрительностью, нежеланием признавать эти слова, ибо тот не должен был так размышлять, так что, когда он завершил свою маленькую "месть", отошел на шаг назад. — Дрю? — Нат, видимо, удивился, тому, что произошло, ибо именно это лицо и выражало. — Не беси, Кролик. Это критично. Сколько ты их ждал? — Эндрю упер руки в бока, ибо хотел показать, что просто так эту ситуацию не оставит. — Один раз час, второй полтора. Я был довольно далеко, так что у них не было возможности приехать раньше, это и так было довольно скоро по сравнению с тем, как ехали бы другие, — Нат пожал плечами, а Эндрю захотелось снова того стукнуть, так как тот не должен был думать об угрозе так легкомысленно. — Вот и я о том. Ты был на грани смерти так долго, а говоришь так, будто для тебя не прошло и минуты. Ты хоть знаешь, что такое «не критично»? — Эндрю склонил голову на бок, пытаясь понять мышление кролика. Нет, конечно, он знал, что тот через многое прошел, но это не значит, что сейчас он должен вести себя так же. — Дрю, вообще-то сейчас мы думаем о тебе, а не обо мне. Те ситуации в прошлом, а потому просто ответь на мой вопрос.        Эндрю его помнил, но не хотел так быстро сходить с темы, потому что продолжить узнавать у Ната все, что ему нужно, а еще пытаться вбить то, что должно там быть, довольно сильно хотелось, а иначе кролик думает совершенно не в том направлении. — Когда это было в последний раз? — Нат замолчал почти на минуту, словно не мог принять решение, словно это было в разы сложнее, чем Эндрю мог себе представить. Хотя, скорее всего, именно для кролика это и не было просто. — Нет, — такой короткий, но важный ответ, что, конечно, не дал Миньярду продолжить расспросы, но показал, что тот все же может остановить его, если к чему-то не готов. Кролик делал это, но не так часто, обычно, как казалось Эндрю, он просто терпел и ждал, а сейчас все же показал, что есть предел всему. — Все не так плохо, он не успел ничего сделать, ты пришел вовремя, но он заставил меня вспомнить еще лучше все это. Мой кошмар стал реальным, — говорить было немного сложно, хотелось прижаться к Нату и не выпускать его, но он уже достаточно проявил слабость, чтобы сейчас сдержаться, хотя бы до приезда в Гнездо. — Дрю, я могу тебя обнять? — тот запнулся. — Ты немного дрожишь, да и они назвали его имя, что, я видел, повлияло на тебя, — а потом словно начал объяснять свои мысли, пытаясь уговорить, хотя Эндрю и не собирался сопротивляться. На это нужны силы, а кролику он все равно верил. — Да.        Слабость? Определенно. Хочет он что-то изменить? Нет. Нат приблизился, крепко обнимая его, а по телу снова разлилось приятно тепло, что успокаивало нервы, расправляло жестко и сильно натянутую струну, позволяя выдохнуть, перестав держать в себе все те переживания. Кролик мог ему помочь, забрать те мысли, убрать их, чтобы стало проще, чтобы он мог хотя бы на некоторое время освободиться, а иногда и вообще забыть о боли прошлого. — Солнце, осталось чуть-чуть, мы приедем в Гнездо, закроемся в комнате, и тебя никто не увидит. Ты сможешь рассказать больше, если это нужно. Хочешь, можно и здесь, но я не уверен, что Хэммики не подслушают, — Эндрю на какое-то время даже забыл об их существовании, но это было не так уж и важно, ибо он все равно не хотел думать, что такое может произойти, но то, что кролик следил за этим, было приятно. — Поехали.        Эндрю все же не хотел здесь задерживаться. Его не особо пугали Хэммики и их призрачная возможность подслушать, потому что он был совершенно не против убить их и прекратить эти мысли, но знал, что идея не лучшая, так что просто собирался уйти, оставив за спиной Дрейка и боль, что тот хотел причинить ему. — Дойдешь? — Эндрю задумался. Тело совсем немного потряхивало, этого даже никто не видел. Никто, кроме Ната, черт бы его побрал. Он не хотел показывать слабости, хватило всего того, что было до, хватит и того, что будет после. — Дрю, это не слабость. — Черт. — он не думал, что тот так хорошо сможет понять его мысли. Эндрю нравилось, что он сам легко читал кролика, но вот то, что тот тоже мог это делать, его сильно бесило. — Дойду.        Он все равно не собирался поддаваться каким-то уговорам, потому что сможет сам. Всегда мог, а сейчас даже ничего не произошло, чтобы он мог хоть как-то оправдать свое поведение, свою слабость. — Солнце, мне будет не сложно тебя отнести или помочь дойти. В этом нет ничего такого, другие могли бы даже не встать после этого, а ты уже переключил свое внимание на меня, пытаясь контролировать. — Он не успел же, я не могу так реагировать.        Сомнения, что его сопровождали, вырвались наружу, заполняя собой все мысли, мешая согласиться на помощь, мешая принять ее. Просто сказать «да» и попросить отнести его, потому что стоять с каждой минутой было все сложнее, а идти было бы еще тяжелее. Нет, он может попытаться дойти, возможно, даже не упадет, но не был в этом так уверен. — Чудо, он, может, ничего и не сделал, но, во-первых, он прикоснулся без разрешения, возможно, снова заставил тебя говорить то слово, во-вторых, его намерения были чисты и ясны, и он бы не остановился, в-третьих, он всколыхнул прошлое, напомнил о нем, так что ты можешь реагировать как угодно, Дрю. Любое твое поведение я не осужу, даже если тебе станет плохо на пустом месте. Мне все равно, что произошло, если что-то случилось и тебе нужна помощь.        Нат стал проходиться рукой по волосам, перебирая их, а Эндрю это успокаивало, помогало услышать кролика, попытаться принять это, доказать себе, что такое может быть, что его сейчас не обманывают и не пытаются подставить. — Но он же не успел, — Эндрю не мог понять, почему Нат продолжает ему говорить, что он может чувствовать, что угодно. — Чудо мое, это совсем не важно. Если тебе плохо, значит для этого есть причины, и мне не так и нужно их знать. Единственно, чем они полезны, — что я понимаю, как помочь.        Эндрю ощутил легкое прикосновение губ к макушке: Нат решил оставить поцелуй там, заполнить пустоту, увести страхи. Снова. Тот понимал, видел его и все принимал. — Хорошо.        Нет, он еще не до конца принял это, но уже был согласен с тем, чтобы ему помогли, хотя и говорить это прямо он не стал, ибо принять то, что сделает Нат, и попросить об этом — разные вещи, имеющие слишком много отличительных черт. — Да или нет? Я могу поднять тебя на руки? — Да.        Эндрю совсем немного сомневался, что сейчас ему не станет плохо, но точно не хотел отказываться, пока не попробует, ибо кролик не сделает больно и прекратит, если все пойдет не по плану.