Советник

       По приезде Аарон сразу ушел в свою комнату, захватив Кевина и отдав Эндрю пару повязок, что носил все эти часы, ибо вряд ли тот хотел продолжать быть с ними. Нат же дождался, когда два Ворона скроются за множеством поворотов, понимая, что здесь нести Миньярда не получится, ибо он в сознании и все не так плохо, чтобы потом можно было свалить на это для Ичиро, не подставлять его под удар. — Дрю, ты же дойдешь? — Не беспокойся, справлюсь без проблем, — тот явно чуть привирал, говоря, что не возникнет сложностей, но это не значит, что Нат прекратит удостаивать того пристальным взглядом.        Они в довольно медленном темпе дошли до комнаты, а, когда Эндрю смог спокойно сесть на кровать, дав себе шанс отдохнуть, Нат закрыл дверь на замок, чтобы им не помешали, после чего подошел к своему шкафу, доставая оттуда спортивные штаны и футболку. — Ты хочешь сходить в душ или просто переоденешься?        Нат не знал, что тот выберет, что сейчас нужно и на что может пойти Эндрю, а потому лишь давал варианты развития событий, что могли быть максимально своеобразны, чтобы опций было много. — В душ, но я не смогу, — Натаниэль видел, как тяжело тому далось признание, знал, что все не так просто, как хотелось бы, а потому аккуратно подошел к нему, присев на корточки, пока одежда оказалась брошена на кровать. — Чудо, я могу тебе помочь, если ты этого хочешь. Или ты можешь отложить душ на утро, когда будет больше сил, — он был готов сделать все, если это как-то облегчит задачу для Эндрю, если это упростит его действия и решения, а потому, не задумываясь, предлагал этот вариант, себя в помощники. — С тобой, — снова довольно короткий ответ, но его было достаточно, чтобы Нат медленно поднялся, не желая совершать резких движений, перекинул одежду через плечо, после чего протянул Эндрю руку. Он мог бы его отнести, но на это нужно разрешение. — Пойдем?        Произнес он, когда тот взялся за руку, аккуратно вставая, чтобы уберечь себя от падения от слабости. Нат повел его за собой в ванную комнату, где сначала усадил на стол, что около раковины, потому что стал приготавливать все: разогревать воду, раскладывать полотенца, так одно оказалось на полу, а второе на крючке рядом, закрыл на всякий случай дверь, сам снял с себя всю одежду, оставаясь лишь в белье. — Дрю, сам справишься? — он не знал, насколько тот сейчас может что-то делать, а потому просто ждал, собираясь действовать лишь после разрешения, собираясь спрашивать на каждое движение. — Сам.        Эндрю слез со стола, стягивая с себя футболку, брюки, белье, повязки, украшения, носки — все это оказалось на полу или тумбочке, после чего, взявшись снова за руку кролика, он сделал несколько шагов, моментально оказываясь под теплыми струями, что не были горячими, обжигающими, что он сам любил на себя выливать. — Я могу помочь тебе с мытьем? — Эндрю не был уверен, что прикосновения к голой коже будут хорошими, но он уже согласился на предложение Ната, да и попробовать он мог, в любой момент попросив остановиться, если будет не так. С кроликом это работает, он слышит его. — Да. — но через секунду стало чуть страшнее. — Начни с волос.        Это были более знакомые прикосновения, от них меньше паники, меньше сложностей с ними, а потому он понял, что так будет проще, так не возникнет проблем с самого начала. Сам Эндрю положил ладони на холодную плитку, чтобы хоть какой-то баланс удержать, чтобы хоть немного стало легче стоять. — Дрю, я могу принести табуретку, если надо, — он слышал и видел, как кролик пытается помочь, но это уже было слишком. Он и в одиночестве все это переживал, сам все делал, собирал себя по кускам, склеивая осколки и теряя все больше частей, а сейчас его и так поддерживают, так что слишком, слишком. — Нет, я сам, — все, что сказал он, отрицая такие действия.        Нат кивнул, после чего Эндрю стал следить за каждым его движением, пока тот открывал шампунь, выливая часть на ладонь, подходя ближе и останавливая руки всего в паре сантиметров от его волос. Он кивнул, соглашаясь на продолжение, только тогда кролик все же опустил руку, начиная промывать кожу головы, слегка массируя ее, отчего пена стала нарастать, а Эндрю потерял тот страх, что был. Нат не сделает ему больно. Ни в одном из случаев.        Нат делал все так плавно, что даже и возможности, что что-то будет плохо, не было, а потому он почти полностью расслабился, перестав ожидать того момента, когда все снова начнет катиться вниз по склону, снова утаскивая его в глубины страха. — Зайди под воду, нужно смыть.        Он все продолжает держаться за стену, когда делает пару шагов в сторону теплой воды, что падает сверху. Он чувствовал, как шампунь стекает по спине, как Нат снова стал руками проходиться по голове, смывая всю образовавшуюся пену, вымывая ее, оставляя лишь мокрые светлые локоны, что были зачесаны назад. — Я могу перейти к торсу, спине? — Да, — он знал, что сейчас все будет хорошо, а потому даже не вздрогнул, когда руки кролика оказались на его коже, задевая каждый угол, чтобы смыть те прикосновения, что были противны.        Эндрю просто ждал, просто понимал, что сейчас это приятно, а не страшно, что такое может быть не болезненным, что это все правда, а не сон. Нат снова задавал вопросы, прежде чем перейти к следующему участку кожи, а он все продолжал давать согласия, потому что верил.        По окончании всей этой процедуры, кролик аккуратно обтер его полотенцем, убирая лишнюю влагу, чтобы можно было одеться, снова спрятаться в коконе одежды. Он увидел, как Нат стоит, протягивая ему пару повязок. — Будешь их надевать? — Нет, — он даже не думал. Нат лицезрел уже куда больше его шрамов, он знал о них, их природе, спасал от новых, залезал в душу, а потому не было смысла сейчас скрывать запястья. — Хорошо, тогда можно вернуться обратно. Хочешь чая? Лучше бы что-то алкогольное, — Эндрю этого не сказал вслух, потому что хотел чуть больше правды открыть кролику, а под чем-то это будет сделать сложнее, да и он может растерять всю решимость. Нет, конечно, обрести также может, но он не знал, как оно сработает. — Давай.        Эндрю снова усадили на кровать, а Нат отошел на кухню. Он чувствовал себя маленьким ребенком, не способным о себе позаботиться, хотя когда ему было семь, восемь и далее он прекрасно выходил из всех ситуаций без посторонней помощи, ведь ему все равно не верили, а потому было бессмысленно о ней просить. Но сейчас кролик настойчиво впихивал ее, чуть ли не заставляя принять, но Эндрю всегда видел то «нет», что остановит любые попытки Ната. — Держи, Чудо, — чашка была горячей, но все равно не приносила той боли, которую он всегда искал раньше. Это было хорошо, ибо больше он не хотел прибегать к этому способу, ведь теперь у него был стимул жить, был человек, ради которого он мог не заканчивать все это, ради которого можно было оставаться в этом мире, переживая все трудности, ибо он знал, что не один. — Ты спрашивал о самочувствии... — Да, но ты не должен ничего говорить, если не хочешь, — Эндрю это знал, но кролику мог поведать чуть больше, показать, как напуган был и как его помощь помогла ему, как спасла и вытянула. — Хочу.